Пес и птица

      В то время, когда Со Гюха принимал себя, давая своему малышу обещание постараться, Ли Чаён озадаченно смотрел на свой телефон. Только что услышанные слова снова и снова звенели в его ушах слуховыми галлюцинациями. — Больше не связывайся со мной, мудак! Увижу тебя ещё хоть раз, даю слово, убью!!!       Его прямые брови были недоумённо приподняты, а на лбу залегла глубокая складка. Произошедшее казалось до смешного абсурдным и обидным. Примерно так же чувствовал бы себя человек, если бы спокойно шёл по улице и его вдруг с размаху ударили, а вместо извинений ещё и нахамили. Альфа вообще не понял, то за фигня здесь сейчас происходила. Он был страшно зол, идя на эту встречу, они не виделись и не разговаривали уже несколько дней, и даже если Гюха отвечал на телефонные звонки, то бормотал что-то бессвязное и тут же отключался. Чаён терпел эти своеволия, позволял ему капризничать, потому как… да он сам не понимал, почему всё так происходило. Прикрыв веки, он вспомнил то утро, когда Гюха потребовал омара на завтрак. Это было таким безумием, на которое сам Чаён никогда бы не пошёл. Человек, жизнь которого распланирована по минутам, просто не мог отбросить привычные ему устои. Его с детства завораживал характер Сю Гюхи. Тот был своенравным, безумным и порой раздражающе шумным, но при этом таким искренним. Вернувшись в Корею, Чаён встретил его вновь и с удивлением понял, что мальчишка, которого он помнил в детстве, вырос, но остался таким же. Или нет, не таким же, но его чувства, желания были по-прежнему прямы и открыты, а в глазах светилась та же искренность. Чаён недовольно цокнул языком, просто не понимая, как обычная встреча переросла в этот цирк. После недели безобразного поведения его любовник соизволил объявиться сегодня, потребовал встретиться, и не где-то в нормальном месте, а в этом своём чёртовом кафе, из-за которого у Гюхи минутки свободной не было, а после работы от усталости он засыпал прямо в машине по дороге домой. Тем не менее альфа пришёл, ожидая вразумительных объяснений взбалмошным выходкам, ну или хотя бы чёткого ответа на свои вопросы. Но всё, что между ними произошло — только глупость и несуразица. Бессвязные вопросы Гюхи, его дерганные движения и не имеющие смысла действия были смехотворны и неуместны.       У Чаёна просто не было слов. Его рациональный разум отказывался это принимать и воспринимать. Глубоко вдохнув, он сделал так, как его некогда учили: попытался протолкнуть воздух как можно глубже к диафрагме, сформировать воздушный комок и удерживать его несколько секунд. Такое упражнение обычно помогало сконцентрироваться и успокоиться, но сейчас оно нихуя не работало. Сейчас накал его раздражения перерос в холодную ярость, и контролировал он её с большим трудом. Никто и никогда не мог раньше довести его до такого состояния. Альфа и подумать не мог, что у него могут возникнуть такого рода чувства. Конечно, и у него есть тёмная сторона, но она по большей мере ведома инстинктами. Он терпеть не мог, когда кто-то брал его вещи, посягал на его достижения, и… И вот сейчас… Подняв телефон, он пустым взглядом посмотрел на экран, затем нашёл в журнале вызовов телефон Гюхи и набрал его ещё раз. Прошло уже несколько минут, и даже такой горячей голове должно хватить времени остудить свои чувства и привести в порядок мысли. Но вместо ожидаемого голоса, приносящего извинения за вспыльчивость, господин Ли услышал бездушное механическое: «Телефон абонента выключен». — Ха-а-а-а… — тяжелый вздох шумно вырвался из груди. В задницу самые дорогие уроки от лучших коучей! Если дело касается такого несносного парня как Со Гюха, разговаривать спокойно просто невозможно.        