Океан надежды.

***

                   Остров.       Глаза Тенгена разомкнулись из-за ослепительного света. Он увидел, что тот самый свет шёл из прогала меж тропических деревьев. Узуй встал с места, отряхнув с себя песок и, наконец-то, решив, что и так пересушенная верхняя одежда с песком ему ни к чему. Поэтому он снимает с себя порванную рубашку, обнажая свой торс, который претерпел некоторые изменения: на втором ряду кубиков красовался белый шрам, простираясь до самого бедра, на некоторых рёбрах были маленькие царапины. Попытавшись идти, он чуть ли не падает, боль в ноге ужасная, взглянув на неё, тот заметил перебинтованную стопу, и подобрав пару сильных палок, он опирается на них, дабы идти дальше. — Кёджиро? — пытается позвать своего друга, он выходит с тропической части острова, оглядываясь на всё ещё приплывающие остатки корабля. Проходя чуть дальше, он замечает, что эти доски были кем-то спилены. Как? Кем?       В мыслях Узуя перебралось пару идей, к примеру, это мог бы быть Кёджиро, решивший что-то сделать с остатками, но где он? Собирает обломки в другой части острова? Белобрысый долго раздумывал, пока не услышал чей-то грубый голос. Прохромав до ближайшего куста, Узуй решает рассмотреть источник звука поближе.       Это был огромный мужчина, ростом с погибшего Гёмея, весь татуированный, имеющий как набедренную повязку из тропических листьев, так и ожерелье на шее из акульих зубов. Второй человек, а именно девушка, очень походила на Кочо, но она имела на своей голове Гавайский венок, грудь покрыта другими волокнами растений, а пояс прикрыт тканью бывшей униформы. Разглядывая их ближе, мужчина, не удостоверившись в прочности конструкции, с грохотом падает на обжигающий песок. Из-за чего незнакомые лица повернулись в сторону шума и подошли помочь Тенгену. Но белобрысый вырывает пару колосьев травы и берёт две удлинённые палки, связывая их вместе, он таким образом создал своеобразные нун-чаки и, резко встав, начал махать ими, создавая дистанцию. — Не подходи ко мне ближе, чем на одно дзё! — выкрикивал Тенген. — Говори, куда ты дел Кёджиро!       Незнакомец остановился, лишь по-своему издал басистый смех. Мужчина не мог понять размахивающего азиата, и когда на его плечо сел тот самый Дрозд, который заговорил тем же бассовым голосом, что и он: — Кёджиро? Тот парень что с жёлтыми волосами? — переспрашивал островитян, пока на то же самое место не вышел тот, о ком шла речь.       Ренгоку, как и Тенген, был полураздетый, из одежды у него были только заштопанные штаны, на голове у него имелась бандана из какого-то растения, что находилось здесь. — Мауи, куда мне их поставить? — держа на одном своём плече доски, Кё внимательно посмотрел на обороняющегося Узуя. — О! Узуй! Ты уже проснулся, как я вижу. — Ренгоку? — посмотрев на довольно видоизменённого друга, Тенген прекратил баловаться нун-чаками, подбежав к другу, он крепко обнял его, совсем позабыв о боли в ноге. — Хах! Да чего же ты? Всё хорошо. Всё в порядке, ну… Почти всё, — проговорил Кёджиро, похлопав по спине Тенгена.       Белобрысый, обнимаясь, слегка отстранился — Как это, почти? — спросил Узуй. На его лице читалось удивление. — Я тебе позже обьясню. — Ладно?       Столп звука посмотрел на островитяна уже с задумчивостью: — Ты вообще, кто такой? Откуда? — Охо-хо… Я полубог ветров и океанов, герой для молодых людей и детей, — ярко демонстрируя своё телосложение, слегка подправил юбку, улыбаясь. — А имя-то, какое? — Мауи, — скрестив руки на груди, сказал островитян. Его это явно взбесило. — Ясно. Как оказался здесь? — Меня отправили сюда боги океана! — своеобразно отвечал полубог. — Хммм… Боги говоришь? — Конечно! Как же без них. — Раз ты полубожество, тогда почему не ушёл с этого острова?       Мауи положил на плечо Узуя свою ладонь. Указав на своей груди живую татуировку себя, что держала и показывала волшебный рыболовный крючок, он вскликнул: — Нету крюка — нету и сил! — Значит, ты не настоящий Бог, — он метнулся, отстранившись от полубога. — Ты не сможешь быть таким же, как я, богом всего блестящего!        Островитянин недовольно фыркнул, затоптал ногой, грозно искривился и выговорил: — Но я знаю, кто явно купается в блеске больше, чем ты за всю жизнь, — на его лице заметно появилась злобная ухмылка. — Хах! Никто не может быть блестяще меня! — Ошибаешься. — Кто этот придурок, что посмел противостоять моей блестящей красоте? — звонко вскликнул Узуй. — Ох-хохо, огромный краб, — взобравшись на высокую пальму, он взглосил. — Больше, чем эта пальма вместе со мной в три раза! А самого краба звать — Томатоа! — От слова Томат? И он блестящий? Пфф, ещё и не таких демонов я побеждал на своём пути! — Хах. Скажу прямо: его кожу не берёт любой метал добытый людьми! Даже с Божественными артефактами ты добьёшься малого эффекта, — приземлившись на песок, он взглянул на некоторых выживших.       Тут Тенген вспоминает и подходит к Шинобу. Спрашивая: — А то самое оружие, которое дал нам деревянный, считается божественным? — Ну да, — отвечала она — Тащи сюда, щас протестируем, что нам дал этот Тане!       