Admit it, you need me

Громкие аккорды электрогитары разорвали вечернюю тишину. Минхо сидел на диване в своей аккуратно убранной квартире, облокотившись на спинку и с силой стискивая переносицу. Ли в третий раз за этот вечер закрыл книгу, резко вздохнул и бросил взгляд на потолок. Там, этажом выше, Джисон снова устраивал свои очередные "концерты". Хан Джисон, что б его черти побрали. Джисон был настоящим сумасшествием для Ли — в самом притягательном его проявлении. Блондин со слащавой мордашкой, большими светящимися энтузиазмом глазами и действительно заражающей улыбкой. Хан жил ночными трассами: рев моторов, скрежет шин и резкий запах бензина были для него не просто привычной средой — это было его способом отвлечься, получить желаемый адреналин, словно это было топливом для неусидчивого на месте парня. Минхо знал это слишком хорошо, ведь еще пару месяцев назад они с Джисоном стояли бок о бок на старте, соперничая так, как никто ни с кем не соперничал. Отнюдь не было слишком больших пробелов в счете. В конце концов, они догоняли друг друга в цифрах и последний раз оставили за собой 10:10 — любимое число Джисона. С тех пор Ли уже четыре месяца как не в гонках. Если не в гонках, то судьба все равно оставляла их связанными. Один университет, одна специальность, один дом в конце концов. Но Минхо уж точно не пытался завести с ним близкие отношения. Джисон был странным. Он жил так, словно каждый день был праздником. И если этот праздник еще не начался, то он сам его создаст. А вот уму Джисона Ли действительно поражался. Учился парень довольно хорошо и английский знал лучше всех в их группе. Вот только Минхо в таком случае не мог связать все собранные пазлы, что представляли смазливого парня. Они как-то не складывались вместе, будто не хватало для завершения картины еще частиц. И ведь Минхо его знал, как оказалось, не лучше самого себя.

      

Еще одной особенностью Хана был удивительный самоконтроль. Джисон будто бы не знал, что такое агрессия и всегда был сдержан в тоне. Был ли он ветреным? Без сомнений — считал Минхо. Джисон жил ради удовольствия — будь то ночная гонка, громкий аккорд на гитаре или случайная шутка, которая заставляла других одновременно смеяться и злиться. Минхо видел в нем человека, который не думает о завтрашнем дне, не строит больших планов. Просто плывет по течению, ловя каждый момент. Но правда была в том, что это было лишь то, что Минхо видел. Только фасад, который Джисон мастерски поддерживал. На самом деле он не жил одним днем и как никто другой думал о будущем. Он не просто цеплялся за мгновения — Джисон хотел и пытался их создать, сохранить, наполнить значением.   Людям, казалось, проще принять его таким, каким они его видели. Глубоко внутри никто не хотел копаться. И Джисона это не заботило, потому что открывать душу нараспашку он предпочитает самым близким людям.

