Sun hath clouded over

Девятый день наступил слишком быстро. Белла проснулась в состоянии нервного напряжения. Карлайл, лежавший на другой стороне кровати, никак не помогал ей справиться с этим напряжением. Она села, подтянула колени к груди и обняла их, глядя мимо него в окно. Дыша через нос, она впустила в лёгкие свежий холодный зимний воздух. Это помогло ей проснуться и почувствовать себя настоящей. Как будто этот день был настоящим. Как будто она была настоящей. — Ты в порядке, милая? — Карлайл повернулся к ней, положил холодную руку на её обнажённую спину и посмотрел на неё. — Не могу поверить, что мы сегодня поженимся, — прошептала она, Белла опустила ноги обратно на одеяло и снова придвинулась ближе к Карлайлу, в его объятия. — Я считаю часы, пока мы разговариваем, — сказал он беззаботным тоном, и это заставило её почувствовать себя спокойнее, увереннее. Она усмехнулась. — Правда? — Осталось примерно 14 часов до того, как ты официально и законно станешь моей женой, — сообщил он, усмехнувшись. Аккуратно обняв её, он пощекотал ей затылок, и она рассмеялась. Это заставило его улыбнуться, и какое-то время они просто лежали. Сердце Беллы слегка трепетало от счастья, и ей было трудно сдержать улыбку. Но в конце концов им пришлось встать. С того момента, как она встала с постели, и до того момента, как она сидела в ванной Калленов и собиралась, время словно сжалось, как будто она только моргнула, а теперь уже готовилась к собственной свадьбе. Элис любезно принесла ей тарелку с закусками, и она грызла нарезанное ломтиками яблоко, пока Элис и Розали делали ей причёску. Она слышала какой-то шум внизу, но не обращала на него внимания. В любом случае, было проще не обращать внимания на звуки и просто сосредоточиться на яблоке — это казалось глупым упражнением для мозга, но если она активно отмечала, какое оно на вкус, хрустящее, сочное, как кожура немного прилипает к зубам, это помогало ей успокоиться. — Ну и что? — Хм… — Белла моргнула, глядя в зеркало и видя отражение Розали и Элис, которые выжидающе смотрели на неё. — Твои волосы, — уточнила Элис. Она поднесла зеркало к Белле, чтобы показать, как выглядит причёска. — Как ты и просила, мы сделали всё просто. Сегодня вечером ты сможешь распустить волосы сама. — Там есть дополнительные заколки, но нет лака для волос, — добавила Розали. — Так что не придётся его вычёсывать. — Спасибо, — пробормотала Белла, с улыбкой любуясь причёской, которую им удалось создать. Это была не какая-то замысловатая укладка, просто мягкая, распушённая коса, заплетённая в узел, но выглядела она стильно. Расчёска, которую Чарли и Рене подарили ей, украшенная сапфирами и другими белыми кристаллами, идеально подошла к причёске. Получилось элегантное сочетание. — Ладно, а теперь повернись ко мне, чтобы я поправила твой макияж, — через несколько секунд попросила Розали. Белла сделала, как её просили, и через несколько минут её макияж снова был в идеальном состоянии. Она взглянула на часы. Без десяти семь… Карлайл попросил их пожениться или, по крайней мере, начать церемонию чуть позже — это помогло бы разместить их гостей-нелюдей. — Давай поможем тебе надеть платье, — Элис положила руку на спину Беллы и слегка подтолкнула её, чтобы та встала и надела платье. Атлас приятно холодил кожу Беллы, когда она надела платье, просунула руки в рукава и позволила Элис беззвучно застегнуть его на спине. Она осталась стоять, чтобы Розали могла закрепить вуаль. — Ты прекрасно выглядишь, Белла, — тихо пробормотала Розали, и Белла улыбнулась ей. — Так и есть, — согласилась Элис, обвивая пальцами предплечье Беллы. — Пойдем, Чарли ждет тебя в коридоре, — она передала Беллу ее отцу и, напоследок улыбнувшись, отправилась восвояси, а Розали и Элис исчезли внизу, в саду, где должна была проходить церемония. Чарли откашлялся. — Что ж, Беллс, последний шанс сбежать. — Они бы погнались за мной, — Белла нервно рассмеялась и взяла Чарли под руку. — У меня в машине есть пистолет, — хотя он притворялся невозмутимым, Белла видела, что он тоже нервничает. — Спасибо, папа, но я действительно хочу выйти замуж за Карлайла, — сказала она, хотя её голос дрожал от волнения. — Все, что ты захочешь, Беллс. Снаружи заиграла музыка. Чарли крепче обнял Беллу, увлекая её за собой. Когда они спускались по лестнице, Эсме, которую они попросили быть их свадебным фотографом, сделала несколько снимков, но Белла слишком нервничала, чтобы улыбнуться ей. Французские двери, ведущие в сад, были