Заяц-Паук : Alternative story

Ночной город казался чужим. Улицы дышали холодом, окна домов — пустыми глазницами, а ветер тянулся к Антону ледяными пальцами, будто пытался остановить. Он летел между серыми коробками домов, и паутина, тонкая и звонкая, натягивалась, как струны. Чутьё рвало голову — тревожное, зудящее. Опасность. Со всех сторон. И через секунду оно подтвердилось. Под ним — вспышка жёлтых искр. Машину подбрасывает вверх, словно гигант бросил ею в ярости. Антон, вскинув руки, перекатился в воздухе и приземлился прямо на крышу, едва удержав равновесие. Вдох — рывок — и несколько нитей паутины устремились вперёд, переплетаясь в дрожащую мембрану. Машина, как муха в ловушке, увязла в самодельном батуте, силясь вырваться. Антон спикировал вниз. Каблуки костюма цокнули по капоту другой машины, и металл под ним тихо стонал, словно был живым. Перед ним, в нескольких шагах, стоял человек. Спиной. От его кожи поднимались тонкие электрические разряды, срываясь в воздух с тихим треском. Его вид был… тревожным. Верх — голый, иссечённый вспышками тока. Низ — зелёные штаны, почти обугленные от искр, и тёмные ботинки, тоже слегка дымящиеся. Он дрожал — будто от холода, но Антон понимал: это не холод. Это человек, который сам себе стал бурей. Разряд выбил часть стены рядом, оставив обугленный след. Антон свистнул: — Эй, блестяшка! Человек дёрнулся, резко обернулся. Глаза — пустые и перепуганные, как у зверя перед капканом. — Ч-человек-паук?.. — голос сорвался, будто горло давно не знало слов. Антон пожал плечами: — По прикиду узнал, да? Но внутри у него что-то кольнуло. В линиях лица незнакомца — что-то знакомое. Взгляд, разрез губ… Но искры не давали сосредоточиться. Всё мигало, дрожало. Неизвестный отступил шаг назад — и по земле пробежала волна электричества. Она прошла прямо за машиной, где стоял Антон. Металл заскрежетал. Антон медленно спустился с капота. Шёл плавно, без резких движений — так приближаются к раненому зверю, который может броситься в любую секунду. — Я не хочу неприятностей… — едва слышно выдавил неизвестный. — Оставьте меня в покое… Антон тихо вдохнул. —Боюсь, что не смогу, — сказал он мягко. — Слушай… Я вижу, ты сейчас еле держишься. Давай просто поговорим, а? Полуголый человек дрожал сильнее. Пальцы подёргивались, будто жили своей жизнью. Но он — кивнул. Почти незаметно. Антон улыбнулся под маской: — Вот и ладно… Как тебя зовут? Пауза. Треск искр. Вздох. — Меня… — он замер. Глаза на секунду очистились. — Алексей. Меня зовут Алексей. Это имя ударило Антона, как ледяная волна. Лёша. Тот самый Лёша. Электрик из школы. Человек, который часто жаловался на проводку и смеялся слишком громко… Теперь — дрожащий, блуждающий взглядом, озверевший, как зверь, в которого ударила молния. Антон едва слышно прошептал: — Лёша… — и громче: — Лёш… Что с тобой сделали? — Я… не знаю… — голос Лёши стал ломким. — Помню лица… трёх… Мужиков. Слышал смех… Потом — темнота… Антон поднял руки, показывая: он не враг. — Лёш, я понимаю. Ты боишься. Давай уйдём. Просто уйдём отсюда. В укромное место. Там спокойно поговорим, ладно? Лёша кивает. Делает шаг. И тут — вспышка. Волна электричества рванула по земле, едва не задев Антона. Тот резко сместился в сторону, а энергия, пройдя по асфальту, погасла, оставив чёрную полосу. Лёша вскинул руки: — Прости… Я не хотел… Антон поднял ладони: —Всё нормально. Просто… ты пока не умеешь этим управлять. Их короткую передышку разорвали звуки сирен. УАЗ затормозил прямо перед ними, фарами рассёк снег и ночь. Водитель вытаращил глаза, глядя на Лёшу, словно увидел живой