Судьба — моё проклятье

Начались трудные времена... Близка смерть. Что было однажды — будет дважды. Умрёт один — умрёт другой. Я не могла в это поверить. Это было больнее, чем тысяча ударов ножом одновременно. Возможно, с этого момента, её нелюбовь ко мне оправдана. Я просто не её ребенок. Зачем меня любить? Я вернулась к Баку и Нейе, но ничего им не сказала. Пока это останется в тайне.

***

Я собиралась в школу, надевала юбку, закрепляла на пиджаке значок с флагом Испании. У нас в школе их положено носить, особенно в случаях олимпиад, чтоб различали от школьников других стран. Ко мне в комнату ворвалась Юн Ли. Своим резким появлением она очень напугала меня. — Мой дом теперь проходной двор или ты решила переехать ко мне? Юн Ли отдышалась и сказала с ярким энтузиазмом в глазах: — Ты слышала новость? В нашем классе появиться новенькая! Казалось, что сейчас она встанет на четыре конечности и начнёт лаять, словно собачонка. Я же отнеслась к этому скептически, недовольно схмурив лицо. — М-м... Думаю, ничего хорошего из этого не выйдет. Да и вообще, откуда ты это узнала? Юн Ли подошла ко мне ближе и проложила руку мне на плечо. — Мама сказала. Она вчера общалась с нашим директором. Я недовольно цокнула. Меня не радовали эти новенькие. До школы осталось полтора часа. В пороге двери появился Баку. — Абигейлл, я уже пойду, хорошо? Но перед глазами пролетела сцена, как меня в школе сфоткали в нижнем белье и я сказала: — Нет, Баку, стой... Я должна попросить тебя кое о чём. Баку заинтересовался. Я рассказала всё от и до. Его же история о том, что меня сфоткали в таком эротическом ключе, даже разозлила. Юн Ли была в ужасе, опёрлась руками мне на плечи и спросила: — Кто? Ты видела? — Слезь с меня! Когда она отошла, я потёрла ладонью левое плечо, затем правое другой рукой. — Это был Матео. Я видела его в лицо. Они оба задумались, Баку вдруг предложил одну идею. — А если мы подкинем ему сигары в рюкзак? — И его отчислят! — с радостью добавила Юн Ли. Мне же эта идея показалась сомнительной: — А вдруг нет? Вдруг нас словят? Или завуч не поверит? И вообще... Как нам продадут сигареты? Мы все несовершеннолетние. Баку откашлялся и с нежеланием сказал: — Кхм-кхм... У меня есть паспорт. Там мне девятнадцать лет. Всё было без лишних вопросов. А машину мы решили отдолжить у папы Юн Ли. Потому что в нашем районе сигареты продавались не в каждом магазине, а до школы осталось не так много. Её родители удивлённо посмотрели на нас, потом на Баку, а мама спросила: — Ты хочешь взять у папы машину что бы что?... Юн Ли попыталась объясниться: — Мам, нам нужны сигареты, это серьёзное дело. Друг Абигейлл всё купит! Честно честно, мы не будем заниматься глупостями! Её мать хотела что-то сказать по поводу выдуманного возраста Баку, но вдруг выбежал маленький ребёнок. Это была низенькая девочка похожая на Юн Ли. Ей было где-то лет пять. У неё были такие же пушистые волосы, завязанные в два хвостика. Увидев меня, глаза девочки засияли: — Абигейлл!! — она подбежала ко мне, маленькими ручками обхватив мои бёдра, — я твоя фанатка! Я была в шоке и с этим же шоком смотрела в глаза Юн Ли. А она же ответила с гордой улыбкой. — Это моя маленькая сестрёнка. Бетти. Либо просто Бет. Бетти Ли... Звучит. Бет казалась мне очень милой девочкой, а её глаза сияли в обожании. — Я бы тоже была такой красивой фигуристкой! Она погрустнела и добавила: — Если бы у мамы с папой были деньги... Меня накрыла грусть, печать, тоска и, раздирающее сердце, отчаяние. Отчаяние от того, что такая прекрасная малышка не может заниматься тем, что ей нравится. Что у такой чудесной семьи нет денег... Ох, если бы была возможность забрать у матушки бизнес и отдать этой семье. Той семье, что действительно этого заслуживает. Пока мы с Бет обнимались, у Юн Ли с Баку получилось упросить машину. За руль сел, твою мать, Баку. А мы с Юн Ли на задние сиденья. Клянусь, от