Эксперимент: «Тёмный Серафим»

Стены лабораторного отсека, выкрашенные в безликий серый, гудели низким, едва ощутимым вибрационным тоном. В центре комнаты возвышался стазис-капсула, прозрачный саркофаг, чьи внутренности подсвечивались холодным, пульсирующим синим светом. Внутри, словно застывшая во времени скульптура, покоился мальчик. Блондинистые волосы, растрепанные, прилипли к влажному от пота лбу. Тонкие трубки, словно змеи, тянулись от его рук, шеи и головы, исчезая в недрах сложного оборудования. Несмотря на кажущееся спокойствие, лицо мальчика было искажено гримасой боли. Он часто дышал, короткие, судорожные вдохи вырывались из его груди. Иногда, тихий, словно задушенный крик прорывался сквозь завесу стазиса, свидетельствуя о кошмарах, бушующих в его сознании. Рядом с капсулой, в тени сложного оборудования, стояли двое. Женщина, в строгом белом халате, с усталым выражением на лице, внимательно следила за показаниями приборов. Мужчина, в темном костюме, с непроницаемым взглядом, держал в руках планшет, пролистывая строки данных. В их молчании чувствовалась напряженность, смешанная с усталой решимостью. Они были свидетелями и, возможно, творцами этой странной, ужасающей картины. Женщина оторвалась от приборов и взглянула на мужчину. —Давление растет, господин Нобл. Мы приближаемся к критической точке— Нобл не ответил, продолжая просматривать данные на планшете. — Мы должны продолжать. Увеличьте нагрузку и чувствительность давления справа — проговорил он, не отрывая взгляда от экрана. Его голос был ровным, лишенным каких-либо эмоций, но в глубине глаз мелькнула тревога. — Но что, если он не выдержит? Мы не знаем, какие последствия это может иметь — возразила женщина, ее голос дрожал от напряжения. Она помнила предыдущие неудачные попытки, помнила ужасающие картины, которые они оставили после себя. Директор Тёмной школы наконец оторвался от планшета и посмотрел на мальчика в капсуле. — Мы слишком далеко зашли, чтобы останавливаться — сказал он, и в его голосе прозвучала сталь. Он снова повернулся к планшету, и его пальцы забегали по экрану, вводя последние команды. — Начинаем финальную стадию! — Женщина сглотнула, чувствуя, как ком подступает к горлу. Она знала, что директор Тёмной Школы прав. Они поставили на кон все, что у них было, все свои ресурсы, все свои надежды. Этот мальчик был идеальным образцом для их эксперимента. — Давление достигло критической отметки! Что мне делать? — закричала женщина, ее голос сорвался. Нобл поднял руку, призывая ее к спокойствию. — Держитесь протокола. Осталось совсем немного — он наблюдал, как цифры на экране стремительно меняются, как индикаторы приближаются к красной зоне. Сердце бешено колотилось в груди, но он старался сохранять невозмутимость. Вдруг капсула завибрировала, и яркий свет заполнил комнату. Женщина зажмурилась, прикрывая лицо рукой. Когда свет погас, она медленно открыла глаза и увидела, что у мальчика появились 3 пары огромных ангельских крыла чёрного цвета, блики в глазах окрасились в черный, а радужки стали золотыми. У них получилось. Эксперимент «Тёмный Серафим». Женщина, все еще ослепленная вспышкой, подошла к капсуле, заглядывая внутрь. Мальчик, казалось, спал, его лицо было спокойным и безмятежным, несмотря на чудовищные изменения. Крылья, сложенные за спиной, казались нереальными, словно вырванными из кошмарного сна. — Успех? Неужели это правда успех?" — пробормотала она, не отрывая взгляда от мальчика. Нобл подошел к ней, его лицо было бледным, но глаза горели азартом. — Более чем успех. Это прорыв. Мы переписали законы природы, мы создали нечто невероятное — ответил он, его голос дрожал от волнения. — Тёмный Серафим - ключ к нашей власти, к нашему будущему — злорадствовал директор Нобл, пока внезапно рядом стоящие приборы не начали страшно пищать, из-за чего оба встрепенулись и дикл испугавшись, пытались понять в чём проблема, пока Ллойд за стеклом мучался от боли. Его чёрные, как ночь крылья резко распахнулись во все стороны, и стазис, в котором он был, с треском стекла оказался уничтожен, оставляя после себя только чёрный дым. — Произошла ошибка! — прокричала Санго, и в следующий миг вся лаборатория под тёмной школы взорвалась, как и сама школа на поверхности, внутри которой были дети. Директор Нобл с трудом открыл глаза, и осмотревшись, понял, что дело его жизни исчезло, а из-за ошибки, наружу вырвался смертельный вирус. Внезапно он почувствовал острую боль во всем теле, и схватившись за голову, из его рта полился водопад крови. Он просчитался. Он допустил ошибку. Теперь все учёные, другие образцы, и обычные дети из-за него погибли. Нечего не осталось. Всюду огонь, в воздухе стоит запах горелой плоти и крови. — Это всё из-за Бреда и Джина! Если бы они не сделали, я бы не допустил такой ошибки. Теперь всему конец. Вырвавшийся на ружу вирус убьёт большую часть населения, и не важно, детей, или взрослых— в провождение его мыслей, он увидел как в центре города взорвался только что прилетевший самолёт, оставляя после себя только порох в большом количестве. Вдруг земля затряслась и от туда вылезли несколько сотен страшных монстров, направляющихся прямо в центр взрыва. Следом за ними, он увидел, как из леса шли человекоподобные существа, во главе которых была женщина, одетая в чёрное платье с длиными рукавами и черными волосами. На её плечах был плащ темно-синего цвета. Прямо за ней шли существа, одетые в такие же плащи с капюшоном на головах. У всех была бледная кожа и кроваво-красные глаза с узким зрачком, как у кошки. Все они широко улыбались, демонстрируя свои белоснежные клыки. Вампиры. — Всему конец — это были его последние слова. Сердце перестало биться. Начинается новая эра в истории человечества. Дальше их ждет кошмар, много смертей, бед, таинственности. Чтобы справиться со всем, выжившим людям придётся объединиться с организацией Истребителей Вампиров, зовущими себя — Императорской Демонической Армией Японии