ШехеReality

В эту смену от Ларса досталось всем: и ученикам, которые за малым не получили плетей всей группой, и сослуживцам, что попадались под горячую руку. Причиной тому была вчерашняя «сказка»: наконец-то по-настоящему доверился Шеху, попытался рассказать об этом, как умел, а он?! Хотелось отдаться ему прямо там, среди розовых магнолий, в душе такое тепло было, а вместо романтичной близости — Гномы какие-то с групповухой! Горькой обидой резало в груди: Сказочник что, поиздеваться решил?! Но зачем? Не верилось в это… Ведь Шех сам говорил, что хочет понять, как сделать приятно… А как смотрел, как целовал! Стоило лишь вспомнить об этом, и сжималось в груди от горечи потери, а обида накатывала с новой силой. За необоснованно грубое поведение обер-офицер Ларсерион получил строгий выговор от командарма и сидел теперь с хмурым видом за столом с нейроэкраном, ерошил светлые, с пепельным отливом волосы и вздыхал, глядя на скудные результаты сегодняшнего «расследования» в блокноте: 1. Цитадель — ни вихря это не дает 2. Обер-офицер — возраст??? 3. Паучок — вся фантазия на Западный Лес истратилась… 4. Традиции. Суббота. Вечер. — зацепка??? Кратер? Клан?! Последний пункт был самым перспективным, и Ларс, вместо того, чтобы анализировать боевые показатели своих учеников, кропотливо выискивал информацию о традициях разных кратеров и кланов. Улов пока что был небогатым: в Брегге ходят к соседям с желейным пудингом, в Деландре собираются в клубе Thanatos & Eros, особенно те слайдеры, что из клана Тейлор. К слову, весьма подходящий клан для Шеха с его безумными играми! Может, с него и начать дальнейшие поиски? Размышления прервало легкое металлическое клацанье: серв-арахноид осторожно тянул к себе корзину для мусора. — О! — воскликнул слайдер. — Железяка! Ты-то мне и нужен. — Позвольте напомнить: мой корпус сделан не из железа, а из ферронейросплава, — возразил арахноид. — Чем я могу быть полезен? — Ферронейрожелезяка! — передразнил Ларс. — Где используют таких, как ты? В каких кратерах? — По всей Луне, — охотно отозвался шестиглазый робот. — Арахноиды — оптимальная модель для поддержания чистоты в общественных местах. В кратере Астон мы выступаем заменой землянам: они сложны в содержании и малоэффективны в эксплуатации. — Про наш кратер я и сам знаю! — нетерпеливо воскликнул Ларсерион. — А еще где? Вот чтобы именно вместо землян. — Такой рациональный подход практикуют только в Астоне. — невозмутимо отозвался Железяка, роясь четырьмя передними конечностями в мусорной корзине. — Вихри!.. — вскочил слайдер. Кровь ударила в виски, бешено полыхнуло молнией по рукам. О звезды, он здесь!.. В кратере Астон, в Цитадели, а может, даже на этом самом семнадцатом этаже! И каждый день проходит мимо, рассеянно здоровается, и оба они даже не подозревают… Вихри!.. В дикий коктейль смешались предвкушение скорой победы, жаркий трепет внизу живота, охотничий азарт, смущение… Он здесь. Рукой подать. Ларса обдало горячей волной от одной только мысли, что можно будет в реальности взглянуть в эти манящие глаза… А эти ли? Ведь в жизни Шех выглядит как-то иначе, и глаза, может, вовсе не те… Хоть он и говорил, что цвет настоящий — ну так а какой еще-то, если не серый? И понятно, что хорош собой — какой же слайдер не хорош — да только вот… та ли это окажется красота, что так покорила там, в игре, будь она неладна? Ну, хотя бы по морде съездить за «Белоснежку» эту! — Ларс, ты в боеготовности? — окликнул напарник, что сидел за соседним столом. — Искришь так, будто у тебя срыв сейчас будет! Давно ты