Впервые на лице Ренгоку промелькнула неуверенность, и Узуй заметил это первым.       Он, хромая, подбежал к нему: — Почему ты опечалился? — приобняв друга, белобрысый откинул бровь. — Мы… Потеряли то подаренное оружие…       Узуй сменился в лице. — Как это, потеряли? — Так, — глаза Ренгоку блуждали по обстановке. — Мы не нашли их на острове, они либо могли уплыть в совершенно другое место, либо могли… — Попасть в Лолатаи! — перебил Мауи — Куда-куда? — не расслышал Тенген. Повернувшись опять к нему. — Вы что, совсем не знаете мифологий?       Тенген переглянулся на Кёджиро и Шинобу. — Поверхностно — М-да, с такими фактами вы все, как мухи, передохните. — Какой ты оптимистичный! — саркастично взгласила Кочо. — Зато, правда. — Ладно, умяли тему, — говорил Кёджиро       Жёлтоволосый, удерживая на своём плече Узуя, присел на доску. Решив спросить: — Слушайте, а когда этот корабль будет готов? — Не скоро, — вновь забравшись на банноновое дерево, он содрал с верхушки пару бананов, очистив один из них, Мауи кинул один к себе в рот: — Мы ещё половину дела не выполнили, отплывать пока рано. — М-да, негусто… — проговаривал Узуй. — Тогда надо хотя бы еду добыть. — Этим уже занимается Сара Чи, — ответила спокойным тоном Шинобу. — О, он выжил что ли? — Ну понятное дело, что да, только он потерял ногу. Ему пришлось делать протез — Жалко старика, где он сейчас? — В противоположной части острова, около рифа рыбу ловит — Всё ясно, спасибо, — Узуй встал с доски, слегка прихрамывая, он отошёл от них. — Я пойду проведаю его, а вы пока костёр, шалаш и чего-нибудь для меня, бога развлечений, сделайте! — Иди уже.       Белобрысый прихрамывая идёт к тому пути, куда отправила Шинобу. Тенген ходил полу-босым по расскалённому песку. Вода казалась полностью прозрачно-голубой, освежающей. И не так далеко находился наш недо-рыбак, который держал на руках своеобразную удочку, она состояла из: удлинённой палки; небольшой бечёвки и крючка, созданного из ребра рыбы. Подходя к нему ближе, Тенген садиться на стул, и посмотрев на мужчину, он сказал: — Здравствуй, клюёт? — Здорова, да не особо, у рифа вовсе мелкая рыбёшка, так что придётся питаться мелкой селёдкой. — М-да, а на острове есть какие-то вкусности? — Годовалые кокосы, бананы, манго, пару вид ягод, а дальше я уже не заходил. Если хочешь покушать, то под пальмой я оставил то, что успел набрать.       Узуй, повернувшись, мог увидеть под указанным деревом целую гору фруктов, некоторые овощи, набранные в тарелку ягоды. Подойдя к завалу еды, он взял тарелку брусники. И вновь подошёл к Чи. — А как ты вообще сделал тарелки? Все наши вроде разбились, а это. Из травы? — набрав в руку пару ягод, прожёвывая их, белобрысый выплюнул косточки в песок. — Когда я был моложе, то один капитан показывал, как создать корзины, тарелки и подобные изделия из растений, и вот я использовал свои знания. Как-то так. — Интерефно… — проглотив пару ягод, Узуй так0же прокручивал в голове один возникший вопрос. Тенген, пока обдумывал его, будто бы замер. — Ей, с тобой всё в порядке? — возвращая в реальный мир, говорил старик. — Я тут подумал… Кто ещё мог выжить в этом крушении? Пока я знаю, что выжил ты, великолепный я, Кочо, Ренгоку… Как там Сейн? — А тебе не говорили? — Вроде бы нет. А что должны были сказать? — Пока ты лежал в отключке, я нашёл его тело… В не самом лучшем свете. — Обьясни. — Он напоролся грудной клеткой на огромный штык, — старик затих. — И ты не предпринял план его спасти? — Я позвал Кочо, но в действительности, его сердце было вырвано, а некоторые органы так и вовсе разорваны, — тон мужчины помрачнел. — Я его похоронил должным образом, возле могил его экипажа. — Ох… — картинка казалась ясной. Теперь нет какого-то надоедливого полторашки, который мог бы им помешать в путешествии или мог бы пойти против них. Однако, он был и добрым попутчиком, знавшим план их действий в общем. Тенген решил больше не затрагивать эту тему, вновь набрав в рот пару ягод. — Он был хорошим человеком, но с трудным характером… — не смотря на все переживания, удочка дёрнулась, и встав на пол ноги, мужчина откинул руки вверх, дабы выловить рыбу. Она оказалась огромной. — Охо-хо! Мне не поверят! — тон мужчины изменился, наконец-то отбросив эту тему — Вот это рыбёшка! — выкрикнул Тенген, поднимая брови — Однако, что-то тут не так… — гладя по трясуйщейся рыбине рукой, мужчина аккуратно дотрагивается до бивня нарвала. — И что же? Рыбина то во какая! Тут только радоваться надо! — Нет, я не об этом, я вообще о том, что нарвалы у рифов, как факт, не могут очутиться, и что же её сюда занесло… — Занесло, так занесло! Нечего здесь придумывать мистику, старик, давай покажем всем! У нас щас такой обед будет, насытимся сполна. — Я бы на тебя посмотрел, если бы тебе попалась Рыбина, которая должна быть вообще около льдов! — Да ладно тебе! Всё, оставляй, щас так блестяще покушаем! М-мм! — промычал Тенген, беспощадно надрывая острым кончиком деревянной палки жабры нарвала, дабы не дать ему воздуха. — Ну что ж, пошли покажем им, на что мы способны!       Тенген, ждя пока Чи-сан возьмёт рыбку за хвост, а сам взял его за рог. Они стали тащить его до других ребят.