открыты, и Белла с Чарли осторожно прошли через них. Все гости на свадьбе повернулись в их сторону, и она услышала, как Чарли пробормотал себе под нос: — Улыбнись… Бросив на него быстрый взгляд, она поняла, что ему так же трудно улыбаться, как и ей. Вместо этого она подняла голову, посмотрела вперёд, перешагнула через проход и увидела Карлайла в конце прохода. Он стоял прямо, его губы растянулись в лёгкой, изящной улыбке, и он смотрел на неё. Его золотистые глаза сияли от радости. На нём был дымчато-серый костюм, который идеально на нём сидел. Белла немного ускорила шаг, но Чарли крепко держал её за руку, заставляя идти в такт музыке. Он великодушно прибавил шаг. Когда они подошли к алтарю, музыка стихла. Чарли поставил на него одну ногу — больную — и передал Беллу в руки Карлайла. Тихо, но достаточно громко, чтобы Карлайл услышал, он пробормотал: — Береги мою девочку. Она у меня единственная. Карлайл кивнул и так же тихо ответил: — Конечно, Чарли. Чарли отступил назад и занял свое место в первом ряду кресел. Белла выпрямилась, держа спину ровно, как учила её Розали в последние несколько дней, посмотрела на Карлайла и нежно сжала его руки. Он ответил ей таким же нежным, успокаивающим пожатием. Хотя их гостям-людям это могло показаться странным, они выбрали Эдварда в качестве свадебного священника. Он получил сан онлайн всего несколько дней назад. Белла питала к нему слабость, чувствуя, что он всегда был единственным из Калленов, на кого она могла положиться в том, что он будет спокоен и рассудителен. — Дорогие возлюбленные, — начал он спокойным и ровным голосом. — Мы собрались здесь сегодня, чтобы стать свидетелями бракосочетания Изабеллы Мари Свон и Карлайла Каллена, двух родственных душ, которые нашли друг друга по милости судьбы, — он откашлялся. — Они решили произнести свои клятвы. Карлайл? Карлайл глубоко вздохнул, не сводя взгляда с Беллы. Она покраснела под его пристальным взглядом. — Любовь — непостоянная штука. Держи её слишком крепко, и она ускользнёт сквозь пальцы. Держи её слишком слабо, и случится то же самое. Только если ты будешь держать её с нужным напряжением, она останется с тобой. Белла, любовь моя, я, казалось, целую вечность пытался найти своё счастье, но так и не смог, и в конце концов, я понял, что могу быть счастлив с… найти счастье в своей семье. И долгое время я был счастлив. Удовлетворён. Когда ты вошла в мою жизнь, нашу жизнь, — он на мгновение перевёл взгляд на свою семью. —Словно твёрдая почва, которую я создал у себя под ногами, задрожала и рассыпалась в прах. Мой фундамент рухнул. Ты заставила меня осознать, что я был неправ и ты сделала меня тем, кем я не смог бы стать без тебя. Я люблю тебя, и моя любовь будет длиться вечно, — произнеся последние слова, он надел ей на палец обручальное кольцо и тихо прошептал: — Я люблю тебя. Белла сморгнула слёзы и сделала несколько успокаивающих вдохов. — Это трудно превзойти, — тихо пробормотала она, и по залу прокатился тихий смех. Когда все снова затихли, она начала свою клятву, отчаянно пытаясь вспомнить всё, что хотела сказать. — Я… Я не искала… этого, когда переезжала в Форкс, — она нервно рассмеялась. — Я просто хотела освободить место для Изабель и помочь отцу. А потом ты так непринуждённо ворвался в мою жизнь, как будто это было пустяком, и я почувствовала себя такой… оторванной от земли. И поначалу мне было страшно. Но теперь я вижу… теперь я чувствую — ты подарил мне самое ценное… то, чего у меня не было до встречи с тобой… настоящее счастье. Белла сильнее заморгала, чтобы сдержать слёзы, которые теперь ещё активнее наворачивались на глаза. Карлайл достал из кармана носовой платок, подошёл к ней ближе и аккуратно вытер ей слёзы. Ей захотелось плакать ещё сильнее, но она сдержалась и выдавила из себя слабую улыбку, когда он снова отошёл. — Теперь я знаю, что мне будет недостаточно того времени, которое я проведу с тобой. Но давай начнём с «всегда», — закончив последнее предложение, она немного замешкалась с кольцом Карлайла, но справилась. — Я объявляю вас мужем и женой. Теперь вы можете поцеловаться. Белла лишь смутно различила голос Эдварда, потерявшись в ощущении, как Карлайл притягивает её ближе, как его холодная рука ложится ей на поясницу, а затем его губы скользят по её губам в мягком, нежном и целомудренном поцелуе. Когда они отстранились, она прошептала тихо и сокровенно: — Я люблю тебя. Когда началась свадебная церемония и Элис с Эдвардом пригласили всех гостей в дом, Белла и