Punkt ohne Wiederkehr

      После небольшого перерыва начался допрос свидетелей с обеих сторон. От лица Герберта выступил господин Дейвис и пара банкиров, с которыми парень успел познакомиться и зарекомендовать себя. Все они говорили о незаконности сделки, а также чрезмерном злоупотреблении Андерсоном состоянием «богача». Когда Чарльз Дейвис отвечал на вопросы адвоката, в зале было настолько тихо, что можно было услышать жужжание мухи. Для многих показания этого альфы были решающими.       Со стороны Андерсона выступили пара сошек, которых, как предполагал Герберт, либо запугали, либо им хорошо заплатили. Все они, как под копирку, твердили о благородстве и добродетели Пола Андерсона. На Герберта они старались не смотреть, всячески укрываясь от его проницательного взгляда. Альфа лишь тихо прыснул, когда допрос был закончен.       Потом настало дело улик. И тут выступил господин Томсон. В бумажном виде он предоставил суду распечатки незаконных сделок компании Андерсона и акты ведения черной бухгалтерии. Пока судья ознакомлялся с материалами дела, на экран проектора, для всех присутствующих, была выведена вся информация в электронной форме. На пару минут в зале вновь стало тихо: все ждали бурю, и она последовала.       - Ах ты, щенок! – не взирая на жалкие попытки своего адвоката остановить его, Андерсон поднялся со своего места и направился к столу Герберта. – Ты вломился в мой офис и сфальсифицировал документы! Ты…       Их разделял лишь деревянный стол. Пока судья стучал молотком и призывал сохранять спокойствие, а приставы и охрана стремительным шагом направлялись к ним, внутри Герберта вспыхнул пожар. Он видел, как замахнулся на него альфа и, недолго думая, ногой опрокинул стол, придавив мразь на какое-то время.       - Как же давно я мечтал это сделать, - встав со своего места, Герберт в одночасье очутился возле пытающегося подняться Андерсона и, как он сам ранее, замахнулся для удара.       Эван приложил руку к лицу, чтобы не закричать. Увидев, как Андерсон с горящими от гнева глаза подбегает к Герберту, омега уже хотел было подняться, но сильная рука альфы напротив остановила его.       Нейт перехватил руку парня. Герберт попытался вырваться, но хватка была слишком сильной для простого охранника. Он не сразу понял, кто стоял позади него.       - Остынь, - сквозь зубы прошипел Нейт, толкая Герберта ближе к себе. – Что ты творишь?       Герберт, тяжело дыша, опустил руку. В это время охрана начала их разнимать, и судом была объявлена пауза. Воспользовавшись моментом, Нейт увел Герберта подальше от любопытных глаз. На улицу им было нельзя – там их дожидались репортеры, поэтому альфа просто усадил парня на одну из скамей в коридоре. Вскоре к ним присоединился Чарльз Дейвис.       - Простите, - обращаясь сразу к обоим альфам, прошептал Герберт, опустив голову на руки. – Я…сорвался.       Ему и вправду было стыдно. Он, опаленный яростью, чуть было не избил Андерсона до полусмерти. Еще немного и все их старания закончились чудовищным крахом.       - Забудем об этом, - господин Дейвис, сев рядом, положил руку на плечо парня. – Все обошлось, Герберт. Еще немного, и все закончится.       - Тебе осталось только продержаться, - добавил Нейт с выдохом. – Ты справишься. Мы все в тебя верим.       Да, они действительно верят в него.       После возобновления заседания судья, прочистив горло, обратился к господину Томсону. Речь его была длинной и осторожной, он без конца поглядывал на Пола Андерсона и его адвоката.       - …И, поскольку ни вы, ни ваш клиент не можете сказать суду, каким образом были добыты материалы, суд признает их незаконными и не может отнести это как доказательства.       Внутри у Герберта что-то рухнуло. Конечно, они ожидали подобного, но слышать это от судьи… Он знал, что его показания, как и показания господина Дейвиса и прочих, не помогут ему выиграть дело. Значит, это конец.       - Прошу прощение, ваша честь, - поднявшись со своего места, начал господин Томсон, - Однако мы можем доказать достоверность представленного суду материала. У нас есть еще один свидетель, и я прошу суд пригласить сюда господина Билла Сандерса.       Герберт, как и Андерсон, испытали в этот момент схожее чувство удивления и шока. Один с открывшимся ртом посмотрел на своего юриста, другой – на своего адвоката.       Билл Сандерс неуверенной походкой вошел в здание суда. Все присутствующие поняли, что решение по этому делу сейчас зависит от показаний одного человека, поэтому обратили на него пристальные взгляды. Мужчине, и без того напуганному, явно было некомфортно. Он достал платок и начал вытирать пот с лица, однако неуверенно, но все же шел к скамье.       Герберт, все в таком же шоковом состоянии, слушал, как Сандерс, запинаясь и теряясь, рассказывает о том, что лично передал ему, господину Майеру, все документы. О них Билл узнал от самого Андерсона. Адвокат пытался возразить, разбрасывая по столу различные бумаги, но все его протесты были отклонены.       - Суд удаляется для объявления приговора.       