Путеводитель по планете Зонгшторн

      Зонгшторн — живая планета, живущая на самом краю необъятной Вселенной. Это было воистину забытое всеми место, тихое и не имеющее по одну сторону абсолютно ничего. Там, на другой стороне, где система касалась края Вселенной, была лишь пустота, а что было за ее пределами — никто не знал и узнавать не хотел. Темнота вакуума не привлекала никого, и даже самый отважный астронавт не отважился бы ступить через край мира, если бы существовал в данный момент пространства и времени… В конце концов, упасть за край не хотелось бы никому, а Зонгшторн жил как раз у самых врат в неизвестность. Холодный, забытый всеми, он являлся крошкой в необъятном холодном мире космоса.       Казалось, жизни вокруг больше не существует, но это не было правдой и маленькая планета ошибалась, считая, что она была покинута всеми. Жизнь была везде, стоило лишь шагнуть чуть глубже к сердцу Вселенной. Там были другие планеты, другие миры и астероиды, другие светила, которые сияли так же ярко, как и звезды, между которыми родился Зонгшторн. Здесь было всё взаимосвязанно, однако на тот момент, планета была еще слишком мала, чтобы понимать, насколько огромны масштабы Вселенной, в которой она родилась, и что существуют другие планеты, другие галактики и системы, которые точно так же, как и он, застыли в ожидании чуда на своих орбитах. Неужели Всесоздатель так и оставит маленькую планету в полном одиночестве? Среди пустых звезд, которые хоть и источают тепло, но по-своему холодны и безжизненны?       Поначалу — маленький астероид, который вращался вокруг одной из звезд, — начал набирать вес с годами. И чем старше он становился, тем больше притягивал к себе частиц, постепенно образовывая в себе маленькое Сердечко — источник жизни и самого сознания планеты. Таких живых планет было крайне мало, но Зонгшторн не мог узнать, существуют ли еще в мире ему подобные.       Со временем все должно было измениться. У Зонгшторна были две безмолвные звезды, вокруг которых он стал вращаться по маршруту бесконечности, когда набрал достаточно весомую массу. Он рос, а вместе со взрослением приходило осознание того, что ему не с кем поговорить, что нередко вызывало у него грусть. Неужели придется до скончания веков быть одному? Ведь всё рано или поздно заканчивается и жизнь, казалось бы, вечной планеты не кажется такой уж вечной. Вселенные рождаются и умирают, звезды вспыхивают и гаснут, образуя огромную рану в пространстве и времени, оставляя неизгладимый шрам на лице Вселенной. Он не затянется с годами, а черная дыра на его месте будет захватывать все больше космического мусора, пока не переполнится и не взорвется, уничтожая соседние галактики и образуя новые. Они заступят на место старых и будут существовать до тех пор, пока цикл вновь не завершится. Такая ли судьба будет его ждать в далёком-далёком будущем? Он знал, что, как и у других планет, его светоч погаснет и он растворится в свете двух звезд, которые вспыхнут в последний миг его галактики.       Зонг чувствовал себя одиноко и холодно, даже несмотря на то, что его окружало тепло звёзд и свет отдаленных галактик. Нужна была жизнь и собеседник, которому он мог бы рассказать о своих тревогах и поделиться своими мыслями, которые волновали его огромное Сердце, что пряталось от посторонних глаз в глубине земной коры. Сердце Зонгшторна и правда было необъятным и могло подарить начало чему-то новому. Нужно было превратить эту безмолвную тихую пустыню в радостный солнечный мир, наполненный разными звуками. Он мечтал о том, что на его поверхности кто-нибудь поселится, нарушит наскучившую тишину и он больше не будет одинок в заботе о своих детях. Но будут ли они? Планета не знала, суждено ли было им появиться в его жизни или же он сам будет обречён на вечное одиночество, ведь его пустынная поверхность среди вакуума не могла никого привлечь. Кроме, разве что, космических чудовищ.       Сердце хотело любви и заботиться о ком-нибудь более маленьком, а потому — Зонгшторн создал на своей поверхности первую жизнь в виде растительности. Не сразу, потребовалось множество попыток, чтобы создать подходящие условия для её существования у себя на поверхности. Это были, на тот период времени, довольно примитивные растения, которые стали основой для развития дальнейшей жизни. Они помогали своему родителю создать атмосферу, которая бы была пригодна для других возможных обитателей. Казалось бы, всё начало налаживаться и на поверхности Зонгшторна появилась первая жизнь. Ведь всем известно, что там, где растет трава, есть и атмосфера, пригодная для обитания другим видам.       Но растения были так же безмолвны, как и холодные звезды, чьих настоящих имен планета не знает и по сей день. Было ли это горем? Нет, скорее Зонгшторн понял, на что он способен. Он способен создавать жизнь, пусть поначалу примитивную, простую, но он просто еще не знал, как создавать сложную, и не умел.       Он изучал комбинации, создавал новые виды в попытке произвести на свет нечто более сложное, но… Всё было тщетно. У него получалось создавать только растения, которые постепенно переросли в леса, заполняя собой всю поверхность планеты. Реки и озера, что образовывались из его недр, помогали подпитывать и поддерживать жизнь в деревьях и растительности. Так родились источники «живой» и «мёртвой» воды, которые имели свои отдельные особенности. Но даже они не смогли бы повлиять на происходящее в его Сердце. Оно было неспособно на создание животных клеток, отчего планета не могла произвести на свет даже самый простой и примитивный вид животных.       