Карлайл ещё несколько мгновений оставались у алтаря. Белле нужно было прийти в себя — она уже чувствовала себя опустошённой. — Кто бы мог подумать, что выходить замуж так утомительно, — усмехнулась она. Карлайл усмехнулся, обнимая её за талию и прижимая к себе. — Я знаю, милая, — он опустил руку, взял её ладонь в свою и переплёл их пальцы. Белла улыбнулась и прижалась к нему чуть сильнее, позволив себе ещё немного побыть с ним, прежде чем решила, что готова присоединиться к гостям. Она слегка повернулась, опустив голову. — Поможешь мне снять вуаль, прежде чем мы войдём внутрь? Я не хочу, чтобы что-то пошло не так, когда мы будем танцевать наш первый танец. — Конечно, дорогая, — пальцы Карлайла осторожно прошлись по вуали, вытаскивая булавки, которые удерживали её на месте, прежде чем аккуратно снять тонкое кружево с её головы. Он сложил его на руке и снова положил другую руку ей на поясницу, ведя её в дом. Когда они переступили порог, появилась Элис, чтобы забрать у него вуаль, и все присутствующие замолчали. Без чьего-либо объявления заиграла музыка для их первого танца — медленный фокстрот. Они много репетировали, так что Белла была уверена, что всё пройдёт хорошо. Вместо этого она чувствовала себя счастливой, лёгкой и даже грациозной, когда подстраивалась под него в его объятиях, вкладывая свою руку в его и прижимаясь к нему грудью, чтобы создать связь. Она была так настроена на него, что малейшего движения, лёгкого дрожания мышц было достаточно, чтобы она понимала, куда они движутся. Белла без усилий отступила назад и сделала поворот на каблуках, прошла несколько шагов вперёд и сделала ещё один поворот. Карлайл вёл её в медленном, романтичном вальсе, и Белла улыбалась гостям, которые не сводили с неё глаз. Смутно, как будто издалека, она услышала, как кто-то сказал: «Как она так выгибает спину?», но прежде чем она успела обратить на это внимание, Карлайл снова поднял её, грациозно сделав шаг в сторону и сразу же развернув. Это было не совсем то, что они практиковали, но, опять же, они так и не пришли к единому мнению о том, что именно нужно практиковать. Они договорились о том, какие позы будут хороши, и пока Карлайл вёл её к ним, она следовала за ним. Весь танец, каждый шаг, каждый поворот, каждый подъём на каблуках — она чувствовала себя так, словно парила, а он был её облаком. Когда в конце он позволил ей развернуться, она крутанулась несколько раз больше, чем обычно, позволив лёгкой ткани платья развеваться и кружиться вокруг неё. С улыбкой, которую, как она была уверена, никто не сможет стереть с её лица, она поклонилась с изяществом, о котором даже не подозревала. Один из гостей воскликнул: «Эммет?» — в то время как другие хлопали в ладоши. Щеки Беллы покраснели. Она с радостью приняла руку Карлайла, когда он подошёл, чтобы забрать её. Они отошли немного в сторону, чтобы дать другим возможность потанцевать. Рене и Фил сразу же подошли к ним, и не успела Белла опомниться, как её крепко обняли. — Поздравляю, Белла, всё было так красиво! — Спасибо, мама, — она обняла её в ответ, а затем выскользнула из материнских объятий, оставаясь рядом с Карлайлом. — Всё это так красиво, даже ваши клятвы! Так необычно. Я ждала, что ты скажешь «согласна», но… — Мы решили этого не делать, — Белла не была уверена, что сможет объяснить это Рене. — Это было… не похоже на нас. — О, ну что ж, я… — Рене явно была готова поспорить, но Фил обнял её за талию и слегка отвёл в сторону. — Пойдём, мы не можем задерживать невесту, — он подмигнул им, прежде чем увести её. После этого прошло какое-то время, прежде чем кто-то ещё подошёл к ним, чтобы поздравить. Карлайл воспользовался моментом, чтобы любезно представить некоторых своих друзей и «семью», которая была у них на Аляске. Белла окинула их взглядом — они все такие красивые. «Ещё один плюс вступления в армию бессмертных, я полагаю…» — Кто это с Эсме? — спросила она, пытаясь разглядеть двух женщин, танцующих на другом конце площадки, которую они освободили для танцев. Карлайл проследил за её взглядом и, хмыкнув, ответил: — Кажется, Ирина. Белла улыбнулась. Кажется, она счастлива. Интересно, если… но прежде чем она успела закончить мысль, она увидела, как женщины целуются. Из вежливости она отвела взгляд, чувствуя странное ощущение решимости и восторга. Эсме заслуживает всего счастья в мире. Остаток вечера прошёл в череде поздравлений, смеха, танцев, светских бесед и улыбок. Это была идеальная ночь. Безупречное начало вечной любви.