Хэллоу, стрэнжир!

      Его слова просто несказанно меня удивили. «Как это, не по мужикам, когда ты сам предлагал мне такое?» — именно так я должен был у него спросить. А вместо этого пробормотал что-то типа: «А-а, понятно». Однако с тех пор у меня как отшибло желание трахаться с другими. Все мои мысли были о том, как бы докопаться до истины и соблазнить Чубакку. Ведь не могли быть его слова правдой. Ну никак не могли.       Короче, я стал вести себя как образцовый сосед. Не шумел, парней больше по ночам не водил и не кричал от удовольствия, разве что, повернувшись к стенке, тихо поскуливал, когда дрочил. Я даже во всём ему помогал: мастера по ремонту холодильника нашёл, с установкой телека помог, вай-фай раздал… Когда он в дверь стучал, специально в одних труселях ему открывал, а перед встречами с ним всякий раз прихорашивался. Кстати, узнал, что зовут его Евгением.       — Так Жека я, — представился он однажды на мой вопрос: «Слышь, как там тебя?» — когда я, стоя на кухонной тумбе, помогал ему вешать шторы. Женечка, значит… А ему подходит.       «А может, Женечка всякие девчачьи штучки любит?» — подумал я, стоя в отделе женского белья в магазине. Тем вечером он позвал меня к себе, чтобы «выпить вместе пивка». Я, конечно, без раздумий согласился, но в душе у меня зрело беспокойство. Нервничал, будто перед первым свиданием с парнем — прямо как тогда, много-много лет назад… Тьфу, опять об этом вспомнил. Это в прошлом, Санёк. В далёком, далёком прошлом. Но как же его красивые глаза напоминают мне те самые… Гадство. Помотав головой, чтобы прогнать навязчивые мысли прочь, я снова уставился на кружевные женские трусики. Не любит мальчиков, значит? Ну будет ему девочка. И улыбнулся хитрюще.       Всё должно было пойти по плану. Вечером, прежде чем отправиться к соседу, я спецом надел короткий топ и заниженные джинсы, чтобы резинка моих новых кружевных трусиков мозолила глаза Женечке. Дико неудобно мне было в женском белье, всё давило и сжимало, но куда деваться: горячий секс с офигенным мужиком требовал определённых жертв. И на жертвы эти я охотно шёл. Не сказать, что мне было так уж неуютно при мысли о своём шлюховатом виде. Напротив. Я возбуждался настолько, что соски мои твердели, а между ног всё время торчал бугорок зажатого в тиски кружева достоинства. Слегка подведя глаза карандашом для выразительности и накрасив пухлые губы блеском, в назначенное время отправился к нему в квартиру. На всякий случай захватил с собой презики, сунув их в задний карман.       Однако план провалился сразу же, как только дверь открылась, и на пороге меня встретил весь такой домашний Жека: непричёсанный, в домашнем трико, белой алкоголичке. Огромный, мускулистый… В очках. Читал, что ли? Вот так картинка, конечно: я, словно на блядки собравшийся, и он, словно только что после запоя, если бы не окуляры его эти.       — Э-э, — замялся я.       — Проходи, — приветливо улыбнулся он, а мой откровенно кричащий о желании трахнуться вид его ни капли не смутил.       Я скромно вошёл, так же скромно присел на краешек дивана и стал ждать. Женя достал из холодильника пару банок пива, протянул мне одну, уселся и включил какой-то стендап. И всё… И больше ничего…       — А я думал, мы футбол смотреть будем, — решил пошутить я, одновременно пытаясь открыть пиво ледяными от нервов руками. Чубакка заметил мои мучения, забрал у меня банку и, открыв её, вернул мне.       — Ты любишь футбол? А по тебе и не скажешь, — его взгляд бегло скользнул по мне, задержался на резинке трусиков. Блядство… Какое же глубокое, восхитительно прекрасное выражение глаз…       Я нервно рассмеялся и хотел уже было съязвить, но тут телек вырубился. Впрочем, как и весь свет в квартире.       — Чёрт, опять пробки повыбивало. И как вы живёте в этой развалюхе, — констатировал он состояние нашего многоквартирного дома. — Сиди здесь, пойду проверю, — сказав это, Женя включил фонарик на телефоне и вышел в подъезд.       Я же прекрасно знал, что электричество в нашем доме отключали часто и просто так. Это был мой шанс к нему поприставать! Темнота, интим, ммм… Хоть бы чёртов свет не включался подольше!       