За чашкой чая

Кейтлин не спеша ела суп. Горло всё ещё болело, но у супа была очень нежная текстура, что радовало её разболевшее горло. Тело начало согреваться от тепла. «Вкусно», — промелькнуло в мыслях у Кейтлин. Тем временем женщина тоже села за стол. Она тоже не спеша приступила к еде, но, поднеся ложку ко рту, тут же отложила её и нервно взглянула на Кейтлин. «Кхм, Кейтлин, ты сможешь пойти сегодня в школу? Я, конечно, не давлю, просто, если тебе всё ещё плохо, думаю, мне стоит предупредить твоего учителя, что ты не приедешь». Девушка на мгновение задумалась и ответила: «Я пойду. Мне уже лучше». В мыслях же Кейтлин думала о другом: это хорошая возможность для неё сбежать, если женщина и правда сумасшедшая. Но в голове появилось сомнение: зачем ей отправлять Кейтлин в школу, где она может легко ускользнуть? «Как же зовут эту женщину?» — пронеслось в голове. Женщина кивнула на её слова и продолжила есть. Завтрак прошёл в обычной, не мрачной и не напряжённой тишине. Кейтлин мысленно усмехнулась: «Кейтлин, Кейтлин, Кейтлин… Ты, возможно, сейчас рядом с сумасшедшей маньячкой, но сидишь с ней так, словно она ничего тебе не сделает. Кажется, я и правда сошла с ума». После завтрака женщина, не доев свою порцию, поднялась, подошла к Кейтлин, спустила её со стула и, держа за руку, помогла дойти до комнаты. Сначала Кейтлин напряглась, но потом подумала, что хорошо, что женщина вообще держит её за руку. Когда она начала подниматься по ступенькам, ей снова стало нехорошо. На этот раз, слава богу, была не одышка, а головокружение, но она отчаянно делала вид, что с ней всё в порядке. Если она покажет, что ей всё ещё плохо, то не сможет отсюда выйти. Когда они пришли в комнату, женщина начала рыться в том самом шкафу с зеркальными дверцами и вытащила оттуда, как поняла Кейтлин, школьную форму. Она начала помогать ей одеваться, отчего Кейтлин стало не по себе. Она уже давно была взрослой девушкой, а тут её одевают. Но она ничего не сказала и позволила себя наряжать. Наконец они вышли из дома. К облегчению Кейтлин, у женщины была машина, потому что у девушки совсем не было сил на долгую дорогу. Они сели по местам и тронулись. Женщина то и дело смотрела на Кейтлин в зеркало заднего вида, а потом заговорила: «Кейтлин, я хотела бы пожелать тебе удачи в новой школе. Это ведь первое посещение после… после смерти твоих родителей. Я знаю, что это больная для тебя тема, но мы с тобой должны двигаться дальше, дорогая. Я буду с тобой и обязательно поддержу! Ты можешь на меня положиться». Кейтлин отвернулась к окну, и женщина не могла видеть её лицо. Это было как нельзя кстати, потому что на лице Кейтлин застыла гримаса шока от услышанного. «Мои родители что? Разве это не я сейчас мертва? Я что, попала в другое параллельное измерение? Что за чёрт?!» Мысли снова оживились, и от их множества у Кейтлин заболела голова. На улице было солнечно, казалось, вообще весна, что ещё сильнее сбивало её с толку: ведь когда её сбила машина, был октябрь. Девушка — теперь уже девочка — прислонила голову к переднему сиденью машины. Холодная кожаная обивка на краткий миг остудила её голову, и Кейтлин захотелось, чтобы эта прохлада не улетучивалась так быстро. То, что она увидела и узнала после пробуждения, ей совершенно не нравилось и пугало. «Я либо у психопатки, которая решила поиграть в опекуна и, возможно, выкрала меня из больницы, либо… либо я всё-таки умерла. И, как это бывает в фантастических книгах, переродилась или перенеслась в другое тело… Или же это всё посмертный бред, и я в коме». «Охх…» — Кейтлин не сдержала горестного вздоха. Всё это было слишком трудно, ни один из вариантов ей не нравился. Да и если это посмертный бред, разве она не должна была видеть хотя бы знакомых людей или отрывки своей жизни? «До чего же всё сложно», — подумала она. Кейтлин подпёрла подбородок рукой, и её русые волосы закрыли лицо, словно занавески. Но она всё равно оглядывала окружение и, конечно, заметила, как женщина то и дело поглядывает на неё в зеркало заднего вида. «Наверное, она думает, что мне снова дурно», — пронеслось в мыслях Кейтлин. Она убрала с лица волосы, которые от жары прилипли к коже. «Всё в порядке, просто… просто…» — девушка не нашла, что сказать, но по взгляду женщина, кажется, поняла, что с ней всё в порядке. Женщина, всё ещё смотря на дорогу, начала разговор. «Моя дорогая девочка, — робко и с неуверенностью начала она, — я знаю, что это всё сложно, но не унывай. Эта школа очень хорошая, и если кто-то будет тебя обижать, обязательно скажи мне!» — уже более уверенно произнесла женщина. — «Я твоя крёстная и взяла над тобой опеку. И, поверь, никто не смеет тебе вредить, пока ты под моей защитой».