Повелитель пыли

      Неделя прошла в нервном напряжении из-за сорвавшейся пьянки, к которой я морально готовилась, и понимания того, что пить мне ближайшие года два не разрешат, внутри образовалось отвратительное чувство, что я что-то упустила. Конечно, Рида пошёл мне на уступки (будем честны, он был очень рад свалить на меня как можно больше неудобных, но важных дел) и подкинул работы, так что три дня из семи я носилась по городу как Курьер из «Акудама драйв», только без мотоцикла и не с наркотой в качестве груза. Организация предпочитала хранить самую важную документацию в бумажном виде, так что я, вооружившись специальными пакетами для сохранности документов, ездила из одного офиса в другой. К сожалению, времени на подумать у меня с такой работой было уйма, а потому я нервничала из-за пропущенного пункта в «плане», думала о том, что такими темпами или подсяду за сигареты, или начну заедать стресс, хотела кого-нибудь избить и очень сильно старалась не отпугивать окружающих своим видом. И это не говоря о том, что с момента, когда я изъявила боссу своё желание присоединиться к клану якудза, на меня с некоторой периодичностью стали нападать групки злодеев. Самое интересное, что некоторых из них я видела в головном офисе, куда ездила лишь единожды перед самой отправкой в Йокогаму, там мне выдали ту штуку, позволяющую взламывать пароли. Правда и с нападающими «испытателями» у меня особо выпустить пар не получалось. Мозг как-то слишком быстро вычислял примерные тактики боя, а силы и защиты у противников было недостаточно, чтобы хотя бы помочь мне вымотаться или типа того. Приходилось удерживать причуду от полноценного раскрытия, чтобы парни не чувствовали себя так, будто их на убой отправляют.       В свободное от курьерской деятельности, драк и учёбы время я старательно изображала перед Куки, что у меня всё в порядке, чувствуя, как внутри расползается мерзкое ощущение, что я просто-напросто вру ей. Я делала что-то подобное со своей лучшей подругой в прошлой жизни, зайдя так далеко, что она даже не могла поверить, что у меня может быть депрессия. Для неё я была вполне счастливыми человеком. Разумеется, я скрывала своё отвратительное состояние только потому, что не хотела, чтобы она волновалась. Я не хотела впадать в то беспомощное состояние, которое ощущала, когда она переживала за меня.       Шото всю неделю находился у меня дома, спал на диване, читал всё, что попадалось под руку, разглядывал фарфоровых рыбок и общался со старшим братом. Ближе к выходным я всё же нашла в себе силы (мысленно пнула себя под зад), сходила в магазин и принесла ему осветитель и белую краску. Даби я вручила чёрную, сказав, что он может не подкрашивать корни, когда те будут отрастать, но хотя бы на пару месяцев он должен стать черноволосым. Оба Тодороки достаточно быстро смирились со своей участью, так что уже на следующий день я, морщась от запаха краски, высветляла красные волосы Шото, в то время как Даби стоял рядом и возмущался, что его раствор больше похож на дерьмо, чем на краску для волос. — Терпи, покрасишься — и тебя никто не узнает. — Меня и без этого никто не узнавал, — пробурчал Тойя, разглядывая в зеркале покрашенные чёрным месивом пакли на голове. — А я? — произнесли мы с двухцветным… Ээ, с Шото одновременно. — А вы слишком глазастые, придурки, — Даби успел уклониться от полетевшей в него резиновой перчатки. Я закатила глаз, причудой подзывая её обратно к себе.       После высветления и последующего приобретения нужного оттенка, Шото и правда стал неотличим от… Ну, Даби сказал, что он очень похож на мать. Я этого сказать не могла, как минимум потому, что по идее мать его не видела. Оба брата зависли перед зеркалом, Шото залипал на отражение, Тойя залипал на Шото. — Может мне вам встречу с Рэй-сан устроить? — Ты охерел?!       Я даже дёрнулась от такого слаженного крика. — Да чё не так-то, блин? Я через Дока могу узнать, где она лежит… — Она умерла? — Даби вцепился в мои плечи.       Он… Он не так меня понял? Вроде я правильно всё сказала, да и «лежит» в японском в обоих значениях произносится одинаково, как и в русском. — Мама умерла? — теперь в меня вцепился ещё и Шото.       Какого чёрта они решили, что я про могилу говорю? — Хэй, ребят, спокойно, — я отцепила от себя Тодороки, переводя взгляд с одних обеспокоенных глаз на другие. — Рэй-сан жива, просто лежит в психиатрической больнице. Вы что, никогда не интересовались, где она находится и как себя чувствует?       Шото опустил голову и отвёл глаза, уставившись куда-то в сторону ванны. Тойя продолжил прямо смотреть на меня. Я почесала затылок, вздохнула. Ну и что мне с ними делать? Конечно, позже пришло осознание, что один, вроде как, считается мёртвым, а другой — просто маленький ребёнок, которому жутко стыдно перед матерью и он боится появляться перед ней, но в моменте я об этом не думала.       Идею навестить несчастную мать семейства Тодороки мы решили отложить до лучших времён. Как минимум, для начала надо было узнать, как она себя чувствует, чтобы появление Тойи не стало для неё роковым и не отправило туда, где её боятся увидеть дети — на кладбище.

