Пролог
21 января 2025 г., 09:59
— Оби-Ван! — позвал Анакин, но наставник, сражавшийся напротив него, был довольно занят. Анакин увернулся от двух боевых дройдов и едва не был опален лазерной пушкой пролетевшего над головой корабля.
Он мог видеть только Рекса и нескольких других, стремящихся добраться до командиров сепаратистов дальше по полю.
Это превратилось в гораздо большую битву, чем они ожидали. Внешнее кольцо еще не было ключевой территорией, но Анакин понимал, что оно быстро станет таковым, поскольку обе стороны искали альтернативные пути и транспорт для войск и линкоров.
Их небольшой отряд был бы серьезно разбит, если бы Оби-Ван быстро не вызвал для поддержки местные силы.
В аксиланских кораблях не было ничего особенного, но они прибыли вовремя и в стратегии были довольно эффективны.
Им только что удалось высадить несколько человек, и Анакин мог видеть их краем глаза, пока сражался. Он выбросил руку и сумел заставить двух боевых дройдов столкнуться друг с другом в довольно впечатляющем огненном шаре.
— Выпендриваешься, Анакин?
— Нет, мастер! Я пытаюсь выиграть битву. Не знал, что тебе нужно немного времени для беседы.
— Просто проверяю. Я вижу взрыв и сразу думаю о тебе.
— Смешно, Оби-Ван.
Но взрыв привлек внимание множества других дройдов, которые собрались на позиции Анакина, и он понял, что его быстро окружат, когда почувствовал теплое присутствие у себя за спиной.
— Мои люди почти здесь, сэр! — прокричал голос человека позади него, и тот быстро стрелял, пока Анакин отражал выстрелы в дройдов со своей стороны.
— Я это ценю! — крикнул в ответ Анакин. — Но нас просто превзойдут численностью, если вы случайно не захватили с собой ионную пушку.
— Ну, вообще-то, две, сэр. Они собирают их и... ах, вот оно.
Красная вспышка поразила одного из дройдов перед джедаями, и внезапно половина из нападавших упала, дергаясь и отключаясь от ударов электротока.
Анакин и офицер остановились, и в этот момент в них обоих попал выстрел с одного из пролетающих мимо кораблей с пушками.
— Сила побери! — зарычал Анакин, когда его протез заискрился, и переложил клинок в левую руку. — С вами все в порядке? — окликнул он человека позади себя, который, как он почувствовал, слегка пошатнулся от удара.
— Просто царапина, сэр, — отозвался тот. Затем по каналу связи: — Следующий огонь по этой группе боевых кораблей, Джанкис!
Его люди повиновались, и внезапно преимущество перешло на другую сторону. Анакин продолжал наступать, пронзая своим клинком дройда за дройдом, смутно осознавая, что человек рядом с ним действительно очень эффективно прикрывает его спину.
— Рекс! — позвал Анакин в свой комлинк, когда бой затих.
— Сэр, мы захватили лидеров. Двое убиты, а троих мы взяли.
— Отличная работа. Я скоро с вами встречусь.
И он, наконец, повернулся к человеку, который был таким эффективным союзником.
Анакин слегка приподнял брови. В пылу битвы он не совсем осознавал, насколько невысоким был его союзник. И называть его мужчиной, возможно, было преждевременно — он выглядел на несколько лет моложе самого Анакина. Но звание на его коричневой форме указывало на то, что он является лейтенантом, и в его поведении было что-то гораздо более зрелое, чем показывали его годы.
Анакин повесил свой световой меч на пояс и протянул руку.
— Анакин Скайуокер, генерал Республики, — сказал он.
Другой мужчина крепко пожал ему руку. — Лейтенант Фирмус Пиетт. Аксиланский антипиратский флот.
— Вы довольно ловко управляетесь с бластерной винтовкой, лейтенант.
Другой мужчина ухмыльнулся. — Приходится, сэр. Здесь, во Внешнем Кольце, жизнь довольно сурова. И для меня большая честь с вами познакомиться. Я слышал много историй. Но не следует ли осмотреть вашу руку? На борту моего корабля есть приличная ремонтная бригада.
Анакин фыркнул. — При всем моем уважении, лейтенант, но моя рука — протез, в отличие от вашей. Вы, кажется, сказали, что это царапина.
Рукав лейтенанта был пропитан кровью, а вокруг рта виднелись напряженные складки, но Пиетт поднял бровь, глядя на Анакина.
— Как я уже сказал, сэр, это и есть царапина. Поверьте, у меня бывало и похуже. — И его карие глаза бросали вызов.
Анакин пожал плечами. — Хорошо, поверю вам на слово. Мне нужно посоветоваться со своими людьми. Может, встретимся вон там, у вашей ионной пушки?
— Да, сэр, это подойдет. Мне тоже нужно сделать отчет.
*****
Анакин нетерпеливо сидел, пока дройд работал над его рукой. Он был вполне уверен, что мог бы сделать работу лучше — и уж точно быстрее, — но проблема находилась в сложном месте, и у него не было времени полностью снять протез и возиться с ним одной рукой.
