Хороший парень

Вэй Усянь был хорошим парнем и настоящей душой компании, а такие люди обожают вечеринки и – что даже более значимо – устраивают их сами. Вэй Усянь жил со своими приёмными родителями, дядей Цзян и мадам Юй, и своими назваными братом Цзян Чэном и сестрой Цзян Янли. Приёмные родители работали археологами, а потому часто уезжали в экспедиции. Когда дети были помладше, дядя Цзян часто уезжал один и с ними оставалась мадам Юй. Но когда мальчики подросли, за ними стала присматривать сестра. Цзян Янли пусть и предпочитала тишину своей комнаты шумным праздникам, тем не менее не могла отказать своему непоседливому брату, когда тот делал большие глаза, прося разрешения позвать пару-тройку друзей на небольшие посиделки. Парой-тройкой дело правда никогда не ограничивалось, да и небольшими эти вечеринки назвать было тоже нельзя. Но Цзян Янли не сопротивлялась. Если уж её А-Сяню это доставляло столько радости. Приятелей из новой школы Вэй Усянь приглашал уже пару раз и вечеринки выходили отличными. Само собой разумеется, он звал и Лань Ванцзи, но тот всегда сухо отказывался. Вэй Усянь раздумывал, какую бы проказу устроить, если – а, вернее, когда – Лань Ванцзи откажется прийти на его вечеринку по случаю Нового года. Сам Новый год их семья, само собой, встречала вместе. Но потом дядя Цзян и мадам Юй должны были уехать на раскопки какой-то очередной святыни древности, и, конечно, Вэй Усянь не мог устоять перед прямо-таки витавшим в воздухе духе праздника. За этим занятием – придумыванием очередной шалости, которая бы вывела из себя Лань Ванцзи – и застала его сестра. – А-Сянь, – голос сестры был самым успокаивающим на свете. – Ты что-то замышляешь, – не спросила – утвердительно сказала она. Вэй Усянь заулыбался. – Ничего не укроется от моей шицзе, – ответил он. – Хотя я и не пытался. Понимаешь, шицзе, в моём классе учится парень. Вообще-то мне всегда хотелось с ним подружиться – он очень умный и, по-моему, очень крутой. Но на любые мои попытки завести разговор он отмалчивается или называет меня убожеством, – Вэй Усянь с невинным видом пожал плечами. – Разве это вежливо? Губы Цзян Янли дрогнули, будто она скрывала улыбку. – А-Сянь, – так же мягко сказала она. – Не тот ли это юноша, которому ты на протяжении целого месяца подкладывал в сумку журналы и рисунки, содержание которых ему явно бы не понравилось? Вэй Усянь ещё более невинно похлопал глазами. – Цзян Чэн рассказал, да? – надувшись, почти виновато пробормотал он. Таким он мог быть только с сестрой. Правда, недолго. – Да я же просто пытался его расшевелить! Он всегда такой сдержанный… – Все люди разные, А-Сянь, – с улыбкой заметила Цзян Янли. – Это нормально, что этот молодой человек может быть не таким, как ты. Не обижай его. – Да я… – начал было Вэй Усянь и замолчал. – Когда я вполне прилично предложил ему дружбу, он отказался. – Он как-то это объяснил? – уточнила Цзян Янли. – Нет, он только… – Вэй Усянь вспомнил тот день в столовой. – Он сказал “мгм”, – со смехом добавил он. Цзян Янли, казалось, на мгновение задумалась. – А что сказал ему ты? – наконец спросила она. – Ну-у… – Вэй Усянь задумался. – Я, кажется, рассмеялся, услышав его “мгм”. Это было так забавно! – А-Сянь, а ты не думал, что твой новый одноклассник этим выразил согласие с тобой дружить, но ты посмеялся над ним и это его задело? Судя по всему, он не очень-то многословен. Может, ему сложно выражать свои чувства? А когда он попытался принять твою дружбу, ты просто-напросто поднял на смех такой его слегка неуклюжий ответ, и он решил не общаться? Заметив неподдельное удивление на лице младшего брата, Цзян Янли поспешила добавить: – Я знаю, ты никогда не стал бы зло смеяться на кем-то, – сказала она, беря брата за руку. – Но мы все иногда бываем невнимательны к чувствам других. Может, тебе стоит прекратить задирать его, а попробовать поговорить? – Ну, я… Вэй Усяню было трудно это признавать, но, кажется, он растерялся. Неужели всё это время он так нещадно провоцировал Лань Ванцзи не потому, что это было просто весело, а потому, что хотел-таки добиться его внимания? И, что еще более невероятно, неужели в тот раз в столовой Лань Ванцзи на самом деле принял его предложение дружбы, но Вэй Усянь своим неконтролируемым смехом сам оттолкнул и без того нелюдимого одноклассника? Всё это звучало до того неправдоподобно, что Вэй Усянь чуть было не рассмеялся снова. Но по какой-то причине не стал. Что-то в словах шицзе, а ещё в её взгляде заставило Вэй Усяня почувствовать, что он далеко не всё знает и понимает о Лань Ванцзи. – Я придумывал, чего бы такого сделать, когда Лань Ванцзи опять откажется прийти на мою вечеринку, – честно сказал Вэй Усянь. Шицзе тепло улыбнулась, сжав руку