Чаён несколько раз рвано вздохнул и сжал пальцами внутренние уголки глаз, вспоминая, как Гюха вышел, не проронив ни слова. «Должно быть, у него лихорадка. Если болен, мог бы так и сказать, я б приехал к нему и привёз каши или этой его чёртовой курицы с острым соусом», — раздраженно подумал Чаён, которому в его рациональный мозг ну никак не приходило ни одного толкового оправдания столь несуразному поведению Гюхи. Как можно было позвать кого-то на диалог в свой кабинет и, ничего толком не объяснив, просто уйти, хлопнув дверью?! Чаён знал, что этот парень с детства был непослушен и неуправляем, даже родители не смогли привить ему чувства дисциплины. Но с возрастом можно стать хоть немного ответственней и научиться следовать правилам, а не поступать в любой ситуации как заблагорассудиться! Чаён понимал, что раз Гюха не в состоянии вести разговор спокойно, то это должен сделать он сам, однако сейчас он так нервничал, что встреться они лицом к лицу, без крика точно ничего не уладить.       Рациональный человек рационален во всём. Набрав номер Гюхи ещё раз и убедившись, что телефон по-прежнему отключён, господин Ли скрестил руки на груди и принялся анализировать только что состоявшийся разговор.       Глупо звучал как вопрос о том, обедал ли Чаён, ещё нелепее был вопрос о возможном отцовстве альфы:«А что, если кто-то скажет тебе, что у тебя будет ребенок?» Для Чаёна этот вопрос был изначально неверным, поскольку с ним такого просто не могло произойти. С женщинами, что омегами, что бетами, он давно не имеет дел. Мужчины-омеги, с которыми он занимался сексом ранее, в основном хосты или проституты. Такие понимают, что даже с тестом на отцовство им ничего не светит. Да и за короткие встречи они получают больше денег и лучше подарки, чем могли быть алименты папаши-неудачника. Остаются беты, но и тут мимо, мужчины забеременеть не могут, это попросту невозможно. И в последние несколько месяцев в постели он был только с Гюхой. Поэтому одних этих фактов было достаточно, чтобы Чоён мог не опасаться этих нелепых обвинений.       Не то чтобы подобных попыток не было вообще, конечно, были особо наглые любовники, которые, поддавшись жадности, пытались распускать слухи, но Чаён их быстро пресекал. Это было его личное правило. Родившись в богатой семье, с так сказать «золотой погремушкой», он, увы, с ранних лет был свидетелем людской бесчестности. Чаён с ранних лет знал о нелицеприятных фактах, которые могли бы коснуться его семьи, что помогло ему сформировать скептическое отношение к «нежелательной беременности».       Пример проблем, которые могли возникнуть из-за претензий любовниц и их детей, был, что называется, прямо под носом. У дяди Ли Чаёна было четыре ребёнка, принятых в семью. Все они были от его любовниц, и как результат, в доме у него не было ни одного спокойного дня. Дядя до скандала с внебрачными детьми владел успешным аграрным бизнесом. Занимаясь сельским хозяйством, он сколотил небольшое состояние, которое было потеряно из-за постоянных судебных исков и необходимости оплачивать то алименты, то судебные издержки. Каждый день был адом: законнорожденные и незаконнорожденные дети дяди подали иски против своего биологического отца, а после они подавали иски на незаконные иски, поданные друг другом. Его бывшие любовницы приходили в его дом и демонстративно пытались покончить с жизнью прямо у него на глазах, а когда их останавливали, поднимали крик и скандалили до тех пор, пока соседи не вызывали полицию. Когда этого оказывалось недостаточно, они принялись ходить по разного рода ток-шоу и писать письма с фотографиями в жёлтую прессу. Последней каплей было требование разделить между незаконнорожденными детьми дяди его долю в компании Electronics. Когда глава семьи Ли отказал, у него через суд пытались отнять акции хотя бы дочерних компаний.       