***

— Блять, да когда это закончится? — пробормотал Минхо себе под нос. Джисон его персональное проклятье, кажется. Его девушка, сидевшая рядом, нежно помассировала напряженное плечо, зная, что между этими двумя вечно происходит вакханалия. Да еще какая. Хотя Соён, очевидно, знала лишь самую малость об этих отношениях. — Может просто попробуешь еще раз поговорить с ним? Ты же знаешь, что злиться бессмысленно, — она говорила спокойно, будто ее саму не волновала музыка сверху. — Поговорить? — Минхо усмехнулся краешком губ.— С ним? Это все равно что пытаться объяснить что-то кирпичной стене. Только стена хотя бы не играет на рок-гитаре. … Минхо стоял перед дверью Джисона проклиная все на свете, а особенно: его гитару и собственную опрометчивость. Он мог бы воткнуть в уши наушники, закрыть глаза и попытаться уснуть, потому что всегда говорил себе: "Игнорируй Хан Джисона." Но нет. Он здесь, в три ночи, стучит в эту гребаную дверь. И как только она открылась, Минхо на мгновение пожалел, что вообще поднялся.   Джисон стоял в дверях, опираясь плечом о косяк, и выглядел довольным и расслабленным. Его красная рубашка в клетку была небрежно расстегнута сверху, обнажая ключицы, на которых Минхо, как назло, сразу задержал взгляд. Блондинистые волосы слегка растрепаны, очки едва держатся на кончике носа, а на губах та же улыбка, что и всегда — самодовольная и до чертиков вызывающая.   Только не это. Минхо почувствовал, как кровь приливает к лицу, а затем, куда хуже, к нижней части живота. Он сразу отвел взгляд, выпрямившись так, будто пытается собрать все свое самообладание. — Не удивлен, что ты здесь. Неужели своей музыкой я порчу твой романтический вечер с Соён? — голос Джисона был низким, почти ленивым, с легкой, едва уловимой хрипотцой. — Или ты соскучился по мне?   — Прекрати, — отрезал Минхо, стараясь звучать как можно более холодно. Но в вихре раздражения явно смешивались другие чувства. Те, которые он не хотел признавать. И не мог. Не в этот момент. Джисон посмотрел на него с легким интересом, наклонив голову чуть набок, словно внимательно изучал. А изучать Ли Минхо кропотливая робота. Он как та самая книга с множеством страниц, которую читать одно удовольствие. Но даже при желании прочесть за короткий срок не получится. И Ли до задницы упрямый, что скулы иногда сводит. Джисон бы с радостью усмирил сварливого старшего, только тот убегает от него каждый раз после одной ночи, что разъебала все их шаблонные отношения вдребезги. И, может, Джисон бы забил — ну хрен с ним, было и было. Но у самого сердце не на месте еще со второго курса, когда видит эти манящие, розовые, припухлые губы.   Пока что не его. — Ты слишком напряжен, — сказал Хан, ухмыльнувшись. — Мне помочь тебя расслабить? — Если ты сейчас же не перестанешь грохотать своей гитарой, — начал Ли, глядя прямо в глаза Джисону, — я клянусь, я…   — Ты что? — Джисон подался чуть вперед, и Минхо тут же почувствовал жар от его тела. Это было слишком близко. Слишком.  — Ты придешь сюда снова? — продолжил Джисон с насмешкой, не отводя взгляд. — Трижды за эту неделю, Минхо. Начинаю думать, что тебе это нравится. Как и четыре месяца назад в пятницу, в 23:30, — промурлыкал парень, намеренно сделав паузу и высматривая в глазах Ли ответы на свои вопросы. — В моем Porsche. Минхо ощутил озноб пробегающий по телу, нагоняющий никуда не девшееся воспоминание. Никуда не исчезнувшее, как он надеялся, чувство симпатии к Джисону. — Мне не нравится, — отрезал Минхо. Он не мог позволить себе здесь долго оставаться. Не мог снова чувствовать это.   Но, блять, его взгляд снова упал на ключицы Джисона, на то, как мягкий свет лампы из его квартиры подчеркивал контуры его шеи. Минхо отвел взгляд в сторону, будто запрещая себе лакомый кусочек сладости, стоящей прямо перед ним. — Просто перестань. Я хочу спать, — выдавил он, стараясь не смотреть на Хана, не обращать внимания на эту химию между ними, которая витала в воздухе и ударялась об голову Ли, заставляя чувствовать слишком многое. Но пока что он и сам себе признаться не может. К тому же, Минхо далеко не сверхактивный человек, каким был Хан. Скорее бошка бы от Джисона разболелась и взорвалась, чем отношения с таким человеком принесли бы ему желаемый покой в какое-то время суток. А такое дарила его девушка. Сумбур в голове. Минхо не может разгрести эту яму из чувств в перемешку. Возможно он просто не может это сделать в одиночку? Джисон усмехнулся и провел пальцами по волосам, еще больше их растрепав.   — Как скажешь, — протянул Хан, и в его голосе был тот самый сарказм, который выводил Минхо из себя. — Я серьезно, — бросил Ли. — И почему ты думаешь, что я тебя послушаюсь? Может хотя бы волшебное слово научишься говорить, м? — вопросил Джисон, удосуживаясь поправить очки, что так лениво сидели на переносице. — Пожалуйста? — вдруг проговорил Минхо и сам не понял, как он усмирил свое вечно сварливое "Я" так быстро. То ли от усталости из-за постоянной шумной музыки, то ли от вида обнаженных ключиц Джисона.  Видя довольную улыбку Хана, Минхо развернулся что бы уйти, однако блондин вдруг схватил его за запястье, из-за чего Ли опешил. Тепло ладони Джисона обжигало как открытый огонь, и по телу пробежала волна возбуждения. Его сердце забилось так громко, что он подумал, что Джисон тоже это слышит.  Минхо замер. Он не мог двинуться, не мог заговорить. Его взгляд непроизвольно метнулся вниз, к их рукам, и все, что он видел, все, о чем мог думать — прикосновения Джисона и этот жар, который поднимался от самого основания позвоночника.   Это молчание заставляло Ли нервничать. Он собрался уже отдернуть руку, как вдруг Джисон, все так же спокойно и расслабленно, засунул что-то в его карман.   — Что ты делаешь? — Минхо вздрогнул, а его сердце с новой силой заколотилось, когда он почувствовал тепло пальцев Джисона через ткань джинс.   — Помогаю тебе, — сказал Хан, улыбнувшись. Эта фраза звучала двусмысленно, если честно, но оно и не удивительно. Джисон наконец отпустил его запястье, но взгляд его был все еще прикован к лицу Ли. — Что? — Минхо нахмурился, растерянно ощупывая содержимое в кармане. Ключ? — Это запасной ключ от моей квартиры, — пояснил Джисон, прикусывая нижнюю губу, задержав ее между зубами на долю секунды, а затем медленно провел языком по внутренней стороне щеки. — Приходи снова когда соскучишься. Минхо уставился на него, не в силах сразу ответить. Джисон снова сделал что-то такое, что выбивало его из колеи, ломало привычный порядок вещей.   — Ты серьезно? — Абсолютно. — Ты…странный. В курсе ведь, да? — выдавил Ли наконец, резко убрав руку из кармана и растрепав свои волосы напряженной рукой. — Кажется тебе нравится все странное, — протянул Джисон хрипло, исчезнув за дверями своей квартиры.

