Punkt ohne Wiederkehr

      Капли дождя, стекавшие с волос, выступали темными пятнами на светлых штанах. Ливень был настолько сильным, что шум заглушал прочие звуки. Бусины воды образовывали лужи, на одной из которых стоял он. Вернее, почти сидел, на коленях, пачкая свою и без того потертую одежду.       Вода смешалась с кровью, алая дорожка сверкала на темном асфальте. Он наблюдал за течением воды, словно завороженный. Не мог отвести глаз до тех пор, пока не услышал крик. Собственный крик.       Пахло гнилью. А еще мокрым асфальтом, железом, кровью и порохом. К виску было прижато дуло пистолета, оно еще было горячим. Он хотел поднять голову, чтобы посмотреть, кто целится в него, однако лицо было скрыто темным капюшоном. Он увидел лишь злобную ухмылку. Настоящий оскал зверя.       На земле лежал отец. На виске было пулевое отверстие, из которого продолжала сочиться кровь. Его темные глаза были открыты, и словно замерли в немом вопросе. Пустые зрачки не могли поведать миру о боли и унижении, которые он испытал за считанные мгновения.       Напротив отца лежал Ганс. Его крупное тело скрючилось, словно от холода, а глаза были закрыты. Вокруг него образовалась настоящая кровавая лужа, а капли дождя моросили по бледному лицу. Он хотел встать и подойти, но ноги не слушались, руки замерли, будто все тело в одночасье налилось свинцом.       Чуть поодаль, ближе к нему самому, он разглядел знакомое лицо. Это был Нейт, с недавних пор его друг. Лучший друг. Мертвый лучший друг. Лицо альфы было в крови, глаз было не видно. Он лежал на спине, грудь не двигалась. Рука пыталась сжать пистолет.       Крик. Снова крик. Его отчаянный крик, зовущий самого себя.       - Герберт…       Он хотел встать, хотел помочь им, но в тот момент почувствовал тяжесть на своих коленях.       - Герберт…Гер…       Опустив голову вниз, он увидел, как собственная рука сжимает чужую ладонь. Каштановые волосы и губы, бледные, окровавленные.       А затем смех. Пронзительный, заставляющий пережить все заново, погружающий в самое сердце ада, от которого невозможно убежать.       - Гер, проснись!              Альфа резко поднимает корпус с кровати. За окном начинает светать, но в глазах по-прежнему темнота. Он тяжело дышит, не понимая, что происходит. В реальность его возвращают теплые руки, которые ложатся на его лицо:       - Милый…Ты как?       К Герберту начинает возвращаться зрение. Пытаясь восстановить дыхание, он смотрит на знакомое лицо Эвана. По глазам омеги видно, что он напуган, и альфа начинает винить себя.       - Я… - хочет сказать он, но голос предает.       - Все нормально, тебе просто приснился кошмар, - шепчет ему Эван, садясь напротив парня. – У всех такое бывает. Принести тебе воды?       Прежде, чем Герберт успевает ответить, Эван поднимается с кровати. Альфа берет его за руку, возвращая на прежнее место:       - Не нужно, просто останься со мной.       Эван колеблется. Видеть состояние Герберта ему тяжело: покрасневшее лицо, бегающие глаза, мокрые волосы и футболка…       - Хорошо, - сдается омега, стараясь улыбнуться. – Тогда давай просто спать, ладно? Еще очень рано.       Герберт кивает, медленно опускаясь на свое место. Подушка промокла от пота, поэтому он был вынужден ее перевернуть. Альфа прижимает омегу ближе к себе, кладет руку тому на грудь, чувствует его тепло и сердцебиение.       Все хорошо, он жив.       Все в порядке, это лишь его очередной кошмар.       Эван старается успокоиться и почувствовать запах альфы. Он прижимается ближе, понимая, насколько сейчас Герберту важно ощущать его на физическом уровне. Проходит около получаса, прежде чем омега замечает, как успокаивается парень, и уже через несколько минут Эван проваливается в сон. Герберт же, несмотря на восстановление, заснуть так и не смог. В семь он поднимается с кровати и идет в душ. Горячие струи воды окончательно приводят его в чувство. Альфа неспеша накидывает на себя спортивные штаны и белую футболку, а затем выходит из спальни.       