И это был не единичный случай. Не раз во время собраний или вечеринок, организованных родителями, Чаёну приходилось слышать подобные «печальные» истории, да что там, это были просто грязные сплетни о тех или иных членах высокопоставленных семей, которые с пугающей неизменностью попадались в одну и ту же западню собственной неосторожности. А именно скандалы с любовницами и их незаконнорожденными детьми, которые часто были бесстыдны настолько, что смели заявляться к законным представителям той или иной семьи и требовать содержание или законные доли в бизнесе.       Конечно, будучи невольным свидетелем дрязг и неурядиц, альфа твёрдо решил, что он будет тщательно заботиться о собственной репутации. Более того, видя количество так называемых «несчастных случаев», происходящих с другими доминантными альфами из его окружения, он был понял, что качественная контрацепция и его твердая позиция должны быть главным аргументов в спорах подобного рода. Никакая любовница не может заявиться на его порог и что-либо требовать от него. Столь радикальный план относился не только к временным связям господина Ли Чаёна, но и должен был распространяться на его законную супругу, когда та наконец у него появится. Дабы избежать дрязг между наследниками, он решил, что у него будет только два ребенка и только от законной супруги.       Видя, к чему приводят такого рода «недоразумения» с незаконнорожденными детьми на примере своей семьи, ответить как-то по другому на вопрос: «А что, если кто-то скажет тебе, что у тебя будет ребенок?», разумеется, альфа не мог. Он был твердо уверен, что предусмотрел все возможные варианты развития событий и обезопасил себя и собственную репутацию. Чаён даже не сомневался в том, что не способен совершить подобного рода ошибку, а если бы и нашлась какая-то недальновидная особа, он был намерен потребовать от неё сделать аборт. И даже если бы она не послушалась, то ей бы абсолютно ничего не светило, даже если бы потребовалось через суд защищать собственную честь и достоинство.       Чаён был не единственным, кто так думал. Насколько он помнил, и его секс-партнер не был настроен заводить семью. Да и как бы у него получилось это сделать, если общество было настроено против гомосексуальных пар. Исключение составляла пара мужчина-альфа и мужчина-омега, но вторых так мало, что подобные инциденты вообще редкость. Да и Гюха ведь бета… Но что, если… — Стоп! — Чаёна будто прошило электрическим током. В его голове промелькнула мысль, которую он сначала откинул как невозможную, но что, если… — Нет…Не может быть… Неужели в ситуацию с незапланированной беременностью попал Гюха?.. Выражение лица альфы ожесточилось, едва эта мысль пришла ему на ум. Пальцы его рук от злости и напряжения то сжимались в кулаки, то разжимались так, словно электрические разряды продолжали пронзать его тело. Дыхание стало частым, небольшое помещение медленно наполнялось феромонами ярости альфы, которые Чаён даже не пытался контролировать.  «Да… Вот всё и встаёт на свои места… Он игнорировал мои звонки и предложения встретиться. Видимо, узнал, что у него будет незапланированный ребенок, и это привело его в смятение? Тогда понятно, почему он так странно себя вёл, нервничал и не решался заговорить. Вот почему он задал мне тот странный вопрос, видимо, ему нужен был совет. Но тогда… Тогда что это была за реакция? Если ребенок нежелателен, он должен от него избавиться, разве в таком случае аборт не самое верное решение проблемы?» — мысли сбивались в его голове в змеиный клубок, который шипел и пытался укусить побольнее. — Ха-а-а-а… — раздался стонущий выдох. Чаён наклонился вперед, упираясь локтями в колени и пряча лицо в ладонях. А ведь он вначале подумал, что это случайный неуместный вопрос, а оказалось… — Какого черта ты натворил, Гюха? Блядь, как можно было вляпаться во что-то подобное?! Тьфу!       