Новогодний фанфик

Вениамин сидел в глубоком кожаном кресле в коридоре и, сцепив руки на животе, задумчиво разглядывал мигающую гирляндами мохнатую елку. Эдик сделал самое тупое, что можно было придумать - залез под мамину кровать, пытаясь найти портал, как он его называл, зацепился за торчащий крючок и распорол себе копчик. Веня застал окончание концерта - Эдик ревел, как стадо бизонов - Веня, правда, никогда не видел бизонов, но предполагал, что орут они очень громко, - а мама обещала, что своими руками отправит его к мертвому колдуну, если еще раз выкинет подобное. В итоге мама, Эдик и Илья поехали в травмпункт, а Вениамин остался на старшего. Мама позвонила папе Миланы и попросила его приехать пораньше. Веня гипнотизировал дверь и почти не двигался. Вот сейчас она откроется, и на пороге появится его будущий папа. За последний час Веня почти полностью уверился в успехе задуманного. Мама бы не оставила его за старшего, если бы он не был примерным мальчиком. Вот даже Лестер - даром, что скотина редкостная (так говорила мама) явился именно ему. Значит, все точно получится. Осталось дождаться Антона. Вениамин Антонович - звучит. Заславский Вениамин Антонович. Каково? Из девчачной послышался визг. Веня привстал, но тут же сел обратно, вдыхая древесный аромат кожи. Девчонки вечно ревут. Это подождет. Он тут занят важным делом. Ждет Антона. Черт. Надо было у мамы отчество узнать… По квартире прокатилась противная трель. Обычно Веня морщился при ее звуках, но сейчас она показалась ему лучшей музыкой в мире. Веня бросился к двери и только когда уже почти открыл ее, вдруг подумал, что у Антона должен быть ключ. Но поздно. На пороге стояла молодая девушка. Она была одновременно похожа на маму и на Лестера, но Веня никак не мог понять, чем. Девушка была худая и невысокая, с распущенными белыми волосами, в пальто с широкими рукавами и огромным, беспорядочно намотанным синим шарфом. Она смотрела на него изучающе и… кажется, заботливо? У Вени почему-то не получилось долго держать зрительный контакт, и он стал смотреть на ее бледный нос с россыпью веснушек. - Меня зовут Вера, - сказала девушка. - А тебя? Веня перевел взгляд с носа на ее губы - не пухлые и не тонкие, без помады, - потом на шарф и вдруг понял, что не так у нее с глазами. Они были слишком светлые. - Вениамин, - ответил Веня, хотя собирался спросить, где Антон. Но Вера его опередила: - Антон задерживается. Будет в десять, а пока я с вами посижу. Ты не против? Тут только Веня заметил, что все это время топтался на пороге, загородив собой проход, и даже не предложил гостье войти. - А вы… Хм… Веня судорожно соображал. Кодекс хорошего мальчика не давал четких инструкций на случай, когда вместо одного взрослого приходит другой. Вдруг она пришла их украсть? Надо, наверное, как-то ее проверить. А если обидится? Расскажет Антону, что он ее не пускал. Но кто она вообще такая? Вот у Милки есть мама и папа. У него - мама. Кто тогда эта Вера? - Вера!!! - раздалось за спиной. В следующую секунду ураган по имени Милана пронесся мимо Вени и повис у девушки на шее. - А ты насовсем? А где папа? А Дед Мороз скоро придет? А ты останешься? - Шшш, - Вера осторожно расцепила руки Милки и выпрямилась. - Папа не смог уйти пораньше. Я пока побуду с вами. Как дела? Милка затарахтела, рассказывая свои неинтересные девчачные новости и увлекла Веру за собой. Веня мрачно поплелся за ними, не забыв тщательно закрыть входную дверь. Он чувствовал себя потухшей лампочкой. Мало того, что у Милки кроме мамы есть папа, так, оказывается, еще и Вера. Почему одним все, а другим ничего? Освободившись от пальто и огромного шарфа, которым можно было бы обмотать елку целиком, Вера осталась в джинсах и свободном свитере. Она поправила хвост и вдруг обернулась к Вене. - Ты идешь, Вениамин? Веня невольно приосанился. И, как старший, пошел показывать кухню.