***

«Собирайся, босс срочно хочет тебя видеть»       Я зевнула и проморгалась, нацепив монокль на нос и, хмурясь и щурясь, рассмотрела пришедшее от Риды сообщение.

«Прям щас?»

«Я тоже не в восторге от этого, но он сказал явиться сейчас же»

«Собираюсь…»

      Рида написал мне как раз после того, как я рухнула в кровать и уже начала видеть сны. Даби, что-то читающий в телефоне на второй половине кровати (Шото всё же был выгнан жить в гостиную, ему это, похоже, даже нравилось), повернул ко мне голову, пока я со вздохом садилась и потирала лицо ладонями. — Надо и тебя из комнаты выселить, — я открыла причудой шкаф и принялась на ощупь искать нужную одежду. — Спать хочу — пиздец. — Тебя куда-то вызвали? — Прикинь.       Я нашла джинсы и водолазку, переоделась. Очень сильно хотелось прямо сейчас откинуться на спину, лечь головой на живот Даби и уснуть под его возмущения тем, что он и так по кусочкам разваливается, а я ещё и раздавить его пытаюсь. Но я только поднялась на ноги и размялась, чувствуя и слыша хруст поворачивающихся в пазах костей. Иногда я ощущала себя марионеточной куклой, в прошлой жизни это определение относилось к моему сознанию, в этой — к телу.       Даби пообещал согреть мне место к возвращению с очередного задания (я так и не сказала ему, что меня вызвали к самому главному Боссу), я кивнула, сходила в ванную, намотала бинт, краем сознания отметив, что повязка была бы куда эффективнее, если бы не требовалось наносить на глаз лекарство — оно пропитывало марлю бинта насквозь и совершенно не отстирывалось, так что повязка тут же пришла бы в негодность, — ведь лекарство требовалось каждый раз наносить свежее. Шото уже спал, так что пояснять ему, куда это я собралась, мне не понадобилось. Прихватив с собой трость, я покинула квартиру и, встав на пылевое облачко, двинулась в направлении головного офиса. Тратиться на такси не хотелось, автобусы уже не ходили, а метро было закрыто из-за позднего времени, к тому же, герои реагировали только на то использование причуд, которое вредило окружающим. Я добралась к месту назначения где-то через полчаса, немного подмёрзнув и успев возненавидеть зиму и неожиданно найденную в недрах шкафа тёплую чёрную куртку с песочно-коричневым мехом, на которую Даби долго возмущался, потому что ему казалось, что в таком случае он зря притащил мне зимнюю куртку и сжёг тот ТЦ (довольно странные заявления для злодея, не находите?). Стоило надеть «подарок» Даби, если я хотела сохранить тепло. Но у меня было одно маленькое «но»: после обнаружения парки (когда Шото назвал эту куртку так, я даже не сразу поняла, о чём он) я решила, что «законопослушная ученица средней школы Хокори Ичиго» будет ходить в куртке от Даби, в то время как «бандит и убийца Ичиго Хокори» возьмёт себе куртку с мехом. Это позволило бы увеличить различие между двумя моими ипостасями, помогая обезопасить как героя-Хокори от, собственно, героев, так и злодея-Ичиго от всё тех же героев. Преступный мир, а как минимум клан якудза, в котором я почти состою, должен осведомить своих людей о том, что я буду выполнять этакую роль шпиона в Юэй.       