такой быстрой скорости я перестала быть атеистом. Стала верить во всех существующих богов, лишь бы мы дожили до конца этой поездки. Ограничение по скорости стояло в шестьдесят километров в час, а Баку гнал все сто сорок. Юн Ли кричала: — Баку, ты разобьёшь папе машину! Зачем так гонишь?! На что он отвечал: — Вы же прилежные девочки. Быстро купим сигареты и вы во время будете в школе. А я всю эту зажигательную поездку держалась за крестик с Иисусом, что висел в машине, лишь бы нас не остановили менты или мы не влетели в овраг. Казалось, Баку забыл, что сзади сидят смертные. Хвала небесам, мы доехали живыми. Я и Юн Ли ждали у входа, пока Баку выполнит свою часть миссии. Я ожидала, что мы будем молчать, но Юн Ли вдруг начала говорить: — Ты же завязала с наркотиками? Она смотрела на меня так жалобно, что это пробирало до костей. Я не могла ей сказать, что продолжаю это делать: — Завязала. Больше никаких веществ в моей жизни. Какая же наглая это была ложь. Но главное, что она привела Юн Ли в спокойствие. Она обняла меня, я обняла её. Я понимала, насколько нам хорошо вместе... Мы созданы друг для друга. Она — моя самая лучшая подруга. Хотя... И единственная тоже. Баку вернулся с несколькими пачками сигарет с ментолом. На обратном пути он обещал не гнать так сильно, поэтому я села на переднее пассажирское сиденье. У меня было много вопросов к Баку. Поэтому, когда мы поехали, я стала спрашивать: — А откуда у тебя человеческий паспорт? И как ты сохраняешь его столько лет? Баку стал рассказывать эти длинные истории. Его сладкий голос, словно у кота, манил меня всё сильнее и сильнее. — Ну... Вскоре после эволюции духи стали косить под людей. Это очень трудно. Каждый раз меняем документы, переезжаем в другие страны. Люди глупы, их легко обхитрить, нужно просто быть умным. А мой паспорт... Он достал из кармана свой паспорт и кинул мне на колени. А открыла его и стала читать: — Алехандро Хуарес, 2001 года рождения. Ого, сколько тут вранья. Юн Ли засмеялась во весь голос: — Ха-ха-ха-ха! Алехандро, ха-ха-ха-ха! На самом деле это было смешно, осознавая, что в обществе этого человека зовут Алехандро. Хотя передо мной он сразу представился как Баку. — Но если перед другими зовёшь себя так, то почему передо мной представился как Баку? — спросила я, всё ещё держа паспорт в руках. Баку задумался. Он пытался что-то сказать, но запнулся и в итоге решил сказать то, что думает: — На земле миллиарды людей, да. В принципе и в Испании немаловато, но... У тебя была книга заклинаний. Изначально я думал, что просто отберу её у тебя, но ты показалась мне слишком интересной. Мне показалось, что ты — интереснее всех этих однотипных кукл. Я надеюсь, что ты ещё себя покажешь, Аби. Эти слова стали для меня мотивацией... С Баку мы договорились, что быстро заедем ко мне домой, заберём сумки, что мы оставили у меня в комнате, он довезёт нас до школы и отдаст родителям Юн Ли машину в целости и сохранности. Мы зашли в мою комнату, быстро взяли сумки, но вдруг меня на пороге остановила Нейя и жалобным тоном спросила: — Абиша, а у тебя есть деньги? Хотя бы двадцать долларов? Я отрицательно махнула головой. Денег у меня не было вовсе. — Нет, разве ты не можешь попросить у матушки? Нейя недовольно хмыкнула и нахмурилась, словно маленький ребёнок. — Мама не даст на это денег. Скажет, что это глупо. Я вздохнула и легонько оттолкнула её с дверного проема, чтоб выйти. Лишь сказала, что спешу. В этот момент мне действительно было не до её хотелок. В школу мы прибыли к назначенному времени. Мисс Фаусто представила нам новенькую. Мои глаза расширились до размера обрит, когда я вспомнила в ней ту таинственную девушку в цепях, что передо мной молчала и представилась под именем Лили. Только... Теперь она была другой. Её глаза не были мутными, как тогда. Сейчас они были яркими, хитрыми, выразительными. Словно передо мной стоял другой человек, но с тем же лицом и телом. |Полчаса назад...