***

Минхо лежал в темноте неподвижно, уставившись в потолок, а рядом спала его девушка, слегка посапывая. Тишина, которая наконец заполнила его квартиру, казалась облегчением после свалившихся на его плечи иных ощущений. Телефон, лежавший на тумбочке, завибрировал от сообщения. Кто мог писать в такое время? Очевидно, что только Джисон. Минхо бы соврал, если бы сказал, что это не мило. Хан: Спокойной ночи, кот.

Вы:

Неужели ты даешь мне поспать? И, кстати, уже почти утро.

Хан: О, точно, мой проеб. Спокойного утра, кот? ;)

Вы:

Спи уже.

Хан: А ты сам-то почему не спишь? Думаешь обо мне?

Вы:

Ничего я не думаю.

Я пытался уснуть, пока ты не написал.

Минхо врет, конечно. Да, его мысли уже перегружены Хан Джисоном за последнее время, и нельзя сказать, что часть из них не представляется в пошлом виде. Еще немного и Минхо сойдет с ума.

Вы:

Спокойной ночи.

Минхо отложил телефон на тумбочку, сонно потирая лицо ладонями, а позже и вовсе зарываясь пальцами в свои темные волосы. Стереть бы улыбку со своего лица, но вот, блин, не получается уже. Стоило закрыть глаза и… Воспоминание. Обжигающее кожу, щекочющее кости, дразнившее те самые чувствительные места. В гоночной машине Джисона, Ли покорно сидел на его коленях и обвивал изящную шею. Губы Джисона захватывали, подчиняли, а язык Ли настойчиво проникал в рот другого, вызывая волну мурашек по всему телу у обоих. Минхо не мог сдержать тихие стоны, вырвавшиеся изо рта, когда Джисон задержался у основания его шеи, засосав тонкую кожу своими губами, оставляя засос. Пальцы Джисона спустились к поясу его брюк, но это был облом для трезвой головы Хана и для порядком пьяной головы Минхо. Ли убежал так, что аж пятки сверкали. Алкоголь стал аргументом той кипящей потребности в губах и руках Джисона. Он просто знал — Джисон не его типаж. У него есть Соён и у них все хорошо, разве нет? Именно поэтому для Минхо было проще забыть это как страшный сон. Кто же знал, что эти воспоминания будут разрывать его на части, заставляя жаждать того, от чего он сам же и отказался четыре месяца назад.