Альфа зло заскрежетал зубами, и вновь эмаль едва не крошится у него на зубах. А ведь он был с этим парнем честным! Никаких других любовников и секс-партнеров у него кроме Со Гюхи не было. С того самого момента, как они по пьяни переспали в том клубе и до последней проведенной вместе ночи после гона никаких любовников на стороне. Чаён даже жертвовал привычным для него времяпрепровождением, подстраиваясь под его график. Да-да, вместо того, чтобы провести время с хостом на одну ночь, он искал поводы и проводил его с ним и только с ним!. До сего дня Чаён был уверен, что и он единственный любовник этого парня Со Гюхи.  «Мы же встречались почти каждую неделю…Я изматывал собственное тело до такой степени, что каждый раз чувствовал себя обессиленным. На следующий день он даже встать нормально не мог! Я делал всё, чтобы удовлетворить его темперамент, а потому у меня каждый раз была бурная и жаркая ночь, так чтобы наутро не мог даже подумать о том, чтобы переспать с кем-то еще», — раздраженно думал Чаён. — «Неужели я настолько ошибался? Неужели у Гюхи будет ребенок?»       Чем больше он размышлял, тем паршивее становилось на душе. Думая, что причина, по которой Гюха не общалась с ним в последние несколько дней, заключалась в чьей-то беременности, альфа почувствовал себя преданным. «Бззз - бззз - бззз» — тишину нарушила вибрация смартфона. Мельком глянув на экран, Чаён рассчитывал увидеть на дисплее имя Гюхи, однако его ожидало ещё одно разочарование. На дисплее плавал иероглиф «Мама». Недолго поколебавшись, Ли Чаён коротко обречённо вздохнул и, приняв звонок, поднес телефон к уху. — Да, мама? — Привет! Ты уже ушёл с работы? — заботливо поинтересовалась матушка. — Конечно. — Ты пообедал? — Я поел, спасибо что спросила. Что-то произошло? — Отец просил позвонить тебе, он уже довольно давно планирует провести семейный ужин. Ты сможешь присоединиться к нам в субботу днём?        Чаён вспомнил своё расписание, прежде чем дать окончательный ответ. Обычно выходные он проводит с Гюхой, но после сегодняшнего разговора вероятней всего в эту субботу они не встречаются. — Думаю, я буду свободен в эти выходные. Если у меня изменятся планы, я свяжусь с тобой всенепременно. — Хорошо, но по возможности постарайся не назначать важных встреч в эти выходные…       Он постарался побыстрее попрощаться, просто не мог слишком долго разговаривать с матерью, так как все мысли были заняты Гюхой и его возможным ребенком. Не желая быть жертвой домыслов, ещё раз набрал номер секс-партнера, однако ситуация не изменилось, всё тот же механический голос и всё то же автоматическое послание про «выключено» и «абонента не на связи». Хоть упрямому высокомерному альфе это было тяжело принять, но он был даже рад, что они не смогут поговорить сегодня. Его сердце сейчас так грохочет в груди от злости, что спокойного разговора между ними точно не получится. Чаён очень боялся сорваться на крик и опуститься до упреков. Его рациональная сторона вопила о том, что им обоим нужно немного времени, чтобы привести мысли в порядок, после чего они смогут спокойно встретиться и поговорить. Чаён понимал, что не сможет спокойно услышать подтверждение, что у Со Гюхи будет ребёнок, а потому ему нужно время прийти в себя и собраться с мыслями, то есть поступить как всегда — собрать все факты воедино и принять решение. И пускай оно на данный момент однозначно: от ненужного ребенка Гюхи надо избавиться, но здесь решать не ему одному, они всё-таки взрослые люди, и могут всё обсудить и прийти к единственному правильному решению.

