Ревнуешь?

      Пьяные они шли уже полтора часа и забрели в богатенький район. Явно не ожидая такого, удивились, запреметив огромный особняк, из которого громко играла музыка.       Особняк окружал забор. Он не очень-то помогал, ведь был достаточно низким. Зато громила на входе внушал страх, если, конечно, вы не Субон, который предложил Намгю как в старые, добрые, школьные времена набухаться на вечеринке королевы школы. Он согласился, даже против не был, скорее всего сам хотел это предложить.       Они перелезли через забор во двор, Су в этот момент шутил о том, как же сложно перелезть. Дядька у ворот их не заметил, зато какой-то школьник увидел их. Подошел, спросил есть ли зажигалка, зажигалки не оказалось, ушел. Пьяный в стельку, так еще обдолбанный наркоша.       Чем ближе они приближались ко входу, тем громче было слышно музыку. Она качала, но точно не то, что было раньше. Намгю открыл дверь или иначе ее бы выбил Су, который хотел это сделать. Музыка уже заорала, заполняя все, а сердце билось в такт ей.       В центре событий был видимо ботан. Пьяный, курящий косяк, танцующий в одних трусах. После этого над ним будут смеяться вдвое больше, чем обычно. — Вот же лох, — сказал Субон. — Телефон возьми, снимать будем! — предложил Намгю, судорожно ищя телефон своего парня, потому что свой разбил. Этой же ночью, когда они шли по рандомной улице, где Субон в шутку сказал, что они идут знакомиться с его любовницей, а тот взял свой телефон и чуть не разбил ему во второй раз личико.       Телефон все же нашелся, поэтому на время Гю становится фотографом. Он собирается наделать кучу видео и фото. Конечно, наблюдать просто скучно, потому-то, найдя экстази в кармане Намгю, они подсыпали некоторым школьникам им в стакан с алкоголем. Но этого не хватит, поэтому всем спящим они рисовали на лбу хуй.       Су заметил среди всей толпы, среди ярких огней и ужасного запаха пота огнетушитель. Идея пришла сразу же, он взял огнетушитель, крикнул громко: «С пенной вечеринкой, biches». Вмиг все оказалось белым, но им даже нравилось. Все стали еще более веселее.       Рэпер Танос был и будет популярным. Многие на вечеринке, увидев, фиолетовые волосы, яркий зеленый кроп-топ и джинсы багги, узнали Таноса. Он был ну уж слишком известным, так как в спотифае всегда был на первом месте, а на концертах была невозможная толкучка из тысячи людей. В инстрагаме двадцать миллионов подписчиков, каждый второй слушает его рэп. Школьники обрадовались такой «прикормке» халявный Танос на вечеринке. Может он еще свой рэп зачитает? Зачитает! Пьяный, не понимающий, что делает это за бесплатно, он взял микрофон в руки, попросив диджея включить минус. Все визжали, снимали на телефоны, кидали свои лифчики, которые Намгю с убийственным взглядом выбрасывал обратно в толпу.       Завтра разлетится не только видео с тем ботаником, но и пьяный Танос, хуй пойми откуда появившейся на чей-то вечеринке. Им будет обоим стыдно за это, но сейчас Субон дочитывает последний куплет, который так популярен в тик токе. Все орали его, срывая себе голос. — Спасибо... — не успев договорить слова благодарности, его схватил Гю, закрыв ему рот рукой. Микрофон выпал из рук, и парень утащил его на второй этаж, под недовольные крики и стоны отчаяния.       На втором этаже были комнаты, в которых парочки уединялись. Открыв первую дверь, они ожидали чего угодно, но точно не оргию. Резко покраснев, они закрыли дверь, убежав в самый конец коридора. — Ну и зачем ты мне помешал? У меня вообще-то концерт! — возмущался Субон, даже пьяный, но сука язык не заплетается. Прочитал рэп, как трезвый. — Если бы не я, ты бы мог натворить какой-нибудь хуйни и это было бы по всему интернету. Подожди... Ты что спиздил у меня «молли»? — Я чуть-чуть, Намсу, не злись, — оправдывал себя парень, смотря на другого так невинно. — Идиот, я Намгю. Я же говорил не брать мои таблетки без моего разрешения, — злился Гю, готовый придушить своего непутевого паренька. — У-тю-тю, смотри не пукни от злости, малыш, — но вместо пука в воздух, в лицо Бона прилетел кулак Намгю. Не надо было его злить. Был договор, который он нарушил, а значит мальчика надо наказать. — Я тебя щас на ту оргию отправлю. — Но я не педофил, я люблю только тебя, my boy! — искренне произнес Субон, крепко обнимая парня. Он, перейдя черту своей гордости, обнял Су, так же крепко, по родному, унося в приятные воспоминания. Когда в школьные годы на чьих-то вечеринках они обжимались, бухали и весело проводили время вместе — И я тебя люблю, — если бы не школьница, которая вышла из комнаты вместе с парнем, громко ругаясь на него, то Намгю бы заснул на плече Субона.