| Дэй Брекит зашла в комнату Нейи. Позволяя себе безрассудное и наглое поведение, она села прямо на стол в комнате. Нейя удивилась, посмотрела на неё и сказала: — Ой, приветик! Ты подруга Абигейлл? Дэй, судя по всему, не зная, что Нейя считает её подругой своей сестры, сначала удивилась, но позже она поняла, что это будет ещё проще, чем ожидалось. — Да, всё верно. Я услышала, что тебе нужна денюжка? После слов о деньгах, глаза Нейи засветились мечтательным огоньком. — Да! А что нужно сделать? И сколько денег ты дашь? Дэй Брекит начала сладкую речь с щепоткой манипуляции. Она умела хорошо и ласково стелить карамельный коврик из своих приторно-сладких речей, она умела манипулировать, она умела приказывать обычными словами, она умела давить психологически... — Я заплачу тебя столько, сколько ты захочешь. Работа не опасная и не сложная. Ты же знаешь, что Абигейлл ведёт свой дневник? Она ухмыльнулась и посмотрела на Нейю, вопросительно подняв бровь. — Да, знаю... Но это личная вещь Абигейлл, она ею очень дорожит. Она начала понимать, что девочка сопротивляется, но так же видела, насколько та наивна и ничтожна. Тем более, Дэй не собирается терпеть провал. — Оу, не переживай. Она не узнает. Тебе нужно лишь сфоткать все странички её записей на телефон и отправить мне. Я лишь хочу посмотреть, какой подарок она хочет на день рождение. Нейя, окончательно поддавшись манипуляциям, с восторгом согласилась: — Хорошо! Я всё сделаю. За семьдесят долларов, хорошо? Дэй кивнула с кошачьей ухмылкой, ласково потирая её плечо своей правой рукой. — Да хоть за сто, золотце.

***

На перемене Юн Ли вывела меня из класса в коридор. Она не хотела, чтоб меня унижали, били, оскорбляли. Поэтому старалась отводить меня от всех подальше. Она начала спрашивать: — Ну что? Когда мы подкинем ему сигареты? Я хотела ответить, но вдруг между нами вдруг оказалась новенькая Лили. Она положила руку на плечо мне и Юн Ли. — Девочки! — радостным вскликом сказала она. Мы обе удивились. Но Лили начала первой. — Хотела бы с вами познакомиться. Особенно с Абигейлл. Ты не против? Она посмотрела на меня. Я задумалась, не хотела соглашаться сразу. Особенно не хотела обижать Юн Ли. — А как же Юн Ли? Она будет одна, это нечестно. Лили наклонила голову и указала пальцем. На двух девчонок из нашего класса. Это были Вайолет и Айрис. Вайолет более стервозная, она чаще обзывала меня, чем Айрис. Вторая же просто спокойная, вечно недовольная девочка, что любит дорогие вещи и путешествия. Насколько помню, у неё очень богатый отец. Раньше с ними была Эсмеральда, но теперь... Кхм, не хочу вспоминать. — Она может пообщаться с теми девочками, пока мы кое-что обсудим. Я была удивлена. Те девочки никогда не общались с нами, да и вообще они только издевались. Что Юн Ли и подметила: — Но они меня за человека не считают! Я как животное для них! Лили же сказала обратное: — А ты попробуй. Уверена, они хорошие девочки. Юн Ли не хотела, но ради меня пошла к ним. Краем глаза я успела увидеть, что у них закладывается какой никакой диалог... А Лили повела меня в туалет и стала расспрашивать как на допросе. — Ох, я столько всего о тебе знаю! Ты очень классная, я бы хотела быть как ты. Только вот меня всегда интересовало: ты же такая умная, спортивная, отличница, но тогда почему твоя мать так жестоко с тобой? В плане... Она так жестоко высказывается о тебе в интервью и на публике. Она будто специально задала такой провокационный вопрос. Но я не стала обижаться, а ответила спокойно: — На самом деле я не знаю. Но думаю, что это потому, что я не её ребёнок. Приёмная. Лили ахнула и прикрыла рот рукой, словно изображая драматический шок. — Какой ужас! Хочешь я помогу тебе найти твоих настоящих родителей? Она очень быстро переключилась на другую тему, от этого стало очень некомфортно. Но не могу не