Постучав в ворота, я принялась ждать. Поместье было скрыто за каменными стенами песочного цвета, которые поднимались на три метра от земли, как минимум. Здания, которые я смогла разглядеть издали, больше походили на прямоугольные ангары-коробки с малым количеством окон и однозначно толстыми стенами. Система безопасности в этой крепости, должно быть, была такой же мощной, но мне не приходилось её испытывать, так как… Вот чёрт, я только сейчас поняла, что «главный офис», в котором я бывала раньше, это было совершенно другое место, а не то, куда я прибыла теперь. И почему я об этом не подумала? Воспоминания из аниме и нынешней реальности так сильно перемешались? Человека, который ещё не является частью клана, точно не стали бы пускать на территорию без веской причины, и передача какой-то хуйни для взлома телефонов явно не является чем-то важным! — И долго ты собираешься стоять тут с таким видом, как будто бога перед собой увидел?       Я вернулась из своих размышлений в реальность и уставилась на хлипкого парня, лицо которого закрывала маска чумного доктора. — Не, при встрече с богом я его чуть не стукнул, — вырвалось у меня и я тут же кашлянула, нервно похлопав себя по карманам. — Ну, меня вроде срочно вызвали, долго стоять будем? — За мной, — тоном «экий ты клоун» велел тощий в маске, после чего развернулся и потопал в сторону ближайшей бетонной коробки. Я поспешила за ним.       И очень хорошо, что поспешила, так как ворота за моей спиной захлопнулись с такой силой, словно были закреплены на крайне тугих пружинах. Ну или так в действительности и было. «Механика надёжнее всего», как говорил какой-то человек из моей прошлой жизни.       По коридорам бетонной коробки меня водили не долго, вывели к огромному пустому ангару, пахнущему чем-то неуловимо-знакомым. Зерно? Нет, тут бы не стали просто так хранить горы зерна, это не рационально. Тогда сельскохозяйственная техника? Может быть. Ну или у кого-то причуда очень похоже воняет. Солярка, мазут, все дела. Что здесь может работать на дизельном топливе?       Я едва успела увернуться от летящего в меня огромного кулака, закованного в железо. — Воу, горячий приём, да?       Я усмехнулась, собирая немного пыли и отпрыгивая подальше от несущегося на меня бугая с огромными кулаками. Трость пришлось отослать к стене, не хотелось бы, чтобы её сломали. Тем более, что я не так давно её получила. И тут мне прилетело из слепой зоны — слева.       Думаю, пришло наконец время уточнить, как это мне жилось три года без глаза. Поначалу было немного хреново, но потом я как-то свыклась с тем, что это похоже на ограничение зрения как в капюшоне зимней куртки или как при наличии длинной густой чёлки. Слева я ничего не видела, пока не поворачивала туда голову, так что первое время достаточно сильно огребала в драках, вспомнить ту же первую и единственную стычку с Хаганэ, который ударил слева и я этого не увидела. Впрочем, можно привести в пример слова одной женщины в бронелифчике из мема: «а ты попробуй с такой защитой выжить». Отсутствие глаза вынуждало меня стараться ещё усерднее, повышать свои боевые навыки и прокачивать этакое «паучье чутьё», подсказывающее, что слева в меня что-то летит.       Но это не сильно мне помогло, как вы понимаете, потому что огромный кулак «настоящей формы» Мимика въехал в мою челюсть и я покатилась куборем по ангару. Останавливать своё тело причудой было бы опасно сломанными костями и смертью, так что я катилась колбаской (скорее колечком копчёной колбаски) и получала ушибы и синяки, пока меня не остановил барьер одного из Восьми Неудержимых. — Ауч, — я села и потёрла скулу. Она болела и, кажется, там уже начал наливаться синяк. — Чё я успел такого сделать, что меня избивают? — Мы просим прощения.       