Be my moon, I'll be your star

"Где я? Этот свет, он окоменил меня? Что это? Биологическое оружие? Атака из вне? Что если мне придётся провести в сознании годы, а может десятилетия, если не больше? Хотя почему это я сомневаюсь, я смогу, смогу сделать это, а он сможет меня пробудить. Ксено, только продержись, всё будет в порядке, я продержусь и вернусь к тебе." - слова звучали эхом в голове, то громким, то еле слышным. Темнота давила, ужасно давила и заставляла уснуть, потерять сознание и не очнуться больше никогда. Лишь бы просто наконец-то отдохнуть. - "Нет уж, в гробу отдохну, к чёрту, я буду думать, о чём угодно, я должен оставаться в сознании, я не могу подвести его. Я не имею права подводить его." Ксено и Стэнли были друзьями с самого детства, они всегда были вместе, потому что больше друзей у них и не было. Ксено всегда рассказывал о всякой научной фигне, его было не заткнуть, а Стэнли был готов слушать его вечность. Обычно они сидели дома у Ксено и часами разговаривали, а точнее разговаривал по большей части Ксено. Но Стэн слушал и никогда не перебивал, ему было приятно слушать Ксено, он умел заинтересовать, правда Стэн так ничего в науке и не понял, но всё равно продолжал слушать. Стэнли был рядом с Ксено всегда, защищал его, если вдруг старшие пытались испортить его изобретения или не дай бог навредить самому Ксено. Стэнли обучался рукопашному бою, лёгкой атлетике, стрельбе из пистолета и в принципе был хорош во многом, пусть в науке мало понимал, но ниже четвёрки оценок у него не было. Он был силён и умён, так же был подвешен на язык, так что дружить с ним хотел каждый, но никто не становился для него настоящим другом, он был предан исключительно Ксено, никогда не променял бы его на других, никогда бы не предал и не подвёл. Стэнли всегда с вдохновением смотрел на Ксено, тот был его единственным светом в жизни. В семье Стэнли никто не воспринимал как личность, воспитывали как "настоящего мужчину". Все мужчины в его семье были военными, и его тоже готовили к армии, с самого детства готовили к тому, чтобы он стал выдающимся военным, всем было плевать на то чего хочется самому Стэнли, кроме Ксено. Только Ксено спрашивал что он хочет поесть, только Ксено спрашивал как его дела, как прошли соревнования и всегда восторгался тому, что везде Стэнли занимал первые места. А Стэн в свою очередь всегда восхищался Ксено как человеком, так и как учёным. Он во всём ему помогал, везде таскал его тяжеленные инструменты, помогал собирать всякие штуки, поддерживал и любил его, чистой и прозрачно-истенной любовью. Он не показывал всей своей любви, лишь иногда говорил как восхищается своим другом. Но Ксено и так был совсем не подкован в таких вещах как любовь или эмпатия. Ксено понимал, что рядом со Стэнли он чувствует себя в безопасности, Стэнли его дом, его бункер в который можно сбежать и тот защитит от всех бед. Иногда Ксено и Стэнли встречались по вечерам, чтобы поговорить "ни о чём", а точнее о том, как им тяжело и как они хотят жить свою жизнь. Они любили сидеть под одним зонтиком в дождь и слушать быстрые капли, падающие на асфальт. Повезло что они жили рядом с городом, а не в самом городе. Здесь, в небольшом посёлке городского типа, стояли дорогие дома, выдающихся людей, здесь жили и их семьи. В этом районе машины ездили очень редко, либо очень тихо, лишь бы не потревожить покой хозяев этих роскошных домов. Поэтому дождь был слышен прекрасно, он заглушал их голоса для других и скрывал их от любопытных взоров из окон. Вот наступили последние школьные деньки, через неделю выпускной, а после их со Стэнли пути разойдутся, но они поклялись, что дождутся друг друга. Стэнли даже взял с Ксено обещание, что тот встретит Снайдера когда он вернётся из армии. Родители Стэнли уехали, сказав что у них срочные дела, чему Стэн не удивлялся, они довольно часто оставляли его одного, и тогда Стэнли с Ксено сидели у Снайдера дома и занимались всякой фигнёй. Но в этот раз, Стэнли был настроен на серьёзный разговор. Пусть он скрывал все свои эмоции от любого кто не Ксено, но ведь с ним, он может быть, немного мягче, рядом с ним он может расслабиться и наконец