признать, что её слова звучали очень даже маняще. — Давай. Я только с радостью. Только как? — Ну... Я видела кое-что интересное в одном месте. Лишнего не спрашивай! Пойдем туда после уроков, хорошо? Это значило, что мне придётся отказаться от всех планов Юн Ли. Но мне очень хотелось найти биологических родителей. В своей голове я уже представляла, как найду маму и папу, они будут очень рады, я буду счастлива и любима. Но я так сильно замечталась, что совсем забыла о Юн Ли. Я весь день провела с Лили, не вспоминая о ней, а когда Юн Ли пыталась поговорить со мной, её отвлекали либо Вайолет, либо Айрис. Но я не подходила к ней после этого, ведь меня сразу тянула Лили. Я видела, что Юн Ли страдает, но я забывала про это. Лили казалась мне слишком хорошей. За весь этот день мы почти не разговаривали. И про сигареты забыли... Я только увидела, что на доске нашей школы с новостями, что висела в коридоре появилось объявление о том, что пропал ребёнок. Эсмеральда. Меня брал ужас, когда я вспоминала, что с ней. Особенно ужасно я себя чувствовала, когда понимала, что сама скрыла это убийство. Никому не рассказала... Представляю, как волнуются её родители. Как переживают и ищут её, не представляя, что их дочь уже мертва. Я неподдельно задумалась. А если бы меня так убили. Моя матушка переживала бы? Или ей было бы наплевать? Лили повела меня далеко от школы после уроков. За высокие дома, парки, улицы, привела к старым гаражам. От их вида брала дрожь. На гнилых, старых стенках ржавого гаража были нарисованы разные надписи граффити. Здесь скапливалось большое количество снега, никто не пытался убирать его в этих местах. Да и вообще это выглядело как зловещая долина. Мне это место не нравилось. Но Лили уверено подскочила к одному из гаражей и аккуратно сняла старый замок. Из гаража исходил запах крови. Лили ударила по стенкам дряхлого гаража и с одной из досок наверху свалился сейф. Я удивилась и ели подавила удивлённых вздох. Сейф был небольшим, но кто знал, какая там таилась информация? Его стенки были покрыты пеплом, с кнопок стёрлась краска, но он оставался таким же надёжным. Я сразу взяла его в руки. Он, логично, был закрыт. — Лили, ты знаешь пароль? Но она отрицательно махнула головой. У меня появилась ещё одна новая загадка, которую нужно решить... Домой я пошла с этим сейфом в сумке. Мимо прохожих шла так, словно у меня в рюкзаке не таинственный сейф, а семьсот грамм пакетиков с наркотой. Заснеженные улицы, даже речка замёрзла. У нас в Испании это редкость. Но сейчас это выглядело как зимняя сказка. Иней ровным слоем лежал на тротуаре, лёд на реке был образован тоненьким слоем. Думаю, если бы я прыгнула, я бы с лёгкостью разбила этот лёд и утонула. Ох, о чём это я... Всё чаще и чаще ловлю себя на мыслях о суициде. Я попыталась забыть это и ускорила шаг к дому. В моей комнате меня встретил Баку. Я была очень рада его видеть и сразу показала ему сейф, медленно вынимая его из сумки: — Вот смотри. Я это нашла в гараже. Вернее... Мне показала новенькая. Он с интересом осмотрел его, но вдруг спросил: — А как с сигаретами? Получилось? Я стыдливо замолчала. Мне было очень неловко. — Нет... Дело в том, что мы с Юн Ли поссорились. Если так можно сказать. Баку чуть ли не вскочил в шоке. Но я его успокоила и рассказала всю ситуацию от и до. Конечно, он был недоволен, но не мог винить меня. Я просто хотела найти биологических родителей. Он взял в руки сейф, подумал над паролем и спросил: — А твоя новая подружка случаем не знает пароль от этой штуковины? Я отрицательно махнула головой. Баку заныл. Я села возле него, перехватила сейф и стала гадать. Ввела свой день рождения. Не работает. Ввела день рождения матушки. Не работает. День рождения Нейи? Не работает. Но вскоре я поняла, что если это сейф моих биологических родителей, то нужно что-то связанное с ними. Но как я введу информацию о том, про кого