***

      Утром Гюха проснулся и понял одну важную вещь: он принял решение, которое навсегда изменит его жизнь, а мир вокруг него, оказывается, не изменился ни на йоту. Солнце взошло утром, его глаза лениво открылись, а живот громко урчит от голода. Открыв дверцу холодильника, он снова оказался перед непростым выбором: что бы съесть? Набив брюхо сытным завтраком из мяса и супа с водорослями, натянув на ноги джинсы, а на тело свободное худи, он направился в клинику. По расписанию у него на сегодня был назначен плановый гинекологический осмотр и первое УЗИ плода.       Сегодня вместо того, чтобы привлекать к себе внимание натянутым на самый нос капюшоном толстовки, он решил скрыть лицо под медицинской маской и очками. Всё равно ассистент вызовет его, назвав имя, но так он хоть не будет походить на сталкера. И хоть эта маскировка никуда не годится, всё равно было мало приятного в том, чтобы светить лицом в месте, где находятся только женщины. Не хватало ещё наткнуться на кого-нибудь знакомого. — Эй…        Гюха спокойно играл в игру на телефоне, стараясь не привлекать к себе внимания, когда к нему обратился немолодой аджосси. Перед тем как повернуться на голос, парень поправил маску. Посмотрев в лицо незнакомца, Гюха слегка нахмурился. Кто это человек? Он сопровождает кого-то или…   — Ты беременен? — аджосси спрашивал его тихо, словно шепча страшную тайну. Гюха немного растерялся, разве это нормально — делиться чем-то настолько интимным с кем-то незнакомым? — Дядя?       Мужчина смущенно почесал затылок и неловко рассмеялся. Конечно, это странно, приставать в очереди к молодому мужчине, который так старательно пытается избежать посторонних взглядов. Однако благодаря росту и комплекции он всё равно выделяется на фоне обычных посетителей гинекологии. Очевидно, он кого-то сопровождает, только к чему тогда эта маскировка? — Не смущайся, я тоже на прием. По большей мере здесь можно встретить только женщин, вот если бы для таких как мы были отдельные часы приёма… Но нет, они же не думают, что мужчинам в положении может быть неловко в таких местах, да? Я по началу колебался, подходить или нет, однако был рад увидеть в очереди ещё одного мужчину, ты тут с супругой или один? Хотя, судя по всему один, да? — немолодой мужчина неловко улыбнулся, — Наверное, это выглядит странно, но здесь не часто встретишь мужчин-омег. Их и так-то не шибко много рождается, а тут ещё и в положении. Неплохая возможность скоротать время не в одиночестве, а?       Гюха немного смутился, он тоже не ожидал встретить беременного мужчину-омегу, однако это гинекология, где ещё, если не здесь? Какое-то мгновение он колебался, затем медленно опустил глаза, чтобы посмотреть на нижнюю часть живота мужчины и вздохнул с облегчением. Мало-помалу Гюха постепенно принимал тот факт, что у него в животе есть ребенок, однако ещё не готов был к тому, что его тело начало меняться, и живот будет расти.              Он снова включил игру на телефоне, однако близость беременного мужчины омеги никак не позволяла ему сосредоточиться. Разговор с Чаёном не выходил у него из головы, обращаться на анонимный форум за советом он более не стал бы, а тут подвернулся такой шанс. Он задумался, кусая губу. И когда его взгляд невольно скользнул к соседу, он всё же решился спросить: — Какой у вас срок?        Быть может, сама по себе фраза звучала слишком интимно и немного бестактно, однако аджосси ухватился за возможность поговорить и торопливо ответил. — Сейчас? Седьмая неделя. А что насчет тебя, какой срок?        Он широко улыбнулся, а эти слова срывались с его губ так естественно, словно он спрашивал на рынке цену на лук. — Неделя… пятая, — неловко, с запинкой тихо-тихо ответил Гюха. Он слегка откашлялся, радуясь, что его лицо скрыто под маской. Ему было некомфортно это обсуждать. — О, это прекрасный срок, скоро ты услышишь биение сердечка твоего малыша!       