Подвергая разные растения мутациям, он порождал лишь клейкую тёмную массу, неспособную передвигаться, хоть это «нечто» и можно было бы назвать жизнью. Оно было недолговечным и довольно быстро умирало, становясь частью оболочки Зонгшторна. Он не мог смотреть на это без слёз. Все его попытки создать что-нибудь живое и издаивающее звуки заканчивались весьма плачевно. Растения слабо, но откликались на его зов, не в состоянии как-либо помочь своему создателю. На это печальное зрелище смотрели и звезды, что окружали планету, в ожидании чуда. Но им было, скорее всего, просто любопытно, увенчаются ли вообще эти попытки успехом.       И в тот самый момент, когда Зонг совсем отчаялся, появился Он. Сущность, которую многие называют На-Изнанкой. Это было совершенно иное измерение, которое существовало в той же точке пространства и времени, в которой жил Зонгшторн, однако их разделяла между собой тонкая грань, шагом в одно полу-измерение. Казалось бы, вот оно счастье и наконец, в жизни планеты появился тот, с кем можно было бы поговорить о своих проблемах и услышать чужой голос, нарушив тем самым тысячелетия тишины. Однако, это было совсем не то знакомство, к которому стоило тянуться с распростертыми объятиями.       Лесть На-Изнанки не знала границ, а ослабленный своими провалами Зонгшторн довольно легко поддался на слова Сущности. Тогда он еще не знал, к чему может привести такое сотрудничество, однако стоило побеспокоиться о своем будущем еще в те времена, чтобы избежать проблем в будущем. Если бы он только знал в те времена, с кем связал свою долгую жизнь, то не был бы так беспечен. На-Изнанка был известен на несколько измерений как Пожиратель Душ, не знающий жалости демон, который не мог создать ничего хорошего. Он был огромным демоном времени, который внешне представлял огромную черную дыру. Настоящий облик тот весьма умело прятал за маской собственных иллюзий, внушая планете создание идеального мира, который ждал его в будущем. «Ты больше не будешь одинок! Всё, что тебе нужно, это оказать мне небольшую услугу, в обмен на это я подарю тебе знание о создании живых существ и мы вместе создадим прекрасный мир — лучший мир, о котором ты только мог мечтать!»       Эти слова были тем, что планета хотела услышать всю свою жизнь. Предложение о создании лучшего мира на своей поверхности — об этом Зонгшторн мог только мечтать — и картины мира жизни и тепла посещали его лишь во снах. В реальности же все было совершенно по-другому.       Перед беззащитной планетой На-Изнанка предстал в совершенно ином свете, поэтому неудивительно, что Зонгшторн не смог сразу распознать в нём дьявола, который являлся угрозой его миру. Ведь всё, что интересовало На-Изнанку, — это вкусное Сердце Зонгшторна, привлекающее его своими размерами и ароматом. Но для Зонгшторна длительный промежуток времени он был защитником и покровителем, который помог изменить его тусклый безмолвный мир и превратить бутон в цветок, раскрывающийся с годами, увеличивая количество своих лепестков.       Благодаря контракту с На-Изнанкой, на планете появились первые животные и первая разумная раса антропоморфных жуков, именуемая «хорентоб». Они рождались в глубине планеты под воздействием магии Зонгшторна и На-Изнанки. Это был довольно необычный народ, способный на многое, и, когда в совместном усилии вылупился первый хорентоб, Зонгшторн был так счастлив, что заплакал и от его слёз родились первые моря и океаны, породившие в последствии страшных чудовищ. На материках проступили ручейки слёз планеты и превратились со временем в реки и озера на её поверхности. Казалось, даже звёзды успокоились и перестали следить за Зонгшторном так пристально, ведь теперь он уже никогда не будет одинок. Он теперь мог создавать живых существ, которые не имели ничего общего с уже существующими в его Вселенной.       Основой жизни для всех животных и рас стал контракт с На-Изнанкой, который подарил им, помимо жизни, магию — клеевую регенерационную систему, которая крепла с каждым новым поколением и совершенствовалась, вплетаясь между мышцами и имея прямой контакт с нервной системой. Эта новая жизнь нравилась планете, и Зонгшторн с каждым годом чувствовал гордость за создание новой семьи, пусть за это и придется заплатить соответствующую цену. Но эту цену придется заплатить в будущем, когда откроются Разломы На-Изнанки, оставляя чудовищные шрамы. Через них демон начнёт высасывать жизненную энергию планеты, вредя существам, которых создал вместе с Зонгшторном, и выпуская на волю своих жутких созданий, чьим жизненным смыслом было лишь разрушение и боль.       Хорентобы же были воистину совершенными созданиями, но и драконы, которые появились значительно позднее, не уступали жучинному народу в области магии и силы. Они были рождены из древних морских чудовищ, вышедших на сушу. Однако не только они получили это право. От своих прародителей отделились и иные существа, именуемые трачусами. Внешне они напоминали больше земных лягушек, передвигающихся на двух задних ногах, но кардинально отличались поведением и образом жизни. Как и чукки, которых люди позднее нарекли русалами и русалками.       Однако чукки были не особо безобидны, в отличие от несчастных трачусов, которых изрядно помотала судьба и твердая рука рабства, когда в этот мир пришли люди — единственные существа, лишенные клеевой системы. Они не были способны к магии и были очень хрупки, но далеко не безобидны. Именно из-за них нарушился последующий баланс в природе, когда На-Изнанка пустила свои корни, нависнув черной тенью над Зонгшторном…