Эпилог
5 мая 2025 г., 18:15
— Ани, ты не мог бы открыть дверь?
Анакин махнул рукой в сторону ширмы, отъехавшей в сторону, не отрывая взгляда от стейков из нерфа на гриле.
— Спасибо, дорогой.
Падме вышла с огромным белым блюдом в руках, на котором красовалась великолепная горка нарезанных ей разнообразных фруктов.
— Люк и Лея, мне бы сейчас не помешала ваша помощь. Вы двое пролежали здесь достаточно долго.
Близнецы, растянувшиеся на полотенцах на покатой зеленой лужайке, застонали в унисон.
— Я не могу пошевелиться, — пожаловался Люк.
— Ты был тем, кто поставил задачу «переплыть озеро и обратно», — обвиняюще сказала Лея, не убирая руку с глаз.
— Звезды, я полагала, что вы двое — джедаи, — поддразнила Падме. — Не думаю, что прямо сейчас вы смогли бы отбиться от Риллы. Это довольно скоро может стать реальностью, так что вам нужно переодеться и оказать мне некоторую помощь.
— Я не могу отбиться от Риллы и при обычных обстоятельствах, — пробормотал Люк, поднимаясь на колени и хватая полотенце.
Лея хихикнула. — Да, и ты попал в черную книгу тети Солы за то, что в прошлый раз дал Рилле слишком много леденцов в попытке от нее откупиться.
Она встала и взяла свое полотенце. — Я спущусь через секунду, мама. — И девушка исчезла в большом доме.
Падме поставила блюдо на большой стол на широкой террасе и прикрыла глаза рукой, глядя на чистую синеву озера.
— Я вижу лодку, — сказала она мужу. — Они будут здесь примерно через десять минут.
Анакин выглянул и согласился. Он изучал свою жену, с которой прожил двадцать лет, под великолепным солнцем раннего вечера. Она была еще красивее, несколько седых нитей в темных волосах делали ее более величественной. Падме была одета просто — это был семейный ужин, — и голубое платье мягко облегало ее стройную фигуру.
Она почувствовала, что он смотрит на нее, и ухмыльнулась.
— Ани, у тебя стейки подгорят.
— Пусть горят. — Он привлек ее к себе. — У нас обязательно должны быть люди сегодня вечером? Я мог бы придумать что-нибудь еще... — прошептал он ей на ухо.
Падме засмеялась, и он ее поцеловал. — Дорогой, наши взрослые дети здесь, и, конечно, мы хотим видеть этих «людей», как ты их так грубо назвала. Они — семья! Они нам даже нравятся!
Он ухмыльнулся. — Тогда ладно. А эти стейки в полном порядке, спасибо.
Она провела пальцами по его руке и вернулась в дом. — Пойду принесу напитки.
Анакин посмотрел ей вслед, а затем снова переключил свое внимание на лодку. Его свояк любил воду почти так же сильно, как звезды, и сам научился ходить под парусом — без всяких двигателей для этой лодки.
— Тебе нужен мастер, который показал бы, как правильно их готовить? — спросил Оби-Ван, поднимаясь по длинной лестнице с пляжа и выглядя очень загорелым и довольным жизнью.
Анакин фыркнул. — Пожалуйста, твое представление о хорошем стейке из нерфа означает, что мы могли бы использовать его в качестве строительного материала.
Его друг пренебрежительно махнул рукой. — Некоторым из нас, Анакин, не нравится, когда наши стейки из нерфа еще шевелятся, когда их подают.
— Даже Рилле нравится розовый. А ей семь. Убого, мастер.
— Да, я видел, что они почти прибыли. И только потому, что некоторые из нас цивилизованы, Анакин, и любят, чтобы наша еда была приготовлена... — он подошел к блюду с фруктами, чтобы взять кусочек, когда Лея вышла с подносом закусок.
— Ах, это прекрасно. И ты тоже выглядишь очень привлекательно, Лея.
— Весело, Оби-Ван, — сухо ответила его дочь тоном, удивительно похожим на отцовский. Она поставила поднос на стол и, подняв глаза, расплылась в широкой улыбке.
— Рилла!
И маленькая кудрявая брюнетка бросилась к коленям Леи, чтобы крепко ее обнять.
— Я выиграла, Лея, — заявила она. — Мама и папа ужасно медлительные.
— Смилуйся, Рилла, моя Рилла, — сказал Кеноби, хватая ее за талию и прижимая визжащую от восторга девочку к своему плечу. — Твоя мать беременна.
— Я предложил использовать Силу, чтобы доставить ее сюда с пляжа, — сказал Анакин.
Дочь пронзила его взглядом. — Было совсем не забавно, когда ты попытался это сделать. Я думаю, она могла бы тебя убить, если бы не любила маму так сильно.
Оби-Ван хихикнул. — Твое лицо, когда она закончила на тебя ругаться, Анакин...
— Кто теперь на него ругается? — раздался новый голос, и, наконец, на краю лужайки появилась Сола, крепко держащаяся за руку мужа.
— Мы просто вспоминали твои очень яркие мысли о нем, тетя Сола, — с улыбкой ответила Лея, собираясь им помочь. — Я могу отнести корзину, дядя Фирмус.
— Спасибо, моя дорогая, и разве ты не прекрасно выглядишь?
— Видишь, Оби-Ван? — бросила девушка через плечо. — У него хорошие манеры.
— Во что я влип? — спросил Пиетт, когда Лея поцеловала его в щеку и потянулась, чтобы поцеловать и свою тетю.
— Кеноби, как обычно, доставляет много хлопот, — ответил Анакин, переворачивая стейки и смазывая их маринадом.
