Дотянуться до тебя

С самого раннего детства Сильвер была помешана на знаниях. Если это, конечно, можно так назвать. Её не интересовали школьные предметы, за исключением физики (информатика могла бы попасть в число любимых, но информация, которую там давали, для Сильвер была бесполезна — она знала больше). Школьная библиотека совсем не впечатляла, а вот та, что находилась близко к её дому, была прекрасной. За оформление читательского билета, правда, пришлось заплатить, но любые цены меркли в сравнении с количеством знаний, которые Сильвер там получала. Ей было всего двенадцать, когда издалась первая книга Герты: «Теория квантовой физики» — полнейшая банальщина, но до чего же притягательная. Ни слова об экспериментах, опытах и прочем, сплошная теория, что было очевидно по названию, но даже это не помешало Сильвер с упоением перечитать книгу несколько раз, прежде чем первичный запал пропал. Но совсем скоро появился новый — Герта дала своё первое интервью. По телевидению его крутили на научном канале, который дети смотреть никак не желали, поэтому Сильвер приходилось искать подходящее для просмотра место. Компьютерный клуб, расположившийся неподалеку, был как раз кстати. Там же и началась её карьера «хакера», задолго до взлома соцсетей — ещё в школьные годы она не брезговала возможностью исправить себе оценки в электронном журнале. Другим — за довольно скромную плату, но иного от детей требовать смысла не было. Конечно, долгое затишье в подобном Сильвер сделала намеренно. Правда надеялась, что встанет на «путь истинный». Перестанет заниматься, как бы, незаконной деятельностью. Но после появления компьютера, находящегося на грани смерти смартфона и, в принципе, всегда существовавшего желания жить ни в чём себе не отказывая, все нормы морали ушли на второй план. Может, на третий. Может, ещё дальше. Идея заняться взломом аккаунтов и прочей подобной хренью, как оказалось, была гениальной. Сильвер, спустя час после размещения своих недавно созданных аккаунтов в социальных сетях на различных форумах, получила пару сообщений. «Мой парень лайкнул какую-то бабу, можешь посмотреть, переписывался ли он с ней?» «Моя девушка сменила пароль, проверь её соцсети, вдруг скрывает что-то». Много денег за такое не получишь, но это лучше, чем ничего. Особенно если брать в расчет то, что и сложного ничего не было. Но однажды поступило сообщение с интересным содержанием. Kelestial: «Бро, понимаю, не твоя специализация, но можешь облачное хранилище взломать?» Интересным было не только содержание, но и отправитель сообщения — никто иной, как Келус, её одногруппник. — Ему мозгов не хватило аккаунт сменить? Придурок, — тихо выдохнула Сильвер в пустоту. Вы: «могу, но это займёт некоторое время». Kelestial: «Отлично!» Kelestial: «Короче, нужно взломать облако моей сестры, там есть фотка, на которой она обжимается с мусорным баком». Kelestial: «Сам понимаешь, такой компромат нельзя терять». Вы: «ага». Почему-то представить Стеллу, обнимающую мусорку, было легко. Из-за хорошего воображения или соответствующего в некоторой степени поведения одногруппницы — не так уж важно. Взломать облачное хранилище, конечно, не очень сложно, но довольно муторно. Но перспектива заработать неплохие деньги (больше, чем за взлом соцсетей) была настолько манящей, что отказаться от заказа было попросту невозможно. Итак, облако Стеллы… Помимо злополучной фотографии с мусорным баком, там, конечно, было много всего. Стандартный набор: селфи в разных позах и с разным макияжем (от наивно-милых до дерзко-провокационных), фотографии с вечеринок, где Стелла, как правило, оказывалась в самом эпицентре веселья. Были и более личные вещи. Например, серия фотографий с маленьким пушистым котёнком, которого Стелла, судя по всему, подобрала на улице. Котёнок был смешной и неуклюжий, а на лице Стеллы, когда она его держала, была неподдельная нежность. Еще в облаке нашлась папка с фотографиями из детства. Стелла и Келус то дурачились, то обнимались, то с серьезными лицами строили замки из песка. По этим фотографиям было видно, что они действительно близнецы, не просто внешне, но и по духу. Помимо фотографий, в облаке Стеллы было несколько видео. Короткие ролики, снятые на телефон, запечатлевшие самые разные моменты: Стелла поет караоке с друзьями (довольно фальшиво, надо сказать), танцует в клубе, играет в настольные игры, спорит с Келусом из-за пульта от телевизора. Фотографии слишком хорошо олицетворяли Стеллу, ведь такой она и была в университете (большего Сильвер не скажет, ведь виделась с ней только там). Огромное количество файлов можно было ещё долго просматривать, но это занятие было довольно утомительным и уж точно бесполезным. Совсем скоро Сильвер отправила необходимую фотографию Келусу, получила деньги за проделанную работу и завалилась на кровать, проваливаясь в долгожданный сон.