провод. С пассажирского места вышел Тихонов. Лицо каменное. Но в глазах — шок. Он достал пистолет. — Руки за голову! Без резких движений! — рявкнул он. Антон поднял руку: —Подождите! Вы всё неправильно поняли!.. — Закрой рот! — выкрикнул напарник, выскочив из машины. — Мы тебя искали месяцами! Сейчас ты никуда не— — Не ори, — рявкнул на него Тихонов, но ствол не опустил. — Делайте, как говорят. Искры вокруг Лёши усилились. Тело дрожало, будто его разрывало на части. Он схватился за голову, застонал. Антон почувствовал: сейчас всё сорвётся. И сорвалось. Очередной разряд выстрелил в сторону домов, выбив стекло из окна. Напарник, испугавшись, нажал на спуск. Выстрел пронзил ночь. Антон резко повернулся к Лёше — но тот стоял. Целый. Пуля висела в воздухе, над самой грудью, и потом упала в снег. Глаза Лёши вспыхнули ярко-жёлтым. Страх исчез. Осталась ярость. — Оставьте меня… — он поднял голову. — В ПОКОЕ! Импульс вырвался из его тела, как взрыв. Антона отбросило на несколько метров, вмяв дверь машины. Тихонов и его напарник упали в снег, а УАЗ взлетел в воздух и рухнул на крышу. Тихонов попытался подняться, опираясь на руку. Удар в голове гудел, как колокол. Перед ним возник Лёша. Он шагнул вперёд — и пистолет сам отполз в сторону от разряда. Скелет Лёши мелькнул сквозь кожу — тело просвечивало от плазмы. —Я предупреждал… — прошипел он, поднимая руку. — Хватит… И в этот миг на него навалился Антон, сбивая с ног. — Лёша! — закричал он. — Приди в себя! Это не ты! Лёша рванулся, искры брызнули на снег, обжигая воздух, но Антон держал изо всех сил. Потому что это был не монстр. Это был его знакомый. Человек. Который кричал от ужаса внутри себя. Лёша издал звериный, рвущий горло рёв — не человеческий, чужой. В тот же миг они оба взлетели, как сорванные ветром тени, мелькнув в проёме окон. Антон от неожиданности едва не потерял хватку. — А ну… отвали от меня! — голос Лёши сорвался на хрип. По телу Антона прошёлся удар — резкий, обжигающий, будто его вели через высоковольтный кабель. Мышцы свело, и он, потеряв ориентацию, отлетел назад, как выбитая створка. Стекло ближайшего окна разлетелось в дребезги, его швырнуло в стену, а сверху с полок обрушились книги, цокая и больно хлопая по голове. — Ай… чёрт… Лёшу выгнуло в воздухе. Каждый нервный вздрагивающий рывок выглядел так, будто собственная энергия пыталась разорвать его изнутри. Он поднял взгляд куда-то в серую даль города. Там, на линии горизонта, мерцала станция энергосбережения — угрюмая громада металла и огней. Глаза Лёши вспыхнули ярче, как лампы, что сейчас готовы погаснуть. — Энергия… мне… нужна энергия… Он исчез. Буквально. Вспышка — и на его месте осталась только рваная дорожка молний, дрожащая в холодном воздухе. Антон подался вперёд, выползая к окну. Попытался захватить его паутиной со спины — но снаряд-выстрел ушёл в пустоту: Лёша уже был где-то на другом конце улицы. Антон выпрыгнул следом. Поймав крышу, он рванул за ним. Город тянулся под ним, будто тяжёлый тёмный ковёр. Искры, оставленные Лёшей, дрожали под порывами ветра и ломались об углы домов, оставляя за собой едва заметные клубы дыма. И вдруг — резкий, бьющий по ушам взрыв. Воздух рванулся, машины на дороге подпрыгнули, словно резиновые, и несколько из них взлетели вверх. Одна, пролетев дугой, врезалась в стену. Стёкла взвизгнули. Водителя выбросило наружу — он завис в воздухе, держась за дверь, как за обломок спасательного круга. До земли — три этажа. Падение без шансов. Погоня провалилась. Антон бросился вниз. Он ударился о стену, цепляясь пальцами, протягивая руку. Мужчина, увидев