В особняке еще темно и пусто. По случаю приема альфа дал выходной всем служащим, поэтому сейчас в доме они с Эваном лишь вдвоем.       Герберт заходит в комнату с картинами. Он часто бывает здесь, даже кресло специально перенес. Альфа, словно в первый раз, изучает работы Эвана, долго всматриваясь в каждую деталь. Он не был знатоком в искусстве, все его знания ограничивались школьными уроками и тем, что ему рассказывал Нейт, однако произведения омеги – нечто совершенно новое и неизведанное. То, что хочется попробовать, несмотря ни на какие трудности.       Решив проветриться, Герберт выходит на улицу, а затем в сад. В глубине расположена небольшая крытая беседка с деревянной лавкой, которая особенно понравилась альфе. Ограда беседки обвита алыми розами, за которыми умело ухаживает его садовник. Герберт вдыхает цветочный аромат и садится. Скамья немного сырая – должно быть, ночью был дождь.       Эван просыпается в начале восьмого. Омега вздрагивает от холода и, открыв один глаз, поворачивает голову. Место Герберта пустует и, к тому же, простынь уже холодная. Должно быть, альфа ушел давно.       Омега надевает одежду хозяина особняка и оглядывает комнату. Вчера, в темноте, она не казалась такой огромной. В дальнем углу Эван замечает стену с фотографиями. Омега с интересом осматривает их: юный Герберт, еще совсем ребенок, стоит между двумя высокими мужчинами. Один из них – отец альфы, Артур Майер. Они с Гербертом непохожи, однако их взгляды и осанка совершенно одинаковые.       Еще несколько фотографий с няней Герберта и ее дочерью, а затем, как догадывается Эван, идут более свежие снимки. Отель альфы, изображенный с высоты птичьего полета – красивый и величественный, каким ему и полагается быть. Фотография с Нейтом, сделанная, кажется, после суда. Альфы стоят на фоне все того же отеля. Герберт, в синем костюме, улыбается, а Нейт, в черном, кажется, пытается закатить глаза. Однако по глазам видно, что эмоции обоих альф совпадают. Эван улыбается и начинает гадать, как только Герберт уговорил альфу сделать снимок.       На следующей фотографии омега замирает, потому что видит себя. Сонного, немного опухшего…и счастливого. Эван смеется и одной рукой тянется к камере, пытаясь закрыть объектив. Изображение слегка смазанное, но это даже к лучшему. Эван помнит, когда Герберт сделал этот снимок. После его течки, в отеле, они счастливые и очень уставшие. Воспоминания греют душу, и хочется согреть тело тоже, поэтому омега решает отыскать альфу.       Герберт так и остался сидеть на скамейке. Мысль переходила от одной к другой, он не мог сосредоточиться на чем-то конкретном. Все острее сердце, словно скальпель, разрезал страх. Он страшился будущего и не знал, как поступить. Стоит ли продолжить поиски Андерсона или, напротив, сосредоточиться на своем положении и укрепить его? Альфа всегда старался быть честным с другими, но самому себе было тяжело признать очевидно: он боялся не за себя. И страх съедал изнутри.       - Кажется, ночью шел дождь. Не стоит тебе выходить в одной майке.       На плечи альфы легла его черная кофта. Герберт так сильно погряз в размышления, что не услышал шаги Эвана. Омега, заметив это, встал перед ним, внимательно рассматривая. На нем была толстовка Герберта, на голову он накинул капюшон.       - Я тебе помешал? – спросил Эван.       - Не говори ерунды, - Герберт улыбнулся и раскрыл руки. – Иди ко мне…Давно проснулся?       