побыть просто человеком, а не будущим солдатом. Он просто хотел, чтобы они с Ксено были ближе, намного ближе. Хотя может быть, Ксено наоборот отдалиться от него из за этого, Стэнли не знал, что и думать. Но он уже всё решил и даже назначил встречу, осталось только дождаться самого Хьюстона. Ксено в свою очередь не получал ни воспитания ни напутствий, родители отдали его с ранних лет на множество научных и развивающих кружков. Но в отличие от Стэнли, Ксено всё это устраивало и он очень сильно углубился в науки. Он учился на одни пятёрки, его восхваляли все учителя, кроме учителя физкультуры. Физической силы Ксено не доставало, но это никого и не волновало. Все говорили: "он же вундеркинд, настоящий гений, зачем ему эта ваша физкультура?" А учитель физкультуры всегда ставил в пример для Ксено его лучшего друга Стэнли, но Стэнли как-то раз осадил учителя за это, и был готов даже избить его. После этого к Ксено никто из учителей не относился отрицательно. Все его холили и лелеяли, а особенно учителя химии, физики и математики. Одноклассники перестали его задирать, потому что Стэнли побил каждого кто не так посмотрит на Ксено. Буквально каждого, а если вдруг один из таких решился снова начать издеваться над Ксено, тут же отхватывал в два раза сильнее и так по нарастающей, пока не дойдёт. Ксено иногда помогал Стэну с домашкой по математике, физике, химии и другим наукам, потому что Стэн как ни старался, ничего не понимал. Ксено всегда умилялся, как такой серьёзный парень, который избил ради него пол школы, сидел над тетрадками и чуть ли в обморок не падал, пытаясь решить задачку по математике за седьмой класс. Ксено ни к кому не чувствовал ни теплоты ни холода, но Стэнли был другим, он был особенным. Стэнли понимал его и любил, не так как учителя, не так как кто-либо будет его любить. По настоящему, иногда он даже показывал это горячее, обжигающие чувство и Ксено боялся, лишь бы оно никогда не угасало. Он хотел чтобы Стэнли был только его, чтобы таким его никто не видел, чтобы весь этот жар, страсть, вся его любовь - были только для Ксено. Он обожал всё, что полностью принадлежало ему, а Стэнли как раз, принадлежит только ему, настоящий Стэнли, чувственный, жаркий, весёлый... Любой он, только для Ксено. Вот уже машина Стэнли стояла у дома Ксено, пусть и жили они не настолько далеко друг от друга, но Снайдер хотел произвести впечатление на объект своего обожания. Хотел чтобы ему было комфортно и приятно, чтобы он сохранил силы и остался с ним как можно на дольше. Стэнли надел свой лучший костюм, весь чёрный, со вставкой из чистого золота на кармане, с надписью "Стэнли" сделанной на заказ. Синий галстук, который был завязан настолько идеально, что казалось, что он вовсе безумно реалистично нарисован. А белая рубашка, была сделана так же на заказ, у, не без известного, мастера, который шьёт для звёзд и людей из высшего общества. Безумно красиво и будто специально небрежно уложенные блондинистые, даже можно было сказать золотые, волосы, слегка подкрашенные розоватые губы, которые так хочется поцеловать, облизать, попробовать на вкус. Золотистые глаза, словно только отполированный янтарь, были чуть скрыты под прелестью чёрных, пышных ресниц, таким любая девушка позавидует. В машине стоял еле заметный запах табака, от только недавно выкуренной Стэнли сигареты, перемешанный с запасом кофе и корицы, который Ксено до ужаса обожал. Атмосферу дополнял тихо играющий романтичный блюз, который Стэнли специально подбирал для завершения романтического образа и, естественно, так чтобы Ксено был в восторге. И вот выходит Хьюстон. Белоснежный, идеально выглаженный приталенный костюм с чёрной атласной рубашкой и красным галстуком, зачёсанные назад волосы и, со слегка подкрашенными нижними веками, чёрные глаза, отображающие глубину космоса в них, в них не было пустоты, там была бесконечность мира. Стэнли раскрыл глаза, будто увидел восьмое чудо света, хотя, Ксено и был восьмым чудом для него. Снайдер вышел из машины и обошёл её спереди. И тут уже Ксено на пару секунд остановился, осматривая своего спутника, приоткрыв губы в удивлении и восхищении одновременно. Как