подпитывался? — Я нашел его. — зловеще выдохнул слайдер и вернулся за нейроэкран. — Так… Цитадель кратера Астон. Сотрудники. Пол: мужской. Звание: обер-офицер. Департамент: все. Показать… Ого, сколько их у нас тут! Ничего, по одному отлавливать буду, пока не найду того самого… — А просто по имени не получается? — недоумевал напарник. — Это ты букву какую-то перепутал, попробуй, например, «э» вместо «е». — Знал бы я имя, не здесь бы сейчас сидел, а в допросной у Дознавателя за драку вне ринга. — азартно отозвался Ларсерион, и тут его осенила новая мысль: — Слушай, тебе двадцать семь, и ты в звании офицера, так? — Ну, не все же такие счастливчики, как ты, — ответил слайдер. — Ты в боях на Земле участвовал, вот и получил обер-офицера в двадцать. А мне три года ждать еще. Ну, или сделать что-то значимое. — Он явно не юнец, — Ларс снова забегал пальцами по клавиатуре. — Но и не звездочет престарелый… Начну с тех, кому тридцатник. — Ну, тогда вот тебе первый подозреваемый: наш Элисион, — усмехнулся напарник. — Уж не знаю, что у тебя там за ситуация, но Элис какой-то слишком уж правильный. Или только прикидывается. Может, он как раз и есть тот, кого ты ищешь. — Этого только еще не хватало. — мрачно отозвался Ларс. В таком случае придется в другой отдел переводиться. Хотя… А пусть это он сам идет звезды считать! Подозреваемый обнаружился в комнате отдыха: блондин заплетал длинные мелкие косы перед большим зеркалом. Снежный Король называли его — идеальные черты лица, да только вот эта северная красота холодная, как нейролит. — Элисион… — вкрадчиво произнес Ларс, подбираясь к слайдеру, как хищник к пугливой добыче. — Знаешь, я тут подумал… Мы с тобой в одном отделе служим, а толком ничего-то друг о друге и не знаем. Неправильно это. — Хм… — красавец нахмурил изящные брови. — Пожалуй, да, ведь Джон Слайдер сказал: «Землянин землянину — волк, слайдер слайдеру — брат». — Волк? — недобро прищурился Ларсерион. — А расскажи, чем ты по вечерам занимаешься? Я вот картины пишу, когда есть настроение… А ещё оперу люблю слушать. — Правда? — улыбнулся блондин. — Вот уж не думал, что ты такой! Ты же обычно боевые ритмы на всю включаешь в своем нейрокаре и гоняешь так, что, наверное, все возможные штрафы уже собрал. — Я — эпилептоидный психопат, — пояснил Ларс. — У меня абонемент на штрафы, мне необходима скорость, это — потребность. — А я — параноидальный, — оживился Элис. — У меня психопатия проявляется так: вот если я увлекся чем, то с головой ухожу в это. Есть игра одна… Неважно, в общем, думаю, суть ты понял. — Важно! — подобрался пружиной слайдер. — Все важно, мелочей не бывает! Что за игра? Мне можно сказать, уж поверь! Точеные скулы Снежного Короля порозовели, он замялся и смущенно огляделся. У Ларса бешено застучало сердце: о вихри, да неужели вот этот тихоня из клана Шварцвольф и есть Шех?! А что… очень даже в его духе — сам же говорил, «стать кем-то другим», так, кажется? Днем Джона Слайдера нараспев цитирует, а ночью щупальца свои фиолетовые выпускает! — «Зума», — шепотом признался Элис. — С детства люблю эту игру, только не говори никому, ладно? А по вечерам у меня тренировки: изучаю капоэйру. Это очень зрелищный боевой танец, я обязательно покажу тебе на ринге. Но увы, не сегодня — суббота ведь. — Суббота? — встрепенулся Ларс. — Традиция какая-то есть?! — Откровения, — охотно принялся объяснять Элисион, заплетая очередную косичку. — Поэтому я сейчас и делаю прическу для торжеств. Мы собираемся в Звездном зале и рассказываем главе нашего клана о своих неправильных поступках. Это