его, вздрогнул — глаза расширились — но всё же потянулся к нему. Антон сомкнул хватку, зарываясь пальцами в ткань куртки, и резко ушёл вниз по стене, смягчая падение. Когда мужчина оказался на земле, он стоял, шатаясь, словно мир вокруг плавал. — С-спасибо… я… — выдохнул он, всё ещё не веря, что жив. — Прячьтесь где-нибудь, быстро. Сегодня… — Антон глянул в тёмное небо. — На улице лучше не быть. Он будто почувствовал это заранее. Через секунды поднялась буря — живая, грохочущая, яростная. Молнии рвали небо на клочья, освещая улицу мертвенным светом. Одна ударила прямо в верхушку здания рядом. Грохот был такой силы, что земля под ногами дрогнула. Антон увидел, как фрагмент крыши — огромный, тяжёлый — медленно, почти лениво начинает сползать вниз. За ним трескаются стены, ломаются балки. И всё это летит на людей, которые даже не понимают, что над ними смерть. Среди них — знакомая фигура. Одежда. Плечи. Манера держаться. Антон замер. Егор. — Егор! — Антон крикнул так, что должно было сорвать голос, но буря съела звук. Егор даже не повернулся. И при этом… будто понимал всё. Паутиной Антон бросил крюк, пытаясь дёрнуть его в сторону — но обломки падали слишком быстро. Секунда. Тишина — и удар. Егора поглотила каменная масса. Сердце Антона сорвалось в бешеный ритм. Он кинулся к груде, вцепился в холодный камень. Мышцы горели, руки дрожали, но он поднимал, поднимал — будто сам чёрт за плечо толкал. — Егор… Егор!.. Сомнения, чёрные как лес ночью, лезли в голову. Что если он уже…? Что если там — то, на что лучше не смотреть?.. Антон стиснул зубы. Оттолкнул мысли. Поднял. Свет пролился внутрь… И там — пустота. Ни тела. Ни следов. Как будто никто не стоял там.Сначало Антон подумал, что Егор смог выбраться из каменной ловушки.. Но тогда где сам выход?.. Ни следов, не намеков, ничего.. Он отступил, ошеломлённый. Всё было как сон — или как ловушка. "Егор был здесь. Я видел… я знаю… Но тогда… куда он делся?.." Щелчок внутри сознания — будто переключатель. Антон уже засомневался, что Егор вообще был здесь.. Может действительно привиделось?.. Мгновение — и ещё один электрический взрыв сотряс улицу. Лёша был где-то рядом. Антон вдохнул, вытолкнув из груди тревогу, и бросился ввысь. Он снова рванул по следу молний. Паутину он выпускал почти на автомате — нитка за ниткой, рывок за рывком. Антон рвался вперёд, не замечая даже ветра, бьющего в лицо. Перед глазами — только Лёша. А в голове крутилась одна мысль, более ржавая и липкая, чем страх: «Неужели Хозяин леса сделал с ним это?.. Проклятый лес… он добрался до тех, кто вообще ни при чём…» Мысль оборвалась — тело ударила дрожащая вспышка. Разряд прошёл по позвоночнику, как по металлу. Антон на миг потерял дыхание, и в голове вынырнула картинка из кошмара: он, пристёгнутый к электрическому стулу, а вокруг — тени. Но здесь не сон. Здесь боль настоящая. Лёша появился из-за вспышки, словно вынырнул из световой трещины, и схватил Антона за грудь. Его хватка — холодная, но от неё будто шли иглы. Антон дёрнулся, руки перестали слушаться, линза на маске дала трещину, а куртка начала выгорать по краям. —Я же сказал… — Лёшин голос был сдавлен, будто говорил не человек. — Отстаньте все. От. Меня. Разряд усилился. Антон стиснул зубы — хотел что-то сказать, но получалось только сипение. — Ле… Лёша… — он выдавил, почти не узнавая собственный голос. — Я… хочу помочь… — Мне не нужна ничья помощь! — выкрикнул Лёша, дрожь пробегала по его лицу, словно искры. — Мне никто не нужен! Антон втянул рваный вдох. — Нужен… — слова давались тяжело, но он цеплялся за них. — Ты ведь всегда был добрым… Даже если люди… этого не замечали. Лёша рванулся ближе — их лица разделяло пару сантиметров. Глаза его пульсировали, как два маленьких разряда. — Откуда тебе знать… каким я был? — прошипел он. — Я знаю… — Антон смотрел прямо в эти светящиеся, поломанные глаза. — Я знаю тебя, Лёша. Потому что это — я..