же он хотел обнять его, взяться за руки, и никогда больше его не отпускать, он всё ещё собирал все эти чувства воедино, но уже решил, что сегодня расскажет что он чувствует. Сейчас или никогда. Ксено подошёл к машине и Стэнли отрыл ему дверь на переднее сиденье. В нос ударил этот наичудеснейший аромат, который только сильнее подпитывал желание наброситься на Стэнли, вцепившись в его губы прямо здесь и сейчас. - Прошу. - спокойным и размеренным тоном Стэнли пригласил Ксено сесть в машину, будто всё это время сидел и только эту фразу и репетировал. - Благодарю. - Ответил Ксено, с лаской и жадностью улыбнувшись Стэнли, и кинул на него взгляд своих глубоких глаз, пытаясь выискать хоть толику волнения в глазах будущего военного, но у него это, как никогда не удавалось, не удалось и сейчас. Он сел в машину, а Стэнли, закрыв за ним дверь, обошёл машину и сел на водительское сиденье. Ксено наконец-то услышал тихий блюз и был готов просто расплыться в кресле и отдаться нарастающим эмоциям и чувствам, хотя и не мог различить их друг от друга, но он назвал этот спектр чувств "Стэнли Снайдер", ведь только рядом с ним, они проявлялись во всей своей красе. Из ниоткуда перед носом будущего учёного появился огромный *букет из Пионов "Саммерглоу", он был настолько пышным, что их было не сосчитать, а весь букет был, будто специально, небрежно усыпан Эдельвейсами и завёрнут сначала в крафтовую бумагу, а после в несколько слоёв красной и белой гофры, и завязан на конце кроваво-красной атласной лентой. Ксено опешил от такого подарка и несколько секунд просто любовался красотой этих цветов. - Это для тебя, нравится? Пол штата объездил ради Эдельвейсов. - С нежностью в улыбке и убоюкивающим тоном произнёс Стэнли, держа букет в одной руке. - Это... Я не могу описать насколько они красивы, но как ты смог найти Эдельвейсы? У нас они не просто не растут, я не видел их ни в одном цветочном. Спасибо, правда, они прекрасны. - голос Ксено сменился с жадного, до нежного и очарованного будто в мгновение. Его взгляд стал мягким и в чёрных безднах будто начали сверкать яркие звёзды. Он никогда не обращал внимание на цветы, да и Стэнли раньше их почти никогда ему не дарил, в основном подарки были "полезные", такие как инструменты или новое оборудование, новый компьютер, который Стэнли сам собрал под чёткие указания Ксено. Он пару раз дарил Ксено розы, но они оба, по неизвестной им причине, переводили эти подарки в шутку. Хотя Ксено держал эти розы в вазе в своей комнате, пока они не рассыпались, но Стэнли не рассказал, в то время он всё ещё боялся его отказа. И впервые за долгие годы, Ксено наслаждался подарком, как знаком внимания и любви, а не чем-то полезным. Просто наслаждался, без каких либо задних мыслей. - На окраине штата была небольшая лавка с разными редкими цветами, я и сам был безумно удивлён, что нашёл их там. - На распев ответил Стэнли, улыбаясь, довольный тем, что смог удивить Ксено и тем, что Хьюстон наконец-то насладился его подарком. Они мягко тронулись с места и не спеша подъехали к дому Снайдера. Они ехали в тишине, наслаждаясь блюзом и компанией друг друга. Лишь Ксено редко прерывал тишину, чтобы вдохнуть запах цветов. Стэнли остановился у дверей в гараж и заглушил мотор. Тишина стал по настоящему интимной. Казалось они слышал сердцебиение друг друга. Они с пять секунд просто слушали друг друга, дыхание, ритм сердца, слышно было даже как они редко моргали. Только Ксено хотел что-то сказать, как Стэнли вышел из машины и, обогнув её сзади, открыл дверь пассажирского сиденья, на котором, в тишине и умиротворении расплылся, Хьюстон. Стэнли взял в одну руку букет, а вторую подал своему спутнику и тот, с удовольствием, положил свою ладонь на ладонь Снайдера и вышел из машины. Стэнли закрыл дверь и заблокировал машину, а после повернулся к Ксено полубоком и согнул руку в локте, подавая её Ксено. - Ну что, внутри нас ждёт кое-что не хуже чем тишина. - с лёгкой ухмылкой будто пропел парень. А Ксено легко взял своего спутника за предплечье, тихо усмехнувшись его словам, и взял букет в свободную руку. - Ох, я не сомневаюсь, сегодня ты до безумия