Пляжные истории

Когда новоприбывшую Усаги буквально притащили к боссу «развлекаться», надо было что-то делать. На «Пляже» ровным счётом всегда царил хаос, бесконечность гулянок и пьянок выливались в беспорядочные половые связи, не важно то – мужчины или женщины, ведь развлечения были частью жизни. Весь этот хаос держался на двух людях – на Шляпнике и Агуни. Первый служил своеобразным голосом «Пляжа», умел мастерски собирать людей, заводить связи, внушать людям надежду на лучшее будущее и вести за собой. Другой же был руками «Пляжа», ведь именно благодаря боевикам устранялись сомнительные личности, а сами боевики были часто не менее сомнительны, но все как один признавали и уважали авторитет Агуни Моризоно, молчаливого выходца из якудз, что одним ударом вполне мог сломать кому-то челюсть. И того и другого боялись и уважали и, кажется, попросту никто иной, как два криминальных авторитета, не смогли бы не только стоять за самым массовым хаосом Пограничья, но и контролировать его без сторонней помощи. В первый вечер отдыха Усаги и Арису на «Пляже», уже произошли неприятности, девушку практически насильно утащили, а Арису не смог ничего сделать, ведь что сказать против людей, наставляющих на тебя пушки? И вот теперь Нираги вёл её за руку, пока Усаги старалась от него отбиться, в зал для переговоров. Девушку буквально втолкнули в двери, заставляя упасть на кафель. От такого шума Агуни поднялся на ноги достаточно резко, словно всегда готовый к действиям. Вошедшие за упавшей Нираги и Ласт Босс говорили всё сами за себя. - Новенькая такая строптивая оказалась. – говорит Сугуру, облизнувшись. Он бы и сам непрочь развлечься с ней в номере, но разве не лучше боссу проучить эту мерзавку? Противится правилам «Пляжа», бьёт боевиков, совсем нет никаких манер. – Шеф, что прикажете делать? – не давая Усаги встать, Нираги с силой наступил ей на поясницу, а Самура приставил лезвие к её шее, этот холод она ощущала затылком. Строгий взгляд Агуни от такого зрелища стал ещё строже, он заметно напрягся, сжал кулак и повисло долгое молчание. В этом человеке собирался, пожалуй, весь возможный гнев, выражающийся в его молчаливом и холодном взгляде, что пронизывал изнутри, заставлял ощущать себя беспомощно даже Нираги. Неверное слово – равносильно зажечь спичку в помещении, наполненным газом. Шаги его глухим эхом отражались от стен, он близко подошёл к своим парням, убирая руки в карманы, верно, чтобы никому из них не врезать случайно, ведь эти двое – яркие представители тех, кого приходилось держать ему в узде. - Свободны. – единственное что Моризоно скажет им. Самура и Нираги переглянутся меж собой, кивнут и решат, что лучше оставить девчонку тут, ведь Агуни явно недоволен их действиями и за такое спасибо не скажет. Так они и оказались одни. За Самурой и Нираги запрётся зверь и кажется, что неизбежно что-то страшное. Усаги, найдя в себе силы, говорит - Не смейте меня трогать! Если вы думаете, что вам всё можно, то это не так! Я…я… - не зная, что добавить, она схватит вазу крепко, грозя кинуть в Агуни, но тот даже не подходил к ней. Он обратно сел на своё кресло и тяжело вздохнул, а потом громким голосом обратился, но не к ней. - Такеру! Где там лежит твоя дрянь от гостей? - Плеер в тумбочке – кричит Шляпник из другой комнаты. Он определённо чем-то занят, но чем разобрать сложно. В итоге Агуни проходит до тумбочки, находя пульт, настраивает что-то для колонок и… По всей комнате стали слышны активные женские стоны. Поначалу это испугало Усаги, кто знает, что в голове у этого извращенца, вдруг это его заводит? - Идти можешь? Пошли. - Я с тобой никуда не пойду, не приближайся! - Ну как хочешь. Грозная фигура уходит и Усаги остаётся запертой изнутри в комнате с громкими женскими стонами, странными звуками и шорохами, всё это словно создавало иллюзию практически насильного жёсткого секса, которому точно не должны мешать. Может выйти через окно и переждать? А если её найдёт Нираги? Белому кролику словно некуда деться, некуда сбежать, не к кому обратиться за помощью, разве что открыть ту странную дверь, за которой скрылся её предполагаемый мучитель. Нужно много смелости, ведь что один, что второй представляли из себя угрозу – это чувствовалось при особом «дружелюбном» приветствии, но всё-таки, возможно это лучше, чем провести с этими странными звуками одной. Может выйдет забрать у него пульт? Именно так она с этой же вазой аккуратно пошла проверить помещение, готовясь к худшему, но зря. В комнате было заметно тише, и громкая музыка и стоны из колонок до сюда не доходили так сильно. За столом сидели двое – Такеру держал в руках чашку с горячим чаем, рассказывая что-то, верно отвечая на вопрос и Агуни что спокойно пробовал шоколад. Неужели ему попросту заниматься таким было неинтересно. - Так о ней ты говорил? Вот дела, первый день, а уже неприятности. Наверное, Арису там с ума сходит. Усаги, заходи, у нас здесь небольшое чаепитие! – мужчина машет рукой, а потом