После стука молотка показалось, что все присутствующие начали говорить одновременно. Герберт заметил, как сжались кулаки Андерсона, как покраснело его лицо и взмокли волосы. Он смотрел на Сандерса, который, нервно сглатывая, направился к Герберту.       - Как вам это удалось? – восклицая, спросил альфа у Томсона.       - Никак, - улыбнувшись и пожав плечами, ответил тот. – Господин Сандерс позвонил мне накануне и сам предложил свои услуги.       - Все верно, - подойдя к Герберт, ответил он. – Я…       - Но почему? – поднявшись со своего места, спросил альфа. – Мы ведь договорились, что…       - Да, договорились. Но после разговора с вами я подумал, что, струсив сейчас, так и останусь никем. Мне надоело быть пешкой в его руках, молодой господин.       Не скрывая восхищения, Герберт протянул Сандерсу руку. Они проговорили еще пару минут, а затем судья вошел в зал.       - Суд постановил признать господина Пола Андерсона виновным в незаконном вымогательстве и денежных махинациях. Основываясь на представленных доказательствах, суд признает сделку между Полом Андерсоном и ныне покойным Артуром Майером незаконным, и аннулирует ее. Все имущества господина Андерсона, а именно: сеть отелей в Англии и Германии, передается во владение наследнику Артура Майера, Герберту Майеру, его единственному сыну. Поскольку господин Майер не достиг совершеннолетия, временным опекуном его имущества, по согласованию с обвинением, станет господин Чарльз Дейвис. Также суд обязует выплатить Полу Андерсону сумму, которая, при подсчете коллегии, должна была пойти в бюджет государства, а именно…       Половину приговора Герберт пропустил мимо ушей. Он догадался, что все закончилось, лишь когда в зале вновь раздались торжествующие аплодисменты и выкрики. Мистер Томсон с нескрываемой радостью обнял Герберта. Все закончилось.       В пальцах покалывало, в висках стучало от криков, но Герберт был рад. Он ощутил прилив сил и готовность сражаться. Да, он выиграл битву, но не войну. И он обязательно доведет дело до конца.       Отец, если все эти штуки про загробную жизнь правда, то, я уверен, сегодня ты сидел рядом со мной. Обещаю, вы будете мною гордиться.       Услышав приговор, Эван замер. Он хотел заплакать и засмеяться одновременно. Омегу переполняли чувства, он с трудом сдерживался, чтобы, как и многие из присутствующих, не подняться со своего места. Сжав свои ладони возле груди, он смотрел лишь на Герберта.       Уильям, поняв эмоции сына, стоило ему лишь вглядеться в его лицо, обнял Эвана за плечо. Он и сам был очень рад и доволен.       - Пойдем, подождем их снаружи, - шепнув сыну на ухо, он поднялся со своего места. – Тут очень шумно и душно.       - Дда, - кивнул Эван, поднимаясь вслед за отцом.       В зале суда начался настоящий шторм. Андерсон начал выкрикивать ругательства в адрес всех, в особенности Герберта и судьи, из-за чего охране, как и Джексону, пришлось выпроводить его немедленно. Остальные подходили к молодому альфе, пожимая руку и представляясь. Герберт спокойно принимал поздравления, хотя в душе ему хотелось лишь одного: вернуться домой.       Дом…теперь он сможет построить настоящий особняк! Ну, или для начала просто купить Джитте новое платье.       Альфы, омеги и беты продолжали мелькать перед глазами. Нейт и господин Дейвис стояли чуть поодаль, обмениваясь комментариями с банкирами. Господин Томсон тоже был неподалеку. Герберт старался отыскать глазами Эвана или господина Уильяма, но из-за толпы сделать это было тяжело. Лишь спустя несколько минут Герберт понял, что в зале их уже нет. Как и не было Андерсона.       Сердце пропустило удар от нараставшего чувства волнения.       Как только Эван с папой покинули зал, к Уильяму подошел один из старых приятелей Чарльза. Он выразил поздравления, и они разговорились. Эван стоял чуть поодаль, не став вникать в смысл из разговора. К тому же, из-за эмоций ему было сложно уловить суть.       Омега решил воспользоваться уборной, чтобы хоть немного унять бьющиеся сердце. Он прошел до конца коридора, завернув направо. В тот момент, когда он хотел взяться за ручку двери, та с громким хлопком открылась. Перед ним, с взъерошенными волосами и горящими от злобы глазами, стоял Пол Андерсон.       Взгляд альфы заставил омегу моментально отвернуться. Пробубнив тихое «извините», Эван развернулся и хотел последовать обратно, но неожиданного его резко впечатали в стену. Худощавая рука сжалась возле его горла. От запаха, напоминавшего гниль, становилось тошно.       - Что, милый, я тебя напугал? – глаза Андерсона были безумны. – Бежишь к этому щенку Майеру?! Думаешь, этот выблядок тебя защитит? Как бы не так, очень скоро он поплатится за сделанное здесь.       Эван пытался вырваться или закричать, но рука стиснула его рот, а вторая опустилась на бедро, с силой надавливая. Омега издал болезненный стон.       - Может, мне проучить его, наказав тебя, а? – злобно улыбаясь, продолжал шептать Андерсон. – Хочешь повеселиться, малыш? Я могу…       Резкий толчок, и у Эвана появляется доступ к кислороду. Почти сразу же он чувствует знакомый запах, а затем и видит его.       - Как ты смеешь прикасаться к нему, тварь, - шипит альфа, заслоняя собой омегу.       Выйдя из зала суда, Герберт, не найдя Эвана глазами, начал принюхиваться. И, уловив запах омеги, перешел на бег. А когда увидел возле него Андерсона, внутри что-то сломалось.       - Пришел защитить свою суку? – Пошатываясь, Андерсон подошел ближе. – Какая драма! А ведь мы с ним почти нашли общий язык, Герберт. Ну, ты понимаешь.       Руки предательски затряслись, выдавая волнение. Конечно, Андерсон заметил это. Но было уже поздно, чтобы включать самообладание.       - КАК ТЫ ПОСМЕЛ ТРОНУТЬ ЕГО?! – закричал Герберт. – Ты, ничтожество, и пальцем не смеешь к нему прикасаться! Я уничтожу тебя, если…       Андерсон в ответ лишь громко рассмеялся. У всех есть слабости. И он нашел его.       - Ну давай, Герберт, отпусти погулять своих демонов! – оскалился альфа. – Или мне нужно еще придушить твоего…       - Что здесь происходит?       За углом показался Уильям Дейвис.       - Что ты тут устроил, Пол? – настороженно спросил он. – Не умеешь принимать поражение?       - Отчего же, Уильям, умею, - щелкнув языком, Андерсон подошел к омеге. – А ты, я вижу…       Рука животного потянулась к омеге. Герберт тронулся с места, но, увидев господина Дейвиса, понял, что все обошлось.       - А ты все также распускаешь руки, Пол, - перехватив в воздухе чужую ладонь, Чарльз закрыл собой мужа. – Уходи, иначе тебе не поздоровится.       Вслед за альфой показался и Нейт. Бросив оценивающий взгляд на Герберта, он замер, с трудом подавив инстинкты.       - Пойдемте, господин, - с другой стороны вышел Джексон, подходя к своему начальнику. – Они правы.       - Замолкни, - вырвав руку, Андерсон бросил взгляд на Герберта. – Ты даже не представляешь, в какое дерьмо вляпался, щенок.       Альфа инстинктивно отступил назад, одной рукой прижимая Эвана ближе к стене. Он старался закрыть его, старался уберечь от этой мерзости, но увиденная картина так и стояла в голове. Андерсон все понял.       - Только посмей… - задыхаясь, начал Герберт, но договорить так и не смог.       - Какая чудесная картина, Джексон. Оказывается, даже такой, как наш малыш Герберт, способен испытывать страх за кого-то. Забавно.       - Уходи, - Чарльз Дейвис окончательно поставил точку.       Как только Андерсон и Джексон удалились, Герберт повернулся к Эвану:       - Ты в порядке? – спросил он, сжав руку омеги. – Что он тебе сделал? Скажи, что все в порядке, Эван! Если нет, я…       Омега потерял дар речи. Глядя на Герберта, он лишь дрожал.       Все из-за него. Все это произошло из-за него.       На помощь Эвану пришел папа. Уильям, видя состояние Герберта, аккуратно коснулся рукой его локтя:       - Герберт, все хорошо, - мягко начал омега. – Эван в порядке, и мы все тоже. Он в безопасности.       Герберт почувствовал, как в глазах начинает двоиться. Мысли смешались, тело пробил озноб. Он вновь ощутил себя беззащитным ребенком перед лицом настоящего зла. Грудь часто вздымалась, он начал задыхаться.       Из здания суда они вышли через черный вход. Уильям отвел Герберта в машину Нейта, хозяин которой сел с мистером Дейвисом в его автомобиль. Оба альфы молчали. Они все понимали без слов.       В другой машине холодный воздух кондиционера постепенно приводил альфу в чувства. Он сидел на заднем сиденье, наблюдая за тем, как изящная рука омеги гладит его по волосам:       - Ничего, все хорошо, - Уильям также мягко улыбался, глядя на альфу. – Ты многое пережил за этот день, Герберт, и ты молодец. Сегодня в Манчестере очень жарко, да и в суде было душно, и еще и этот негодяй доставил нам неприятности. Такое бывает из-за сильного стресса. Выпей воды.       Герберт молча повиновался, делая пару глотков. Благодаря мистеру Уильяму он смог устоять на ногах. Нейт помог ему добраться до машины, а уже в ней дыхание альфы постепенно нормализовалось. Но светлые волосы все еще были мокрые от выступившего пота, а руки подрагивали.       - Простите, - тихо произнес альфа. – Я доставил вам неприятности.       На переднем сидении в пол оборота находился Эван. Он, кусая губы, смотрел на альфу, стараясь не выдать эмоции. Папа ему поможет, уже помог. Он ведь врач, все хорошо.       - Перестань, - отмахнулся Уильям, прижимая альфу к себе. – Ты не сделал ничего плохого. Наоборот, ты снова защитил моего сына.       Вдыхая запах ванили, Герберт позволил себе на мгновение прикрыть глаза. У него никогда не было отца омеги. Но, сколько альфа себя помнил, всегда завидовал тем, у кого есть такие, как господин Уильям.       - Вы супер, - Герберт улыбнулся. – Спасибо вам.       - Не смущай меня, - Уильям саркастично закатил глаза, а затем посмотрел на Эвана. – Я вас оставлю.       Как только папа покинул машину, омега поднял глаза на Герберта. Тот уже смотрел на него, но ничего не говорил. Эван снова начал нервничать и впился ногтями в свои бедра. Наконец, Герберт, поудобнее устроившись на заднем сидении, развел руки по сторонам:       - Иди ко мне.       