***

Пятница.   Этот день раньше был для Минхо особенным. Гонка, рев моторов, адреналин, который пробегал по венам как электрический ток. Джисон, с его небрежной улыбкой и вечным вызовом в глазах, стоял у линии старта, а сам Минхо готовился сжать педаль газа и утереть нос сопернику с победной улыбкой. Минхо прошел на кухню, наливая себе стакан воды, но даже это не помогло унять жар внутри. Он так горел, будто прямо внутри него разлился бензин, затекший во все закоулки внутренностей, в который бросили спичку, после чего все вспыхнуло ярким пламенем. Мысли о Джисоне настигали его постоянно. Он видел его глаза, слышал его смех, снова ощущал тот жаркий поцелуй, от которого по венам растекался огонь. Минхо сжимал стакан так сильно, что пальцы побелели.   — Проклятье, — прошептал он себе под нос, как будто это могло помочь.   Джисон не выходил у него из головы. С каждым днем это становилось хуже. С каждым днем сопротивляться становилось все сложнее. Это был не просто интерес или мимолетное увлечение. Минхо хотел его. Хотел так, как никогда раньше никого не хотел. Каждый раз, когда он заставлял себя отогнать эти мысли, они возвращались с новой силой. Это стало почти болезненным, словно эта борьба с самим собой разрывала его изнутри.   Но больше всего его убивал стыд.   Дикий стыд за то, что он вот так поступает со своей девушкой. Минхо, вообще-то, никогда раньше не изменял. Никогда не думал о другом человеке, будучи в отношениях. Вибрация телефона заставила взгляд Ли перевести свое внимание. Сообщение от Джисона: Хан: Хочу тебя. Видеть на гонке. Твою же мать, Хан Джисон. Первое сообщение было слишком вызывающим и прямым. И, честно говоря, оно заставило ощутить напряжение в паховой части. Снова. Минхо сидел за столом, вглядываясь в экран телефона, где все еще светилось новое сообщение от Джисона. Он прочитал. Но ответа не дал. Ли потер виски, пытаясь унять головную боль. Мозг гудел от мыслей, которые пересекались друг с другом как нескончаемый хаос. Минхо не находил себе места. Ему казалось что сейчас, как бы иронично это не звучало, он действительно  такой же странный, как этот Джисон.   Ли хотел его. И это желание уже проело весь мозг до костей. Он встал, не зная куда себя деть, и, прежде чем успел осознать, ноги сами привели его к двери квартиры Джисона. Его рука зависла над дверной ручкой. Это было глупо, чертовски глупо.   — Я просто испорчу ему струны, — пробормотал он себе под нос, вставив ключ в замочную скважину. А на часах гребаные 23:30. Тишина в хаосной квартире Хана напрягала. Кровать не была застелена; на письменном столе был открыт ноутбук, рядом валялись листы бумаги с текстами, разбросанные ручки и карандаши, блокнот с какими-то, видимо, лишь Джисону понятными рисунками. Это хаотичный стиль Хана. Гитара стояла у стены в углу комнаты. Минхо подошел к ней, но как только его пальцы коснулись струн, он замер. Все это вдруг показалось ему нелепым.   Почему он здесь? Чтобы избавиться от этого навязчивого чувства? Чтобы удовлетворить свое эго, сотворив пакость? Он резко провел пальцами по струнам и гитара отозвалась низким гулом. Этот звук, казалось, прошелся по собственным ребрам с такой же силой. Джисон любил эту гитару. Она была его частью, а без этого инструмента это был бы не Хан. — Блять, это так тупо, — прошептал Минхо, опуская руку.   — Согласен, безумно тупо. Поэтому, давай без прелюдий? — насмешливый тон послышался сзади. Джисон здесь? Какого хрена… Хан стоял привалившись к стене со своими уложенными назад волосами, в синих свободных джинсах и красной, облягающей талию, футболке, что была укороченная, тем самым открывала вид на небольшой участок живота, сбоку которого красовалось начало татуировки, ведущей вверх по его телу. Минхо быстро отвернул голову, подходя к столу. Лишь бы не смотреть на этого до чертиков соблазнительного Хан Джисона, чью татуировку он бы вылизал от ее начала до конца. — Разве сегодня не пятница? Почему ты не на гонках? — бросил Ли, барабаня пальцами по столу. Минхо уже знал — он в ловушке собственных чувств. Здесь, в квартире Джисона, в которую, блять, сам и пришел. — Собирался, — Джисон ответил небрежно, подходя к Минхо. Или, если быть точнее, подкрадывался. Медленно, дразняще. — Но я передумал. Не пойду. — Что? — глухо спросил Ли, слегка повернув голову вбок. — Предлагаешь уйти, когда ты сейчас здесь? В моей квартире? Ни за что. От внезапного низкого голоса Джисона у Минхо пересохли губы, которые ему пришлось обильно смачивать языком. Да, Хан вызывал дрожь. Такую, что отдавала щекоткой в позвоночнике и бедрах что обволакивали узкие джинсы, в которых стало слишком тесно для вставшего члена. Хан вплотную прижался к напряженной спине Ли, обхватив его живот