Антон... Антон Петров. Разряд дрогнул. Мощность упала. Лёша отстранился, будто впервые увидел его по-настоящему. Антон всё ещё висел в воздухе, поддерживаемый чужой энергией, но успел поднять руку — молча, умоляя остановиться. И именно в этот момент — резкий удар. Что-то впилось в Лешино плечо. Короткий глухой звук — будто дальний гром. Лёша на мгновение потерял концентрацию, хватка ослабла, и Антон сорвался вниз. Земля приближалась рывками — окна, фасады, светящиеся рекламы. Но перед ударом его резко дёрнули в сторону — к стоящей машине. Они врезались в капот, укрываясь за ним. Антон судорожно вдохнул. Перед ним стоял отец — в обмундировании, что казалось слишком знакомым и одновременно чужим. Помятая маска. Искажённый голос. Кибернетические перчатки со зловещими стальными когтями. Когда-то это пугало Антона. Сейчас — он был рад видеть его как никогда. —Антон, ты в порядке? — Борис тронул его за плечо. Антон кивнул, отдышавшись: — Да… Просто… не ожидал тебя здесь увидеть . — Он поднял взгляд вверх, туда, где мерцал Лёша. — Что это вообще было?.. — Это? — Борис ткнул пальцем в небо. — Благодари Юрия. Он коснулся маски сбоку. Прозвучал щелчок, и связь вышла на общий канал. — Юрий, Антон цел. Попадание отличное. В динамике потрескивали помехи, затем раздался довольный, насмешливый голос: —А ты сомневался?.. Где-то наверху гильза звякнула о крышу, затем — перезарядка. — Надеюсь, Антон уже в себя пришёл… потому что эта тварь сейчас очень злая. Они оба посмотрели вверх. Лёша выгнулся дугой, схватившись за голову. Он был похож на бомбу, которой осталось пару секунд. В груди у него разгоралось яркое, почти ядовитое жёлтое свечение. Повторный выстрел разрезал воздух. Но пуля, вместо удара, зависла перед Лёшиным лбом — застыв в дрожащем воздухе. Секунда. И взрыв. Гулкий, хищный, разлетающийся на сотни метров. Лёша исчез, оставив после себя волнообразный след из электричества, уходящий в сторону энергостанции. На крыше Юрий едва устоял — тряска отразилась по всему зданию. Снайперский прицел треснул пополам, как лёд от удара кувалдой. Сука… — тихо выдохнул он. — Я вне игры. Прицел сбило. Антон и Борис остались вдвоём. Борис глянул на дорожку искр. — Куда он направляется? Антон понаблюдал секунду — пазл складывался сам. — Похоже… к станции. Если он вытянет оттуда всё питание… весь город уйдёт в темноту. — И что теперь? Антон сглотнул. В голове вспыхнули идеи — дикие, рискованные. Одна из них осела. — Лёша… теперь состоит из электричества. Он как… ходячая батарейка. Борис вскинул бровь. — Подожди. Ты говоришь Лёша? Ты его знал? Антон устало кивнул. — Он был электриком в нашей школе… Произошла одна… глупость. Потом мы начали общаться. Борис усмехнулся, но не зло: — Отлично… Значит, дерёмся с твоим знакомым из школы. Хотел бы я знать, чем он насолил этому рогатому ублюдку… Антон только развёл руками. — Я уже не нахожу ответов. Но остановить его — надо. — Как? — Простая физика, — Антон глубоко вдохнул. — Если перенаправить в «батарейку» слишком сильный поток… она перегреется. И… — он помедлил. — Может взорваться. Борис понял сразу. Жертвы будут. Но если оставить всё как есть — погибнет весь город. — Значит… — Борис сжал кулак. — План простой. Сгоняем твоего знакомого в перегрев... Так