Расовая вражда

***

Сегодня XX число XX месяц 19XX год. На улице пасмурно. Кто-то скажет, что такая погода — обычное дело для Англии, но мы не в этом городе. Сейчас пять часов утра и мы находимся в Форксе, точнее находится Гарри и, собственно, я сама, и вы правильно поняли, это тот самый Гарри Поттер, мальчик, который выжил. Ах да, я совсем забыла представиться. Я — Элис Каллен и это уже моё третье видение об этом милом мальчике. Когда я увидела его в первый раз, шёл дождь с грозой, можно сказать, видение соответствовало погоде. Ну а на самом деле, типичный Форкс — серое небо, моросящий дождь, запах хвои и влажной земли.

***

Резкая вспышка молнии рассекла небо, и передо мной возникло видение: я видела, как мальчик, хотя «мальчик» — уже не совсем точное слово, думаю тут будет уместнее подросток или парень, как парень перекатывается по земле и произносит, еле слышно. Если бы я была человеком, то вряд ли расслышала бы. Но я — высший вампир. И его шёпот прозвучал для меня так же чётко, как если бы он кричал. В отличие от большинства сородичей, я не просто быстра, сильна и бессмертна. Я вижу то, что может произойти. Я способна видеть будущее, но обычно это касается моих близких или решений, которые мы принимаем. Но здесь есть подвох: — Я не всегда понимаю контекст. Видения приходят обрывками, как кадры из чужого фильма. — Я не всегда там, где это происходит. Иногда я просто наблюдаю, будто сквозь туманное стекло. Вообще странно говорить о вампирских особенностях чувств, учитывая то, что я вижу только то, что должно случиться, там, где я могу и не быть, но получается так, как получается. После того, как мальчик перекатился и сел, его поза была очень похожа на ту, в которую мужчина встаёт, когда делает предложение, словно рыцарь перед дамой. Или жених перед невестой. Но вместо признания в любви, как стало позднее ясно — заклинание. И вместо нежного взгляда — взрыв магии.       — Экспеллиармус! После заклинания воздух взорвался волной силы. Гарри отбросило назад, но он не сдался. В его глазах горела ярость — не слепая, а холодная, расчётливая. Он вскочил на ноги, палочка (да, у него была палочка) уже в руке. И тогда я поняла: Он не просто бежал. Он сражался. С кем? Пока не знаю. Но рано или поздно мне станет это известно.

***

Через три дня с первого видения я увидела ещё одно, второе… «Туман. Густой, как молоко, обволакивающий всё вокруг. Он не просто мешает видеть — он живой, он шепчет, мешает. Я иду сквозь него, но не чувствую земли под ногами. Впереди — силуэт. Мальчик? Нет, подросток. «Гарри» — пронеслось у меня в голове. Он стоит спиной ко мне, его плечи напряжены, руки сжаты в кулаки. А потом… Боль. Резкая, жгучая, нечеловеческая. Я чувствую её, хотя это его боль, его, не моя. Его тело дёргается, будто бьётся в судорогах. Из тумана появляется другой силуэт — высокий, изящный, слишком идеальный, чтобы быть человеком. Мужчина. Он наклоняется к Гарри, его движения полны желания обладать, он как животное в период спаривания или как голодный хищник, у которого перед носом положили еду. Я не вижу его лица. Только зубы, клыки — белые, острые, неестественно длинные. Гарри кричит. Но звука нет. Только тишина. Кровь и картина, полная боли. «Так много крови». Она тёмная, почти чёрная в этом туманном мире, но я знаю, что это она. Мужчина не отстраняется, его оттягивают, кто-то незримый. Губы укусившего окрашены в багровое. Гарри падает на колени, его тело содрогается. А потом… Глаза! Его глаза — они больше не зелёные. Они красные. Как у нас, как у меня. Но… Не совсем. В них всё ещё есть золото. И тогда туман смыкается, и я —…»       — Элис! Резкий рывок. Я выхожу из наваждения, моё тело уже не в тумане, а в гостиной особняка Калленов, и я не стою, а лежу в объятиях Джаспера. Его руки инстинктивно обнимают меня, но он не отстраняется. Его пальцы слегка сжимают мои бёдра, а в глазах — тот самый голод. Не к крови. К эмоциям. Джаспер чувствует всё, что пережила я в видении. И он… Наслаждается этим. Страх. Боль. Ярость. Он впитывает их, даже не пытаясь скрыть лёгкий трепет в уголках губ.       — Ты видела его снова, — говорит он тихо, и в его голосе нет вопроса. Я киваю, всё ещё пытаясь отдышаться.       — Он… его укусили. Джаспер медленно выдыхает, и я чувствую, как его пальцы чуть сильнее впиваются в мою кожу.       — Кто?       — Я не знаю. Но это не конец. Это начало чего-то страшного. И Джаспер… Он улыбается. Потому что впервые за долгие годы он желает чего-то, желает увидеть это существо. Последний раз я видела его таким на войне. И это пугает больше, чем само видение.

***

И наконец, последнее, что я видела о мальчике, то, что мне явилось только полчаса назад… На этот раз видение было чётче. Мальчик стоял у границы леса, где заканчиваются владения Калленов и начинаются земли племени Квилет. Его зелёные глаза горели в полумраке, а пальцы сжимали палочку так крепко, будто это было единственное, что удерживало его от падения в пропасть. Но самое странное — это то, что он чувствовал. Я не просто видела его. Я ощущала его эмоции. Ярче всего… одиночество. Глубокое, всепоглощающее, как ночь без луны. Через мгновение Гарри уже шёл по мокрой от дождя земле, прислушиваясь к каждому шороху. Это было ощутимо по его напряжённым мышцам, казалось он готов защищаться от любой опасности, а после и сам атаковать. Ещё через секунду я слышу и вижу уже совершенно другое.       — Ты не должен был сюда приходить. Гарри не моргнул.       — Мне нужно увидеться с Билли Блэком. Мужчина, чьë лицо не разобраться нахмурился. Затем он замер и резко развернулся.       — Иди за мной. Каждое мгновение было будто волны от брошенного камня в воду.

***

Я должна поговорить с ним. Но… Как? Подойти и сказать: «Привет, я вампир, и ты периодически являешься мне в видениях». Бред. Но я видела, что скоро произойдёт что-то страшное. Что-то, что произойдёт из-за моей семьи. На свет появится новый новорождённый, крайне опасный новорождённый. Но, если я не разберусь в этом… Кто-то может погибнуть. Надо будет спросить у Эдварда на этот счёт. Мне кажется, он уже что-то придумал, но пока молчит.