Come to me

Как бы пафосно ни звучало, но метод Тома сработал, когда он убил пятерых школьников. Он больше не позволял произвольничать. Виноватые всегда были наказаны. Новый Министр прямо на работе мог и Круциатусом приложить, если приходил не в настроении. Дома он всегда был в настроении, учитывая, что в его жизнь вернулся Гарри со всеми вытекающими: спальней, сексом, объятиями и разговорами без принуждённости. Гарри замечал, что Том к чему-то готовится, что-то заказывает, за что-то высылает деньги, но не лез к нему. Скоро Министерский вечер в Сочельник. Они оба обязаны явиться на него. Рон и Гермиона писали Гарри с извинениями, что до сих пор ничего не нашли. Гарри их не винил, зато выслал им приглашение на этот самый Министерский вечер. Друзей Гарри Поттера нужно знать в лицо. Том часто засиживался перед камином до самой ночи, и Гарри как-то пришёл забрать его с собой, обнял со спины, а после оба замерли. — Извини… — Нет, — Том ухватил Гарри за руки, которые сомкнулись на его груди, и улыбнулся. — Мне нравится. — Тебя наконец можно обнимать со спины, и я не получу Аваду в лоб? — Ты её уже получал. Гарри крепче обнял Тома и поцеловал в шею, отчего у мужчины сбилось дыхание. Конечно, до спальни они дошли только через час, ведь Тома накрыла жажда обладать любимым телом, а Гарри не сопротивлялся.

***

Вечер Йоля начинался спокойно, Том ещё не вернулся с работы, оттого Гарри пошёл в спальню, чтобы полежать. Он прилёг буквально на пять минут, когда услышал стук. В спальню стучали только Пожиратели. — Войдите. Но ответа не поступило. Гарри удивился, закатил глаза, не понимая, кто это там такой робкий, а когда открыл дверь, то лепестки алых роз дорожкой вели Гарри куда-то вниз. Гарри сразу улыбнулся и последовал по этой дорожке вниз к камину, но дорожка вела дальше. Выйдя в сад, Гарри почувствовал тепло, везде летали лепестки уже белых роз, снег их касался, но дальше не оседал. У пруда стоял столик на двоих. На столе стояли две свечи, бутылка шампанского и закуска из фруктов, а также пицца. Гарри обожал пиццу, и Том это помнил. Том стоял в белых брюках и такой же рубашке, в белых туфлях, а на предплечье держал букет из ста белых роз. Гарри было стыдно, что он одет в обычную чёрную футболку и кожаные брюки, но на лице выступили слёзы. Неужели он заслужил всё это? Эту музыку, которая откуда-то медленно начала играть? Этого мужчину, который смотрел только на него? Это кольцо в его руках? Гарри не знал, бежать прочь из-за ужасного вида или в объятия Тома. Том, видя, что Гарри застыл, медленно подошёл к нему, оставляя на белом снегу идеальные следы, будто плыл по нему. У Гарри затряслись руки, а Том подошёл впритык, взял Гарри за руку и встал на колено. Том никогда и ни перед кем не становился на колено. Он поцеловал руку Гарри, положил рядом букет роз правой рукой, в ладони которой находилась коробочка с кольцом. Открыв её, Гарри увидел золотое кольцо, в котором находился белый бриллиант. — Гарри, мой благородный лев с разумом аспида, я тебя очень сильно люблю. Ты забрал все мои страхи и подарил лучшую жизнь. Ты научил меня любить и быть человеком. Гарри, душа моя, сердце моё, я не представляю своей жизни без тебя. Возможно, это эгоистично просить твоей руки в семнадцать лет, но я не хочу больше терять тебя. Я ждал тебя полвека, пускай этого и не помнил, но моё тело, мой разум, моё сердце никого не видели в этой жизни. Все только пешки, а мне нужен король. Гарри, ты выйдешь за меня? Проведёшь эту вечность со мной? Гарри сглотнул, боясь расплакаться, как слезливая школьница на выпускном балу. Он сжимал руку Тома, не в состоянии оторвать своих глаз от его. И пускай между ними до сих пор висит