Приняв приглашение, омега сел на колени альфы и обнял его за шею:       - Недавно. И снова не застал тебя в постели! Ты всегда так рано просыпаешься?       - Привычка, - альфа провел рукой по каштановым волосам. – Никак не могу избавиться.       Эван открыл рот, собираясь что-то шутливо добавить, но затем быстро одернул себя. Герберт все понял, поэтому начал сам:       - Я сильно напугал тебя ночью? – парень перенес руку на чужую щеку, поглаживая.       - Нет, я не испугался, - выдохнув, ответил омега, а затем отвел глаза.       - Я уже не первый раз так просыпаюсь, да?       Эван быстро поднял глаза. Он прикусил губу, думая, стоит ли начинать этот разговор. Очевидно, Герберту будет неприятно это услышать.       - Ты же знаешь, что не сможешь меня обмануть, омежка, - ласково прошептал альфа, касаясь чужих губ своими. – Давай, я слушаю.       - Ну…да, - нехотя ответил Эван. – В самую первую ночь, когда мы уснули после моей течки, ты кричал во сне…Я пытался тебя разбудить, но ты продолжал находиться там…в своем кошмаре. А через несколько минут ты успокоился, так и не проснувшись. Я хотел спросить тебя об этом утром, но решил не тревожить тебя. Тем более, ты ничего не помнил.       Герберт прикрыл глаза. Он не знал, что способен кричать во сне, это было…       - Гер…- Эван положил свои руки на плечи альфы. – Все нормально, не грузись так. Папа говорит, что ночные кошмары – это отражение нашего одиночества. С ними не нужно бороться, их необходимо принять.       Герберт улыбнулся, обнимая омегу. Наверное, господин Уильям прав. Герберту снится смерть его близких, потому как он сам боится одиночества. Ему невыносимо думать, что он может потерять все во второй раз.       - Ты такой хороший, - коснувшись носом чужой скулы, альфа медленно вдыхал запах омеги. – Омежка слишком сильно идеализирует альфу.       - Потому что альфа-дурак этого заслуживает…иногда.       Эван коснулся губами лба альфы. Затем тщательно начал его оглядывать и даже померил пульс на запястье:       - Жар есть, но не сильный, - констатировал он. – Пульс вроде нормальный…Как ты себя чувствуешь?       - Отлично, - ухмыльнулся альфа. – Благодаря тебе.       - Хватит паясничать! Ты знал, что от высокой температуры тела и перенапряжения организма во время гона можно свалиться в обморок и даже…Если хочешь, я могу остаться.       - Нет, - Герберт потряс головой. – Вернее, очень хочу, малыш, но я обещал господину Уильяму вернуть тебя к 10. Нам всем спокойнее, когда ты дома.       Эван спорить не стал. Вместо этого его глаза сверкнули, а щеки залились румянцем:       - Ну, тогда у нас еще есть два часа…Чем займемся?       Не став дожидаться ответа, омега припал к губам альфы. Герберт, усевшись поудобнее, обхватил упругие ягодицы, углубляя поцелуй. Эван ерзал, открыто провоцируя. А уже через пару минут начал стягивать с себя толстовку.       - Сделаю все сам, - выдохнув, произнес омега. – Тебе остается только наслаждаться.       - Идет, - альфа прикусил губу от предвкушения.       Хорошо, что он дал работникам выходной сегодня. Иначе пришлось бы заменить садовника.       На улице все еще было прохладно, однако температура тела альфы повышалась, из-за чего омеге становилось до одури жарко. Стянув с себя белье наполовину, он сделал то же самое с одеждой Герберта, и начал водить рукой по вставшему органу. Альфа откинул голову назад, тяжело дыша: он определенно плохо влияет на омегу, раз тот готов трахаться с ним в саду. Определенно плохо влияет.       Эван сам занялся подготовкой. Он растягивал себя для Герберта, пропитав пальцы слюной. Альфы не предпринимал никаких действий, однако увидев, как партнер начинает садиться на его член, сжал чужие бедра:       - Детка, - заметив, как жмурится Эван от дискомфорта, Герберт покачал головой. – Ты так себя порвешь…Позволишь?       