Interludes

В классе царит шум; повсюду яркие картинки и разбросанные игрушки, слышится топот десятка пар ножек, крошечные столы и поломанные мелки. Чонин обожает всё это. К нему подбегает щенок и дёргает за куртку. Чонин присаживается на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с девочкой. Джиюн, вспоминает он. — Ты настоящий учитель? — её голос звучит предельно серьёзно. Чонин улыбается под маской и качает головой: — Пока нет, но скоро буду. Девочка морщит носик, показывая щербинку от отсутствующего переднего зуба. — Тогда почему ты здесь? Он мягко смеётся, убирая ниточку с её кофты: — Потому что, Джиюн-а, я учусь у твоего учителя, как стать удивительным. Правда же, учительница-ним — самая крутая в детском саду? Джиюн подозрительно кивает. — И я тоже хочу стать хорошим учителем! Девочка вырывает ниточку из его руки и оборачивает её вокруг пальца. Он мягко воркует, объясняя, что это небезопасно, и они вместе идут выбросить её в мусор. Через мгновение она снова смотрит на него и спрашивает, как ей его называть. — Ну, раз я пока не учитель, то может будешь называть меня Чонин-оппа? Глаза девочки широко округляются, косички весело подпрыгивают, когда она энергично кивает. Он не успевает ничего ответить, как Джиюн убегает. До него доносятся её слова шести другим девочкам в классе: она гордо объявляет, что ей позволено звать нового друга «оппа», а всем остальным придётся обращаться к нему «Чонин-щи». Он не может сдержать смешок. Настоящая учительница, Чхве Ын Джи, подходит к нему с улыбкой. — Не прошло и часа, а о тебе говорит весь класс, Чонин-а. Надеюсь, ты не претендуешь на моё место, — усмехается она, подходя к своему столу и поправляя стопку бумаг. Чонин теряется на мгновение. — Никогда! Я… Ой, вы напугали меня своим учительским тоном, учитель-ним. Она бросает на него строгий взгляд и указывает линейкой: — Йа, для тебя я Ын Джи нуна. Чонин склоняет голову, пытаясь скрыть смущение: — Нуна, спасибо. Я знаю, что многие учителя отказались бы от моей просьбы поработать с классом, но вы не стали, и я очень… Ай! Он получает лёгкий щелчок линейкой. — Нуна, за что? — жалуется он, потирая руку. Звук был громче удара, но всё же. Ын Джи прикладывает руку к покрасневшему месту и щиплет его за щёку второй рукой. — Айщ, такой милый, думаешь, что обязательно быть таким вежливым. Эта нелепая идея, что только Омеги могут быть учителями, что только мы умеем обращаться со щенками. Меня вырастили два Альфы. Я прекрасно знаю, насколько мягкими и заботливыми могут быть Альфы. Те, кто отказал тебе, были просто… — Она делает паузу, проверяя, что дети заняты игрой, и шепчет: — Глупыми. Тебе здесь всегда рады, Чонин-а. Если Чонин возвращается домой с обновлённой страстью к преподаванию, это уже его дело. И только его.