элегантен. - они медленно подошли к входной двери и Стэнли впустил сначала Ксено, усадив его на пуфик в прихожей, а после зашёл сам и закрыл за собой дверь. Снайдер быстро снял свои лакированные туфли и опустился на одно колено перед Ксено, снимая с него обувь. Ксено охнул от неожиданности. Вот чего чего, а этого он ожидал меньше всего. Стэнли поднявшись, подхватил букет и взяв Ксено за руку, потянул его за собой в гостиную, которая, к слову, была совмещена с не большой кухней, похоже в этом доме редко готовили. Хьюстон опомнился только когда они уже вошли в гостиную. Гостиная была просторной, в белых и серых тонах, дополняли её красные элементы: ручки на дверях, красные свечи, красный тюль на окнах и, судя во виду, искусственные розы в вазах на верхних полках, рядом фотографиями родителей Стэнли. Снайдер усадил Ксено на диван в центре, а сам пошёл подрезать стебельки цветов, чтобы красиво поставить в вазу. Ксено осматривался: перед диваном стоял небольшой журнальный столик, на нём идеально чистые бокалы, с ажурными ножками, рядом с ними стояла ваза с ягодами и фруктами, клубника, клубника в шоколаде, нарезанные манго и питахайя, с воткнутыми в них шпажками. Так же на столе стояло красное вино пино неро, о чём говорила ему этикетка, и пепельница, пока ещё без единой сигареты, а рядом с ней портсигар, сделанный явно на заказ. Сам портсигар был выполнен из серебра, на его корпусе был нарисован американский герб и золотистыми буквами было написано "Снайдер". Ксено, из любопытства, открыл его. Внутри было семь сигарет, кажется Чапман, он не был точно уверен, но они были толстыми и пахли не так, как обычные, они были вставлены в резинки, а внутри портсигар был кожаным и серебряными буквами было изящно выложено имя "Стэнли". Ксено закрыл портсигар, надеясь что его спутник не заметил что тот копался в его вещах. Поэтому Ксено просто продолжил осматриваться. Перед ним стоял плазменный телевизор, почти такой же как в его доме, большой, тонкий, последняя модель, и скорее всего подключённый к вай фай. Ксено и не заметил как Стэнли закончил с цветами, пока перед ним не поставили вазу с этими на прекраснейшими цветами. - Спасибо что оценил мой портсигар, думаю он мне понадобится в армии. Извини, фильмов сегодня не будет, но я могу включить музыку если ты хочешь? - С улыбкой и толикой беспокойства спросил Стэнли, вглядываясь в чёрные, всё так же сияющие глаза. - Я бы хотел посидеть наедине и поговорить, музыка будет нас отвлекать. - Ксено смотрел прямо янтарный свет глаз Стэнли, хотя можно было сказать, что он беспристрастно пялился в них. Его голос звучал в полутоне, мягко и с заботой. Стэнли приоткрыл губы в секундном вздохе и сменил беспокойство на нежность. Он быстро открыл вино, казалось одним движением, и аккуратно наполнил их бокалы на четверть. Он поставил вино рядом с цветами и сел на диван, поближе к Ксено. Снайдер взял бокал в руки, покрутил его, помешал в нём вино и с удовлетворённым вздохом повернулся лицом к спутнику. - Красное пино неро прямиком из северной Италии. Можешь не беспокоиться, в нём лишь 11,3% алкоголя, да и мы ведь не пить приехали, так ведь? - Стэнли говорил всё так же нараспев, его голос завораживал Ксено каждый раз, ведь только когда они вместе, наедине, только тогда он звучал именно так. Он был готов слушать его часами, а прямо сейчас был готов распластаться на диване, пьянея от каждого слова своего спутника. Ксено поднял свой бокал и повторил действия Стэнли, осторожно, боясь, что голова вот-вот помутниться и он отключится от нанесённого удовольствия прямо в уши, нос и сердце. Ещё немного и он задохнётся в этом самом удовольствии. - Да, прекрасное вино, для прекрасного времяпровождения. Я бы хотел поднять бокалы за нас с тобой. - скорее Ксено хотел выпить для смелости, ведь на трезвую голову он и думать боялся о своих чувствах, а выпив он немного зарядится на серьёзный разговор. Стэнли лишь улыбнулся и ударил своим бокалом, по бокалу своего спутника. Они вместе одним глотком выпили вино и вернули бокалы на стол. Ксено теперь был уверен на 100%, он скажет ему сейчас, а когда они встретятся вновь, у них уже скорее всего