***
На работе Марина Михайловна меня встретила очень беспокойно. Оказывается тот самый стажёр проспал из-за того, что ночью клеил какой-то макет на учёбу. Ну да, студент. Я, почему-то, что-то такое и ожидал и почти не расстроен, так как на работе только до обеда, после уже придёт Рома. Босс даже не жаловалась, только сочувствовала ему. Взяла его, потому что его не брали без опыта в другие места, да и нужды в работниках не было, поэтому сильно разницы не будет, но зато поможет мальчику. Я, конечно, думал, что она добрая душа на самом деле, но не настолько же.***
Вернувшись достаточно скоро домой, так как в большом потоке людей время пролетает незаметно, я решил как-то отблагодарить Пика, но чтобы это было не так очевидно, поэтому пошёл сделать ему кофе, прежде чем вернуться в комнату. Можно было конечно сварить его ещё на работе, но тогда бы он быстро остыл. На кухне я встретил Феликса и настроение тут же подкосило, но мне было легче это игнорировать. Только решил не маяться на этот раз с поиском кружки и просто попросить, пока делал вид, что роюсь в рюкзаке. – Фель, пж, достань кружку Пика. – парень не ответил, но послышалось открывание шкафчика. Я ухмыльнулся. Может он пытается загладить вину? Можно было даже без "пж". Я представил, как бы я сказал это снова, прокрутил в голове. Тон получился высокомерным и требовательным. Тут же появилось тупое чувство неприязни к самому себе. Это взбесило, что я даже забыл зачем капаюсь в собственной сумке. Потом вспомнил, что ещё забегал в магаз, чтобы купить что-то сладкое, остановил выбор на маленькой упаковки печенья. Я взял её в руки. Аппетит на такое пропал напрочь. – Вару? Держи, – рядом со мной, на стол поставили кружку. – Только не делай с ней ничего. – Больно надо. – тут же отрезал я. Грубо, но тут уже нечего поделать. Слишком уж сильна моя злость. Когда я приступил к делу, остыл. Запах кофе, сливок, весь процесс – слишком нравится, может именно поэтому я всё ещё никому из клиентов, кто пытался надавить на моё самолюбие, не нагрубил. Даже оказавшийся рядом Феликс меня не прервал, только насторожил внутреннее чутьё. Опять оно мне что-то хотело сказать, но я настойчиво не замечал, доставая сахар из шкафчика над головой. Только поставив упаковку на стол, я как то не особо задумавшись, а лишь увидев краем глаза движение немного сзади, резко ухватил угол открытой дверцы ладонью и Феликс врезался лбом в её тыльную сторону, а не в острый край. Я услышал удивлённый возглас и медленно закрыл шкафчик, продолжив заниматься, чем занимался до этого, лишь выкинув за плечо безучастное "Будь осторожен". Парень за спиной явно был в лёгком ступоре, поэтому промолчал, да и мне уже было всё равно.***
Подойдя к нашей с Пиком комнате и почти коснувшись дверной ручки, я вдруг слышу очень тихий, но ласковый голос. Сначала даже не понимаю чей, но очевидно помимо самого Пика в комнате никого быть не может, поэтому я с интересом прислушиваюсь, пододвинувшись поближе к приоткрытой двери. Помимо голоса улавливаю ещё и довольное мяуканье, что заставляет слабо улыбнуться. Как только я всё таки открываю дверь и смотрю на Пика, который сидит на полу, прислонившись спиной к моей кровати и испуганно уставившись на меня, в воздухе повисает неловкое молчание. На коленях парня свернулся комочком котёнок и не подозревая о том, что сейчас творится вокруг, мурлыкал себе в удовольствие. Пик всё ещё был в моей толстовке, накинув на голову капюшон, и возможно котик до сих пор думает, что с ним тискаюсь именно я, а не мой равнодушный к нему, – по крайней мере, как я до этого думал, – король. – Ты ничего не видел... – Ладно. – еле сдерживая смех, выдавливаяю я, закрывая за собой дверь, и продолжаю стоять на месте, слушая лишь возникшую между нами тишину. Чуть слышный смешок вырывается из меня, когда я ставлю на стол Пика кружку с его кофе. – Замолчи. – Я ничего не говорю. – так же молвлю в пол голоса, не стирая с губ улыбки. Мой король хмуро смотрит на меня исподлобья, не пойму, то ли от злости, то ли от смущения – лицо удачно занавешивают его волосы. – Слышу, как ты думаешь, – я всё-таки срываюсь на лёгкий смех, закрывая рот руками, чтобы Пику не так обидно было и чтобы меня, если и прибьют, то не сильно. – Да иди ты... – Я тебе кофе сделал, – подумав совсем немного, кинул рядом ещё и печенье, которое купил себе. – Отказы не принимаю.***
Поздний вечер. За окнами тёплый свет от фонарных столбов. Рядом со мной всё ещё лежит уже не блохастый котёнок. Он чувствует себя в безопасности, хотя я бы на его месте пытался бы от себя сбежать. На экране ноутбука снова перебирались разные приюты города, но я перестал листать, смотря на котёнка. Пушистая морда зарылась в лапы, что животное стало похоже на комок шерсти. – Зачем я дал тебе имя? – беззащитно прошептал я, растеряв любую уверенность в правильности решения. "Сероглазка" – повторил в голове. И правда идиотски звучит. Мои глаза снова на экране, на фотографии очередного сомнительного приюта. Отзывов об оставленных питомцах у таких мест мало, никто не хочет признаваться в содеянном. Слышу жалобный писк, опять смотрю на кровать. Я взял котёнка на руки и он тут же успокоился. Глядя на него, вспоминаю, как просто было до того самого дня, до того случая у магазина, до того, как сжалось моё сердце. Блять. Рука тянется захлопнуть ноутбук и спихнуть с колен на кровать, вместо этого уложить задремавшего котика на себя. – Ты всё портишь, блохастый. – чешу его за маленьким ушком, а на лице так и наровит расплыться улыбка, от чего прижимаю торцом ладони рот. Нет. Я не повезу малышку хрен пойми куда, хрен пойми кому на попечение. Лучше уж со мной. За свою адекватность ручаюсь. Путь я и не очень хороший родитель, но... Никогда же не поздно им стать?