Я подняла голову. Ко мне приближался высокий темноволосый молодой человек в красной маске, похожей на очень длинный клюв, зелёной куртке с фиолетовым мехом и классическими брюками и рубашкой под ней. Ну и хлопковые (угадайте откуда я знаю) белые перчатки, куда без них. Кай Чисаки. Приёмный папаша и личный мучитель Эри. — Можете подать трость? Как я понял, меня треснули за использование причуды, ну а без неё я встать не смогу, — и я очень надеялась, что это не звучало слишком нахально. — Кстати, а чего это тот бугай мне врезать пытался? — У Раппы проблемы с контролем агрессии, поэтому я приношу извинения и за него, — Чисаки махнул рукой и человек в чёрном плаще, очень похожий на священника, отправился поднимать мою трость, в то время как Кай присел передо мной на корточки. — Ты Ичиго Хокори, верно? — Ага. — Какова причина того, что ты хочешь присоединиться к нам? Рида им не сказал? Или Чисаки хочет услышать это от меня лично? — Мне нужны деньги, — я ещё раз потёрла скулу и опустила руку, ожидая, пока до меня донесут трость, чтобы подняться. — Одна мразь сделала так, что моя сестра в коме, а я должен этой мрази кучу денег. К тому же, мне нужны деньги на существование, очень много, так как я не знаю, когда сестра очнётся и во сколько мне обойдётся её восстановление. Ну а ещё мне нужны деньги, чтобы при случае откупиться от той мрази… — я взяла протянутую мне трость, поднялась, глядя в глаза так же поднявшемуся Каю. — Ну и, как что-то, что я скорее всего отдам своему корешу, я хочу убить Старателя.       И тишина.       Из Восьми Неудержимых здесь присутствовали Раппа (в куполе, видимо, на всякий случай), его «нянька» с барьерами и «святой отец». Из боссов только Кай и Мимик. — Может… Скажете что-то? — я хочу домой и спать, а не вот это вот всё. Почему сейчас, а не днём? — Рида говорил тебе о нашей идеологии? — Говорил. — И как ты к этому относишься?       Я поскребла затылок. Что ж, сейчас придётся вываливать всё очень-очень честно, так, как я ещё ни с кем не говорила. — Босс, если вы спрашиваете моё мнение, то герой — бесполезная профессия, — уже вижу эти вытянувшиеся от удивления лица за масками Неудержимых. — Для задержания преступников у нас есть полиция, для тушения пожаров — пожарная служба, есть медицинские учреждения для лечения людей и спасательные службы для определённых случаев. Если человек хочет помогать другим людям — он может идти в любую из этих профессий. Геройских агенств же — как собак не резаных по всему миру. Может быть на заре появления причуд это и имело смысл, потому что общество было напугано, но сейчас, когда профессия превратилась в рейтинг популярности и любой, кто имеет лицензию, получает плюсы к общественному уважению за одно лишь наименование… — я фыркнула, вспоминая ту героиню со змеями в волосах, всё, что она делала, так это снималась в рекламе и ходила по интервью. Почему нам не показали её реального боевого опыта? Потому что его и не было, в целом, она могла сразу пойти моделью и не тратить время на становление героем. Вот только в качестве модели или актрисы она бы зарабатывала меньше, чем будучи «героиней». — Общество прогнило, профессия «герой» давно изжила себя, ведь они просто отбирают работу у государственных структур и при этом получают куда больше оваций. Мы ведь собираемся разрушить этот дерьмовый строй, верно?