Эвану ничего не стоило перелезть назад, а затем и расположиться на груди альфы. Герберт был горячим, а его сердце часто билось. Эван уткнулся носом в его влажную рубашку, вдыхая чужие феромоны.       - Прости меня, - прошептал омега. – Это все я виноват.       - Даже не смей себя обвинять, - альфа провел рукой по взъерошенным волосам. – Ты ни в чем не виноват. И извиняться тебе не за что.       Эван нервно сглотнул. Он вспомнил лицо Герберта, его эмоции и страх. Страх за него.       - Я просто глупый омега, - подняв голову, с отвращением произнес он. – Только доставляю неприятности. У тебя были такие глаза, Гер, я…       Я не хочу больше видеть такой взгляд.       Герберт тяжело выдохнул, прижимая омегу сильнее:       - Эван, прошу тебя, хватит, - слова давались альфе с трудом. – Ты ни в чем не виноват, ясно? Случилось то, что случилось. Мне жаль, что я позволил Андерсону добраться до тебя. Когда я увидел, как он тебя сжимает, а потом и ощутил на тебе его запах, я просто…просто…       - Так сотри с меня его запах! – выкрикнул Эван.       Герберт с удивлением распахнул глаза, а затем губы омеги сомкнулись на его собственных. Эван перелез на колени альфы, не переставая целовать. Герберт слегка опешил, но вскоре взял инициативу в свои руки. Видеть омегу рядом с Андерсоном было выше его сил, хвала небесам, что он подоспел вовремя.       - Ты будешь в безопасности, - разорвав поцелуй, прошептал Герберт в приоткрытые губы. – Я тебя обещаю. Твои родители, Нейт и я сделаем все, чтобы тебя защитить.       - Знаю, - кивнул омега. – Когда ты закрыл меня собой, я это почувствовал. И не только тогда. Я всегда ощущаю себя в безопасности рядом с тобой.       Герберт улыбнулся, чмокнув омегу в нос.       - Тебе пора, отец ждет.       - Обещай писать мне, хорошо?       - Обещаю, омежка.       

***

      После того, как Эван покинул машину, Герберт пересел на переднее сидение. Через пару минут на водительское кресло опустился Нейт:       - Ну, как оно? – спросил альфа, тронув лоб парня. – Горячий еще.       - Все нормально, жить буду, - ответил Герберт. – Я вас сильно напугал?       - Не то слово. И твои глаза, я…       Я не хочу больше видеть такой взгляд.       Увидев, как поник парень, Нейт потрепал его по плечу:       - Ладно, забудь, что-нибудь придумаем. Сейчас важно одно: ты выиграл дело. Я отвезу тебя домой, проведи этот день с ними. А завтра начнем восстанавливать бизнес твоего отца. Вернее, ты начнешь.       Герберт кивнул. Да, работы действительно предстояло немало.       Гертруда и Джитта, конечно, уже все знали. Новость разнеслась быстро по многим каналам. Несмотря на то, что телевизор они смотрели редко в целях экономии электроэнергии, сегодня ограничения были сняты.       Герберт накупил еды. На их столе с побитыми ножками в кое-то веки было хорошее мясо, рыба и различные гарниры. Альфа наконец подарил Джитте платье, а Гертруде - новую сковороду, как и обещал ранее. Вечером у них был настоящий пир. Женщины с трудом сдерживали слезы, глядя на своего молодого господина.       Закончили они лишь ближе к полуночи. Тогда Герберт и озвучил им то, о чем думал с самого дня:       - Вам нужно уехать. Я сниму в Берлине дом, и вы останетесь там, пока я не улажу дела здесь, в Манчестере.       Конечно, они стали возражать, но альфа был непреклонен, даже суров. Он знал, что с таким Гербертом женщины не будут спорить, а потому, хоть и с трудом, но согласились.       Герберт отправил их в Германию через пару дней после того, как Полу Андерсону пришлось отказаться от владения сети отелей. В этот же день, одетый в новый темно-синий костюм, альфа вступил на порог отеля.       Своего отеля.       Персонал выстроился перед ним, с интересом и волнением глядя на нового хозяина. Охраны не было, поскольку все они принадлежали Андерсону. Герберт изучающе смотрел на каждого из работников, отмечая на их лицах усталость, любопытство и страх. Подозвав парня-администратора, который меньше месяца назад давал им с Эваном ключи, Герберт попросил разыскать Кая и немедленно привести его. Сам же альфа пока решил остановиться в одном из номеров, на последнем этаже.       Через час в дверь номера постучали.       - Войдите, - крикнул Герберт.       Кай застал молодого господина на полу. Тот, копаясь в чертежах и бумагах, что-то отмечал и писал карандашом поверх других записей.       - Господин Герберт, - Кай выдохнул. – Я так рад, что вы теперь хозяин этого места. Полагаю, вы хотели предложить мне место?       - Да, Кай, - поднявшись, ответил альфа. – Я хочу предложить тебе место, как и обещал. Но не место администратора. С этого дня ты станешь моим управляющим.       Кай, не веря своим ушам, нахмурился, а затем поднес руку ко рту:       - Господин! Нет, это не для меня, я всего лишь…       - Оставь это, - улыбаясь, Герберт подошел ближе к омеге. – Садись.       На негнущихся ногах Кай последовал за Гербертом на диван.       - Ты же уловил мою интонацию, Кай, - продолжил Герберт, внимательно смотря на омегу. – Это был не вопрос. Я делаю тебя управляющим, и точка. Кто, как не ты, знает отель лучше? Ты ведь хотел, чтобы я вернулся, так? Без тебя мне не справиться.       От подобных слов сердце омеги дрогнуло. Несмотря на то, что он был старше молодого господина, в тот момент ему казалось, будто перед ним сидит сам Артур Майер – тот харизматичный и непреклонных в своих решениях бизнесмен, о котором рассказывал отец.       - Ххорошо, - заикаясь, кивнул Кай. – И…какие будут указания, господин?       - А вот это уже другой разговор.       Поднявшись со своего места, Герберт прошел в одну из комнат, и вернулся оттуда с блокнотом и ручкой. Вручив из Каю, он заговорил быстро и твердо, стараясь ничего не забыть:       - Во-первых, нужно на какое-то время закрыть отель. Пусть администраторы позвонят по броням и сошлются на технические работы, ремонт или нашествие носорогов, неважно. Тех гостей, кто уже находится здесь, нужно предупредить о наличии шума. Можно переселить их в другие мои отели, однако предупреди, что это лишь временные вынужденные неудобства.       Кай, все еще взволнованный, тем не менее взялся за работу. Открыв блокнот, он начал быстро писать, словно под диктовку.       - Во-вторых, нужно переименовать отель. Я хочу, чтобы он назывался, как и прежде. Наймите рабочих и тех, кто занимается реставрацией. Я хочу, чтобы отель вновь блестел, как раньше, понимаешь?! Снимите чехлы с колонн, очистите место от пыли и мусора. Номера должны быть в идеальном состоянии, нужно заказать новое белье и обставить интерьер более…современно. Старые предметы лучше выбросить. Удвой количество персонала, сейчас этих людей не хватит даже на обслуживание отеля в захолустье. Найми подольше горничных, а также охрану. Начальника охраны я выберу сам, за тобой – остальные ребята. И еще удвой зарплату сотрудникам, они не должны работать за идею. Также…       На все указания ушло около десяти минут. Когда Кай закрыл блокнот, его глаза горели от восторга и желания заняться делом немедленно. Герберт понял, что сделал правильный выбор.       

***

      Пока Кай, по указаниям Герберта, занимался обустройством главного отеля Манчестера, сам альфа постепенно поднимал бизнес отца. Акции компании сильно упали за время правления Андерсона, поэтому приходилось выкручиваться всеми возможными методами. Многие банкиры помогли Герберту на старте, но большая часть по-прежнему воздерживалась, боясь последствий. Дух Андерсона все еще витал среди бизнесменов, все гадали, что будет дальше. В том, что униженный в суде альфа сделает ход, никто не сомневался.       Вместе с Нейтом Герберт занялся реставрацией других отелей. Друг посоветовал ему хороших управляющих, и сам присутствовал на собеседованиях. Затем они начали покупать прибыльные акции и, спустя пару недель, дела пошли в гору. Денег пока не хватало, но было достаточно, чтобы сделать все необходимое. Об отелях в Германии Герберт тоже позаботился:       - Как только все это закончится, я полечу туда, - сказал он как-то Нейту. – А пока оставлю дела Гертруде. Андерсону, к счастью, до них дела не было, или из-за тяжелой наркоты он просто забыл, что существует что-то, помимо Англии. Отели почти не пострадали, как я узнал, поэтому моя помощница быстро разберётся. До того, как стать няней, Гертруда и сама работала в отеле отца. Так они и встретились со своим будущем мужем.       Нейту идея Герберта понравилась. Он отметил, что за последние месяца парень сильно вырос. Герберт стал лучше разбираться в бизнесе, освоил базовые нормы и правила поведения, даже прокачал психологию взаимоотношений и ведение переговоров. Ведение крупных дел словно было у него в крови, как не раз подмечал господин Дейвис. Конечно, он по-прежнему иногда ленился и вел себя, как ребенок, но это не мешало его бизнесу идти в гору. Нейт бы даже его похвалил, но знал, что от такого альфа слишком расслабится.       Однажды, будучи на одном из объектов, Герберту позвонил Чарльз Дейвис. Он предложил парню поужинать сегодня в его ресторане. Голос у альфы был монотонный, и по интонации невозможно было понять, в каком он настроении. Герберт согласился, он и сам ждал момента их встречи, но не знал, как начать.       В назначенное время Герберт, одетый в темный твидовый костюм, вошел в ресторан. Его встретили сразу несколько человек, обратившись по имени, а все столы, за исключением одного, пустовали. Герберт сглотнул: видимо, мистер Дейвис готовился к этому дню. Как и он сам.       - Рад тебя видеть, Герберт, - встав со своего места, бизнесмен пожал парню руку. – Дела идут хорошо?       - Благодаря вам, сэр, - ответил альфа, садясь напротив. – А ваши дела…как?       - Если тебя интересует, предпринял ли что-то Андерсон, то нет, все тихо. Но давай сначала насладимся едой, ни к чему спешить.       