будет работа и будут деньги, так что они смогут "убежать" куда-нибудь. - Слушай, Ксено... Я хотел перед отъездом, кое в чём признаться тебе... - Стэнли сам поднял нужную тему, чему Хьюстон был удивлён, неужели его чувства и вправду взаимны? Если это так, то он готов на всё, лишь бы Стэнли продолжал говорить с ним, продолжал любить его, он был готова даже по психологам пройтись, хотя и ненавидел их до мозга костей и называл шарлатанами. Только ради Снайдера, только ради их совместного будущего, лишь Ксено и Стэнли, и их громкие и неугомонные сердца. - Ксено, ты умён, красив и очень интересный человек в принципе. Я всегда восхищался тобой, всегда защищал и стоял за тебя горой. И знаешь, мне это нравится. Ксено, мне нравится защищать тебя, заботиться о тебе! Мне нравится слушать тебя, нравится видеть тебя и... Ксено, мне нравишься ты. Я уже больше пяти лет скрываю эти чувства, боясь что ты отвергнешь меня, но если ты и правда не чувствуешь ничего ко мне, прошу тебя, не оставляй меня одного! Без тебя мне будет ужасно одиноко, ты мой дом, Ксено, я хочу всегда быть рядом с тобой. Я ужасно зол на себя, на родителей и на всё вокруг из за того что меня заставляют оставить тебя. Но Ксено, я вернусь, я буду рядом с тобой даже вдали, я буду стараться, настолько сильно, что меня возможно даже пораньше освободят от армии. Я буду верить тебе до конца своих дней, если ты не сможешь дождаться меня, я вернусь и буду ждать тебя, буду годами ждать твоего ответа, я готов на всё, честное слово! Я люблю тебя, Ксено! Люблю тебя, всего тебя! Будь ты хоть самым злейшим злодеем, да кем угодно, ты всё ещё мой Ксено! И я люблю тебя таким, какой ты есть, настоящим. Я люблю тебя, который готов увлечённо говорить о науке с ничего не понимающим мной, люблю тебя, который готов прийти и выслушать мои несвязные крики гнева и слёзы когда у меня случаются панические атаки. И ты... Ты единственный кто принимает меня таким, настоящим, мягким и чувственным. Поэтому, я люблю именно тебя, так что... Ксено, будь моим парнем, прошу. - к янтарным глазам подступали слезинки, но Стэнли не сводил взгляда с сияющих чёрных дыр напротив себя. Он тонул в этом космосе так долго и вот наконец-то, он смог зажечь в нём звёзды. - Конечно! Конечно, да, Стэнли! Я так долго думал, что же это за чувство, я так долго собирал пазл воедино в своей голове, что не мог не рассказать тебе о нём! Я всё время чувствовал, что рядом с тобой я в безопасности, рядом с тобой мне тепло и уютно в любую погоду и в любом месте. Где бы мы не были, сколько бы времени не прошло, я бы никогда не нашёл никого лучше чем ты, да даже никого кто смог бы хоть немного с тобой сравниться! Да, может ты не понимаешь науку, но ты понимаешь, и даже умудряешься принимать, всего меня! Ты всегда шёл вперёд и именно ты всё время держал меня за руку, именно ты вытаскивал меня из депрессии когда тебе самому было тяжело, только ты видел меня по настоящему откровенным в своих чувствах! Стэнли, я буду твоим парнем, и я дождусь тебя, сколько бы мне не пришлось ждать! Поверь, ведь я... Я тебя тоже люблю! - Ксено покраснел и расплакался, глядя на тонкую мокрую полосу на щеке своего возлюбленного. Они даже не сразу заметили, что держаться за руки. С пол минуты они просто сидели глядя друг другу в глаза, собираясь с мыслями и восторгаясь тому, что теперь им уж точно никто и ничто не помешает быть счастливыми рядом друг с другом. Стэнли крепко обнял Хьюстона, да так быстро он на него набросился, что Ксено даже не заметил пока не почувствовал лёгкий спазм в области рёбер. Это Снайдер сжимал его грудную клетку и прижимал к себе за талию ближе, как только мог. Ксено обнял своего, теперь уже партнёра, поглаживая его по спине и тихо шепча: - Всё хорошо. Я здесь, рядом. Я с тобой. - после они молчали. Они даже и не знали как долго они так сидели, может минут пять? А может час, но их это волновало меньше всего. Они слушали сердцебиения друг друг, Ксено аккуратно гладил Стэнли по спине, успокаивая и показывая, что он рядом. Стэнли же лишь сильнее сжимал руку на талии Хьюстона, боясь и думать, сколько времени придётся провести им вдали друг от друга...