Итак, к тому моменту, как он вернулся, я уже всё решил: как бы случайно положу руку ему на член поверх треников и так же случайно начну мацать! Но, зайдя в квартиру, обратно на диван он не сел, а принялся возиться с щитком и параллельно что-то гуглить.       — Не пойму, в соседнем доме вроде как всё работает, — ворчал он.       Короче, план снова обещал провалиться. Я стал судорожно придумывать, как бы заполучить внимание моего Чубакки. И придумал!       — Слушай, Жень… Там сегодня в чате нашего дома что-то писали о возможных отключениях… — солгал я. Ну а что? Совершенно крошечная ложь, зато во благо. Его внимание тут же переключилось на меня. — Так что щиток тебе вряд ли чем-то поможет.       Ты это, лучше иди сюда, — похлопал я по дивану рядом с собой, — давай просто подождём.       Это сработало. Он вздохнул, сел и выключил фонарик. Мы остались вдвоём в полной темноте. Пора действовать!       — Жень… — начал я томно, но он меня тут же перебил.       — А что за чат-то? Знать не знал о таком. Добавь-ка меня туда. Я ведь теперь в вашем доме живу как-никак.       — Э-э… — завис я от неожиданности. — Добавлю, но потом. Для этого вай-фай нужен.       — Сейчас раздам, у меня мобильный работает, — и потянулся за телефоном.       «Чёрт, да сдался тебе этот чат!» — хотелось прикрикнуть мне на него.       — Же-ень, а давай в другой раз? — вместо этого ласково попросил я и потянулся к нему.       — Ты чего это, Санька? — вдруг дёрнулся Женя в ту же секунду, как я к нему прижался.       — Жень, слушай, ну я же не дурак. А ты вряд ли просто так тогда предлагал… — я рукой нашарил его член сквозь треники и принялся ощупывать. По первому впечатлению агрегат у него был нехилый… Блять, как же мне захотелось взять его в рот, ощущая, как он твердеет под моими ласками… Пока я его трогал, мне показалось, что он запульсировал и немного увеличился. А значит, я его возбуждал. Однако не успел я об этом как следует подумать, как мой Чубакка от меня отстранился и серьёзно произнёс:       — Я ведь тебе уже говорил, меня мужики не то чтобы привлекают.       — А я и не мужик, Жень… Я парень, молодой, горячий, гладкий во всех местах, а ещё вполне себе нежный. Гляди, — я перехватил его руку и опустил на своё бедро, туда, где тонкая резинка кружевных трусиков впилась в кожу. Я умел настаивать на своём и вообще-то был вполне способен даже гетеросексуала соблазнить!       «Так что и ты сегодня не отвертишься, Жека, чёрт тебя побери!»       Я принялся активно, без стеснения, к нему приставать. Возбуждённый до предела от желания ощутить на себе горячие руки, а внутри — толстый член, я тёрся о Женю, как похотливая сука во время течки. Он вёл себя довольно отстранённо, периодически задвигая что-то типа: «И как ты до жизни такой докатился, Санёк? Ты ж всё-таки мужик, как и я. Нельзя же так…». Меня это подбешивало, конечно, но жажда поскорее трахнуться была куда сильнее. А потом он неожиданно спросил:       — И сколько у тебя таких, как я, интересно, было?       — Немного, Жень. Ну пять, может, шесть, — невнятно пробормотал я, почувствовав, как в и без того узких трусах стало невероятно тесно. Чубакка мой никак не реагировал где-то с минуту. Потом повернулся ко мне, перехватил руку на своём члене и, улыбнувшись криво, произнёс:       — Пять или шесть? За день?       Я потерял дар речи. Да за кого он меня принимает?!       — А они к тебе как, по очереди заходили? Один кончил, другой пошёл? Или все вместе?       Его издевательские шутки меня возмутили. Конечно, я вёл не самую благочестивую жизнь, но ведь и нимфоманом никогда не был! Ну бывали у меня тройнички, развлекался я с пацанами время от времени. Но кто не развлекался-то? Я уже надулся и почти перехотел его трогать, но тут он мне прямо в лоб заявил:       — Ладно, проверим твой рот на работоспособность, — похлопал меня по щеке, а сам свободной рукой сжал собственные потяжелевшие яйца. Это было просто блядски сексуально! Женя скомандовал:       — Ложись на диван так, чтобы ноги на спинке лежали, а голова вниз свисала.