Тон альфы был приветливый, но глаза выдавали напряжение. Одет он был в темно-бардовый смокинг, на одном из запястье блестели золотые часы. От Чарльза Дейвиса пахло уверенностью и чем-то сладким. Должно быть, до этой встречи он проводил время в компании мужа.       Ели они молча. Сцена напоминала их свидание с Эваном. И, как в прошлый раз, должен последовать серьезный разговор.       - Ты наверняка знаешь, зачем я позвал тебя, зная, как сильно ты занят, - начал мистер Дейвис, повертев бокал с вином в руке. – Андерсон, очевидно, думает, как нам отомстить. И рано или поздно он сделает свой ход.       - Да, - кивнул Герберт. – И я думаю, что он ударит по вам, господин Дейвис.       - Я тоже так считаю, и Нейт со мной согласен. Но знание не дает гарантии успеха.       Герберт все это время старался не думать о произошедшем в суде. Нейт не упоминал этот случай, как и Эван, с которым они в последнее время редко общались. Однако сейчас воспоминания нахлынули с новой силой. Мало того, что тот урод посмел тронуть Эвана, так еще и пытался задеть господина Уильяма. Руки парня сжались в кулаки под столом.       - Я знаю, что должен быть с вами честен, господин, - начал Герберт, поднимая глаза. – И я буду. Это из-за меня вы и ваша семья в опасности. Я показал слабость, а Андерсон только этого и ждал. Будь я чуть сдержаннее, все бы…но что толку об этом сейчас говорить. Когда я уловил запах Эвана, а затем и его, меня затрясло. Я не должен был допустить, чтобы этот мерзавец прикасался к вашему сыну, чтобы оставлял свой запах на его теле. Я был так зол, а потом так напуган, что…       Чарльз Дейвис внимательно слушал парня. Он был искренен, его голубые, почти бездонные, глаза не врали. Вспоминая ту ситуацию, он и сам сильно разозлился за то, что оставил мужа и своего сына наедине с такой тварью, как Андерсон. Но затем увидел реакцию Герберта, глаза Эвана, и мысли перетекли в другое русло. Он упустил момент, когда парень и его сын стали настолько близки.       Испытывал ли он злость на Герберта?! Нет, хотя не раз признавался себе, что хотел бы. Чарльз всегда думал, что альфа его сына ему не понравится, но ему придется смириться. Но, когда перед тобой сидит Герберт Майер, он терялся. Он будто видел Артура – молодого, веселого и способного покорить целый мир. Как в прежние времена.       - Что происходит между тобой и моим сыном, Герберт? – после долгого молчания спросил Чарльз. – Знаю, что вопрос бестактный, но я хочу услышать ответ.       - Он мне нравится, - также спокойно ответил парень. – И, думаю, я нравлюсь Эвану тоже.       - Ты не сказал, что он твой, а для альфы это важно. Почему же?       - Вы знаете ответ, сэр. Как я могу назвать Эвана своим, не гарантировав ему элементарную безопасность и комфорт?       Чарльз медленно кивнул. Да, он догадывался об этом. Он, как ни странно, словами альфы был доволен.       - Я знаю, что вам под силу защитить свою семью, - с отчаянием в голосе произнес Герберт. – И вы их защитите. Вы хороший муж и отец, я уверен. Поэтому огородите Эвана от меня. Сейчас я словно мина, на которой он в любую секунду может подорваться.       Последние слова дались Герберту нелегко. Он тяжело дышал и сжал край стола рукой. В его глазах затаилась печаль, которую Чарльз Дейвис легко прочитал. И тяжело вздохнув, ответил:       - Огородить? Ты думаешь, Эван этого захочет?       - Нет, но вы сможете на него повлиять.       - Уже нет, Герберт. Он слишком привязался к тебе, от этого мне страшно. Но в то же время я рад. Не знаю, как ваши отношения сложатся в дальнейшем, но я уверен, что ты сделаешь все, чтобы уберечь моего сына от опасности. И сам не будешь лезть на рожон. Об этом я и хотел попросить тебя сегодня. Не забывай, что главная цель Андерсона – ты. Будь осторожен. Ради всех нас.       Герберт тихо выдохнул и провел рукой по волосам. Он бросил взгляд на кольцо, которое украшало его большой палец. Тяжелый перстень с серебряным орлом. Это кольцо принадлежало его отцу, и он же вручил его перед своей смертью. Герберт поклялся, что наденет его только после того, как вернет то, что должно принадлежать ему. Но теперь альфа сомневался, что поступил правильно.       - Признаться, я ожидал других слов, - сказал Герберт.       - Ты ожидал, что я буду орать на тебя за своего сына? А потом еще, наверное, прикажу Нейту и другим ребятам тебя избить?       - Примерно так. Хотя, одного Нейта бы хватило.       Чарльз Дейвис усмехнулся:       - Не перестаю тебе удивляться, Герберт. Даже в самые мрачные минуты ты находишь место веселью.       - Это моя врожденная черта, - с улыбкой ответил альфа. – За которую мне, кстати, часто доставалось.       Поговорив еще немного о бизнесе и других важных вещах, Чарльз Дейвис поднялся со своего места, посмотрев на часы:       - Мне пора, я обещал Уильяму вернуться пораньше. Ты можешь сидеть здесь, сколько захочешь, официанты будут работать до твоего ухода.       Сначала Герберт намеревался уйти, но, задумавшись, все же остался. Он заказал себе еще одно блюдо и крепкий чай. Герберт думал об отце, Гансе, Гертруде и Джитте, о Нейте. Но мысли так или иначе возвращались к Эвану.       