***

Пробуждение было мучительным. Сильвер чувствовала себя выжатой как лимон, будто не спала вовсе. Зимний холод, проникающий в квартиру сквозь щели старых окон, заставлял ее сжаться в комок под одеялом. Всего спустя пару минут нехотя поднявшись, Сильвер быстро собралась и выскочила из квартиры, стараясь не задерживаться. В университете, как всегда, царил хаос. Студенты толпились в коридорах, обмениваясь новостями и сплетнями. Сильвер, стараясь остаться незамеченной, проскользнула в аудиторию. До пары оставалось еще достаточно времени, поэтому в помещении было почти пусто. Она заняла свое привычное место в заднем ряду, листая плейлист в поиске подходящей по настроению песни. И тут ее внимание привлек тихий спор, разгоревшийся в переднем ряду. Это были Келус и Стелла вместе со своими довольно близкими друзьями — Март и Дань Хэном. Сильвер невольно прислушалась. — Ну, признайся, это ты слил фотографию! — возмущалась Стелла, тыкая пальцем в грудь Келуса. — Да с чего мне это делать? Ты же знаешь, я бы никогда… — оправдывался Келус, но в его голосе чувствовалась какая-то натянутость. — Не ври! Кто еще мог знать об этой фотографии? И вообще, кто бы стал взламывать мой аккаунт ради такой глупости? — Стелла явно не собиралась отступать. — Ребят, прекращайте, — вмешалась Март, сжимая в руках телефон. — Сейчас об этой фотке вообще все узнают! После слов Март Стелла осмотрела аудиторию, в которой помимо их самих и Сильвер было всего три человека, и вновь посмотрела на Келуса. Кажется, она не собиралась отступать. — Келус, признайся, это ты. Иначе я перестану с тобой разговаривать, — Стелла перешла в наступление. Что-то тихо сказал Дань Хэн, но из-за расстояния и находящихся в ушах наушниках, пусть и с не включенной музыкой, услышать слова не удалось. Но, по крайней мере, красноречивый взгляд Стеллы в его сторону хорошо отражал ее к ним отношение. — Да говорю же, не я! С чего мне тебя компрометировать? Мы же близнецы! — Келус выглядел все более растерянным. Актер из него что надо. — Да, близнецы, которые постоянно друг друга подкалывают. Так что, признавайся, — настаивала Стелла. Сильвер, наблюдая за этой картиной, не могла сдержать легкой усмешки. Ей было забавно видеть, как Келус пытается выкрутиться, а Стелла, хоть и сердилась, все равно выглядела скорее раздосадованной, чем по-настоящему злой. Это было больше похоже на привычную перепалку между братом и сестрой, чем на серьезный конфликт. Внезапно Март, хитро улыбнувшись, подняла телефон и сделала несколько снимков. — Март! — воскликнула Стелла, но в ее голосе не было злости. — Надо же запечатлеть момент! Обычно все наоборот происходит, — ответила Март, весело подмигнув. Дань Хэн лишь вздохнул и покачал головой. Сильвер, наблюдая за всем этим, чувствовала себя так, словно смотрит какой-то глупый сериал. В наушниках наконец заиграла музыка. Сейчас лучшим решением будет просто дождаться начала пары, все эти семейные разборки ей были совершенно неинтересны. Главное, что Келус и Стелла так и не догадались, кто на самом деле стоит за взломом. И это было единственным, что имело значение. После занятий Сильвер решила зайти в ближайшее кафе. Она заказала себе чашку хорошего кофе, а не приевшегося растворимого, и пирожное, решив побаловать себя за хорошо выполненную работу. Все, вроде бы, налаживается.