ничего не знаю. Я ввела день рождение тётушки Мары. Она единственная, кого я знала. Может она мой биологический родственник? С нетерпением покрутила ручку сейфа, но он не открылся. — Твою мать, даже тётушкина дата не работает! Баку удивился, смотря на то, как я пнула сейф. — Что за тётушка? — Ах, Мара, — с раздражением от проклятого сейфа начала я, — я называю её тётушкой. Видела её пару раз, и то, мне говорили, что она мертва. Она рассказывала мне сказки о двенадцати духах. Это ещё больше заинтересовало Баку. Он подсел ближе — А что за сказка? Я начала ему рассказывать о сказке тётушки. Про людей, что считают себя духами двенадцати животных: медведя, зайца, цапли, волка, оленя, сокола, совы, белки, змеи, быка, снежного барса и лисы. Тётушка про лису рассказывала больше всего. Говорила, что она была очень сильным духом до тех пор, пока не пропала. Баку втягивался в историю, но потом, как настоящий душный критик, сказал: — Очень интересная история. Но животные совершенно не связаны друг с другом. Лиса наверху по своей силе? Что за бред? Ай, не важно. Ты не помнишь ещё что-нибудь про эту Мару? Я стала складывать несовместимые вещи. Я помню, как спросила у неё, можно ли услышать больше историй о двенадцати духах. Она сказала: "когда будешь старше, тогда и услышишь". Я задумалась над словами из прошлого. Старше? Это... Совершеннолетие? Восемнадцать... Я поняла. — 1218! — воскликнула я. Баку был в шоке и смотрел на меня с лицом, на котором читалось "ты уверена?". А я была уверена. Ввела нужные цифры, потянула за ручку и сейф, с долгожданным скрежетом, открылся. Внутри было уйма писем на старой бумаге. Баку взныл, а я поняла, что это моя сторона. Я обожала читать старые записи. Я села на кровать, взяла первое попавшееся письмо, раскрыла старую бумагу и начала читать: — "Дорогая Изабелла, прости меня. Я знаю, что скоро у нас родится дочь, но я не могу притворяться, что всё хорошо. Ты же понимаешь, какая это проблема? Дочь в нашей семье — это проклятье. Я бы хотел, чтоб ты избавилась от неё, пока не поздно. Не хочу отзываться к тебе грубо, моя милая Иза. Ты была прекрасной женщиной, женой, человеком. Но наша дочь тому помеха. Если всё же решишь её оставить — я приду к тебе, покачаю её на руках, но с тобой я уже больше не буду. Прости мне это, милая. Михот." Я ничего не поняла, потянулась за следующим письмом и начала складывать пазл. — "Мара, ты, как моя сестра, должна предотвратить катастрофу. Со дня на день приближаются мои роды. Если я не смогу противостоять этим силам, то попрошу тебя придти ко мне в дом, забрать мою дочь Абигейлл Н'Айтмен Михотову и спрятать как можно дальше. Сделай так, чтоб она выжила, чтоб выросла и родила детей. Ты знаешь, что делать, моя милая сестра. Это твой долг. Изабелла." Изабелла была моей матерью? А Михот отцом? А Мара тогда... Действительно моя тётя?... Баку сидел с глазами по пять копеек. Я взяла письмо, где в конце был адрес. — "Изабелла, прости меня. Я не справилась со своей задачей. Просто, давай ты приедешь ко мне. Найдёшь меня по адресу ниже." Я взяла письмо и крикнула Баку в лицо от нервов. Я поняла, что это адрес где-то у нас в Мадриде. — Баку, нам нужно туда! Как можно скорее! Адрес мы искали через все возможные варианты. Карты, расспрашивали прохожих и наконец нашли. Это был жилой шестиэтажный дом. Дверь в подъезд была открыта. Я не надеялась на многое, просто хотела найти хоть что-нибудь о том, где сейчас мои родители. Там случилось что-то ужасное! Это точно... Я должна была понять, что. Мы нашли квартиру, указанную в адресе. Но она не выглядела как квартира, в которой кто-то живёт. Дверь была ободрана, баллончиками были нарисованы разные надписи: "fox" ,"zorro" , "здесь живёт психопатка", "уродина". Я была в ужасе, а в почтовом ящике торчала бумажка с текстом. Я достала и прочитала нечто ужасающее: — "Мара, все в городе знают, кто ты такая и