прекрасный способ обрести душевный покой. А тебя, я вижу, всю неделю что-то мучает. Пойдем со мной! С непривычки происходящее может показаться странным, немного неприятным даже, но обещаю, тебе понравится! Триумфом полыхнуло в груди. Понравится… Один уже обещал ровно то же самое! И про что-то неприятное по субботам говорил. Он точно из Шварцвольфов. Все, попался Сказочник! Шварцвольфы — клан большой, но всё же не весь кратер Астон! — Ой, я вдруг вспомнил… — Ларсерион изо всех сил постарался изобразить смущение. — Я в отчете кое-что указать забыл, надо срочно доделать! Прости, мне пора! Метнулся в свой кабинет, бросился к столу и лихорадочно забегал пальцами по клавиатуре. — Ну же… — нетерпеливо бормотал слайдер. — Должен же тут где-то быть фильтр по кратеру… Какие звездочеты эту дурацкую систему поиска разрабатывали? Вихри! Нужно фильтра, увы, не обнаружилось. Значит, придется делать выборку вручную. От мысли этой охватила досада: ведь Шех так близко! Сидит сейчас перед зеркалом, косички праздничные вертит, новые развлечения себе придумывает! — Недоискрик… — прошипел Ларс и грохнул кулаком об стол. — Не обязательно сразу что-то рассказывать, — раздался участливый голос Снежного Короля. — Просто посидишь с нами, пообвыкнешься, а если захочется, то и признаешься. Тебе ведь что-то не дает покоя. — Не дает, — сквозь зубы процедил Ларсерион. — Ох, как не дает… А знаешь что, пойдем-ка на эти твои Откровения! А там уже буду действовать по ситуации. Нейроактивные черные стены коридора расцветали фракталами — молния Снежного Короля рисовала хрустальные жемчужно-розовые орхидеи, переливающиеся серебром, а импульсы Ларса добавляли к ним темно-зеленые ветви в острых шипах. В другой раз любовался бы, но сейчас было совсем не до этого. — Ты уже записался добровольцем на запуск нового района? — не унимался Элисион. — Мы будем сажать на здания оксидж-мхи, которые доставят из кратера Деландр, их привезет обер-командор Зигфридериан из клана Тейлор со своими бойцами. Я так жду встречи с этими слайдерами — они наши звездные братья по линии Первой Матери, а живут совсем иначе. Давай я сам тебя запишу? — Давай, — машинально отозвался Ларсерион. Он не слушал болтовню сослуживца. На губах играла хищная улыбка, в голове билась только одна мысль: «Я иду к тебе, Шех!» Когда вошли в величественный Звездный зал с плеядами сияющих созвездий на черных стенах, энтузиазма у Ларсериона слегка поубавилось: слайдеры сидели на лавках без спинок перед помостом с трибуной, и было их много, ведь Шварцвольф — самый большой клан в Астоне. И что, все они в чем-то признаваться будут? Эдак до самого утра тут проторчат… — Пойдем к трибуне, я представлю тебя, — мягко позвал Снежный Король. — Не-не-не! — горячо запротестовал Ларс. — Ты иди, а я пообвыкнусь немного, ладно? Постою вот тут, атмосферой проникнусь… — Как скажешь, — улыбнулся блондин и подмигнул: — Тебе понравится. Конечно, можно было бы вернуться в кабинет и методично пересматривать карточки, выписывая тех обер-офицеров, что из клана Шварцвольф, но, вихри, Сказочник ведь здесь, надо только понять, как его обнаружить. А что если… Он ведь привык в игре на Шехерезалиона отзываться, так?! Ларс понимал, что нарушает сейчас все возможные правила приличий, но удержаться уже не было сил, его словно лавиной подхватило и несло. Вышел на середину прохода, вдохнул поглубже и крикнул: — Шех! — словно из нейрокара выпрыгнул на полном ходу прямо в бездну. Голос его отозвался эхом в звенящей тишине зала, разом обернулись слайдеры, в недоумении разглядывая