Все ели заготовленную на ночь пиццу
20 января 2025 г., 22:05
Все ели заготовленную на ночь пиццу. Мама сказала, что не собирается заморачиваться с едой, и заранее купила десять упаковок Маргариты (ее проще всего было дополнять по вкусу) и огромные пачки чипсов. Высоко на холодильнике стояли одинаковые наборы с конфетами. Девочки пытались выклянчить себе розовые, но мама была непреклонна: или всем одинаковые, или никакие. Милка было возмутилась, но Илья пообещал отдать ей три конфеты из своего набора, и она умолкла.
Веня смотрел на коробки в виде елочек и думал, что если мама с Эдиком не вернутся до полуночи, смысла в них уже не будет. Волшебство пропадет. Какой толк в конфетах, если Новый год, который на самом деле длится только минуту, а не целый день, уже прошел? Да и пиццу они наполовину схомячили.
На часах было девять вечера, Вера развлекала остальных рассказами о каком-то холодном Озере. Девчонки слушали, раскрыв рты, Петя молча пил сок, а Веня мрачнел с каждым движением стрелки. План, который в начале вечера, казался ему удачным, постепенно утрачивал лоск и превращался в обыкновенную дурацкую идею. С чего Антону вообще слушать Веню? А брать над ним шефство? Или как оно?.. Опекунство? Отцовство? Вон у него, как выяснилось, кроме Миланы еще Вера есть. По сути - та же девчонка, только взрослая. Веня не очень понял, как у Антона может быть и мама, и Вера одновременно, но предпочитал особо в это не вникать.
- Веник!! Ты что, глухой?!
Веня встрепенулся. Милка, оказывается, уже какое-то время звала его, а в конце, не выдержав, стукнула кулачками по столу. Все замолчали и покосились на него.
- Чего тебе? - буркнул Веня.
- Салфетку дай! - Милка сидела, вымазанная в кетчупе, и смотрела на него один-в-один как мама, когда не могла дождаться от кого-то ответа дольше трех секунд. На ее маленьком округлом личике так и читалось: «Ты совсем тупой?!»
Веня молча протянул ей салфетницу. Какая-то мысль не давала ему покоя, копошилась у самого краешка сознания, чесалась, ерзала - пока не оформилась окончательно.
Веня вежливо улыбнулся сестрам, особенно вежливо - Милке - и, аккуратно соскользнув с табуреточки, просочился в коридор, а оттуда - в девчачную.