Эван коротко кивнул. Слюна – не очень хороший помощник, а из-за того, что он поторопился, естественной смазки тоже оказалось недостаточно.       Указательный палец Герберта начал очерчивать колечко мышц. Он ввел его не спеша, вторая рука притянула омегу за затылок:       - Ты такой нетерпеливый, - прошептал альфа, чувствуя, как его разум и тело накрывает собственный гон. – Мой омежка.       Мой…Эван впервые услышал эту форму обращения от Герберта. Он в буквальном смысле поплыл, в глазах начало двоиться от возбуждения и новых чувств. Эван не заметил, как в него плавно вошли все три пальца альфы, зато почувствовал, как начинает растекаться естественная смазка.       Эван сам сел на член альфы. С громким стоном, как и во все разы, когда у них была близость. Герберт позволил омеге управлять процессом, и тот начинал привыкать. Руки альфы водили по бедрам и коленям, а Эван, постанывая, насаживался на член все глубже и стремительнее, доводя до пика обоих.       Надолго их не хватило. Но и этого было достаточно, чтобы ощутить близость и эмоции своего партнера.       - Ты ужасен, - в машине Эван рассматривал свои новые синяки и засосы. – Папа точно все поймет.       - Когда ты подо мной стонал, я не слышал протеста, - спокойно отвечал Герберт, заводя машину.       - Вообще-то, тебе нельзя за руль.       - Расслабься, тут ехать минут двадцать, не больше.       - И откуда у тебя эта машина?       - Купил. Ну, формально ее владелец Нейт, но…ты понял.       Закинув Эвана домой, Герберт долго думал, куда поехать. В отеле сейчас был Кай, поэтому, в конечном итоге, парень решил вернуться в особняк, купив себе еды, и поработать в своем кабинете.       На часах был уже обед, Герберт заставил себя проглотить пищу, хотя аппетита не чувствовал. Его разум все еще был затуманен принятием сложного решения и последствиями прошедшего гона. Альфа пытался отвлечься работой, просматривал фондовые биржи, а также отчеты своих сотрудников по отелям, но сосредоточиться так и не смог. Через пару часов он решил оставить занятия и поехал в спортивный зал. Без Нейта ему было одиноко, однако тяжелые веса и бассейн помогли снять напряжение.       Выйдя из зала, телефон альфы завибрировал. Номер неизвестный, и это насторожило.       - Алло? – произнес Герберт, садясь в такси.       - Привет, щенок. Скучал?       К горлу пристал ком. Он окинул взглядом водителя такси, но тот не обращал на своего пассажира никакого внимания, поэтому альфа, прочистив горло, произнес:       - Что тебе нужно?       - Неужели не рад меня слышать? – с нескрываемым сарказмом произнес Пол Андерсон.       - Представь себе, - пытаясь сохранять спокойствие, ответил альфа. – Интересно, как тебе удалось получить мой номер?       - Не только у тебя есть связи, не забывай это…Кстати, твой папаша Артур был прав: в Берлине действительно красиво.       Внутри у Герберта все сжалось. Он слышал шум дорог и звуки улицы. Андерсон, словно специально, дал ему все необходимые доказательства. Голоса прохожих. Они говорили на немецком.        - Я сейчас…как же называется эта улица, не подскажешь?.. Ах да, Фридрегштрассе. Нечасто встретишь там людей, верно? Очень умно было поселить своих женщин там, молодец.       Альфа открыл рот, чуть бы не поправив название улицы на автомате. Фридрихштрассе – именно там Ганс и Гертруда жили до рождения Джитты. Наставник часто рассказывал о том месте. Это улица расположена в центре Берлина, очень многолюдна и разнообразна. Герберт настоял, чтобы женщины поселились там. Гертруда была очень рада, а Джитта…Слишком многое напоминало об отце, и альфа прекрасно понимал чувства девушки, однако своего решения не поменял.       Как оказалось, он допустил ошибку.       - Какой милый дом, - Андерсон усмехнулся. – Третий этаж, верно? Судя по виду из окон, квартирка довольно хорошая.       - Тронешь их хоть пальцем, - сквозь зубы процедил Герберт, сжимая телефон. – Или даже посмотришь в их сторону…       - И что? Убьешь меня? Да у тебя кишка тонка, щенок. У тебя было столько возможностей, но ты все просрал. Теперь время пожинать последствия, сукин ты сын. Впрочем, кто знает, может ты еще успеешь их спасти. Сегодня в Берлине очень солнечно, захвати очки.       Короткие гудки. Герберт на пару секунд прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Первое, что он сделал - связался с бетой, которому он поручил охранять женщин.       - Мы с парнями дежурим возле дома круглые сутки, херр Майер, - говорил ему Зейн, главный из охраны. – Прохожих, конечно, в такое время очень много, за всеми не уследишь, но к фрау и фрейлин никто не заходил.       - Усильте охрану, - также на немецком отвечал Герберт. – Зейн, это очень важно, нужно больше людей, я…       - Понял вас, Герберт. Я подниму всех своих парней и буду докладывать обо всем.       - Хорошо. Буду на связи.       Герберт знал, что слова Андерсона – ловушка. Он прекрасно понимал, чего добивается этот подонок. Он хочет выманить альфу из Манчестера, но зачем? Планирует напасть на отель? Нет, слишком рискованно, да и к тому же шумиха после судебного процесса еще не улеглась. У него есть план, но Герберт пока не понимал, что он задумал.       Был бы рядом Нейт, он бы точно сумел помочь. Может, позвонить ему? Герберт колебался, но затем все же набрал номер друга.       Аппарат вне зоны действия сети.       - Черт…- альфа тихо выругался, а затем перегнулся через сиденье. – Простите, сэр, можем изменить маршрут? Заплачу вдвое больше.       Через 15 минут Герберт стоял возле дома Нейта. Первая мысль, почему друг не взял трубку – опасность. Нейт не из тех людей, кто будет отключать телефон просто так, либо находиться в тех местах, где сигнал отсутствует. Он слишком умен для этого и не такой легкомысленный, как Герберт.       Возможно, Андерсон успел добраться до него. Если подумать, сейчас именно Нейт и Герберт находятся под большей опасностью. Господин Дейвис, а также его особняк под защитой опытных людей. Один раз, конечно, Андерсон уже проник туда, но с тех пор прошло много времени. Герберт был уверен, что Эван с семьей в безопасности, но Нейт – другое дело.       Первым делом Герберт позвонил в дверь. Ничего, абсолютная тишина. Альфа несколько раз нажимал на кнопку, слыша отголосок мелодии. Тогда Герберт, прикусив губу, начал барабанить в дверь:       - Нейт! – крикнул он, стуча.       Окна первого этажа были прикрыты шторами. Как не пытался парень высмотреть что-то внутри дома, все его попытки оказались тщетны. И тут, вернувшись к двери, Герберт впервые обратил внимание на сигнализацию. Современная – такая же, как в доме Дейвисов. При рабочем состоянии лампочка горит красным. Сейчас света не было.       - Да что за фигня, - выругался альфа и коснулся ручки.       Дверь поддалась. Дом с самого начала не был заперт.       Переступив порог, Герберт потянулся было к выключателю, но передумал. На улице только начинает темнеть, но в доме света явно не доставало. Однако парень не стал рисковать: кто знает, может, он здесь не один.       Стараясь бесшумно ступать по паркету, Герберт начал осматривать комнаты. Никого. Окна были открыты, благодаря чему запах леса разносился по всем двум этажам. Однако феромоны хозяина Герберт почти не ощущал. Это означало только одно – Нейт не появлялся в доме уже несколько дней.       