Солнце

Вечер. На улице Миллер снова разразился скандал — привычное дело для этого дома. Десятилетняя девочка в очередной раз оказалась один на один с пьяной матерью. Ее старший брат снова шлялся где-то.У него было преимущество в том,что он взрослый.. Мог позволить себе уйти, забыв обо всем, включая сестру. “Я выжил, и она выживет,” — так он всегда оправдывал свою безучастность. Все шло по знакомому сценарию: крики, ссоры, а утром мать вновь потянется к бутылке. — Чего вылупилась? Проваливай к себе, пока не прибила! — закричала женщина, обрушив тяжелую ладонь на лицо дочери. Но девочка даже не моргнула. Слёзы давно иссякли, осталась только пустота. Ханна спокойно взяла с полки ветхую, залатанную ветровку и выбежала из дома. Она знала, что лучше подождать снаружи, пока мать не уснет. Оставаться рядом с ней сейчас не хотелось. Свежий воздух успокаивал. Усевшись на старые качели во дворе, Ханна смотрела на детей, весело играющих с родителями. Они выглядели счастливыми и беззаботными. Она никогда не была такой. В конце концов это не ее вина.Отец ушел еще до ее рождения, а мать превратилась в алкоголичку. — Ты кажешься грустной, — раздался рядом спокойный, но незнакомый мужской голос. Ханна вздрогнула и резко обернулась. Перед ней стоял мальчишка лет четырнадцати. Его рыжие волосы блестели в свете фонаря, а глаза внимательно смотрели на неё. — Что-то нужно? — спросила она с вызовом. — Да нет… Просто ты сидишь тут одна, вот я и подумал… — парень почесал затылок, явно смущенный. — Давай познакомимся? — Он протянул руку. — Я Дилан. Ханна нехотя подала ему руку. — Ханна. С того дня прошло три года. Они стали неразлучны. Ханна часто жаловалась на мать и брата, а Дилан всегда слушал и утешал. Он приносил ей сладости, поддерживал в трудные моменты. Постепенно его дружеская привязанность переросла в нечто большее. Он видел в ней не только подругу, но и прекрасную, сильную девушку, которая пережила столько несправедливости. Однажды, как обычно, они договорились встретиться. Но Ханна так и не пришла. Дилан прождал целый час, а потом решил пойти к ней домой. Дверь открылась сразу. На пороге стояла женщина лет тридцати, но выглядела она на все пятьдесят. Ее грязные волосы, темные круги под глазами и отвратительный запах вызвали у парня тошноту. — Здравствуйте. А Ханна дома? — спросил он, стараясь не выдать волнения. — Чего надо? Ханны здесь нет. Сдала её в детдом. Надоела, только мешалась, малолетняя шалава, — выплюнула женщина. Эти слова, словно нож, вонзились в сердце Дилана. Его кулаки сжались, а глаза наполнились яростью. — Как вы смеете говорить так о своей дочери?! Она лучшее, что есть в этом мире! — произнес он, подходя ближе. — Катись отсюда, сопляк! — фыркнула женщина. Что произошло дальше, казалось туманом. Дилан вытащил из кармана маленький нож, острый, как его гнев, и вонзил его женщине в шею. Первый удар, затем второй, третий… Она кричала, пыталась вырваться, но уже было поздно. В её теле оказалось больше десяти ран. Когда всё закончилось, Дилан осторожно затащил тело обратно в дом и оставил её лежать на грязном полу. Вокруг царила мертвая тишина.