Он очень хотел вернуться к Падме и узнать, как у нее дела. Видение Силы беспокоило его все больше и больше, как и разговор с Палпатином.
Говорил ли тот правду? Возможно, они могли бы заново открыть, как использовать мидихлорианы, чтобы спасти Падме?
Вопросы уже несколько недель давили на его разум и душу. Он не мог рассказать Оби-Вану, и это было больнее всего.
— С вами все в порядке, сэр? — раздался спокойный тенор, и он посмотрел туда, где лейтенант Пиетт сидел на медицинской койке, пока доктор заканчивал перевязывать его руку.
— И оставайтесь на месте, лейтенант. Вы потеряли много крови — я хочу подождать, пока ваши цифры выровняются.
Пиетт вздохнул и подвинулся, чтобы прислониться спиной к стене.
— Я... ну, со мной во многих отношениях все в порядке, лейтенант. Я думал, все согласились, что это была царапина? — продолжил Анакин, слегка ему ухмыльнувшись.
— Им следовало бы, — проворчал молодой человек. — Теперь мне холодно — они поддерживают в лазарете низкую температуру.
Его форменный китель был потерян, и он был в нижней рубашке.
— Здесь не так уж холодно, Пиетт. Вы потеряли достаточно крови, чтобы это почувствовать.
— Вы не ответили на мой вопрос, генерал. Вы выглядели встревоженным. Рука все еще передает боль?
— Дело не в руке, лейтенант. Я... беспокоюсь за свою жену.
— Мне жаль это слышать, сэр. Она больна?
— Нет, — сказал Анакин. — Но она ждет ребенка, и я волнуюсь.
Пиетт кивнул. — Это понятно.
Анакин изучил его. Он был так молод, но, возможно, у него дома была девушка?..
— У вас есть семья, лейтенант?
И лицо Пиетта внезапно омрачилось глубокой печалью.
Крифф, я всегда сталкиваюсь с подобными вещами лицом к лицу.
— У меня... есть мать, сэр, но, к сожалению, мы не особенно близки.
— Больше никого?..
— У меня было три сестры, генерал. Но… Аксила — не самая добрая для детей планета. — Он пошевелился, и рукав, который был отрезан, чтобы перевязать его руку, сдвинулся, обнажив на плече несколько тонких белых шрамов.
Сила, что случилось с этим мальчиком?
— Мне очень жаль, Пиетт. Могу я спросить, как они?..
— Моя младшая сестра умерла от болезни, сэр. У нас, э-э, было не так уж много средств, так что...
И Анакин мог это понять...
— Средняя сестра умерла около двух лет назад от лихорадки. А старшая... — он замолчал и посмотрел на свои руки.
— Я присоединился к флоту из-за нее. Она... ее случайно застрелили во время перестрелки между спайсерами, когда ей было 17 лет. Я хотел искоренить эту мразь.
Его голос был твердым, а глаза блестели.
— Зачем же вступать во флот, а не просто преследовать их? — с любопытством спросил Анакин. В конце концов, он многое знал о том, как работает Внешнее Кольцо. Он знал, что сделал сам, чтобы отомстить за свою мать...
Пиетт резко вскинул на это глаза, почти оскорбленный.
— Потому что есть какая-то граница. Потому что это сделало бы меня ничуть не лучше них. Есть более эффективные и правильные способы заполучить этих ублюдков. Вот почему.
Что ж. Если бы только у Анакина был кто-то, кто сказал это ему. И, может быть, он все еще мог бы это сделать. Он никогда больше не увидит этого мальчика. Его жизнь на сегодняшний день казалась такой же трудной, как и у Анакина...
— Понимаю. Ну, а что, если бы вам нужно было сделать что-то... что-то плохое, чтобы помочь тем, кого вы любите? Что, если это был бы единственный способ их спасти?
— Насколько плохое? — подозрительно спросил Пиетт. — Мы говорим о краже еды, чтобы они не умерли с голоду? Или о продаже спайса, чтобы получить деньги? Потому что первое я бы сделал в мгновение ока. Второе не стоит краткой передышки в обстоятельствах, какими бы тяжелыми они ни были.
Это, в основном, ответило на вопрос, но...
— Но если бы вы знали, что человек, которого вы любите больше всего на свете, мог бы жить, если бы только вы... поступились своей моралью...
— Рилла не хотела бы, чтобы я ее спасал, если бы это означало, что я окажусь потерян во тьме, которая ее убила. Я никогда не хочу становиться тем, с кем борюсь. Даже ради того, чтобы спасти других. Потому что, на самом деле, тогда я не спас бы их — я стал бы еще большей проблемой.
Ну, девять преисподних.
Анакин получил несколько жестких моральных советов от потрепанного молодого лейтенанта из Внешнего Кольца.
Захочет ли его Падме, если он присоединится к Темной Стороне, чтобы ее спасти? Узнает ли тогда она его? В глубине души он знал, что не должен этого делать. И разговор с этим юношей подтвердил его мысли.
— Ээ... ваша жена в опасности, генерал?
Такие знающие глаза на столь юном лице.