Пройдя в гараж, Герберт заметил, что обе машины Нейта на месте. Уехал на другой? Значит, пытается скрыться, но для чего? Или его насильно увезли…       Стараясь отогнать от себя не самые приятные мысли, альфа последовал на второй этаж. У Нейта, как и всегда, безупречная чистота: аккуратно заправленная постель, книги разложены по полкам, одежда, чистая и проглаженная, висит в гардеробе. Даже в ванной ни единой брызги на зеркале. Единственное, что нарушало картину перфекционизма – папка в рабочем кабинете. Из нее выбивались бумаги, некоторые даже валялись на полу. Герберт помедлил, а затем, решившись, потянулся к ним.       Ему хватило нескольких минут, чтобы просмотреть бумаги – вернее, дела. Осознание пришло само собой, альфу словно перещелкнуло, и в этот же момент он почувствовал, как по телу пробегает дрожь.       - Черт…что же ты натворил.       Скрип двери заставил Герберта собраться с мыслями. На первом этаже кто-то был. Альфа прислушался, выходя из кабинета. Ступал незнакомец аккуратно, однако от Герберта он все же не скрылся.       Из-за распахнутых окон альфа не смог уловить запах, поэтому решил действовать сразу. Вновь зайдя в кабинет Нейта, он подошел к одному из шкафов. Герберт слишком часто ночевал у альфы, поэтому прекрасно знал, где тот хранит оружие (проще было назвать места дома, где его не было). Выбрав пистолет с глушителем, альфа медленно снял предохранитель. Он не хотел применять оружие, однако дело было серьезное.       Незнакомец, тем временем, оказался не таким практичным, как Герберт. Альфа заметил, как на кухне появился свет, поэтому не замедлил пройти туда. Спускаясь по лестнице, Герберт держал пистолет наготове – так, как учил его Ганс. Оглядев гостиную, альфа убедился, что его противник находится на кухне. Герберт прислонился к стене, наблюдая за тенью. Сначала она была неподвижной, словно ее обладатель над чем-то размышлял. Наконец, спустя минуту, он зашевелился. Герберт приготовился: как только его нога поравняется со стеной, где поджидал альфа, он нападет. Нужно действовать быстро и не медлить. Всего один выстрел…один.       Шаг. Еще шаг. Затем сразу два. И вот, та самая точка невозврата. Гербер резко покидает свое убежище, слегка надавливает пальцем на курок и…       Прямо перед ним возникает знакомая и перепуганная фигура.       - Детка! – в шоке повышает голос альфа, быстро убирая пистолет.       Перед ним, в темной толстовке, стоит побледневший Эван.       - Я… - омега тоже в шоке. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но слова не лезут в голову.       - Боже, прости, - Герберт подходит к нему и одной рукой прижимает к себе.       Эван мгновенно успокаивается. Еще пару секунд назад на него было наставлено дуло пистолета, но теперь это кажется не таким уж и важным.       - Что ты здесь делаешь? – Герберт мягко сжимает чужие плечи. – Черт, я подумал, что ты…       - Я…а ты? – задает встречный вопрос Эван.       - Эй, я первый спросил!       - Ну хорошо. В общем…              Тремя часами ранее.              Опустив голову под струи прохладного душа, Эван думал о Герберте. В последнее время все его мысли занимал именно альфа. Это отражалось не только в его поведении, в котором появилась рассеянность, но и в творчестве. Эван не рассказывал альфе, что написал его портрет еще раз. А потом еще. Их никто не видел - омега хранил их в секрете, он хотел их только для себя.       После встреч с альфой в душе у омеги остается пустота. Он был не опытен в любовных делах, но даже при таком раскладе знал, что это может означать. С каждым днем они становятся все ближе, именно это и пугает Эвана. Он не может злиться на Герберта, но и не может просто не думать о сложившейся ситуации. Привязанность может обернуться болью, а Эвану даже подумать было страшно, насколько сильна она будет и как разъест его душу. Герберт, кажется, тоже все прекрасно понимает, но отстраниться не может – омега это видит и чувствует. Что же делать?! Эвану самому стоит все это прекратить, но он знает, насколько это утопично. У омеги не хватит сил. Разорвать отношения с альфой, который в буквальном смысле дарит ему неподдельные эмоции и почти детский восторг от целого мира…способен ли он остановить это?!       