Сливки и шоколад

"I'm just looking for a joyride, joyride I'm just looking for a good time tonight Baby, I want you to" Joyride, Kesha —  То есть вы не только не добыли никакой стоящей информации, но и книгу Апокалипсиса упустили? — Голос Донован разносился по помещению, вызывая головную боль. - Не отряд, а сборище ленивых, тупых…   Генерал демонстративно кашлянул и под его взглядом женщина на пару мгновений стушевалась. Сделала очередную затяжку и продолжила уже чуть спокойнее.    —  Позволю себе предположить, что у вас есть не только разумное объяснение произошедшему, но и какой-то план. Что вы собираетесь делать дальше, генерал?   Слово "генерал" она произнесла особенно четко. Они сверлили друг друга глазами так, что казалось искры сейчас полетят во все стороны. Столкновение двух упертых, самоуверенных людей.    Но Дмитрию удавалось чуть лучше контролировать себя. Он стоял оперевшись спиной о стену, привычно сложив руки на груди и смотрел на нее снизу вверх. И только плотно сжатые губы говорили о том, что он себя едва сдерживает, чтобы не послать ее подальше.    Донован облизнула губы и скользнула взглядом по фигуре генерала. По широкой груди, плотно обтянутой черной футболкой, по сильным рукам.    Этой суке не помешал бы хороший трах. Уверена об этом подумали все в комнате, но только у меня хватило ума закатить глаза и фыркнуть.    —  Что-то хочешь добавить, Лэйн? — Ее тон сочился приторным ядом, а тонкие пальцы сильнее сжали сигарету.    Глаза всех присутствующих обратились ко мне, Ноа в дальнем углу усмехнулся. Я села чуть прямее на стуле и покачала головой. Вступать в споры мне не хотелось. Мы вернулись из Нью-Йорка всего несколько часов назад, и я успела только быстро принять душ, прежде чем нас всех собрали для отчета.    Путешествие вышло долгим, изматывающим и практически бесполезным. В этом Донован права, мы потратили кучу времени впустую. Потеряли Киру. Я не спасла ее… И я убила человека.     —  Ну? Ты разговаривать разучилась? — Вопрос Донован так резко вернул меня в реальность, что я пару раз непонимающе моргнула, выглядя со стороны наверняка полной идиоткой. - Книги нет, а значит ты как криптографка для нас теперь бесполезна. Занимаешь место и тратишь ресурсы.    Ее слова били как плети. Бесполезна. Занимаю место. Прежде чем я успела открыть рот вдруг заговорил Ноа:   — Не перегибайте. Лэйн сделала все что смогла. Если бы не она Лестер был бы мертв.  — Верно, ни то чтобы я не мог справиться сам… — начал было Лестер, но Ноа тут же дал ему подзатыльник.    Донован закатила глаза и сделала долгую затяжку. Дым плотным облаком поднялся в воздух, когда она, наконец, выдохнула. От запаха травы меня замутило. Она стояла слишком близко. Я закинула ногу на ногу, просто чтобы удержать себя от того чтобы не вскочить и не вырвать у нее эту чертову вонючую сигарету, не воткнуть ей в глаз.    Но она расценила мой жест как непозволительную дерзость.    — Что ж может и так, но места у нас немного и растрачивать его на всех подряд мы не имеем права, так что найди побыстрее себе полезное занятие. Можешь начать сегодня с помощи своему защитничку на складе. — Мне не нужна… — начал было ворчать Ноа, но Донован подняла ладонь, останавливая его и переходя к другой теме.    Это было час назад, а теперь я терпеливо жду возможности выскользнуть из кабинета. Кажется, голос Донован не только меня выводит из себя, учитывая с какой скоростью все ломанулись к двери, как только услышали “Свободны”.    — Подожди, — вдруг берет меня за локоть Ноа, но тут же отпускает, когда я поворачиваюсь к нему. Он чуть отступает в сторону кивая головой, чтобы я подошла, провожает взглядом Донован и генерала, выходящих в коридор и снова смотрит на меня. —  Насчет того, что она сказала… — Забей, мне плевать, что она думает, — перебиваю я его.  — О, это я знаю, — Ноа усмехается и снимает очки, чтобы протереть их. — Ты мне поэтому и нравишься. Люди постоянно твердят, что им плевать на чужое мнение, но тебя оно действительно не заботит.  — Нравлюсь тебе? — Переспрашиваю я, недоверчиво хмурясь, а он на это закатывает глаза.   Вот уж от кого таких слов не ожидала так от этой вечно недовольной ворчливой занозы в заднице. С очень красивыми глазами надо заметить… Стекла очков обычно скрывают насколько необычного цвета радужка. Каштаново-коричневый разбавленный травянисто-зеленым. Кажется, этот цвет называется ореховый и встречается всего у 5% населения земли… Встречался. Как знать, может Ноа теперь последний в своем роде.   — Я говорил о помощи на складе. Можешь заниматься своими делами, а я справляюсь там сам.  — Но я не против помочь.    Мои слова вызывают у него раздраженный вздох. Ноа надевает очки обратно и качает головой:   — Если бы мне требовалось, чтобы кто-то мешался у меня под ногами, я бы позвал Лестера.    Теперь моя очередь закатывать глаза, но я сдерживаюсь.    — Мы идем на склад вместе и точка.  — Как скажешь.    Ноа раздраженно ведет плечом, и я замечаю на темной футболке маленькое белое перышко. Прежде чем успеваю себя остановить протягиваю руку и снимаю его, коснувшись пальцами плеча парня, он вздрагивает и оборачивается, недоуменно смотря на меня. Ого, у него есть другие выражения лица кроме вечного недовольства?   — Перышко, — зачем-то озвучиваю я, удерживая его пальцами, а потом легко сдуваю.  — Это все дурацкие подушки, пух постоянно летит с них, скоро одна наволочка останется. Я уже несколько раз делал запрос на нормальные. Как будто они не понимают, что качественный сон важен….   Ноа продолжает бубнить о подушках, начальстве, расстановке приоритетов почти всю дорогу до склада. Я почти сразу перестаю его слушать, возвращаясь к мыслям о том, что его глаза похожи на теплый осенний день, когда воздух пахнет озоном после дождя, влажной землей и зеленью… А руки, не скрытые короткими рукавами футболки, кажутся сильными несмотря на его довольно худое телосложение. Волосы на затылке влажно поблескивают, видимо он тоже успел принять душ перед собранием.    Склад оказывается обычной смежной с кухней комнатой, от потолка до пола заставленной шкафами. Почти все полки заняты консервами, мешками с крупами и мукой. Но в центре лежат пять крупных коробок и несколько пакетов доверху наполненные продуктами.    Ноа раздраженно фыркает и переступает через консервы, выпавшие из одной из коробок, и с громким хлопком закрывает окно. На подоконнике и под ним уже успела скопиться большая лужа воды.    — Идиоты!   Кожа покрывается мурашками, и я застегиваю ветровку до самого подбородка. здесь градусов на десять ниже, чем в остальном здании. Ноа же как будто холода не замечает вовсе и продолжает возмущаться:   — Нет, чтобы сразу продукты разобрать, они просто окно открыли!  — Думали создать эффект холодильника? — улыбаюсь я, идея и правда идиотская.  — С таким трудом достаются припасы, и так к ним относиться! Ты только посмотри, наполовину промок…   По непонятной причине бурчание Ноа поднимает мне настроение, он замечает выражение моего лица и прищуривается:   — Ну и чему ты улыбаешься? Испорченным продуктам?  — Тому что ты выглядишь на двадцать пять, а ведешь себя на семьдесят.  — Если б мне платили по доллару за каждое высказывание…. — То это ничего не значило бы, потому что деньги никому сейчас не нужны?   Продолжая перекидываться подобными фразами, мы разбираем верхние коробки. Ноа внезапно проявляет себя джентльменом и запрещает мне поднимать тяжелое, сам оттаскивает два мешка с мукой в сторону и поднимает коробку с консервами на стол, чтобы было проще пересчитывать.    Когда он делает это я не могу отвести взгляда от напрягшихся мыщц спины и рук. Похоже совсем не зря Лестер его вечерами гоняет в спортзале.    — Тринадцать.  — Что? — переспрашиваю я снова отвлекшись на свои совсем не дружеские мысли, что это со мной сегодня? Это же Ноа! Овуляция пришла раньше времени? — Ты сегодня витаешь в облаках больше чем обычно, Лэйн. Тебя что-то тревожит?  — Вовсе нет, — я не могу скрыть удивление в голосе, с чего это он такой заботливый сегодня. - Просто не отошла от путешествия.  — Предложение отдохнуть все еще в силе, я закончу здесь сам.  — Гонишь меня прочь?   Он вздыхает и сжимает переносицу пальцами.    — Все девушки любят переворачивать слова парней? — Все парни любят обобщать?    Ноа вздыхает, а я усмехаюсь, выводить его из себя должно стать новым олимпийским видом спорта.    — Тринадцать банок тушенки, записала?   Я киваю, занося информацию в разлинованный блокнот, но краем глаза вижу мелькнувшую на его лице улыбку и внутри вдруг становится чуть теплее.     Под аккомпанемент дождя, бьющего в окна, мы продолжаем еще час разбирать продукты, когда я вдруг нахожу на дне мешка баллончик взбитых сливок. Ноа моего восторга не разделяет.    — Они наверняка давно просрочены, проверь дату изготовления.  — Всего-то на пару лет. Брось! Там полно химии, ничего им не будет. Это же вкусно! — Это нужно выбросить Лэйн. Есть такое нельзя, — настаивает Ноа.    Он взмахивает рукой и случайно сбивает со стола банку с томатами. Она падает на пол и разбивается. Красный соус и мякоть овощей расползаются по светлому кафелю как кровь и внутренности.    Температура в комнате словно резко падает, становится темнее, а ветер бьет в окна дождем еще яростнее. Я замираю, вцепившись в баллончик с такой силой, что белеют костяшки пальцев.    В ушах шумит кровь и горлу подкатывает горечь. Мне кажется, я слышу громкое щелканье шредера, треск костей Ника, последний крик Киры.    — Лэйн, — необычно нежный голос Ноа вырывает меня из воспоминаний, он склонился передо мной и заглядывает в глаза. Я с трудом перевожу взгляд от разбитой банки на него. Его руки мягко сжимают мои предплечья. — Как ты? — Просто задумалась.    Я высвобождаюсь из его рук и прошу подождать. Быстро иду на кухню, мою руки и беру небольшую стеклянную миску в одном из шкафов. Когда я возвращаюсь, то нахожу его оперевшимся о стол, он сложил руки на груди и смотрит на меня поверх очков, как уставший родитель на расшалившегося ребенка.    Я ставлю миску на стол и выдавливаю туда немного сливок. Черт, ложку забыла! Ноа приподнимает бровь, ожидая продолжения представления. Вызов принят. Я опускаю палец в сливки, а потом облизываю его.    — Как я и говорила, вкусно, — я довольная прикрываю глаза на пару мгновений, наслаждаясь сладостью и воздушной молочной текстурой. — Точно не хочешь попробовать?   Я снова опускаю палец в сливки и на этот раз протягиваю ему, ожидая очередной едкий комментарий, но он удивляет меня. Наклоняется к моей руки и облизывает сливки с моего пальца, не отрывая от меня взгляда. Его зрачки кажутся больше чем обычно, но дело ведь просто в недостатке освещения? За окном успело стемнеть пока мы возились с инвентаризацией, а лампы на энергосберегающем режиме еле работают.    От прикосновения его губ и языка к моей коже у меня сводит низ живота.    — Неплохо, — говорит он отстраняясь. — Теперь мы можем вернуться к работе? — Нет.  — Нет?   Я расстегиваю кофту, а затем иду к двери, чтобы закрыть ее.    — Что ты задумала? — Показать тебе еще один отличный способ использования сливок.    Секундное замешательство на лице Ноа сменяется пониманием и удивлением.    — Лэйн, знаешь ли, есть и другие способы проработать стресс.  — Стресс? — переспрашиваю я, подходя вплотную к нему, он вцепляется руками в стол позади себя… в попытке удержаться от меня подальше? — То, что случилось в Ньй-Йорке.... — Там и осталось, а мы здесь.    