нарушителя… И сердце рухнуло куда-то вниз, когда один из них поднялся со скамьи. Внутри все замирало, хаотично метались всполохи молнии по рукам — Сказочник шел по проходу, и был он тот самый, который снился бы по ночам, если бы слайдеры могли видеть сны. Ларс забыл, как дышать, статуей застыл — Шех точно такой же, как там, в их первую встречу в Восточном Лесу. Мужественное лицо, невероятные серые глаза с теплыми искорками, в которых хотелось утонуть… Только волосы черные, заплетенные в причудливые церемониальные косы, а не каштановые с фиолетовым отливом кудри, свободно струящиеся по плечам, и вместо небесно-голубого шелкового халата — военная форма обер-офицера Серебряной Сотни. О звезды, он внешность свою настоящую в игре оставил?! Псих!.. Или сказка, ставшая реальностью…. А Шех тем временем подошел совсем близко, остановился напротив, молчал, смотрел глазищами своими невероятными и, кажется, тоже почти не дышал. — Ты… Ты все-таки нашел меня… — выдохнул наконец едва слышно, и голос его дрогнул. — За мной иди! — ледяным тоном ответил Ларсерион, кое-как взяв себя в руки. Шехерезалион шёл по коридору рядом со своим прекрасным принцем и не мог поверить, что это происходит на самом деле. Стучало в висках, и казалось, что сердце выпрыгнет сейчас из груди. Это он, Ларс, его принц, который вчера так страстно целовал его под цветущей магнолией, что верилось — не игра это, не жажда новых впечатлений, а настоящие чувства. В груди разливалось тепло, и невозможно было сдержать счастливую улыбку — о, звезды, он пришел! Понял, что за «ключ» у него в руках… Видно, что не с добром пришел, но так и должно быть, не похвалы же от него ждать за эту сказочку. Ох, Ариэль, советчик, вихря тебе за воротник! Но пришел, пришел — вот что главное! Значит, не все равно ему! И никуда больше не уйдет, Шех просто не отпустит! Осторожно поглядывал на разъяренного слайдера и млел: какой же он красивый, еще прекраснее, чем в игре! Волосы пепельно-серые, но очень светлые, практически блондин — такой чудесный цвет! Струятся свободно по спине серебристым шелком, только на висках заплетены в брейды. Высокий, но не крупный, даже изящный скорее, хоть и ощущается в нем сила. Лицо неуловимо напоминает то, которое было в игре, но черты тоньше, резче, а глаза — как серебро под лунным светом, серые, но тоже очень светлые, как и волосы, прозрачные почти. Сейчас в них пылает ярость, и хочется сгореть в этом огне, бесстрашно шагнуть в бушующее пламя, чтобы насытить его, слиться, тело и душу свою отдать ему… — Тоже мне, Сказочник… Недоискрик последний, вот ты кто! — ядовито шипел тем временем принц. — Всех Волков в Восточном Лесу перетрахал, или, может, пропустил кого? Так ты давай, беги, что я тебя тут зря отвлекаю? Хотя нет, подожди, ты мне еще за «Белоснежку» не ответил! Вот сейчас разукрашу как следует, и пойдешь весь красивый! Звездочет, метеоритом трахнутый… Даже внешность не удосужился поменять! А и правда, зачем? От кого скрываться? Тебя ж никто дома не ждет, можно гулять спокойно, щупальца свои распускать… Извращенец, реголита тебе в задницу! Что ты лыбишься, а? Ничего, сейчас перестанешь… А Шехерезалион и рад был бы сдержать улыбку, но не мог. Метеоритом трахнутый? Да хоть метеоритом, хоть кометой — если этим метеоритом будет его Ларс… Как он умудряется полыхать от ярости и оставаться таким очаровательным в то же время? И эта морщинка между сурово сдвинутых бровей… Хотелось разгладить ее поцелуями. Плавился от волнами захлестывающих эмоций, тонул в чарующем голосе прекрасного принца, продолжающего