руками, пока его рот буквально прилип к уху старшего и шептал, буквально заставляя колени Минхо подкашиваться, а тело обмякать в этих искусных руках, что мяли кожу как пластилин. — Ты хоть имеешь представление о том, кому предназначены все эти тексты? — Джисон прошептал на ухо покрасневшего вдруг Минхо, прежде чем прикусить мочку, пальцем указав на стол с кучей бумаги. — Я только о тебе и думал пока их писал. Они все посвящены тебе. У Минхо перехватило дыхание от этого голоса с хрипотцой, от несильного прикуса, от рук Джисона, что так настойчиво бродили по торсу. И от того факта, что все эти песни, неоднократно звучавшие из квартиры сверху по ночам, посвящены ему. По самолюбию то как бьет. — Это ты так мне присунуть пытаешься или что? — И в чувствах признаться, — одна рука Джисона скользнула вверх по груди Минхо, задевая подушечками пальцев уже возбужденный сосок и, остановившись на секунду на ключицах Ли, настойчивая рука поднялась к его шее, на которой проступили вены, сжав ее с умеренной силой. Джисон вскинул подбородок Минхо вверх, чуть наклоняя набок к себе. — Я хочу снять с тебя эту одежду, вылизать каждый дюйм твоего тела и заставить тебя стонать пока не устанешь. Хочу тебя во всех смыслах. Каждый день и каждую ночь хочу. И на месте Соён быть хочу. Хватит бегать от меня, кис. Давай трахнемся уже, потому что оба еле держимся. У Минхо перехватило дыхание. Да он, мать вашу, прямо сейчас готов кончить от этого удушения, от того как Джисон его назвал. И он прекрасно понимает, что его фасад с треском ломается, не выдерживая такого давления. — Я схожу с ума, — признался Ли, бросив взгляд в встречающие его собственные глаза Джисона, — из-за тебя. Хватит жить в моей голове, блять. Это уже невыносимо, понимаешь? — добавил Минхо, немного задыхаясь. — Невыносимо — потому что хочешь меня и запрещаешь себе это, малыш, — Джисон ослабил хватку на горле Ли, дабы дать тому зачерпнуть в легкие воздух, наполненный их смешавшимися ароматами. — В этот раз я тебя не отпущу, кис. Ни через час, ни этой ночью, ни завтрашним утром. И потом тоже не отпущу, — с этими словами, Джисон схватил подбородок Минхо и резко впился в чужие припухлые и порядком мокрые губы от обильного их облизывания, что заставило старшего издать глубокое мычание. Минхо растворился. Целиком и полностью. Не давая ему времени опомниться, Джисон развернул Ли к себе лицом и, подхватив упругую задницу, усадил на свой письменный стол где уже был беспорядок. Они, казалось, собирались устроить и без того нашедший на квартиру Джисона хаос еще больший переполох. Ну или, проще говоря, горячий секс. То, как губы Джисона припали к шее Минхо, заставило его гортанно стонать, а пальцы побелели от той силы, с которой Ли сжимал блондинистые волосы Джисона. Тот, в свою очередь, покусывал места на шее Минхо, но потом зализывал их своим шершавым языком. Его пальцы расправились с ширинкой джинс уже давным-давно возбужденного хена, но не спешили вытаскивать набухший член из боксеров. Джисон мучал Минхо аккуратным трением рук об его пышные бедра, от чего член Минхо подергивался, пока с него обильно стекал предэякулят. — Не издевайся, Джисон, — промычал Минхо, оттянув голову Хана за волосы и так похотливо облизнув собственные губы. — Ммм, если попросишь так же хорошо, как в прошлый раз, — с легкой спесью ответил Джисон, прикусив нижнюю губу Минхо и немного потянув ее зубами. — Пожалуйста, Хан-и, — протянул он. Чувствуя как жар окутавший их пронзает каждую клеточку его тела, Ли перестал сопротивляться своему желанию. Мозг отключился. Джисон завладел его мыслями, его телом. — Так-то лучше. Намного лучше. Слишком хорошо, малыш, —Хан усмехнулся, прильнув обратно к бледной коже Минхо, чтобы провести кончиком носа у основания самой шеи и добившись еще одного сладкого стона из пиздец каких вкусных губ. Еще мгновение и Ли оказывается на чужих простынях, что пропахли Джисоном без остатка. Пока Минхо раскидисто лежал на мягком матрасе, Хан расправился с их одеждой, которая уже порядком надоела и которая была здесь явно лишней. Ли всматривался в лицо, что было напротив собственного, не упуская даже мельчайших деталей. И как, блять, можно быть таким красивым? Хан Джисон, объяснись. Минхо не стал сдерживаться, ловя ладонями лицо Хана и с силой приятягивая к своему, дабы накрыть его губы лихорадочным поцелуем. Джисон сжимал чужие бедра до визга. А как только рот Минхо открылся из-за неизбежного жалкого звука, язык Хана нагло проник в теплый рот, вытрахивая прежде всего его. Член Минхо ныл прося внимания, которое довольно быстро заслужил. Ладонь Джисона осторожно накрыла мокрую головку Ли, поглаживая в такт движений их ртов. Минхо не успевал глотать воздух, хрипло произнося имя