Хороший парень

Вне всяких сомнений, Вэй Усянь был хорошим парнем – а, по мнению многих старшеклассниц, ещё и очень красивым. Но это определение ни коим образом не могло быть применено к его почерку. Писал Вэй Усянь безалаберно. Искусство каллиграфии никогда не входило в сферу его интересов, и его это устраивало. Однако настали тёмные времена. – Перепиши, – коротко сказал Лань Ванцзи, глянув на тетрадь, которой прямо перед его лицом помахал Вэй Усянь, чтобы привлечь внимание одноклассника. Они сидели в библиотеке друг напротив друга. Книги и письменные принадлежности Лань Ванцзи были разложены аккуратно настолько, что сторонний наблюдатель наверняка бы решил, что чересчур старательный школьник отмерял всё по линейке. Ну, или что у того ОКР. Вокруг Вэй Усяня царил привычный хаос. В ответ на изумлённый взгляд Вэй Усяня Лань Ванцзи снизошёл до объяснений: – Дядя не примет такую работу. Перепиши. Губы Вэй Усяня незамедлительно растянулись в улыбке. – Лань Ванцзи, неужели ты заботишься обо мне? – сладко пропел он. Но одноклассник уже опустил глаза и вернулся к чтению. Вэй Усянь наклонил голову на бок. – Ну, Лань Ванцзи-и-и, – умилительно протянул Вэй Усянь, – ну, признайся же наконец! Признайся, что заботишься обо мне! На первом “признайся” Лань Ванцзи сглотнул. Будь Вэй Усянь чуть меньше озабочен привлечением внимания Лань Ванцзи, то понял бы, что давно уже справился с этой задачей. – Чего молчишь, Лань Ванцзи? – не унимался Вэй Усянь. – Ну, скажи хотя бы своё искромётное “мгм”! Не будь букой! – В библиотеке запрещено шуметь, – не глядя на Вэй Усяня, сообщил Лань Ванцзи. – Ладно, – покладисто согласился Вэй Усянь. Лань Ванцзи стоило заподозрить, что такая сговорчивость не к добру. Но такой прямой и во всех отношениях честный человек, пусть и знал Вэй Усяня не первый день, но всё-таки не придал особого значения воцарившейся тишине. А зря. Вэй Усянь слышал, что у большинства художников отвратительный почерк. Найдя своему кошмарному стилю письма достойное объяснение, он обычно так и отвечал критиканам. Лань Ванцзи же он решил доказать это делом. Поэтому когда перед лицом директорского сына замаячил листок с картинкой, Вэй Усянь уже еле сдерживался, чтобы не засмеяться. На прошлой неделе он заметил, как одна из близняшек Цзинь, его одноклассниц, бросает недвусмысленные взгляды на Лань Ванцзи и на любой перемене пытается с ним заговорить. Тогда Вэй Усянь почти сразу забыл об этом, но сейчас как нельзя кстати вспомнил. Так что теперь благонравному взгляду Лань Ванцзи предстала совершенно неблагонравного вида картинка. На ней был изображен он сам в полурасстёгнутой рубашке. В щеку его целовала та самая девушка по фамилии Цзинь, одной рукой обнимая его за талию, а другой расстёгивая ремень брюк. – Убожество. Сказано это было таким сдавленным тоном, что Вэй Усянь возликовал. Никогда ещё за все эти недели ему не доводилось слышать такого голоса от Лань Ванцзи. Кажется, Вэй Усянь попал в точку. Откинувшись на стуле, он расхохотался чуть не до слёз. – Что, не нравится? – сквозь смех просипел Вэй Усянь. – Ах, я знаю, что не понравилось молодому господину Лань! Надо было нарисовать двух близняшек разом! Прости меня, Лань Ванцзи, я исправлюсь! – хватаясь за карандаш, клятвенно пообещал Вэй Усянь. – Это недостойное поведение, – отчеканил Лань Ванцзи. Немного помедлив, Вэй Усянь отложил-таки карандаш. Потом в серьёзной