Связанные бурей

Дагур, в поисках идеального оружия против драконов, решает исследовать старые архивы. Спускаясь по каменным ступеням, с огоньком свечи в руке, он опускался всё ниже. Там были различные свитки и глиняные таблички. Поставив свечу на пол, он принялся открывать каждый из свитков. –Так-так-так, что же тут у нас прячется? Его неестественный смех раздался по помещению, ударяясь о стены. Звук возвращался к своему источнику. Дагур, открывая очередной свиток, не мог понять, на каком языке эти записи. Отбросив свитки, он принялся осматривать глиняные таблички. Пара слов была знакомы: "сталь, орудие, дракон". –Это всё, что удалось найти?! Вы издеваетесь надо мной? !Мне нужно убить эту тварь, а не эти куски бумаги!? – Яростно зашагав по лестнице вверх, его шаги эхом разносились по помещению. Он кинул свечу в бумагу, свеча чудом не погасла и попала на один из свитков. Пламя медленно начало распространяться по остальным бумагам. Дагур стоял наверху и наблюдал за этим. Через пару минут там осталась лишь зола, а витающий в воздухе пепел поднимался и оседал на поверхности. Дагур подставил руку, пара тонких полос пепла упала ему на ладонь. Тепла он не чувствовал, в его руках пепел тлел и тлел. Вскоре он сжал ладонь в кулак и вышел из помещения. –Сир, вы нашли что-нибудь полезное? - Подойдя, спросил Дикарь, максимально сгорбившись, пытаясь выглядеть меньше. –По твоему, у меня сейчас в руках план по уничтожению Олуха? Он схватил его за шею в попытке придушить. Его глаза были полны гнева, он смотрел на Дикаря так, словно и впрямь пытался его уби Он швырнул его на землю. Тот, держась за шею, жадно пытался сделать несколько глотков воздуха. В его голове была целая буря эмоций. Он до сих пор был зол на Иккинга Иккинг, он его разочаровал. Если он только убил эту тварь, всё был иначе. Иккинг, ты даже не представляешь, что тебя ждёт дальше. Он снова засмеялся, так же неестественно и жутко, как и во все остальные разы. Жизнь на Олухе тем временем шла своим чередом. Каждый был занят чем-то своим. Ведрон и Шлак что-то бурно обсуждали, молчун Свен пас овец, а остальные большом зале. Старшины сидели в большом зале. –Берсерки опасный народ, мы должны напасть первыми, тем более у нас есть драконы!! – Кричал Слюнявый. Иккинг, Астрид и остальные тоже были там, но они сидели за отдельным столом. Им разрешалось говорить только тогда, когда их спросят. –Нет, Слюнявый, мы не можем напасть на Берсерков, они ведь ещё ничего нам не сделали, мы не можем безосновательно на них нападать, они ведь были нашими старинными друзьями. –Да, Стоик, ты прав. Но что же нам тогда делать? Спрашивал Плевака, теряя свой крюк здоровой рукой и переминаясь с ноги на ногу. – Иккинг, что вы думаете? Дагур станет нападать на нас? - Все старшие вдруг посмотрели прямо на Иккинга. Он замялся, не зная, что отвечать. –Я думаю, он не скоро вернется. Здесь его чуть не убили в последний раз, –встряла Астрид. Ее слова были полны решимости, она точно знала, что говорить. – А если он всё-таки решит напасть на нас, то у нас есть драконы, будем отбиваться ими. Нужно подготовиться только на ближний бой, а дальше мы сами справимся. –Астрид, а ты уверена, что мы сможем ему противостоять? Я не думаю, что Сарделька боевой дракон. –Да, твоя сосиска может спать в это время. Мы с Кривоклыком всё решим,– Сморкала засмеялся. Хахаха. сосиска, очень остроумно не так ли Астрид? Астрид сделала вид, что ее тошнит, и ударила Сморкалу локтем в грудь. Он ещё некоторое время сидел так под столом. – Так значит вы уверены что на нас не нападут? Мысли Иккинга были в смятении. Он не хотел нападать первым, не хотел быть причиной ненужной боли для простых людей. Он уже достаточно навредил Дагуру. Но с другой стороны, мысль о том, чтобы раз и навсегда избавить себя от всего, что связывало его с этим человеком, не покидала его. Он так и не понял, почему Дагур продолжал искать в нём союзника. Иккинг никогда не видел в нем друга скорее сумасшедшую и случайную версию опасности, рядом с ним он никогда не был в безопасности боль которую приносил Дагур была невыносимой, но все же он не мог просто так отказаться от него. Было бы лучше если он мог выстрелить в него прямо сейчас, просто из-за того, что его присутствие было слишком навязчивым, и избавиться от этого чувства... Но на словах не мог этого признать, особенно перед всеми остальными. Его единственным ответом было: “Нет, пап, я не думаю, что он нападет на нас.”