Я провожу рукой по его груди. Ткань тонкая и под ней чувствуются контуры крепких мышц, плоский живот. Я чуть задираю его футболку и провожу кончиками пальцев по полоске коже у самого ремня.    Ноа не останавливает меня, когда я расстегиваю его ремень и ширинку.    — Покемоны? — Мои руки замирают на его джинсах, и я закусываю губу, чтобы сдержать смех, он смотрит в стену за моим плечом.  — На дворе апокалипсис, Лэйн, не до походов по магазинам.  — Ой брось, признайся, что тебе они просто нравятся! Какой твой любимый?  — Если я скажу, ты перестанешь смеяться?    Я поднимаю бровь в ожидании, он вздыхает, закатывает глаза и нехотя отвечает:   — Иви.  — Не Пикачу?  — Серьезно? — возмущается Ноа и фыркает. — Пикачу! Хотя чего я ждал. Иви — уникальный покемон с множеством….   Я снимаю с него очки, кладу на стол и целую. Он сначала напрягается, но уже в следующую секунду обхватывает мое лицо руками и отвечает на поцелуй. Его губы еще хранят вкус сливок.    — Так почему он такой уникальный? — Выдыхаю я, разрывая поцелуй.  — Не помню, — бормочет Ноа и снова тянет меня к себе, но я кладу руку к нему на грудь, останавливая.    Его глаза в полумраке комнаты кажутся совсем темными, отливающие синим. Никогда раньше не видела таких необычных радужек, способных менять цвет в зависимости от освещения.   Продолжая смотреть на него, я запускаю руку в его трусы и обхватываю рукой член, горячий и уже очень твердый. Ноа снова тянется ко мне, но я давлю ладонью левой руки на его грудь, заставляя остаться на месте, а когда он закрывает глаза говорю: — Смотри на меня, Ноа.  — Лэйн… — Я сказала смотри, а не говори. Я спускаю его штаны чуть ниже, беру сливки со стола и присаживаюсь перед ним на корточки. Баллончик с шипением выпускает белоснежную пену на его член, звук сливается со стуком дождевых капель и завываем ветра под крышей.    Я медленно слизываю сливки с члена, не двигая рукой, только держа у самого основания, чтобы было удобнее. Сладко, липко… Я собираю все до последней капли и поднимаю взгляд на Ноа. Его грудь тяжело вздымается, а взгляд затуманился. Он смотрит, не отрываясь, закусив нижнюю губу и с силой сжимая руками край стола.    Также медленно и дразняще я, наконец, беру его член в рот почти до середины. Не слишком толстый, но достаточно длинный. Я уже представляю как идеально он будет ощущаться внутри меня. Я чуть задираю подол своего вязаного платья, запускаю руку в уже мокрые трусы и размазываю влагу по клитору. Из горла вырывается тихий стон.    Я погружаюсь в собственные ощущения, растворяюсь в звуках дождя и сбитого дыхания Ноа. Продолжаю неспешно гладить себя и также медленно сосать его член. Мысли обо всем остальном исчезают, в голове лишь приятная легкость и пустота.    Когда напряжение нарастает настолько, что терпеть кажется больше невозможно, я достаю из кармана ветровки презерватив и отрываю уголок зубами. Ноа облизывает губы, не отрывая от меня взгляда, но когда я начинаю надевать презерватив ртом на его член он резко вдыхает и запрокидывает голову.    —  Ноа, — зову я и он снова смотрит на меня, его глаза блестят.     Я натягиваю презерватив до конца, поднимаюсь, снимаю с себя трусики и кофту, кидаю их на стол.   — Трахни меня.    Дважды просить не приходится, он тут же подхватывает меня под бедра и делает пару шагов вперед. Я обнимаю его руками за шею, а ногами за талию, скрещивая лодыжки на его пояснице и стону, когда он впечатывает меня спиной в дверь. Это не больно, но довольно неожиданно, как и то насколько легко он держит меня на весу.    Он целует меня и одновременно насаживает на член. Стон заглушает поцелуй. Вот уж не ожидала такого напора от мальчишки в трусах с покемонами. От того, кто едва смотрел меня, язвил, закатывал глаза и никогда не упускает шанса поддеть любого, кто попадался ему на глаза.     