распекать его на чем свет стоит, трепетал от мысли, что тот испытывает к нему чувства. Настоящие чувства, иначе не пришел бы. О звезды, сейчас все — по-настоящему… Ларсерион с раздражением глядел на сенсоры дверей кабинетов — все красным горят, занято, вихрь побери! Вот что они там сидят, чем можно важным таким субботним вечером заниматься?! Наконец-то голубой: свободно! Толкнул Шеха в едва успевшие разъехаться двери, дернул, разворачивая к себе, тут же впечатал в стену, рвано дыша… И замер. Смотрел в глаза и сам уже не понимал, чего больше хочется — ударить или поцеловать. Тонул опять в этих невероятных глазах… Шех все решил за двоих. Поднял руки, обхватил подрагивающими ладонями лицо любимого, выдохнул шумно, провел большими пальцами по щекам, лаская, и приник к губам трепетным поцелуем. Наконец-то. И рассыпалось все ненужной шелухой — Цитадель, чей-то кабинет, кипящий в груди гнев, слова, которые еще собирался сказать… Ларс будто между миров оказался, Вне Времен, где только Звезды и Пустота. И Шех. Руки его, что крепко сжимали, ласковые губы, в которые впивался — грубо, жадно, срываясь на укусы. Брал его сейчас себе, присваивал, наслаждался захлестывающими волнами триумфа и возбуждения с металлическим привкусом крови — своей, его? Неважно… Теперь ничего уже не важно… — Мне совсем не хочется вас прерывать, господа, — раздался приятный баритон, и слайдеры отпрянули друг от друга. — Но у меня здесь назначена встреча. Вы из департамента Благоустройства? Ларс залился алой краской, да и Шех смутился не меньше. О, звезды, как объясняться теперь?! — Зигфридериан, глава клана Тейлор, обер-командор кратера Деландр, — представился слайдер с властным аристократичным лицом и длинными вороными волосами. — Ну, не искрите так, меня не смутить подобным зрелищем, скорее уж наоборот… — обер-командор слегка приподнял бровь. — Обер-офицер Шехерезалион. Прошу прощения, мы… кабинеты перепутали. — Обер-офицер Ларсерион. — Ларс почувствовал, как в груди снова разгорается злость. — Знаете, а мы вообще все перепутали! — он повернулся к Шеху, прожигая его многозначительным взглядом. — А потом подсказки давали, ключи всякие, и в итоге решили все окончательно испортить, да, Шехерезалион? — специально выделил голосом имя, чтобы этот звездочет не сомневался: и за это ему тоже прилетит, еще как прилетит, Откровения удовольствием покажутся! — Я, кажется, понял, — едва заметно улыбнулся Зигфридериан. — И полагаю, вы теперь во всем разберетесь. Но, наверное, лучше не в Цитадели это делать, а в более уединенной обстановке. — Так у тебя не только внешность настоящая, но даже имя?! Шехерезалион, серьезно?! — взвился Ларс, как только вышли в коридор. — Может, и щупальца тоже есть, припрятаны где-нибудь? Или их ты все-таки дома оставляешь, когда на службу идешь? — Прошу тебя, Ларс, — негромко отозвался Шех. — Я знаю, что виноват, но, пожалуйста, позволь мне все объяснить! Давай полетим ко мне, здесь нам точно не дадут спокойно поговорить. — Угу, и в морду тебе дать! Если надеешься, что после одного поцелуя я передумал, так не надейся зря, отхватишь как положено! — отозвался Ларс и развернулся в сторону лифта. Обернулся, глянул хмуро исподлобья. — Я за нейрокаром, ждать буду на развязке высоты «Ультима». И попытайся только сбежать от меня! Я теперь знаю, как тебя зовут, так что не спрячешься! — Да я и не… — начал Шех, но Ларс его уже не слушал. Шехерезалион проводил взглядом удаляющуюся идеальную фигуру своего едва обретенного сокровища, вздохнул и отправился на стоянку, где был припаркован его «Штерн».