Выйдя из душа, Эван лег на кровать. В доме сейчас спокойно, если не считать множество охраны на территории особняка. В основном это беты, а также несколько альф. Отбирал их лично Нейт, и в их надежности не стоило сомневаться. Хотя самого начальника охраны не было несколько дней. Пусть и на его подчиненных это не сказывалось, зато отец, как подметил Эван, находился в напряжении. Нейт пришел к ним два года назад, ему тогда только исполнилось 18 лет. Омега помнил их первую встречу: альфа произвел на него неизгладимое впечатление. Эван сразу понял, что он отличается от тех, кого тот видел раньше. Его выдержка, манеры и даже легкая холодность – все это понравилось Эвану, он впервые захотел узнать кого-то поближе. Нейт тогда ушел из военной академии, его кожа была очень загорелой, на теле виднелись свежие раны и порезы. Левый глаз скрывала повязка, однако он не казался уродливым или странным – все как раз наоборот.       Эван не спрашивал, где отец познакомился с Нейтом, но заметил, что оба альфы сразу нашли общий язык. Папе начальник охраны тоже понравился. Нейт, в отличие от Герберта, никогда не был многословен, именно этим он и притягивал. И сейчас его отсутствие в особняке остро ощущалось. Если вспомнить, Нейт никогда не просил отгул или отпуск у отца. Поэтому было странно узнать, что альфе срочно потребовалось уехать по личным делам.       Омега, проводя время с Гербертом, заметил, что тот тоже тревожиться за Нейта. Альфа, конечно, пытался это скрыть, но Эван знал, что глаза его партнера не врут. Нейт сказал, что уезжает всего на пару дней, но Герберта, судя по всему, эти слова не убедили. Эван решил выпытать информацию у охраны – в конце концов, делать все равно нечего.       - Да, господин Эван, начальник дал нам все необходимые указания, - заверил его один бета, которого омега нашел в гостиной. – Поэтому волноваться не стоит.       - Не сомневаюсь, - Эван коротко кивнул. – Скажите, а Нейт не сказал вам, куда направляется? Может, он уехал из Манчестера или…       - Не могу знать, господин. Начальник сказал, что его отсутствие затянется на пару недель, а то и пару месяцев.       Эван, не веря, попросил повторить. Недели, месяцы…но ведь Нейт говорил совсем другое. Омега расспросил еще нескольких людей из охраны, и те подтвердили слова первого беты.       Не может быть, но это так. Нейт солгал.       Но зачем? Эван долго думал, что делать. Может, стоит позвонить Герберту и все рассказать? Нет, тот и без того на нервах, да еще и последствия гона дадут о себе знать. Лучше он все проверит сам, а дальше…              - А дальше ты знаешь, - сказал Эван, поднимая взгляд на Герберта. – Я приехал сюда на такси, хотел лично убедиться, что Нейта нет или, может, ему нужна помощь.       - Ясно, - альфа кивнул. – Когда ты вошел, я был на втором этаже. Не успел услышать твой запах, поэтому…       - Не оправдывайся. Хотя, нет, теперь твоя очередь – почему ты здесь?       Герберт взял омегу на руку, поднося ее к своим холодным губам:       - Если я попрошу тебя не вмешиваться и забыть, ты ведь так не сделаешь?       Эван отрицательно покачал головой:       - Ну уж нет. Рассказывай.       - Тогда поднимемся наверх.       В кабинете Нейта Герберт взял со стола небольшой клочок бумаги и протянул ее Эвану:       - Милый, это координаты. Скажи, эти цифры тебе не знакомы?       Омега внимательно смотрел на протянутую бумажку:       - Впервые вижу.       