Ноа держит крепко, его язык скользит по губам и проникает в мой рот, жадно, нетерпеливо. В этом нет ни капли романтики, только жесткий трах, как я и просила. И от того с какой готовностью он выполнил мое желание, моя кровь закипает.   Его член проникает меня быстро и глубоко, вжимая в дверь так, что перехватывает дыхание. А губы спускаются к шее. Я чувствую, что он уже близко к тому, чтобы кончить, но сдерживается ради меня.   — Давай, Ноа, кончай.  — Сначала ты.    Но я сжимаю мышцы влагалища один раз, второй и он издает полузадушенный стон, утыкаясь лицом в мою ключицу, вздрагивает, кончая. Он держит меня еще несколько секунд, пока его член не прекращает сокращаться во мне, а потом ставит на пол. Опускается передо мной на корточки, закидывает мою правую ногу себе на плечо, обеспечивая себе лучший доступ к моему клитору и прижимает к нему губами.    Он гладит мое бедро одной рукой, а пальцы второй вводит внутрь, продолжает кружить по клитору языком. Я закрываю глаза, упираясь затылком в дверь. Мои ноги слабеют, и я запускаю пальцы в его волосы, прижимая голову ближе. Ноа чуть ускоряет темп, посасывает клитор. Я закусываю губу сдерживая стон, шепчу ему, чтобы он не смел останавливаться.    Оргазм накрывает меня с головой, руки Ноа держат крепко, пока я дрожу от волн удовольствия, расходящихся от клитора по ногам, отдающихся приятным покалыванием в затылке и кончиках пальцев.    Он целует мой живот, а затем мягко опускает мою ногу на пол и медленно встает. Он выше меня почти на голову, поэтому я смотрю на него снизу вверх, все еще опираясь затылком о дверь.    —  Всегда получаешь то, что хочешь, Лэйн? — спрашивает он, поправляя мое платье.  — Хм…  —  Надо же… у тебя нет слов, надо записать. Этот день войдет в историю, когда Лэйн прикусила свой острый язычок. — Зато тебе всегда есть, что сказать.   Он идет к столу, чтобы забрать свои очки, на ходу застегивая джинсы и ремень, выбрасывает использованный презерватив в урну у окна. Я все еще стою у двери, когда он берет мою кофту, а мои трусы с усмешкой убирает себе в карман.   —  Мы здесь закончили? — Я окидываю взглядом комнату, все коробки разобраны, но на столе еще лежит гора неучтенных упаковок чая и консервов.  — Закончу сам после того, как провожу тебя в комнату.  — С чего ты решил, что мне нужен провожатый? — Я складываю руки на груди, раздраженная его попыткой побыстрее избавиться от меня.  — Вообще-то…. — Он наклоняется и берет из коробки на полу бутылку вина. -— Я рассчитывал на второй раунд. Мне тебя мало. Хотя не уверен, что такой как ты можно насытиться до конца. Ты абсолютно невероятна, Лэйн.    Передо мной привычный Ноа. Очки, непокорная прядь черных волос, падающая на лоб, но смотрит он теперь совсем иначе. Хороший секс любого строптивца превращает в покорного обожателя. Мужчины так предсказуемо просты.    Я точно знаю, что если скажу ему забыть то, что здесь произошло он так и сделает. Но бутылка в его руках выглядит привлекательно, а его язык оказался способен не только на сарказм.    — Разве это не против правил, неужто готов нарушить их?    Я киваю на вино в его руках, он накрывает его моей кофтой и прикладывает указательный палец губам.    — Если ты никому не скажешь, то и я промолчу. Будет нашим маленьким секретом.    Мы выходим из комнаты, и он добавляет:   — И если уж на то пошло, ради тебя я готов нарушить любые правила. Кажется, ты дурно на меня влияешь, Лэйн.   Слишком уж сладко звучат его слова, приторнее сливок. Я не верю, что он воспылал ко мне чувствами за один вечер, но разве это может помешать нам хорошенько повеселиться?

***

Надеюсь, вы получили удовольствие от чтения.

Отзывы лучшее топливо для вдохновения, пожалуйста не лишайте меня его ;) Вторая часть с Анной выйдет на следующей неделe.

***

Если вы хотите поддержать рублем (все собранное пойдет на творчество - проф.редактуру и обложку для моей оригинальной книги) 2200 3005 8096 6016.