сказать, дадим ему перенасытиться.. Надеюсь, он в физике ещё хуже, чем ты. Антон ничего не ответил. Лишь тихо, почти не слышно прошептал: — Как растоки он и понимает.. Спустя полчаса Антон вместе с отцом уже были у станции. Над железом плясали рваные, белые как кости молнии. Воздух вибрировал, будто сама станция задыхалась. Рабочие, ослеплённые вспышками, бросали оборудование и бежали прочь, оставляя после себя крики и гул тревог. Антон рванул вперёд, даже не слушая отца. Он, не теряя ни секунды, сбил паутину в подобие рогатки, натянул её, как боевой трос — и готовился запустить самого себя. Борис в последний момент подбежал: —Антон, стой! Не лезь первым! Если он шарахнет — тебя поджарит! Антон резко обернулся. В его взгляде мерцали тревога и решимость: — Лёша… меня знает. Я достучусь до него, иначе никак. — Он сжал отцу плечо. — Помоги тем, кто ещё внутри. И, не давая Борису ответить, отпустил рогатку. Его тело выстрелило, будто снаряд из древней катапульты. Грохот стекла — и он влетел внутрь, прокатившись по металлическому настилу. Комната встретила его тяжёлым гулом, дрожащим воздухом и запахом озона. Лестничная площадка уходила кольцом вдоль стен. Внизу — хаос из пультов и панелей. По центру, как раскалённое сердце, сиял главный генератор. И возле него стоял Лёша. Он поднял руку, готовый обрушить на установку весь свой заряд. Антон сорвался на крик: Стой!.. Лёша, ты не понимаешь, что творишь! Тот медленно повернулся. Но не бросился в атаку. Глаза — пустые, обожжённые внутренним огнём. — Антон… — голос хрипел. — Не лезь. Прошу. Антон только сжал кулаки: — Нет уж. Я влезу. Он прыгнул, в полёте цепляя Лешину руку паутиной и резко дёргая в сторону. Приземлился в нескольких метрах и рванул на себя сильнее. Лёша качнулся, но словно был вросшим в пол. — Я же сказал… НЕ ЛЕЗЬ. Глаза Лёши вспыхнули — будто в глубине черепа загорелось пламя. Антон шагнул вперёд: — Зачем, Лёш? — он развёл руками. — Ты же видишь, что творится! —Я вижу… — голос дрогнул. — Но он велел мне...Велел погрузить всех во тьму.. Антон почувствовал, как холодеет между лопаток. — «Он»?.. Хозяин леса? Лёша вздрогнул, будто это имя ударило его в виски. Он отвернул взгляд, снова поднимая руку к генератору. —Ты можешь пойти против него! — сорвался Антон. — Понял?! Можешь! Создать свой путь! Лёша замер. Рука зависла в сантиметрах от установки. Тишина повисла, дрожащая, как перегретый воздух. — Свой… путь… — едва слышно выдохнул он. Слова будто прошли через него током. Левый глаз дёрнулся, потом снова. Плечи затряслись. Он рухнул на колени, хватаясь за лицо. Антон медленно подошёл, боясь спровоцировать. Вдруг разорвал комнату крик — дикий, нечеловечный. Антона оглушило, в ушах вспыхнул звенящий вакуум. И сквозь этот гул прорезался другой голос — тихий, но властный, словно говоривший прямо из темноты под кожей. —Убей его. Лёша поднялся. Глаза горели — не яростью даже, а бездной. Но где-то внутри мелькнуло… сожаление? Антон едва успел отпрыгнуть. Разряд прошёл там, где он стоял, — расплавив воздух. Он метался по стенам, цепляясь за потолок, уходя от ударов, которые рвали металл, как бумагу. — Лёша! Очнись! Он тобой играет! Но Лёша уже не слышал. Очередной разряд — и Антона отбросило через стену наружу. Он рухнул возле опор ЛЭП. Встал, шатаясь, издав сиплый вдох. Не успел выдохнуть — Лёша уже был рядом. Сгустки электричества скатывались по его рукам, как жидкие змеи. Началась охота. Антон взмывал между проводами, уходил от ударов, будто танцевал на грани распада. Забравшись на верхушку вышки, он прыгнул вниз, как хищник. Прямо на