***

Сильвер ненавидела болеть. Чувство слабости, которое болезнь сопровождает, всегда вызывало отвращение. Поэтому признаки простуды отрицались до последнего, списывались на недосып или усталость, а когда становилось глупо отрицать очевидное — игнорировались. Так было в детстве, так есть и сейчас. В юном возрасте неладное замечали воспитатели и откармливали лекарствами, отправляли в карантин к таким же больным детям и отнимали самое важное для Сильвер — свободу. Сейчас это сделать некому — она жила одна, никто за ней не присматривал и не контролировал. Вот она, самая настоящая свобо… Мысль прервал очередной приступ сухого кашля. Принять лекарства, чтобы наконец избавиться от недомогания желание было огромно, только вот самих лекарств — нет. Нужно идти в аптеку и тратить деньги… Такого желания нет совсем. Но делать то совсем нечего, поэтому Сильвер после универа заходит в ближайшую к нему аптеку и просит самое дешёвое жаропонижающее, думая о своей поднимающейся температуре по свойственным этому состоянию ознобу и головной боли. Ещё она надеялась на чудо: вместе с температурой непременно пройдут и кашель, и насморк. Только вот надеяться на такое — глупо. После приема лекарства стало действительно легче. Лёгкая слабость все ещё сковывала тело, при резких поворотах головой та все ещё простреливала болью, а дрожь в теле из-за холода не уходила совсем — только теперь она вызвана не болезнью, а продуваемой квартирой, в которой тепло вовсе не задерживалось. Появились силы на многое: на «работу», на занятия, на стримы, которые были подзабыты из-за появившегося более выгодного заработка. Хотелось делать хоть что-то, высвободить вновь появившуюся энергию и направить ее в нужно русло, но… Болезнь не отступила. Сильвер чувствовала себя отвратительно, из раза в раз поднимаясь с кровати и собираясь на пары. Пропускать их себе дороже. По случайно услышанным разговорам одногруппников об отработках легко было понять, что ничего хорошего от них ждать не нужно. И так продолжалось несколько дней. Сильвер пила дешевое жаропонижающее, которое лишь ненадолго приглушало симптомы, и героически шла на учебу, стараясь не привлекать к себе ненужное внимание. По ночам она работала над заказами, зарабатывая хоть какие-то деньги, и пыталась стримить, но быстро выдыхалась, чувствуя, как силы покидают ее. Зрители, привыкшие к ее бодрому голосу, чувствовали неладное и советовали отдохнуть. Сильвер отмахивалась, говоря, что все нормально, и продолжала, пока совсем не валилась с ног. Ее квартира превратилась в поле битвы: повсюду валялись пустые пачки таблеток, использованные салфетки и недопитые чашки кофе. В холодильнике — пустота, кроме одинокой пачки макарон и полупустой бутылки кетчупа. Готовить сил не было, да и аппетита тоже. Сильвер чувствовала, как с каждым днем ее состояние ухудшается. Кашель становился все сильнее, боль в горле — невыносимой, а озноб сменялся жарким лихорадочным бредом. Она знала, что нужно обратиться к врачу, но страх перед больницами и нежелание тратить деньги на лечение останавливали ее. В один из таких тяжелых дней, после особенно изнурительной лекции, Сильвер добралась до кровати и провалилась в беспокойный сон. Ей снились кошмары: что-то из детства. Утро наступило неожиданно. Яркий солнечный свет пробивался сквозь неплотно задернутые шторы, обжигая глаза. Сильвер попыталась подняться, но тело не слушалось. Она чувствовала себя ватной, разбитой и совершенно беспомощной. Смущал не звенящий будильник, но все встало на свои места, стоило посмотреть на время — уже десять, первая пара скоро закончится. Не было сил подняться с кровати, не было и желания. Телефон завибрировал от пришедшего сообщения — писала Кафка. KaffCrow: «Волчонок что-то случилось?» KaffCrow: «Почему тебя не было на моей паре?» Вы: «я проспала» Вы: «и кажется заболела» KaffCrow: «Слишком плохо?» Вы: «отвратно» KaffCrow: «Отлежись сегодня дома, хорошо?» KaffCrow: «Выпей лекарства, если не помогут — сходи к врачу» KaffCrow: «Перед Химеко тебя отмажу, а вот Герта… Сама понимаешь» Вы: «ок потом отработаю» И, поразмыслив немного, Сильвер отправила последнее сообщение: Вы: «спасибо»