проклятие Смерти, они больше не боялись. — Да! Том выдохнул и улыбнулся, надевая на левый безымянный палец кольцо. Когда они поженятся, то это кольцо перекочует на правую руку, ведь на левой будет более огромный камень. Том поднялся с колен и нежно поцеловал Гарри, зарываясь в его мягкие волосы, пахнущие шоколадом. — Люблю тебя, моё сокровище, — произнёс Том, поднимая букет роз. — И я тебя люблю, таинственный романтик. — Это только для тебя я такой, — Том крепко обнял Гарри, а тот прижимался к любимой, надёжной груди, радуясь, что они наконец дозрели до помолвки. Учитывая, что предложение было сделано в особняке Блэков, они даже не заметили, как распустились чёрные лианы у гобелена, а алтарный камень наполнился силой. — Голодный? — Не очень. — Отлично, столик чисто символический. — Добби, забери букет и поставь в вазу в спальне, — попросил Гарри. — И дорожку роз не убирать. Мне она очень нравится. Том улыбнулся, поцеловал руку Гарри и повёл за столик. У Гарри руки дрожали, оттого бокал шампанского не помешает. Это был первый алкогольный напиток за три месяца, и то необходимый, иначе у Гарри случился бы сердечный приступ. Клубника в шоколаде привлекла внимание, и Гарри уставился на довольного Тома, который улыбался, как Чеширский кот. Он изучал поведение Гарри, наслаждаясь его потрясением, но радуясь, что не прогадал. Гарри мог и «нет» сказать. — Очень красивое кольцо. — Сними его и загляни внутрь, — предложил Том, допивая бокал шампанского. Гарри снял кольцо и увидел выгравированную букву «П». Гарри удивлённо поднял глаза на Тома. — Знаешь, почему твоему деду Флимонту было трудно подниматься? — Нет, — честно ответил Гарри. — Его отец Карлус Поттер проиграл в карты всё состояние, но на то время он уже заключил магическую помолвку Флимонта с Юфимией Гринграсс. Флимонт как раз учился на седьмом курсе и уже встречался с девушкой. Карлус проиграл даже драгоценности Дореи Блэк — своей жены, которые позже нашёл Поллукс и проклял их. Это закончилось плачевно, как мы знаем. Когда Джеймс женился на твоей матери, то Гринграссы были против магглорождённой ведьмы. Чтобы они отстали, Юфимия вернула им все свои драгоценности, даже свадебное кольцо. Арчибальд затаил зло. Он с детства слушал отца, который гневался на Карлуса с игроманией, на Флимонта с принятием грязнокровок, оттого решил найти все драгоценности Поттеров, которые проиграл твой прадед. Нашёл не все. Но я знал, что нашёл. Он их украл у пьяницы, которому кольца достались от отца. — Кольца? Сколько? Том достал из кармана такое же, как у Гарри. Они были помолвочными. — Два? — Гарри казалось, что Том достал больше. — Четыре, — поиграв бровями, ответил Том. — Ещё два — свадебные. Тоже золотые, но с бриллиантом побольше. — Вот для чего тебе нужен был Гринграсс, — улыбнулся Гарри. — Ты ему угрожал? — Естественно, — хмыкнул Том, ведь если бы не угрожал, то не был бы самим собой. — Ты против? — Нет, надо было Круциатус применить. — Гарри, — расплылся в улыбке Том, — я перекрыл ему кислород в Британии. Его бизнес без моего разрешения увянет. Астория станет леди Малфой, а Дафне нравятся магглы. И пускай она угрожала отцу выйти замуж за маггла, но я узнал, что она начала встречаться с неким Рабастаном Лестрейнджем, — Гарри засмеялся. — Да. Она хочет уничтожить фамилию Гринграсс, а ещё передать Лестрейнджам всё отцовское состояние. — В твои руки. — В наши, — ухмыльнулся Том. Гарри встал из-за стола, пересел на руки Тома и поцеловал его. Том умел делать подарки. Очень быстро научился удовлетворять потребности Гарри. Как оказалось, их не так много, они не стоят миллионы. Ему всего-то нужно было внимание. — Закрепим помолвку в спальне? — Душа моя, конечно, да!

