Interludes

Сынмин мог бы составить длинный список своих любимых занятий: ему нравится петь, ему нравится вычислять, ему нравится анализировать данные, заниматься сексом, есть вкусняшки, перебирать сухие макароны, зарываться пальчиками ног во влажный морской песок — и это только начало. Что ему нравится значительно меньше? Тренажёрный зал. Это настоящий сенсорный кошмар. Если он надевает свободную, мешковатую одежду, то она липнет к его телу, если он надевает облегающую майку, то он липнет сам к себе. Тут шумно, тут воняет, ему неловко тут находиться — это просто не его место. Чанбин в облегающей футболке. Он сосредотачивается на этом. Плевать на собственные потные ноги, когда его Альфа жмёт лёжа почти вдвое больше своего веса. Если Сынмин слегка наклонится вправо, он сможет увидеть засос, который сам же оставил на бедре Чанбина прошлой ночью. Хорошая картина. Даже отличная. Пока он не слышит, что кто-то ещё разделяет его восхищение. — Ох, Чанбин-щи такой горячий, — тянет одна из посетительниц зала своей подруге. — Скажи, да? Жаль, что он уже помечен, — отвечает подруга. Сынмину кажется, что он узнаёт её по курсу, где ассистирует профессору. Минхи, если он не ошибается, Омега, младше его всего на год. — Что? С каких это пор? — подруга Минхи ахает, прикрывая рот рукой. — Уже давно, кажется. Не знаю, но я часто вижу его с этим Ли Феликсом, думаю, это один из его друзей. — О, ну конечно, круг поиска ни разу не сузился, Феликс дружит буквально со всеми. Он даже как-то оплатил мой напиток, когда моя карта не прошла, — ворчит подруга, пытаясь выглядеть так, будто она тренируется, а не пялится на невиновного посетителя зала, как Чанбин. — Может, он просто говорит, что помечен, чтобы к нему не приставали постоянно? Минхи склоняет голову, пожимая плечами: — Может быть. Я буду покупать тебе обеды неделю, если ты пригласишь его на свидание. Сынмин чувствует, как меняется его запах со сладкой карамели на что-то кислое. Если он сам это заметил, то Чанбин тоже скоро ощутит. Подруга Минхи сходит с беговой дорожки, поправляя одежду. — Ещё ни один Альфа не отказывал мне, так что посмотрим… Чанбин только заканчивает подход и садится, вытирает лицо полотенцем, когда к нему подходит незнакомая Омега. Она проходит мимо Сынмина, и это забавно — она захватывает его аромат и несёт прямиком к Альфе. — Чанбин-щи, я Хана, — начинает девушка, накручивая прядь волос на палец. Но стоит ей открыть рот, чтобы продолжить, как голова Чанбина резко поднимается. Он полностью игнорирует Хану, встречаясь взглядом с Сынмином. — Милый? — Альфа хмурится, вставая и обходя Хану. — Чт… Как долго ты тут? Что случилось? Сынмин не может удержаться от удовлетворённой улыбки, удовольствие буквально волной прокатывается по телу, когда крепкие руки обхватывают его за талию, а нос Чанбина утыкается ему в шею. Он проводит руками по плечам Чанбина, внезапно забыв о липком поте. Омега пожимает плечами, наклоняя голову, чтобы дать Альфе возможность понюхать его и пометить своим запахом. — Я соскучился по тебе, но не хотел мешать, — говорит он. — Думал, потренируюсь, пока ты занят. Но, хён, кажется, эта девушка хотела тебе что-то сказать. Он знает, что это подло. Мелочно. Возможно, позже ему будет стыдно. Но сейчас? Сейчас это приносит огромное удовольствие. Чанбин хмыкает, оглядываясь на Хану. — О, простите, я вас совсем не заметил. Вы что-то хотели? Я закончил свои подходы, если вам нужно это место. Хана заливается краской, прочищает горло и кивает, оглядываясь на Минхи, которая смотрит на неё с широко раскрытыми глазами. Значит, она действительно его узнала. Что ж, утреннее занятие во вторник обещает быть интересным. — Нет-нет, я просто… хотела спросить, э… — она путается, а Сынмин наслаждается каждой секундой. — У вас есть какие-нибудь советы для начинающих? Я слышала… вы часто бываете здесь, так что… Улыбнувшись, Чанбин кивает. Он всё ещё обнимает Сынмина за талию одной рукой. — Конечно, да! Советую не перенапрягаться. Чем бы вы ни занимались, сначала обязательно нужно разогреться. Женщины устроены немного иначе, так что вам не нужно делать половину того, что делают мужчины. Я бы посоветовал сосредоточиться на мышцах корпуса и ногах. И не забывайте о заминке, иначе на следующий день пожалеете. Э… — он смотрит на Сынмина, размышляя. — Я ничего не забыл, Минни? В мгновение гениального вдохновения Сынмин подавляет усмешку, глядя на бедную девушку: — Всегда берите с собой напитки. Никто ведь не хочет застрять в зале, умирая от желания…попить, верно, хён? Чанбин прищуривается, кивая. — Конечно, сладкий. — Он снова смотрит на Хану, махнув рукой. — Надеюсь, это поможет! Если будут ещё вопросы, здесь полно персонала, готового вам помочь. На этом пара разворачивается и направляется к раздевалкам. Чанбин щипает Сынмина за бок, пристально глядя на него: — Что это на тебя сегодня нашло, а? Улыбнувшись, Омега пожимает плечами. — Возможно, я слышал, как они обсуждали, какой ты горячий. Просто рад, что ты мой, вот и всё. Перед тем как Сынмин заходит в маленькую, рассчитанную на одного душевую кабинку, он оборачивается к своему Альфе. — Чанбинни? Мне кажется, пора обновить мою метку. Ну, чтобы все знали, что я твой. Чанбин стонет, прикусывая воротник своей футболки.