брата чуть крепче. – Не лучше ли подумать о том, что бы такого ему сказать, чтобы он принял приглашение? Раз уж А-Сянь так хочет видеть этого мальчика на своей вечеринке. – Наверное… – неуверенно начал Вэй Усянь. – Наверное, нужно просто честно сказать, что я хочу, чтобы он пришёл. И что я не буду его доставать. Во всяком случае, меньше обычного, – на удивление неловко рассмеялся он. – И сказать, что в тот раз я не смеялся над ним, а просто… “Просто его “мгм” было очень милым”, – пронеслось у него в голове, но вслух он сказал лишь: – Спасибо, шицзе! Ты как всегда самая лучшая! Удивительно, но новая стратегия Вэй Усяня сработала. Он видел, что Лань Ванцзи колеблется, выслушав его речь, но и это уже было большой победой. Раньше он бы просто сжал губы и сухо ответил “нет”. Однако про случай в столовой Вэй Усянь почему-то решил не упоминать. Пока. – Лань Ванцзи, – Вэй Усянь знал, что балансирует на грани подлизывания, и очень старался не перегнуть палку, чтобы не оттолкнуть одноклассника. – Честное слово, в этот раз никаких шуток и подколов. Я правда хочу, чтобы ты пришёл. Познакомишься с моей шицзе. На целом свете нет человека лучше, чем А-Ли! – Хорошо. Сначала Вэй Усяню показалось, что ему послышалось. Он хотел было переспросить, но что-то подсказало ему этого не делать. Вместо этого он радостно выпалил: – Здорово! Обещаю, Лань Ванцзи, ты не пожалеешь! На вечеринке в тот раз собралась уйма народу. В доме ещё сохранились всевозможные украшения после Нового года, и Вэй Усянь деловито расхваливал те, что своими руками сделала его шицзе. Она же приготовила множество традиционных угощений, чем вызвала восторг со стороны одноклассников Вэй Усяня, который сожалел лишь о том, что не пригласил жениха шицзе, чтобы тот как следует поревновал и понял наконец, что за сокровище в лице А-Ли ему совершенно незаслуженно досталось. Однако помимо этого, у Вэй Усяня были и другие хлопоты. Эти самые хлопоты безмолвно сидели за столом и степенно пили апельсиновый сок из стакана. – Лань Ванцзи! – подсел к однокласснику Вэй Усянь. – Ну, что ты сидишь в одиночестве? Пойдем танцевать! Вэй Усянь знал, какой будет ответ, но всё равно решил попробовать. – Нет. – Нет так нет, – не стал спорить Вэй Усянь. – А ты попробовал наньгао? Шицзе сама приготовила! Спорим, ты нигде не пробовал таких вкусных! – Я не ем сладкое, – коротко, но вежливо отозвался Лань Ванцзи. – А? – удивился Вэй Усянь. – Что, совсем? – Сладости – это потакание своим слабостям, – объяснил Лань Ванцзи. – Как алкоголь или… Лань Ванцзи вдруг осекся, но Вэй Усянь готов был поклясться, что обычно молчаливый одноклассник вдруг стрельнул в него глазами. Немало этим удивлённый, Вэй Усянь решил уточнить: – Или? Или – что? Ты не договорил? – Ничего. Ответ прозвучал так, что Вэй Усянь понял: дальнейшие расспросы не принесут плоды. Пожав плечами, он продолжил сбивать Лань Ванцзи с истинного пути: – А что до алкоголя, так разве одна чарка – это такое уж потакание слабостям? Это рисовое вино совсем слабенькое… – Вэй Усянь вдруг погрузился в свои мысли. – Когда я ещё жил в приюте, старшие иногда в шутку давали попробовать младшим алкоголь. Знаю, что это не очень-то смешно, но я почти ничего не помню, только как засыпал почти с одной капли, – Вэй Усянь усмехнулся. – Но, наверное, из-за этого у меня выработался такой иммунитет к алкоголю, что сейчас напиться до беспамятства я ни при каких обстоятельствах не смогу. Он заканчивал свой рассказ уже на привычных весёлых тонах, но, повернувшись к Лань Ванцзи, вдруг обнаружил, что тот смотрит на него как никогда внимательно и с каким-то не совсем ясным Вэй Усяню выражением во взгляде. “Он… жалеет меня, что ли?” – с нехорошим чувством подумал Вэй Усянь. – Сколько тебе было, когда тебя усыновили? – вдруг спросил Лань Ванцзи. – Шесть. Так что в школу я уже пошёл вместе с Цзян Чэном, – ответил Вэй Усянь, а потом добавил, меняя тему: – Попробуй вино, Лань Ванцзи. А если не понравится, то я больше не буду тебе предлагать. Вэй Усянь наполнил чарку вином и подвинул к Лань Ванцзи. Вопреки его ожиданиям, тот и впрямь взял её в руки, осторожно поднёс к губам и выпил. Вэй Усянь неверяще поднял брови. – Лань Ванцзи, – тише обычного сказал Вэй Усянь. – Ты сегодня удивляешь меня как никогда. Сначала согласился прийти на вечеринку, потом удостоил меня разговором, а теперь ещё и выпил вина. Кстати, Лань Ванцзи, а ты раньше пил алкоголь? Лань Ванцзи повернул к Вэй Усяню совершенно спокойное лицо, одновременно с этим поставив опустевшую чарку на стол. Что-то в этом внимательном сверх всякой меры взгляде показалось Вэй Усяню странным. – Нет, – отвечая на его вопрос, сказал Лань Ванцзи, а потом, завалившись вперед, ткнулся лбом в плечо Вэй Усяня.