***

      Через пару дней после разговора с Гербертом Чарльз решил позвать сына в свой кабинет. Эван ждал, что отец захочет поговорить с ним его, и догадался, о чем должна пойти речь.       - Заходи, - сказал Чарльз, когда сын постучал в дубовую дверь.       - Привет, па, - улыбнулся омега. – Звал?       - Садись, Эван. Как ты себя чувствуешь?       Отец устроился на диване рядом с сыном. Эван волновался, и от Чарльза это не скрылось. Он положил свою ладонь на бедро омеги, слегка поглаживая.       - Нормально, - ответил Эван. – Со мной все хорошо… Отец, ты ведь хочешь поговорить со мной о Герберте?       - Ты прав. Я разговаривал с ним недавно, и теперь хочу услышать твое мнение.       Эван нервно сглотнул. Отец говорил с Гербертом…о нем. Конечно, они наверняка обсуждали дела и бизнес, но вряд ли это было первичной темой. Эван даже завидовал отцу, сам он с Гербертом почти не общался. После заседания в суде они не виделись, а говорили по телефону лишь пару раз. Конечно, Герберт, как и прежде, писал ему, желал доброе утро (иногда слишком рано) и спрашивал о делах, но у Эвана было такое чувство, будто альфа сторониться его. Хотя Герберт и скупил почти все его работы для интерьера отелей, что, безусловно, было приятно. Эван хотел отдать картины просто так, но альфа настоял на покупке, и пришлось отступить. Однако после этого он ни о чем больше не просил.       - Он на меня злится? – спросил Эван, поднимая глаза.       - С чего ты это взял? – удивился Чарльз. – Нет, Герберт не злится, но он просил меня огородить тебя от него.       Глядя на то, как потухают глаза омеги, Чарльз почувствовал укол совести и гнев на себя. Нужно было поднести эту информацию помягче, Уильям бы справился лучше. Ему все дается лучше.       - Он…не хочет меня видеть? – дрожащим голосом задал вопрос Эван, с трудом сдерживаясь.       - Нет, я думаю, все как раз наоборот, - поспешил вставить Чарльз, приобнимая сына за плечи. – Ты ему не безразличен, и он очень тобой дорожит, Эван. Но сейчас Герберт уязвим, и он не хочет подвергать тебя опасности. И я не хочу.       Запах отца успокаивает. Эван прижимается ближе к альфе и, спустя пару минут, задает вопрос:       - И что ты сказал? Ты действительно изолируешь меня?       - А ты думаешь, у меня бы получилось? – Чарльз убирает волосы со лба сына, заглядывая тому прямо в глаза. – Ты ведь не ребенок, хотя порой я и забываю, что ты уже вырос.       - Па, то, что я чувствую рядом с Гером…это сложно описать, - искренне говорит Эван. – Я знаю, что мы сейчас все в опасности, но я не могу отказаться от него. Только если он сам не захочет.       Чарльз прикрыл глаза. Эван слегка покраснел от произнесенных им слов, но даже не думал оправдываться.       - Когда-то и я говорил нечто подобное твоему папе, - ласково ответил Чарльз. – Я тебя понимаю, сын. Ты – под нашей любви, и, воспитывая тебя, мы старались вложить в тебя лучшее от нас. Поэтому я не стану спорить с тобой и уж тем более запирать, не позволяя общаться с Гербертом. Делай, что посчитаешь нужным, но, прошу тебя, будь осторожен. Ради вас с папой я готов на все.       Эван был тронут речью отца. Обняв его за шею, он почувствовал, насколько сильно альфа любит и дорожит им. Он будет осторожен. Ради родителей, ради Нейта, ради Герберта.       Они говорили почти час, а затем Эван не заметил, как плавно погрузился в сон. Чарльз отнес его в комнату, просидев возле кровати еще несколько минут и наблюдая за мирным дыханием сына. Когда он ушел, то увидел Уильяма.       - Как все прошло? – спросил омега, когда они зашли в спальню.       - Ну, я сделал все, что смог, - выдохнул альфа, расстегивая рубашку.       - Я уверен, ты все сделал правильно, - поцеловав мужа, Уильям сел на кровать. – А дальше они сами разберутся.       Переодевшись, Чарльз тоже устроился на кровати. Муж лег на его колени, довольно улыбаясь. Альфа коснулся каштановых волос, заглянув в прекрасные глаза:       - Я очень сильно люблю тебя, - сказал он. – Очень сильно люблю вас.       - И я люблю тебя, милый, - ответил Уильям. – И Эван тебя обожает. Не бери на себя слишком многое, хорошо?       - Постараюсь, любовь моя.       