— Надеюсь, что нет, лейтенант. Меня беспокоили видения. Джедаи иногда их получают. Но они не обязательно означают определенность.
Пиетт поднял брови. — Это из-за... Силы?
— Значит, вы об этом слышали.
— Ну, я был довольно очарован джедаями. И вот вы здесь, в моей части галактики, сражаетесь, чтобы помочь восстановить порядок. — Он улыбнулся почти застенчиво.
— Что ж, похоже, вы тоже делаете весьма похвальную работу, лейтенант. А теперь, могу я спросить вас кое о чем?
— Да, сэр.
— У вас несколько впечатляющих шрамов. Что с вами случилось?
Пиетт резко посмотрел себе за плечо и впервые понял, что там видно. Он густо покраснел.
— Я... я бы предпочел...
Но Анакин чувствовал, что они могли бы помочь друг другу. Что-то в Силе побуждало его поговорить с этим молодым лейтенантом. Он не знал, почему, но осознавал, что должен это сделать.
— У меня самого довольно неприятный шрам. Ну, не считая того, что мне отрезали руку. — Он ухмыльнулся, и Пиетт неуверенно улыбнулся в ответ.
— Чем шрам хуже, чем?..
— Это от следящего чипа, — прямо сказал Анакин. — У меня на затылке.
На лице Пиетта отразилось понимание.
— Я никому этого раньше не говорил, — сказал Анакин, — и не уверен, почему сделал это сейчас, но... что ж, это такое чувство. По-видимому, мне следует с вами поговорить.
— Эмм, предчувствие Силы, сэр?
— Вообще-то, да. Возможно, я должен был с вами встретиться.
Пиетт нерешительно улыбнулся. — Я не уверен, почему, сэр. Но ладно. Когда мне было семь, меня... довольно сильно избили.
Анакин почувствовал холод. Такие шрамы у семилетнего ребенка.
— Технически я... не был рабом. Но… во всех смыслах и целях обращение с нами было...
— И вот вы здесь, боретесь за справедливость в военной форме. Фирмус Пиетт, вы знаете, насколько замечательны? Я вырос на Татуине. Такие дети, как вы, становились следующим поколением преступников. Не теми, кто их ловил.
Юноша ему улыбнулся. — Она бы этого не хотела. И я просто... не мог.
Анакину не нужно было знать, кто такая «она».
— Вот ты где! Я искал тебя в хранилище дройдов.
Оби-Ван был самым раздражающим.
— Лейтенант, это генерал Оби-Ван Кеноби, мастер-джедай и экстраординарный надоеда.
Пиетт рассмеялся и протянул руку. — Генерал, для меня большая честь с вами познакомиться. Лейтенант Пиетт.
Кеноби пожал ему ладонь и указал на перевязанную руку. — Это была его вина, лейтенант?
— В некотором смысле, сэр, поскольку мы стояли спиной к спине.
Анакин поднял бровь, глядя на него. Похоже, у парня имеется смелость, нужно его подразнить.
— На самом деле он был бесценен, так как я был брошен в одиночестве.
— Я думал, тебе нравится действовать в одиночку. Я оказал тебе услугу. О, и кстати, спасибо тебе за уничтожение, по меньшей мере, пятидесяти семи боевых дройдов.
Пиетт смотрел между ними с растущей улыбкой.
— Мне всегда было интересно, каково это — иметь брата, — прокомментировал он, и они оба остановились, чтобы на него посмотреть.
— Мы не родственники, — сказал ему Анакин.
— Я знаю, — с усмешкой отозвался лейтенант, — но других вы можете обмануть.
— О, Сила, — простонал Оби-Ван, — не говорите мне, что считаете нас похожими, потому что это было бы откровенно ужасно. Я гораздо красивее.
— Вы всегда такие? — с любопытством спросил Пиетт, и Анакин рассмеялся.
— Да, лейтенант, боюсь, что так. Значит, выбрасываете все свои предвзятые представления о джедаях в песчаные дюны?
— Иллюзии разрушены, сэр, — сказал Пиетт, качая головой, когда Анакин поднялся и согнул протезные пальцы. На данный момент этого будет достаточно.
— Что ж, было очень приятно познакомиться, лейтенант Пиетт. Надеюсь, что когда-нибудь мы снова встретимся.
— Я бы этого хотел, сэр, — ответил аксиланец, и Анакин и Оби-Ван бок о бок покинули комнату.
*****
И то, что казалось неизбежным, изменилось. Сила колебалась почти незаметно, и небольшие моменты имели огромные последствия. Немногие это почувствовали, за исключением некоторых самых могущественных.
Мастер Йода, медитирующий на крыше Храма джедаев, широко открыл глаза и улыбнулся, ибо рассеялся один из его самых больших страхов.
Мастер Винду спарринговал, но в его голову по какой-то причине пришел Анакин. Винду покачал головой и сосредоточился на обучении трех своих падаванов.
А канцлер Палпатин в своем кабинете зарычал, вокруг него разлетелись на осколки пять декоративных ваз. Ему придется начать все заново — найти и подготовить нового ученика. Скайуокер заплатит за свое предательство.