***

— Минсу, не пей это, там наркота, — предупредила Сэми. Честно, они сами не знали как согласились пойти на пати Джессики. — Минсу-у-у, my friend, ты не видел Намгю? — обнимая за плечо, спросил пьяный Су. Сэми посмотрела на него с отвращением, а Мин съежился, уводя взгляд в пол. — Ты его потерял? Придурок, пошли его искать, — она волновалась оттого, что знала, что он сейчас обдолбанный, а значит может сделать все, что пожелает душа... А душа желает у него самое страшное.       Где-то послышались женские крики, а после голоса восторженных людей. Троица направилась на эти звуки. Сэми с Субоном пробирались сквозь толпу пьяных школьников, от которых несло за километр водярой и еще чем-то.       В центре событий был Намгю, который пиздил Джессику. Бить королеву школы это, конечно, очень сильно. Ведь завтра все узнают об этом. Гю не дадут жить ее друзьяшки, а другие будут им восхищаться. — Тупая женщина, еще раз откроешь свой рот я тебе дом спалю, — раздраженно сказал Намгю, держа слишком крепко волосы Джесс, которая плакала, пыталась вырваться, пищала и стонала от боли. Та явно не ожидала, что он разозлится. Она всего-навсего сказала, что он гей, спросила, что между ним и Субоном, а потом сказала ему, что втайне влюблена в Субона. Последнее кажется было лишним, потому что сразу же после этих слов, в ее раскрашенное лицо прилетел со всей силы кулак парня. А дальше было страшнее.       Танос еле оттащил своего друга, который пытался еще раз ударить девушку, крича ей ужасные слова. Да, он был сексистом, его мизогиния отталкивала женский пол, но они ему были не нужны. У него был Субон и никакая девушка не заменит этого дурного, веселого парня, который вызывал все возможные приятные эмоции.       Им вслед орали, но они уже ничего не слышали. Сэми разгоняла толпу, а Минсу стоял в сторонке, смотрел на то как Су уводит друга. Он на руках притащил его на крышу. Здесь видно весь район, звездное темное небо и Бона, глядящего в глаза Намгю, похлопывающего его по щекам, чтобы тот протрезвел и успокоился после такой бурной драки; хотя это было больше похоже на избиение, где одна была намного слабее другого. — И что это было, Намсу? — не понимающе спросил парень, щелкая пальцами у лица друга. — Представляешь эта шлюха втайне влюблена в тебя! Она хотела отобрать у меня тебя! Я ей не позволю этого сделать, потому что мне нравишься ты, а она жалкая женщина, которая не достойна тебя — объяснял заикаясь, ведь все еще был зол. — Что я тебе? — глаза Су округлились. Кажется они в этот момент сразу же протрезвели. Дыхание участилось. Поднялся небольшой ветерок, колыхающий деревья, а слова признания колыхали сердце, расстекаясь теплом по всему телу. Гю пытался понять, что только что сказал. — Субон, тебе послышалось, — уходя мелкими шагами назад, он хотел убежать, как можно быстрее и избегать его как минимум неделю. Тело дрожало от переживания, не понимания, что будет дальше. Не выдержав волнения, Субон закинул в рот две таблетки экстази, хватая плечо друга, притягивая его к себе и целуя нежно в губы. Одна разноцветная таблетка попала в рот Намгю, который готов был провалиться сквозь землю, понимая, что это был самый лучший день, самая лучшая ночь и самая лучшая вечеринка в его жизни.