— Это заявление исходит от тебя, зять, а я не могу сказать, что ты — тот, чьему суждению я доверяю, — сказала Сола, когда Пиетт нашел для нее стул в тени. — Сила, для нас обоих, довольно невысоких, этот ребенок огромен.
— Может, это близнецы, — услужливо подсказал Люк, выходя с кувшином воды. Он налил своей тете бокал и протянул его ей, в то время как Падме вышла с подносом с ледяными напитками. Лея взяла два, передав один Пиетту, а другой своему отцу, прежде чем забрать один себе.
— Люк! — с упреком сказала его мать, в то время как Анакин и Оби-Ван захихикали, увидев застывшее лицо Пиетта, а Сола сердито посмотрела на племянника.
— Привет, Сола, дорогая, ты настоящий боец, раз сумела подняться по этой лестнице, — сказала Падме, обнимая сестру и беря свой бокал.
— Что ж, у нас не будет другой возможности выйти в море до того, как эти двое отправятся в путь, а Фирмусу это так нравится, — ответила Сола, нежно улыбаясь мужу, который взял ее за руку.
— Рилле тоже, куда же она делась... а, — он заметил ее на лужайке у огромных веревочных качелей, установленных специально для нее.
— Я думал, прибудет Вирс, — сказал Кеноби, оглядываясь по сторонам.
— О, это так, — ответила Падме, — но, по-видимому, Зев только что вернулся, так что он тоже присоединится к нам.
Люк и Лея подняли головы с довольными выражениями лиц.
— Это здорово! — воскликнул Люк. — Я хотел услышать о том, как прошло обучение!
Анакин улыбнулся. И Люк, и Зевулон Вирс любили истребители, хотя Люк предпочитал крестокрылы, а Зев учился летать на А-крылах.
— Макс полетит с вами на одном шаттле? — спросила Сола, откидываясь на спинку кресла и делая еще один глоток воды.
— Таков план, — ответил Анакин. — Чтобы упростить задачу, Вирсы останутся здесь на следующие несколько дней.
Пиетт пересек лужайку по настоянию дочери, чтобы покачать ее на качелях.
— Я видела вас с матерью по голосети на последнем заседании Сената, — прокомментировала Сола Лее, когда та села рядом со своей тетей. — Ты выглядела такой взрослой.
— О, спасибо, тетя Сола, — сказала его дочь с сияющими глазами. — Так интересно слушать все эти речи и дебаты.
— Все из них? — спросила Падме с понимающей улыбкой.
— Ну, — рассмеялась Лея, — не все. Но все же...
— Так вот где все прячутся! — провозгласил Вирс, выходя из передней части большого дома в сопровождении Зева и Майры.
Произошел еще один раунд объятий и раздачи напитков, пока Анакин убирал стейки и накрывал их.
— Итак, Люк, — сказал Оби-Ван, поворачиваясь к парню. — Когда миссия по созданию светового меча?
Анакин переглянулся с ним и улыбнулся.
— Скоро, — ответил Люк. — Я имею в виду, очевидно, что вы все отправляетесь на полгода, но отец подумал, что после этого он, я и Лея могли бы отправиться на Джеду.
— Мне говорили, что нянчиться с джедаями — это настоящее безумие, — сказала Майра со спокойной улыбкой, прислоняясь к своему высокому мужу и глядя на Солу.
— О да. Рилла идет по их стопам, — сказала Сола, улыбаясь гримасе Люка. — На самом деле, она их выматывает.
— Рилла — это стихия природы, не так ли, дорогая? — сказал отец Риллы, подходя к ним с упомянутым победителем джедаев на плечах.
— Что это значит? — спросила кудрявая девочка. — Привет, дядя Макс!
— Привет, милая.
— Это означает, — сказал Пиетт, усаживая ее на землю, — что ты удивительная и сильная и способна очень утомить своих кузенов, в то время как сама все еще можешь продолжать двигаться.
— Эй! — запротестовала Лея.
— Ладно, Люк очень устает, — поправил Пиетт, улыбаясь оскорбленному взгляду юноши.
— Фирмус, что ты будешь делать, когда родится ребенок? — спросила Майра, наклоняясь, чтобы Рилла ее обняла.
— Ну, — сказал Пиетт, бросив взгляд на Анакина, — мне сказали, что командующий республиканским флотом не такой суровый, как сообщалось, поэтому я возьму отпуск примерно за неделю до срока.
— Да, я ждал возможности воспользоваться новым титулом, адмирал, — сказал Вирс, широко улыбаясь своему другу и пожимая ему руку.
— Конечно, это чистая семейственность, — сказал Анакин, делая большой глоток освежающего коктейля. Пиетта только что произвели в адмиралы флота, и он это вполне заслужил.
— Ани, ты абсолютно ужасен, — упрекнула его жена, снова подходя с кувшином воды и наклоняясь, чтобы быстро чмокнуть Пиетта в щеку. — И я собиралась тебя поздравить, Фирмус, когда ты появился здесь, но отвлеклась на очаровательную детскую попку.
Он рассмеялся. — Я уже смирился с тем, что мои дети выше меня по рангу.
— Хорошо, мы можем садиться, — объявила Падме, и они направились к большому столу. Анакин огляделся. Пиетт помогал Соле сесть на стул, и та действительно выглядела сияющей. Люк и Лея стояли по бокам от Зева, все трое о чем-то оживленно разговаривали, в то время как Майра и Вирс уселись напротив нового адмирала Анакина и его жены. Рилла устроилась поудобнее рядом с Леей, а Падме подошла к мужу, когда Оби-Ван сел в конце стола между Пиеттом и Риллой.
С его миром все было в порядке.