***

      Через неделю после разговора с мистером Дейвисом отель «Демохун» был официально открыт. Колоссально проделанная работа была вознаграждена. На торжественном открытии присутствовали многие влиятельные банкиры и бизнесмены, светские люди и знаменитости. Не обошлось и без прессы. Герберт в тот день был под прицелами камер почти все время. Он отвечал на вопросы журналистов так, как они заранее условились с господином Дейвисом и Нейтом.       После открытия номера была забиты до отказа. Кай с радостью и гордостью сообщил, что бронирование сделано почти на месяц вперед. Герберт заметил, что его управляющий заметно возмужал и стал выглядеть, как настоящий начальник. Ему определенно это шло.       Еще через пару дней, когда шумиха, наконец, начала отступать, Герберт вздохнул с облегчением. Он много работал и чувствовал настоящую усталость. Сон по несколько часов давал о себе знать. Ему непременно нужен отдых, хотя он понимал, что расслабляться сейчас нельзя.       Почти каждый день альфа работал до самого утра в своем кабинете, который некогда принадлежал Андерсону. Герберт полностью его изменил, не оставив ничего от прежнего владельца. Теперь помещение было светлым и просторным, пахло тут преимущественно самим хозяином и диффузором, который выбрал Кай.       Засидевшись за бумаги, Герберт, как обычно, уснул лишь под утро за собственным столом. Проснулся он от голоса Кая:       - Господин! Господин Герберт!       - Ммм, - сонно проговорил альфа. – Еще пять минуточек…       - Господин, хватит паясничать! Опять до утра сидели, а я вам говорил, что так делать не стоит! Скоро совсем в обморок упадете от усталости!       Разлепив глаза, Герберт увидел, как Кай задергивает шторы, защищая альфу от солнечного света. Потянувшись, парень начал разминать затекшие от неудобной позы мышцы, а затем поднялся, потягиваясь.       - Выпейте, - Кай вложил в руку альфы стакан с светло-желтой жидкостью. – Это витамины.       - Спасибо, - хриплым голосом поблагодарил альфа, залпом осушая стакан. – Я говорил тебе, что ты – чудо?       Кай на это лишь закатил глаза. За тот месяц, пока он работал с Гербертом, омега прекрасно выучил его повадки и уже не краснел от подколов и своеобразных шуток. Наоборот, он стал увереннее и даже чувствовал, что старше самого альфы.       - Как там дела? – осведомился Герберт, понемногу приходя в себя. – У работников все хорошо? Конфликтов с клиентами нет?       - Об этом можете не беспокоиться, - заверил его Кай. – Персонал вас боготворит, а клиенты жаждут сюда попасть, пусть даже и на сутки.       - Класс, - лукаво улыбнулся Герберт. – Прямо боготворят? Я что, похож на бога?       - Нет, - с сарказмом ответил Кай. – Особенно когда болтаете.       - Ах, - Герберт наигранно прижал ладонь ко лбу. – Ты разбил мое сердце!       Кай не смог сдержать улыбки. А затем, прокашлявшись, вспомнив, зачем пришел:       - Простите, господин…       - Я же просил не называть меня так, пока мы вдвоем…Это необязательно, Кай.       - Ладно…Герберт. В общем, я бы не стал вас будить, но…       - И на «вы» также можно не…       - Вы дадите мне договорить или нет?!       - Прости-прости, продолжай.       - В общем, я не хотел вас будить, но господин Эван ожидает вас внизу.       Герберт замер. Его взгляд моментально изменился, что, конечно, не скрылось от Кая.       - Эван? – переспросил Герберт, словно не веря. – Он здесь? В отеле?       - Да, - кивнул омега. – Он ждет вас. Пригласить его зайти?       Герберт помедлил с ответом. Заведя руки за спину, он повернулся к окну:       - Не нужно. Я спущусь сам.       

***

      Эван, несмотря на волнение, прибывал в восторге от увиденного. Отель было не узнать. Казалось, это совершенно иное место, не то, в котором он был пару месяцев назад. В него словно вдохнули новую жизнь.       Большое и светлое помещение вестибюля, безукоризненная чистота и блеск, сияющие белым светом люстры с кристаллами, статуи и колонны, золотистый интерьер – Эван словно очутился в сказке. В добавок ко всему он увидел пару своих картин. Это смущало и восхищало одновременно.       Об открытии отеля Эван узнал из новостей. Там же он посмотрел интервью Герберта и окончательно убедился, что камера его любит. Высокий и подтянутый, с уложенными светлыми волосами и задорными глазами он казался каким-то божеством. Было видно, что репортеры прониклись его энергетикой, а также все, кто находился рядом. Сердце Эвана тогда было готово выпрыгнуть из груди. Он взял телефон и в очередной раз открыл календарь. Роковое число было отмечено в календаре. Послезавтра.       Нет, уже завтра. Он решился прийти сюда и поговорить с Гербертом, хоть и понимал, что может не застать его в отеле. Однако Эван решился во чтобы то ни стало его дождаться. Он хотел услышать его голос. Он очень скучал.       - Простите, сэр, могу ли я вам помочь?       Эван повернул голову, в нос ударил запах ментола. Перед ним стоял один из охранников отеля. Это был альфа.       - Не думаю, - вежливо улыбаясь, ответил омега, чуть отступая. – Я тут жду…       - Могу подождать с вами, - шире улыбаясь, ответил альфа. – Вы тут один, я бы составил вам отличную компанию, и мы…       - Да ну? Не знал, что сопровождение клиентов входит в обязанности охраны моего отеля.       У Эвана слегка закружилась голова от ударившего в ноздри запаха. Герберт, положив руку на плечо молодого альфы, смотрел на него в упор. Тот в ответ опустил глаза:       - Простите, господин Майер, я сейчас…       - Ты сейчас займешься своими прямыми обязанностями, - холодно перебил его альфа. – И как можно быстрее.       Когда охранник ушел, Герберт проводил его недовольным взглядом. Нужно будет сказать Джеймсу, чтобы получше следил за своими ребятами.       Герберт перевел взгляд на Эвана. Увидев его горящие щеки и то, как нервно он прикусывает губу, альфа не смог сдержать улыбки:       - Погляди-ка, даже в собственном отеле тебя одного оставить нельзя. Не прошло и пятнадцати минут, а мне уже приходиться ревновать.