Джисона и умоляя продолжать. Его ногти впивались в плечи Хана, оставляя царапины и заставляя партнера издавать такие же звуки накотившего удовольствия. Отлипая от донельзя зацелованного рта Минхо, Хан сжал его член в руке, чувствуя пульсацию органа, что вызвало у Ли всхлип. Скользнув лицом вниз, Джисон целует его во внутреннюю сторону бедра, предварительно облизав сладкую кожу. Слегка раздвинув ноги Минхо в стороны, Джисон обвел его анус, раскрывая кольцо мышц чуть шире. А после, смочив два своих длинных пальца, скользнул внутрь Минхо, медленно двигая ними вперед-назад. — Т-твою ж... — Минхо прогнулся в спине, издав пару громких стонов и, заикаясь, сжал запястье Джисона, рука которого все еще надрачивала Ли. — Твои п-пальцы такие же быстрые, к-как спорткар? — Я ними еще и на рок-гитаре играю, помнишь? — вызывающе улыбнулся Джисон, прикусив свою нижнюю губу. — Порядком превышают скорость наших спорткаров, кис. Твоя дырочка останется довольна. Минхо шумно сглотнул от сравнения таких двух явлений и такой подачи предложения. Но он уверен в одном — пальцы Джисона способны довести Ли до апогея. Ну и не только пальцы. Минхо уже пару раз облизнулся от обильного слюновыделения из-за манящего, венистого, большого члена Джисона, который появлялся в его поле зрения. Кажется, все происходит как в бреду. На лбу проступил пот, а слезы скапливались в уголках глаз, пока тело тряслось в конвульсиях из-за расторопных пальцев внутри себя. — Д-джисон... Слишком нуждающийся. Еще мгновение и Минхо уже стоит в коленно-локтевой, лицом уткнувшись в черную подушку. Его поясница завтра утром явно будет потерпать, но Ли уже мысленно к этому приготовился. Большой ствол оказался внутри Минхо, заполнив его стенки, вызывая шипение и дрожь в коленках. Давно у него секса то такого не было и этот засранец сзади довольно нежно управлялся с его задом. Минхо снова в спине гнулся, когда горячая ладонь прошлась по его ягодице, оставляя жгучий след на коже. — Вторую обделяешь, Хан-и? — хрипло протянул Минхо, смотря через плечо на довольное лицо партнера, член которого двигался почти дразняще медленно. — А ты ненасытный. Исправлюсь, если хорошо попросишь, малыш, — Джисон лег горячей грудью на спину Ли, целуя старшего в плечо, пока втрахивал его в кровать и заставлял Минхо скулить из-за нарастающей скорости. — Пожалуйста, — шепчет Минхо, сжимая черную простынь, готовый кончить прямо сейчас, однако держится. Еще не время. Джисон шлепает вторую половинку упругой задницы Минхо, отлипая от его спины. А после, с дикой силой, вцепился в бока, пока его член с громкими хлопками врезался в прекрасно принимающую его член задницу. У старшего оказывается довольно плохая сраная выдержка, которая явно летит в тартарары, потому что сдерживать поток громких, сладких, ненасытных стонов он не в силах. Услышат ли соседи? Неважно. Минхо чувствует себя слишком ахуенно, чтобы заботиться об этом сейчас. Все, что в данный момент его волнует — Джисон и их жаркое слияние тел. Об остальном он подумает завтра. Влажные пальцы пробегали по позвоночнику Минхо, вызывая мурашки, что залезали глубоко под кожу и щекотали нервы. А ведь еще недавно Ли старался избежать всего этого. Вот только, кажется, от самого себя не убежишь. И от соблазнительного Хан Джисона, который сейчас берет его сзади, тоже. Голова Ли полностью опустела, клубок тех смешанных мыслей испарился, пока член пульсировал от неизбежного оргазма. Сейчас уже можно. Поэтому Минхо кончил на простынь, испуская хныканье в подушку, куда прилично напускал слюни. Пару глубоких толчков в зад Минхо заставили его закатить глаза и открыть рот, готовый кончить второй и точно завершающий раз. — Бля-я-ять. Джисон остановился, нежно забирая руки Минхо, что лежали на простынях и сжимали ее до хруста пальцев. Запирая их в замок на спине и держа запястья вместе, Джисон вновь возвращает свой темп, только в этот раз уже кончая в Минхо пока сам испускает парочку глубоких стонов. Горячая сперма наполнила стенки старшего и спустя пару секунд задница осталась без этого ахренительного члена. Перевернув расслабленное тело Ли, Джисон подтянул его за ноги к себе, нависнув сверху. Теплые пальцы пробежались по чужим темным и влажным волосам, мягко перебирая пряди. — Только попробуй вновь убежать, кот, — жалобно простонал Джисон, в тот же момент ткнувшись носом в красную щеку старшего. Тела горели не только из-за жаркого секса, а и от распаленных внутри чувств любви. У Минхо дыхание выравнивается постепенно, а руки расслабленно обвивают шею Джисона, позволяя тому держать его в этой постели. Несколько подушек валялись на полу, а их одежда — по всей однокомнатной квартирке. Минхо и сам не понял как и когда он погрузился в глубокий сон.