Достав из кармана телефон, Герберт вбил туда координаты:       - Это в Олтрингеме. Кажется, какая-то нежилая зона или…       Эван взглянул на телефон Герберта, еще раз посмотрел на координаты. Олтрингем…Это же…       - Да! – вскрикнул омега. – Да, этот адрес, я его знаю. Там располагается один из складов отца. Но, насколько мне известно, он им уже давно не пользуется. Отец что-то говорил про местность и постоянную непогоду…Но я точно не помню.       Герберт прикрыл глаза, медленно выдыхая. Да, так он и думал. Нейт все рассчитал.       - Кажется, он поручил этот склад Нейту, - продолжил Эван, настороженно глядя на альфу. – Но почему этот адрес здесь? Ты думаешь, что Нейт там?       Герберт взглянул на Эвана. Такой юный и красивый, настоящий омега. Слегка бледный, с большими глазами и непослушными мягкими волосами. Альфа взял его за руку, крепко сжимая: он не должен ввязывать омегу во все это, но уже слишком поздно.       - Ты мне доверяешь? – тихо спросил Герберт, прижимаясь ближе к омеге.       - Конечно, - ответил Эван, сглатывая.       - Тогда поехали. Расскажу все по дороге.       Герберт повел Эвана в сторону машин. Взяв спорткар, альфа завел двигатель. Они поехали в сторону Олтрингема.       Эван сидел на пассажирском сидении, положив свою ладонь на бедро альфы. Он не решался начать говорить первым, ожидая ответов от Герберта. И тот, спустя десять минут, наконец начал:       - Ты знаешь, что у Нейта был брат? – альфа перевел взгляд на омегу. – Брат-близнец.       - Да, - кивнул Эван. – Он рассказывал о Джейми, но очень мало. Он погиб незадолго до того, как Нейт поступил на службу к отцу.       - Не просто погиб.       - Что ты имеешь в виду?       - Джейми изнасиловали трое ублюдков, которых даже альфами назвать сложно. Он не выдержал такого и покончил с собой.       Эван прикрыл рот рукой, в шоке от услышанного:       - Я…я не знал, - в голове крутилось множество мыслей, собираясь воедино. – Адрес склада…ты думаешь, что Нейт собирается мстить? Но это на него не похоже, он ведь…       - Те парни на свободе, - Герберт крепко сжал руль от нарастающего гнева. – Они остались безнаказанными, потому что смогли отмазаться деньгами родителей. Я очень надеюсь, что ошибаюсь и мы едем в Олтрингем зря, но…Я могу понять Нейта. Нам всем очень тяжело смириться с потерей близких.       Эван с грустью посмотрел на Герберта. Он не мог осуждать его, как не мог осуждать Нейта, но месть…Омега поежился. Неужели все так и закончится? И Нейт специально солгал им, зная, что может не вернуться.       Герберт старался не думать о том, что они уже опоздали. Они ехали по пустой дороге, альфа с силой сжимал педаль газа, изредка поглядывая на навигатор, а затем и на Эвана. Если они успеют, только бы успеть…       Боже, Нейт, что за херню ты затеял? Где же ты сейчас?! Пожалуйста, блин, только дождись и не натвори глупостей…               Гер…Где ты сейчас? Надеюсь, у тебя все хорошо. Ты справишься, пусть и без меня…              Нейт докуривал уже третью сигарету. Голова кружилась от никотина, желудок отчаянно протестовал и хотел получить питательный запас. Сколько он уже не ел? Кажется, больше суток, а, может, даже больше. Нейт потерял счет времени. Давно потерял.       В Олтрингеме уже стемнело. Множество складов, находившихся на этом участке, напоминали карточные домики: небольшие, темные и, по большей части, заброшенные. Только в одном из них сейчас горела тусклая лампа. Внутри пахло сыростью, углы проросли плесенью. Нейт стоял возле склада, глядя на темное небо. Было тихо, они ведь еще не очнулись.       Джейми…Сегодня все закончится.       - Пора, - потушив окурок ботинком, Нейт в последний раз оглядел пространство вокруг. А затем, выдохнув, открыл тяжелую дверь и вошел внутрь.       Действительно пора.