добавляет – и положи на место вазу потом, ладно? Я туда часто кидаю ключи. Встаёт очень неловкая пауза, нарушаемая разве что звуками наливающегося для неё чая, люди перед ней абсолютно не агрессивны и тем более не проявляли интереса развлекаться. Они просто были, просто пили чай, просто что-то обсуждали, игнорируя звуки на фоне, не было ни эпатажа Шляпника, ни грозного злого Агуни, нет. Аккуратно потирая ушиб, девушка села рядом. - Мерзавец. – прокомментирует Агуни, смотря на Усаги. – Сильно болит? Вот что я тебе и говорил, Такеру, некоторые на «Пляже» совсем голову потеряли. - Да, немного…извините, Агуни-сан, за то, что я кричала, я не хотела вас обидеть, просто… - …была напугана, да? Всё нормально. Авторитет важная часть работы. Он встанет из-за стола, пока Шляпник уже приготовил Усаги чай, поищет в мини-баре первую попавшуюся бутылку алкоголя и подаст ей без слов. Отчасти её посетило очень странное чувство. Когда теряешь своего близкого человека, что был поддержкой и опорой, когда живёшь сильной и сражаешься ради него, чтобы тот был рад видеть свою дочурку там, с высоких гор, Стараться быть сильной, не опускать руки, не сдаваться, не сломаться перед трудностями, смотреть им в лицо дикими глазами но никогда никогда никогда больше не чувствовать себя уязвимо, как в тот день, когда его попросту перестали искать. Теперь же, в этом маленьком странном обществе вечного шума и хаоса она в тишине, окружающие её не требовали быть сильной, не испытывали и делали банальный жест – простая забота о человеке, ведь даже сильным бывает больно, даже сильным бывает страшно. Ароматный чай согревал руки, и будто бы вечная борьба Усаги остановилась здесь, на чаепитии у Шляпника. Невольно накатили слёзы, но она упорно боролась с этим, прижимая холодную бутылку к ушибу. - Эй, крольчонок, ну ты чего плачешь? Он, конечно, очень страшный, но хороший парень, я ни в коем случае не разрушаю твой авторитет, Мори-чан, но сколько я его помню, к девушкам он всегда относился уважительно, ни разу руку на таких не поднял, даже на Ночных Бабочек, а они очень приставучие, так и летят на свет. Попробуй шоколад! Честно, тут без наркоты и подвоха, это нарушает чаепития. И она пробует, кивая. Шоколад приятно тает на языке, а вместе с тёплым чаем с лимоном, отсутствием здесь стойкого выворачивающего запаха спиртного, создавало даже некоторый уют. - Ты прекрасно умеешь выбирать сладости, Такеру. – нарушает молчание Агуни. – Неужели столь близкое общение с дамами сыграло свою роль? - О, более того, Мори-чан, я не только знаю какой шоколад самый вкусный, но и какие цветы они чаще любят, куда ходят и как отдыхают. Предпочитаю любые знания на практике применять. Помнишь… -…давай не при ней, Такеру, не расходись, её, итак, твоё средство очень смутило. И правда, за стеной всё ещё были странные звуки женских стонов и активного действия, словно вот они сейчас зайдут и всё испортят. Конечно, верно можно было не так, но Данма считал, что угашенные и отбитые к чёрту люди могут помешать ему с относительно важными делами Пляжа, которые они решали только с Агуни, потому коснись кто решался войти, получал пулю от сидящего на диване мужчины в руку с просьбой научится стучаться. - Ну прости, тут такое явление частое, активные и случайные половые связи бывают не редкостью. Я, конечно, люблю провести время с красавицей, да думаю Агуни тоже будет не против, но уж точно при желании и не с такой крохой, как ты. Потому, крольчонок, будь осторожнее со своим парнем, с которым вы пришли на «Пляж». - Я доведу её до номера лучше. Такеру, ты сможешь найти Арису? - Без проблем, дружище, я в нашем доме найду кого и что угодно. Приходи на чай как-нибудь со своим пареньком, только тс, всё это наш секрет, большой секрет! - Спасибо вам, Агуни-сан, Данма-сан – тихо говорит Усаги, вставая из-за стола. От холода боль немного утихла, но хотелось побыть в тишине. Достав пульт из своего кармана, Моризоно выключает спектакль и говорит девушке. - Пойдём. Но ты слышала Такеру, так? - Я сохраню секрет. В номере отеля было спокойно, окна выходили на пустующий город, а в мягкие кровати хотелось закутаться и попросту исчезнуть, Скоро пришёл и Арису, перепуганный такой пропажей, которого практически насильно притащил за руку Шляпник и скрылся по делам, оставляя их наедине с лидером боевиков. - Здесь много вечеринок и странных людей, потому советую вам держаться вместе. Вряд ли на Усаги стоит ожидать нападений, всё таки, прежде они привели её ко мне. Если же что-то случится, то не стесняйтесь. Мы поможем. - Арису, меня никто не трогал, честное слово, не волнуйся – тихо скажет Юзуха, держа его за плечо. Парень же с непониманием поглядит на бывшего якудзу, спрашивая: - Почему? Мы же только оказались тут. Разве у вас к новичкам не относятся с подозрением? - Относятся. Но вы мне напоминаете кое-кого и думаю, что так правильно. И только Усаги мысленно догадывалась что же он имел в виду. Удивительно как первое впечатление обманчиво?