Это было единственное, что он смог сказать. Иккинг пожал плечами и отец одобрительно ему улыбнулся. – Ну что ж тогда собрание окончено все расходитесь по домам *** Спустя время Дагур вспомнил о старейшей кузнице их острова — одной из самых древних на всем архипелаге. Это было его единственной надеждой против драконов Олуха. Ему больше нечего оставалось делать, как отправиться прямиком туда. Кузница встретила его глухим молчанием. Каменные стены, покрытые мхом, словно хранили духи прошлого, а в углу чадила одинокая свеча, будто предупреждая о надвигающейся опасности. Оказавшись внутри, Дагур осмотрелся и наконец нашёл предполагаемого хозяина: старого кузнеца, чьи дрожащие руки всё ещё держали молот, а глаза испуганно уставились на вождя. — Здравствуйте, вождь. Чем могу помочь? — голос старика звучал как шёпот, полон тревоги. — Мне нужно оружие, чтобы убить ночную тварь! — Дагур рассмеялся громко, его голос эхом разнёсся по пустым стенам. Кузнец посмотрел на него с сомнением, но не осмелился перечить. — Ну?! Долго мне ещё ждать? Или ты хочешь проститься с жизнью? — Есть одно оружие, — неуверенно произнёс старик, — но оно… невероятно опасно. По старым легендам, это был символ вождя. Оно приносило не только власть, но и страх. Его боялись даже собственные люди. Если ты хочешь его заполучить, тебе придётся столкнуться с большими последствиями. Ты готов быть не только великим вождём, но и страшным монстром в глазах своих людей? — Монстром? — Дагур усмехнулся, прикрывая вспыхнувшее сомнение в глазах. — Да это то, что мне и нужно. Где это чёртово оружие?! В его голове всё же пронеслась мысль: "Монстр? Но это не то, чего я хочу. Мне нужна сила. Та, что сделает меня владыкой и больше никогда не позволит быть одиноким." Кузнец молча кивнул и направился вглубь кузницы. Вскоре он привёл Дагура в небольшую комнату, где горела одинокая свеча, только что зажженая. В центре стоял сундук, покрытый древними рунами и изображениями битв драконов и людей. Его вид пугал и завораживал одновременно. — Это оно? — выдохнул Дагур. — Да. Но… тебе придётся принести жертву. Оставив прошлое, ты сможешь уйти без сожалений. — Жертву? Какую жертву? — Что-то, что тебе дорого. То, что символизирует твоё прошлое. Слова старика будто ударили его в грудь. Он молча осмотрел себя, пытаясь найти что-то, что связывало его с тем, кем он был раньше. Его взгляд упал на косу. Его рыжая коса. Единственный постоянный символ его гордости. Косы носили лишь самые сильные воины, те, кто доказал своё право на уважение. Ему впервые заплели её, когда он был мальчишкой. Тогда он с гордостью смотрел на себя, чувствуя, что стал настоящим воином, каким мечтал быть с детства. — Эта коса — я, — пронеслось в его голове. — Всё, через что я прошёл, всё, кем я был до этого момента. Это не просто волосы. Это моё прошлое. Рука потянулась к кинжалу на поясе. Он задержался на мгновение, смотря на своё отражение в клинке. Ему показалось, что из блеска стали на него смотрит мальчик — тот, кем он был когда-то. — Прости меня… — прошептал он, чувствуя, как в груди поднимается нечто тяжёлое. Закрыв глаза, он резким движением отрезал косу. Когда он открыл глаза, на его ладони лежал огненно-рыжий локон. Он смотрел на него, как будто прощался с частью самого себя. В этом жесте было больше, чем просто жертва. Это был разрыв с прошлым, отказ от того, кем он был. — Вот. — Его голос дрогнул, когда он протянул волосы кузнецу. Тот взял их и положил в пасть одного из драконов на сундуке. Через мгновение пасть захлопнулась с глухим ударом, и изнутри послышался странный, шипящий звук. Руны на сундуке засветились, и крышка с громким скрежетом приоткрылась. Внутри лежал молот. Его массивная рукоять, пропитанная маслом, была украшена рубинами. Боек выглядел устрашающе, словно созданный для того, чтобы разрубать черепа драконов. Дагур потянулся за ним, но, едва коснувшись рукояти,он замер на мгновение. В голове снова промелькнул образ мальчика с гордой, заплетённой косой. Он закрыл глаза и сжал рукоять молота. почувствовал, как по телу пробежал холодный разряд. У него закружилась голова, а в ушах послышался странный шёпот, похожий на вой. Казалось, само оружие оценивало его, решая, достоин ли он. Но стоило ему сжать рукоять сильнее, как шёпот исчез, а молот стал тёплым, почти живым. Дагур вышел из кузницы, ступив на траву. Он поднял молот и замахнулся на огромный валун, стоявший рядом. Удар раздался, как раскат грома, и камень треснул, расколовшись пополам. Осмотрев молот, он заметил кнопку внизу рукояти и нажал её. Из боков молота выскочили лезвия, сверкая на солнце. Они выглядели как клинки, созданные для разрезания чего угодно. Дагур снова ударил по камню, и половина валуна раскололась на ровные куски, как будто её разрезали мечом. Он бил снова и снова, наслаждаясь ново-обретённой силой, пока от валуна не остались лишь мелкие осколки. Он поднял молот вверх, ощущая себя непобедимым, и сжёг в своей памяти последнюю связь с прошлым. — Теперь я стану тем, кем всегда должен был быть, — прошептал он, глядя на оружие в своей руке.