***

Гарри и Том были счастливы эти дни. Об их помолвке уже утром двадцать третьего числа знала вся страна. Несмотря на лояльность к Рите, Гарри отправил сову Колину Криви. Юному журналисту нужно помочь. В Сочельник Том и Гарри явились на Министерский ужин, где все их поздравляли. Кольца очень сильно бросались в глаза. Рон и Гермиона обнимали Гарри, пожимали руки Тому, который объятия принимал только от одного человека, а ещё шутили, что он должен первым из их трио жениться. Рон краснел, ведь собирался сделать предложение Гермионе на выпускной, а Гарри говорил, что пиршества не будет. Это праздник только для двоих. Под вечер Рон и Гермиона спросили у пары, есть ли минутка поговорить. Все четверо решили прогуляться по снежному Лондону. Гарри и Том шли в чёрных одеяниях с дорогими мантиями на плечах, Гермиона надела длинное сиреневое платье с открытой спиной, а Рон был в обычном чёрном костюме, но рубашка была под цвет платья девушки. Конечно, его костюм был намного дешевле костюмов Тома и Гарри, но те и виду не подали. Только светло-серое пальто Рона бросалось в глаза Тому, но ещё полстраны носит серый цвет, Том не мог его запретить. Да и пальто Гермионы было серого цвета. — Мы обыскали все библиотеки, но, увы, ничего не нашли, — вздохнула Гермиона. — К проклятым книгам Малфоев и Забини мы не лезли. Мы даже прочли книгу появления рода Забини. Там пусто. — А Малфой не дал эту книгу! Люциус и Драко буквально белели, когда я спросил, можно ли прочесть книгу Рода, — ухмыльнулся Рон. — Но разве проклятие не ушло? Том, ты себя отлично чувствуешь, — произнесла Гермиона. — Это не так. На мне мощный артефакт. Рональд, а почему тебе так нужна книга рода Малфой? Ты что-то знаешь? — затаил дыхание Том. Рон всё-таки из чистокровной семьи, которая пускай и была бедной, но легенды знала. — Это только теория, нет подтверждений, — закатила глаза Гермиона. — Говори, Рональд, — попросил Том. — Все Малфои умеют покорять обаянием. Даже самые гнусные фразы, брошенные прямо в глаза, приветствуются. После того, как полгода назад Билл женился на Флёр, я заметил, что она часто говорит о сделках в банке. Билл и Флёр работают на гоблинов, только Билл достаёт артефакты, а Флёр заключает самые выгодные сделки. Особенно с мужчинами. Я думаю, что сила Малфоев в том, что в их крови есть вейлы. Да и цвет волос на это намекает. — Но они чистокровные, а не полукровки, — заявил Гарри. — И я то же самое сказала. — Рональд, продолжай, — казалось, что Том начинает понимать теорию Рона и не даст сбить парня с пути. — Но что, если Арманд Малфой — Основатель Рода лисов — женился не просто на вейле? Что если он попросил поженить его лично Магию? Магия могла забрать чары вейлы. Её может поглотить алтарный камень. Магия даст в виде чар обаяния чистокровность. Это как замена души. Гримм же откуда-то вылез у Блэков. — «Слава Гримму!» Альфард всегда говорил о нём! Сириус обращался в Гримма, говоря, что это защитник Рода, — прошептал Гарри. — Нужно срочно прочесть книгу рода Блэк. Если Основатель Рода влюбился в демона и подарил магию демона алтарному камню, то есть Магии, то та дала защиту Роду и заменила пустоту внутри демона на душу, отчего он стал чистокровным волшебником, — понял Том. — Мы домой! Рон, ты молодец! — закричал Гарри, аппарируя прочь и не видя, как парень играл бровями перед Гермионой. Гарри и Том ворвались в библиотеку и открыли книгу рода Блэк. Основатель Рода и правда влюбился в демона. Женщина подарила свою магию алтарному камню, Магия их благословила и подарила душу, а силу демона оставила в виде анимагической формы — защитник Рода. — Если мы поженимся, то Блэки тебя спасут. — Но что мы можем им предложить? — задумался Том. — Два Дара Смерти! Том удивлённо приподнял бровь, а Гарри согласно кивнул. — Смерть на нас обижена, она не позволит своей сестре Магии сделать тебя чистокровным. Но Магия может уничтожить проклятие, сделав твою душу цельной. Мы бессмертные. Мы обманули всех Духов. Но давай уважим одного — Магию?! — Гарри, мы хотели пожениться через год в Йоль. Это же наш праздник. — Мы не можем ждать год! Сколько ты ещё будешь снимать и надевать