задумчивости сказал: – Ты прав. Все-таки близняшки Цзинь учатся вместе с нами и будет нехорошо, если кто-то увидит такие рисунки. Ещё чего доброго станут объектами насмешек. Уничтожь картинку. Лань Ванцзи, который и без просьб Вэй Усяня уже складывал листок, остановил взгляд на однокласснике. Тот, вынырнув из задумчивости, вернул свою всегда сияющую улыбку. И она быстро стала хитрой. – Но это не значит, Лань Ванцзи, что я оставлю тебя без подходящих материалов, – подмигнул Вэй Усянь. И не соврал. Уже на следующий день Лань Ванцзи получил обещанное. Стоило ему выйти из библиотеки в туалет на несколько минут, как Вэй Усянь с подрагивающими от с трудом сдерживаемой улыбки губами, сунул ему в учебник порно-журнал. Чтобы не выдать себя раньше времени и тем самым не испортить всё веселье, он принялся с видом самого прилежного ученика на свете переписывать последнюю главу из учебника. Но Лань Ванцзи, наученный горьким опытом, уже знал, что Вэй Усянь никогда не бывает старательным без причины. Без какой-нибудь шкодливой бесстыдной причины. Но Вэй Усянь был при этом совсем не дурак. Поэтому не стал подкладывать журнал в тот учебник, который Лань Ванцзи оставил раскрытым на столе. Неприличные картинки скрывались в закрытом учебнике, который Лань Ванцзи ещё сегодня не читал. Поэтому, не заметив подвоха, Лань Ванцзи вернулся к чтению. А Вэй Усянь принялся ждать. Долго терпеть ему не пришлось. Минут через десять Лань Ванцзи уже открыл нужный Вэй Усяню учебник… – Ты… Вэй Усяню показалось, что Лань Ванзци задохнулся от увиденного. Проказливый ученик принялся хохотать, колотя ладонью по столу. – Лань Ванцзи, ну, ты просто превосходишь все мои ожидания! – заявил Вэй Усянь. – Не надо так нервничать, это всего лишь пара красивых девушек… ну, и мужчин с ними. Не торопись, посмотри спокойно! – Ты… бесстыжий, – выдавил Лань Ванцзи тем самым тоном. Вэй Усянь поднял на него глаза. И увидел покрасневшие мочки ушей одноклассника. – Ой, – вырвалось у Вэй Усяня. Он совсем не ожидал, что Лань Ванцзи так смутится. Он вдруг вспомнил, что вчера волосы Лань Ванцзи были убраны так, что не видно было ушей. Неужели он и вчера тоже..? – Лань Ванцзи, ты что, никогда не видел таких журналов? – искренне удивился Вэй Усянь. – Я думал, ты такой правильный и просто разозлишься из-за этой глупости, а ты, оказывается… У Лань Ванцзи был такой взгляд, что Вэй Усяню показалось, что тот сейчас запустит этим журналом прямо в него. Но Лань Ванцзи лишь порвал журнал и бросил в мусорное ведро, засыпав сверху другими бумагами. В тот вечер Вэй Усянь шёл домой с Не Хуайсаном, который задержался в кабинете изобразительного искусства, где делал свои восхитительные веера. – … Я сказал ему, что это жуткое расточительство, – взахлёб рассказывал Вэй Усянь. – Но, конечно, он не послушал и сказал, что если я продолжу свои выходки, то перепишу учебник четыре раза. Как думаешь, он что, правда пойдёт жаловаться дяде? Я не боюсь, но просто как-то не похоже на Лань Ванцзи… – Вэй-сюн, – мягко позвал Не Хуайсан. – Почему ты всегда задираешь Лань Ванцзи? – Потому что это вес… – по привычке начал отвечать Вэй Усянь, но осёкся. Вопрос Не Хуайсана звучал как-то вкрадчиво, совсем не так, как такой же вопрос от Цзян Чэна. И это почему-то заставило Вэй Усяня задуматься. Не Хуайсан, глядя на в кои-то веки озадаченного друга, издал тихий смешок, как обычно прикрывая рот рукой.