Лёшу. Удары сыпались по его лицу — быстрые, отчаянные, почти панические. Но тот не реагировал. Как будто его тело — всего лишь оболочка, чужая, холодная. Лёша схватил Антона за воротник — и пропустил через него разряд. Антон рухнул. Грудь судорожно ходила. Воздуха катастрофически не хватало. Он сорвал маску — губы посинели, лицо было в синяках. Лёша приблизился. Схватил. Пустил по телу новую волну. Антон попытался вырваться — но руки постепенно обвисли, словно чужие. Жар и боль сжимали его кости изнутри. Лёша оскалился — звериным, нечеловеческим оскалом. Но в следующую секунду… взгляд. Антон смотрел на него — измученный, избитый, но живой. И в этом взгляде была надежда. Не отчаянная — настоящая. И что-то в Лёше дрогнуло. Голова дёрнулась. В груди будто что-то сорвалось. И по поверхности сознания Лёши всплыли забытые осколки прошлого… Тихий смех. Старая лестница. Снежный вечер. Человек, который всегда протягивал ему руку. Он — вспомнил. Разряд прекратился — резко, будто кто-то оборвал струну. На мгновение наступила тишина. Боль, которая разрывала Антона изнутри, начала отступать, оставляя за собой только глухой, давящий звон в висках. Лёша медленно опустил глаза на свои руки. Те самые руки, которые минуту назад пытали и держали Антона, будто стальные кандалы. Его губы дрогнули. И почти беззвучно, горько, по-человечески: — Что же я… делаю… Но мгновение свободы оборвалось — резкая, жгучая боль пронзила голову. Лёша вскрикнул, отпуская Антона, и схватился за виски. Будто что-то внутри него сражалось… ломало… рвало мысли на куски. Антон чудом удержался на ногах… точнее, ему так показалось. Через пару секунд колени всё же подогнулись, и он рухнул на одно из них, почти теряя дыхание. Он поднял голову — и увидел, как Лёша отступает назад, будто боится самого себя. — Леша… — едва слышно позвал Антон, голос сорвался, но в нём плескалась надежда. Лёша услышал. На секунду — всего на секунду — в его взгляде мелькнул прежний он. Тот, что умел шутить, злиться, спорить, помогать. Он поднял руку. Пальцы дрожали. И… разряд вырвался вновь. Антон снова взмыл в воздух, выгнувшись от боли. Но теперь… в ударе не было желания убить. Лёша держал ток, но будто удерживал себя куда сильнее. Он смотрел на Антона — взгляд был последним, как будто он прощался заранее. Антон чувствовал это. И без слов умолял его: «Не надо». Но Лёша не слушал. С последним рывком он выбросил руку вперёд. И волной силы отшвырнул Антона за станцию, далеко, почти в пустоту. Антон пролетел сотни метров. Упал на рыхлую землю, с глухим стоном. Попытался встать — но ноги тут же подвели, и он осел обратно. Единственное, что оставалось — смотреть. Лёша подошёл к генератору. Массивная система гудела, как огромный зверь, готовый сорваться с цепи. Сила в проводах дрожала, искрилась — её было слишком много для всего комплекса. Он открыл обслуживающую створку. Провода внутри светились, словно раскалённые жилы. Сжав их в ладонях, он резко выдернул. Станцию пронзил визг короткого замыкания. И затем… он прислонил провода к своей груди. Тело дёрнулось. Ток пошёл, как бешеный зверь, разрывая по пути каждую нервную нить. С каждой секундой он усиливался, распространяясь по Лёше, заставляя мышцы сводить, сердце сбиваться с ритма. Тяжесть навалилась сначала на ноги, потом на грудь. Дыхание стало рваным, стеклянным. Но он не отпускал. Генератор вспухал яркими вспышками — перегрузка росла. Станция дрожала. Металл стонал, стены шли трещинами. Она превращалась в бомбу. Не символическую — настоящую. Лёшина грудь начала искрить. Каждый вздох был мучением. Антон, едва держась