кандалы? А если однажды сорвёшься? Через час наступит Рождество. Один из самых сильных магических дней в мире! Том, мне плевать, когда мы поженимся, если мы спасём тебя. — Мы всегда будем должны твоему другу. Дом, мотоцикл, кольцо — этого не хватит, чтобы сказать «спасибо». — Оплатим ему свадьбу, свадебное путешествие и забросим на счёт миллион. — Заслужил, — улыбнулся Том. — Перед предками и Магией мы должны быть обнажёнными. Я схожу за кольцами, а ты возьми мантию. — Хорошо. — Гарри, — Том ухватил его за руку, — ты уверен? — Конечно, а после будем доставать Люциуса и Драко темой вейл. И наш брак будет говорить всем, что я таким образом получил бессмертие. Алиби отличное. Только всё это после свадебного путешествия. — Ты купил путёвки? Гарри вздохнул и согласно кивнул. Это должен был быть сюрприз. — Это должен был быть подарок на Рождество. Я уже отпросил тебя на работе до двадцать пятого января. Нотт прикроет. Это остров посреди океана, где будем только мы и обслуживающие эльфы. Том улыбнулся и поцеловал Гарри, а после укусил его серёжку в левом ухе, будто наказывая за то, что всё решил за его спиной. — Нужно будет закрепить брак у алтарного камня. — Ну, пускай смотрят, как их Лорд Блэк готов подчиняться наследнику Слизерина. Тому больше не нужно было ничего говорить — Гарри всё решил. И он не отступит от своего счастья. Гарри взял Мантию невидимости в сейфе, снял с себя всю одежду и пошёл в подвал. Том уже ждал его на одном из нижних этажей, тоже обнажённый. Он вынул Воскрешающий камень из кольца матери, а во второй руке держал два брачных кольца семьи Поттер. Таким образом Лорд Блэк принёс наследие Поттеров, Певереллов и Слизерина в алтарный камень. Блэки должны оценить и просить Магию на согласие снять с Тома чары. Впервые Том понял, что всё делает ради Гарри и себя не потому, что он должен обладать Избранным и страной, а потому, что хочет. Да и Гарри не ощущал в сороковых от Тома отдачи, как в девяностые. Они оба прошли какую-то точку, которая обнажила их настоящие намерения касательно мира и друг друга. Гарри не желал управлять страной, создавать армию и контролировать Тома. Он всего лишь хотел любить и быть любимым. То же самое чувствовал и Том. Дойдя до комнаты с алтарным камнем, Том снял с шеи скарабея на нитке, чтобы сбросить с рук кандалы. — Я буду знать, что люблю тебя. Магия должна почувствовать. — Нам не нужно много времени. Кандалы упали перед дверью вместе со скарабеем. Они тихо вошли и громко закрыли за собой дверь, когда увидели, что чёрный алтарный камень обвит лианами. Тоже чёрными, но раньше их не было. — Поставь кольца на алтарь и дай руку. Том просто молча выполнял просьбы Гарри. Он накрыл его руку своей, а вторую, в которой находилась мантия, прижал к камню. Том тоже прижал руку с камнем к алтарю, пытаясь удержать ярость. Ему хотелось бежать, будто проклятие чувствовало, что что-то не так. — Предки великого рода Блэк, предки великого демона Гримма, я — Лорд Гарри Джеймс Блэк-Поттер, прошу явиться на защиту моего счастья саму Магию! Прошу вашей помощи, чтобы Магия согласилась, ведь я и мой жених обманули саму Смерть — сестру Магии. По всей комнате поднялся ветер, а Том прикрыл глаза от боли. По телу прошёлся мёртвый холод. Явилась Смерть. Затем услышали рык, будто от волка, но это явно был Гримм. А когда засияли брачные кольца, отдавая теплом, то поняли, что явилась Магия. Том резко закричал, падая головой на алтарный камень, а Гарри в ужасе уставился на его спину с четырьмя кровавыми полосами на спине. — Убежал от меня, — этот гробовой шёпот заставил замереть сердца обоих, и ещё долго будет приходить в кошмарах. — Украл смертную жизнь и сердце Избранного, родившегося остановить тебя. А теперь и мои Дары хочешь уничтожить? — Подарить, — прошептал Том. — Я могу носить эти кандалы вечность. — Не угрожай мне, — по спине снова прошлись четыре кровавые полосы, и Гарри сглотнул, переживая за Тома. — Мы просим благословения на брак. Мы отдадим Дары, а взамен не просим чистокровности. Только сделайте целой душу Тома, пожалуйста, — шептал Гарри. Он смотрел не на спину Тома, а на сияющие кольца. Гарри боялся. Он ещё