Гюха натянуто улыбнулся, по какой-то причине он подобной радости не разделял. Быть может потому, что он всё ещё был напуган и сбит с толку? Однако доктор уверил его, что это вполне естественно, так что Гюха терпеливо ждал своей очереди на прием к врачу. От напряжения кончики его пальцев похолодели. Собравшись с мыслями, Со Гюха задал вопрос, на который ему не ответит честно ни один шарлатан. — Вы не боитесь? — «Не боюсь»? — непонимающе переспросил мужчина — Вам не страшно? Рождение ребенка… — робко произнес Гюха.        Он никак не мог смириться с тем, что его тело изменится, а роды — это же больно. Трехдневный секс марафон с альфой в гоне тоже испытание, но протолкнуть через то самое место трёхкилограммового ребенка это как-то не тоже самое. — Ну, конечно, мне страшно.       Со Гюха замер, услышав такой ответ, а мужчина продолжил. — Сам знаешь, омег-мужчин не так много, да и дети рождаются у них очень редко. Когда я узнал, что в положении, мне было очень неловко идти в больницу, мне казалось, что такое нужно скрывать как можно дольше. Однако позже… Позже я узнал, что из-за этого у моего старшего ребенка возникла небольшая проблема со здоровьем…       Уголки глаз аджосси начали увлажняться от неприятных воспоминаний. Когда дело касается болезни детей, родители всегда винят себя, даже если их вины в этом нет. Со Гюха был очень смущен внезапным откровением неизвестного мужчины. Было много вещей, которые и он не мог сделать, чтобы крохотный ребёнок у него в животе чувствовал себя комфортно. Виновато поджав губы, он торопливо выдавил из себя слова извинения. — Простите, если я напомнил вам о чём-то неприятном и болезненном, в вашем положении нельзя волноваться. — Нет-нет, не беспокойся, я просто излишне чувствителен на раннем сроке. К счастью, это был обычный недуг, и врачи при помощи медикаментов смогли ему помочь. В следующем году он уже перейдет на обучение в среднюю школу. Ха-ха. — Вот жеж с-сук… — Гюха впился зубами в нижнюю губу, глотая неприличное ругательство. Его сердце болезненно сжалось, видимо, и с его нервной системой что-то не так. Оставалось надеяться, что излишняя чувствительность обусловлена гормонами, выделяемых его телом на первом триместре. Уж очень не хотелось бы, сидя в очереди на консультацию, рыдать с остальными омегами, у которых опухли ноги и поэтому они не влезают в модельные туфли.       Аджосси сдержанно вытер уголок глаза и рассказал, что по мере увеличения срока беременности слёзы могли выступать на его глазах по любому, даже самому незначительному поводу. Несмотря на то, что он плакал, на его губах расцветала нежная улыбка. — Конечно, как ты и спрашивал, мне поначалу было очень страшно и волнительно одновременно. Однако едва я взял на руки своего первенца, от моих волнений не осталось и следа, все невзгоды и слёзы растаяли словно первый снег. От одного взгляда на личико моего сына в душе словно расцветали бутоны цветов. Знаешь, я был бы рад пригласить тебя к нам в гости, познакомил бы с моими детьми… — приветливо улыбался мужчина, видимо, встреча с другим омегой в положении, пусть даже намного младше его, был для аджосси в радость. — Знаешь, что я тебе скажу? Если бы у меня не было этого счастья в рождении моих детей, я бы и не подумал о том, чтобы родить третьего ребенка.       Медсестра громко назвала имя следующего пациента.. Мужчина ответил взмахом руки. Повернувшись к Гюхе, он широко улыбнулся, сказал, что это вызывают его, и попрощался. Гюха слегка нахмурился ему вслед. Благодаря этому неожиданному знакомству ему было над чем подумать. «Сначала мне было страшно и волнительно. Однако едва я взял своего первенца на руки, от моих волнений не осталось и следа, все невзгоды и слёзы растаяли словно первый снег». Слова, которые он только что слышал, эхом отдавались в его голове. Гюха нервно теребил пальцы, ему довольно сложно было представить, как можно испытывать радость от рождения ребенка. Однако светлая улыбка незнакомого мужчины вселила в его сердце надежду, что всё может быть.