***

Утро встречает Минхо ужасной порцией ломки во всем теле. Привстав на кровати и опустив взгляд он понял, что на нем была красная клетчатая рубашка Джисона. Та самая, которую он видел на нем несколько дней назад. А еще она пахла слишком потрясающе. В голове прокрутились вопросы, на которые Ли ответа дать не мог: что теперь? Его девушка и… — Доброе утро, — теплые руки обвили талию Минхо сзади, а чужой подбородок опустился на плечо Ли, дыша в его шею. Минхо повернул голову, выглядя слегка не выспавшимся, однако довольным? Да, определенно довольным. — Доброе, — Минхо ответил. Но все остальные слова, которые должны были вырваться изо рта просто застряли внутри. — Неловко...? — Хан коротко улыбнулся, сонно мыча в шею старшего. — Но, кис, ты ведь не считаешь это перепихоном на раз? Ты мне действительно нравишься, еще со второго курса, как только перевелся. Ты бы знал как я слюни на тебя пускал и пускаю по сей день. — Ты мне... — Минхо сжал челюсть, делая вдох. Почему это так сложно ? Сложно признаться, хотя все так очевидно. Однако Ли собрал силы в кулак. Хватит. — Ты мне тоже нравишься, Джисон. Но есть вещи с которыми нужно разобраться. — Мы обязательно разберемся. Вместе, — Джисон искренне радуется, что вызывает у Минхо малую улыбку. Может быть Минхо его действительно так глубоко не видел, но хочет увидеть. Полностью, вдоль и поперек изучить. — Будешь моим парнем? Или мне просто не отпускать тебя пока не согласишься? — Если хорошо попросишь, — съязвил старший, взьерошив блондинистые волосы Джисона.  Хан от Минхо уже не отлипнет.  А Минхо и не разрешит.