полчаса назад даже не понимал, насколько сильно разозлит Смерть. Ей никогда не достанутся две души. Никогда. Но, может Блэки не захотят смерти последнего наследника? Может, они уговорят, ведь кровь Тома тоже уникальна? Кольца перестали сиять, а Гарри в ужасе смотрел, как Магия уходит. Неужели Блэки не уговорили? Неужели Певереллы и Поттеры, Слизерины и Гонты не просили, ведь Дары принадлежат двум семьям? Дары упали на пол, а после исчезли вместе с холодом. Дары забрала Смерть, шепча, что не отдаст какому-то алтарному камню свои подарки. Том упал на колени, сглотнув. Он слишком сильно прогневал Смерть. Гарри сам готов был заплакать. Это был последний шанс вернуть Тому вменяемость. Кольца снова засияли, и оба перевели взгляды на них. Возвращения Магии они не ожидали. — Но меня вы порадовали. Хоть в одной стране будет магический порядок, и я смогу искать Избранных в других, — в комнате становилось всё теплее. — Клятвы, влюблённые сильнейшие волшебники страны. Гарри со счастьем в глазах посмотрел на Тома, который медленно поднимался с колен, пытаясь удержать улыбку, а после их руки пронзила огромная игла с камня, чтобы пролить кровь. — Я, Лорд Гарри Блэк-Поттер, прошу Магию благословить мой брак с Томом Марволо Реддлом. Моё сердце, моя душа принадлежат ему отныне и до скончания времён. — Я, Том Марволо Реддл, прошу Магию благословить мой брак с Лордом Гарри Блэк-Поттером. Моя жизнь, моё бессмертие принадлежат ему отныне и до скончания времён. Гарри потянулся за кольцом и надел его на палец Тома, а после тот сделал то же самое. Их руки кровоточили, а губы неистово целовались. — Благословляю бессмертных и возвращаю душу. Том почувствовал тепло. Рана на спине зажила, как и в нём самом, а он выдохнул, прижимаясь к Гарри. — Напомни мне больше никогда не играть с Духами. Гарри засмеялся, целуя любимого, которого всё ещё трясло, да и Гарри тоже едва держался на ногах. — Они ждут представления, Том. Глаза Тома засияли алым цветом. Серебро ушло, а Гарри не мог поверить своему счастью, что испытания закончились и останутся только земные проблемы. Том накрыл губы Гарри своими, прижимая спиной к алтарному камню, чтобы показать всем этим проклятым мёртвым предкам, насколько сильно плод Амортенции может любить. И пускай он убежал от Смерти, но от Магии он никогда не бежал. Он восхищался ей, а она решила дать ему шанс. Гарри выборол этот шанс для него, заставив полюбить холодное сердце.

***

— Ну и как это называется, сестра? Сначала моими Дарами между времён скользнула, из-за чего палочка была уничтожена, а теперь ты ещё и потакаешь этим двум? — Не сердись, сестра. Мы ведь всегда хотели стабильности в магии. Впервые за столько тысяч лет нам удалось сбалансировать одну страну. — Если бы Судьба не скорректировала Пророчество в твою пользу, я бы их души забрала. Но после боя руками не машут. Какая страна следующая? Только не Европа! Надоела за последнюю тысячу лет! — Не ворчи, дорогая сестра, я чувствую, что нам пора в Азию. Я чувствую тепло, которое оттуда идёт. Забудь ты этого Реддла. Найдёшь более симпатичного мальчишку. — Он мне нужен не для плотских утех. Я хотела сделать его подобием Анубиса. — Ну прости ты его, что его сердце украл мальчишка, а не ты. Анубис перед тобой на коленях стоял, а этот выбрал обычного. — Обычного? Сестра, он выбрал Избранного его убить. Того, кто держал в руках все мои Дары в один день. — И что это значит? — Что однажды я приду к ним с предложением. Но пускай пару столетий резвятся. Всё равно будут моими. — Богами? — До того времени люди придумают новое слово. Так ради какого азиата мы летим в Китай или Японию? Последний раз тебе понравился демон, и это я считаюсь предвестником гибели и хаоса? Ты даровала ему небывалую драконью силу, которая уничтожила нацию! Магия смеялась ворчанию Смерти, не забыв поддеть, что Том и Гарри даже через пятьсот лет могут послать предложение Смерти, чтобы наслаждаться друг другом на каком-то острове, а Смерть была уверена, что им захочется изменений в жизни. Но это будет не скоро. Сейчас Том и Гарри жили только друг другом, проблемами своей страны и желанием дарить любовь.

The End