на ногах, сделал шаг в сторону станции. Ещё один. И… Взрыв. Огромный, глухой, расползающийся грибом огня и дыма. Волна ударила парня в грудь, швырнув его назад. Он упал, потеряв ориентацию. В небе плясали молнии — рождённые взрывом, как последние следы Лёшиной силы. Сначала жёлтые… а потом — на миг — ядовито фиолетовые. И этот оттенок исчез также внезапно, как появился. Оборудование взлетало в воздух, превращенное в искристый металлолом. Осколки падали вокруг, шипя на раскалённой земле. Дым — густой, едкий — медленно пополз в сторону Антона. Он не верил. Не хотел верить. По щеке скатилась слеза. Перед глазами всё поплыло. Он уронил голову, смотря в серое небо. И впервые за долгое время… увидел звёзды. Веки опустились. Мрак продлился недолго — слишком недолго. Антон понимал, что с ним происходит, и не испытывал страха. В этот миг даже если бы на него набросилось что-то из лесной тьмы — он бы не сопротивлялся. Но вместо чудовища возник силуэт. Тонкий, ниже его ростом. Похожий на девушку. Она склонилась над ним, не касаясь, как будто боялась причинить боль. Что-то… странное. Что-то… —Антон… Хриплый голос, едва слышный. Знакомый. Веки дрогнули, мир вспух размытым туманом. Он протёр глаза — видимость вернулась. Над ним — Борис. Лицо уставшее, испуганное… и искренне счастливое. — Ну наконец-то… — выдохнул он. Он подсунул руку под шею Антона, помог подняться. Антон, опираясь ладонями на холодный асфальт, сел. Они были на крыше одного из домов. Антон поднялся на ноги, дрожащие, но послушные. Подошёл к краю крыши. Вдалеке поднимался огромный столб дыма. Слышались сирены, треск огня, крики пожарных. В глазах Антона отразился огненный блеск. Это не могло так закончиться. — Люди целы?.. — спросил он, не отрывая взгляда от горизонта. Борис кивнул: — Все. Кто-то выбрался сам, кого-то вытащил я. — Он взглянул в сторону развалин. — Даже странно… спасать людей, а не… Он осёкся. Последнее слово он не решился произнести. — С Лёшей… поговорить не вышло, да? Антон не ответил. Тишина сказала всё. Внутри него жило чувство… чудовищное чувство, будто всё можно было изменить. Что-то он упустил. Недосмотрел. Не договорил. — Напрасная жертва… — прошептал он. Борис сбросил голову, отстраняясь от вида на станцию. Прислонившись к краю крыши, он сложил руки в замок, и иронично, даже насмешливо сказал: — Походу теперь город еще остался без электричества.. Антон какое-то время смотрел вперед, а потом отошел от края, идя на другой. Борис оглянул его, непонимающе смотря на его действия. — Куда ты?.. Не оборачиваясь Антон ответил: — Хочу кое с кем наладить отношения.. Борис пошел за Антоном. Тот уже подошел к краю, проготовившись прыгать. Но рука Бориса внезапно схватила парня, не давая тому уйти. — Антон! Ты уже не спал целый сутки, твое тело буквально изнемаждено! Отдохни ты хоть на какое-то время.. — Если я буду отдыхать, то Рогатый из клуба тайных культистов уже завтра может устроить геноцид в посёлке.. Рука Антона отпрянула от хватки Бориса. Еще раз посмотрев на своего отца, твердо и без слов он намекнул, что не остановится.. Но как только Антон отвернулся, его вновь позвал отец. Обернувшись, он хотел возразить, но увидел перед собой лишь маску, что держал Борис, протягивая ее.. — Ты забыл.. Антон машинально прикоснулся к лицу, понимая какую оплошность он мог совершить. Аккуратно взяв маску, он надел ее.. Маска за все это время теперь пахла не только сигаретами, но и гарью, вперемешку с запахом металла.. Сделав прыжок, Антон пекировал вниз. Выстрел паутины, и тот уже летел в направлении, где был полицейский участок..