где ты живёшь. Ты — больной человек, тебе нужно сдохнуть, вскрой вены, тварь. Надеюсь, ты окажешься в гробу точно так же, как и твоя сестра." Меня пробрала дрожь. Вдруг по моим плечам пронёсся сильный удар кончиком зонта. К нам с Баку подошла старушка, которая стала кричать: — Ах, вы! Вандализмом занимаетесь!? Я быстро подбежала к ней и указала на дверь, разрисованную ужасными надписями. — Извините, а кто здесь живёт? Старушка вздохнула с огорчением: — Да, уже никто... — начала она, — раньше жила молодая девушка. Да вот сейчас она уже мертва. Мы с Баку переглянулись. Как мертва?... Тётушка Мара действительно мертва? Какой кошмар. — А вы не знаете почему? — я хотел знать все возможные подробности. Старушка ответила: — Как говорят, она вскрыла себе вены двенадцатого мая 2006 года. Но никому так и неизвестно, куда она пропала. Тела её так и не нашли. А прозвали её лисой, потому что она сказки постоянно про зверей рассказывала. Очень жаль её... Хорошей женщиной была. Я увела Баку подальше от этого места, всё ещё в шоке. Я только что осознала.. — Баку... Она умерла за день после моего дня рождения. Я родилась одиннадцатого мая 2006 года... Я смотрела то на дверь, то на свои руки. Я была сломлена и чувствовала безысходность. Баку вывел меня на улицу, стал обнимать и успокаивать. Я плакала ему в грудь. На улице уже было темно, был сильный снегопад, поздний вечер. Баку обнимал меня крепче, сжимая плечи. Мы шли держась за руки. Он ничего не говорил, лишь молчал. Как вдруг я увидела, как между мусорок, из тёмного переулка, на снегу мелким ручейком застыла чья-то кровь. Я рванула с рук Баку и побежала туда. Ничего не было видно, я взяла телефон и осветила темноту фонариком. Перед моими глазами возникла ужасная картина: на снегу лежал Матео. У него была отрублена голова, глазные яблоки вырваны из глазницы и лежали прямо в руках. Кровь фонтаном лилась из его ран, а во рту был включенный телефон с моей фоткой в нижнем белье, что он сделал в раздевалке. На лбу у него было вырезано концелярским ножом: "Больше не будешь смотреть на обнажённых девушек". Я замерла от ужаса. Вчера мой одноклассник, сегодня труп... Баку подбежал ко мне, ведь я сама убежала. Увидев Матео он удивился, но я удивилась ещё больше, когда он сел на окровавленный снег, снял с Матео куртку и осмотрел его. Грудь парня была разорвана, из неё торчали сломанные ребра, некоторые внутренние органы торчали. Баку сказал: — Нет сердца. Убийца не был человеком. Судя по всему, его сердце съели. А если съели... Значит, это сделал дух. Я была в полном ужасе. Клянусь, я готова была расплакаться. — Но кто?... Зачем кому-то совершать такое ужасное убийство? Тем более кому-то из духов... Баку чувствовал опасность. Он не дал мне договорить, а схватил за руку и побежал так быстро, что я не успела даже оглянуться. Он принёс меня до дома и не покидал, был рядом. Он знал, как мне страшно. Сначала Эсмеральда, теперь Матео... А потом кто? Я? Юн Ли? Ох, это было так страшно... В нашем городе появился новый серийный маньяк? Баку поцеловал мою ладонь и мягко сказал: — Ни в коем случае никому не говори то, что ты видела там. Тебя привлекут за свидетеля. Лучше смолчать. Убийцу среди духов всё равно никто не найдёт. Ты поняла? Я испуганно кивнула. Всю ночь я провела с ним. Насколько мне помнится, я заснула уже под рассвет, а он сидел на полу, рядом с кроватью. Проснулась я от сладких речей. По голосу поняла, что это была Дэй Брекит. — Ох, какие милые голубки, нежатся в постельке. Баку хмыкнул, прижал меня к себе сильнее, а я открыла глаза. — Давно ты стала такой надоедливой и мерзкой? — сказал Баку в лицо Дэй. Она лишь ухмыльнулась, заметив, что я не сплю. — Да, давно. А кому-то уже пора на уроки. Она умела в виду меня. Но я поняла, что это правда. Поэтому медленно встала и начала собираться. Баку и Дэй прожигали меня взглядом, паралельно общааясь с собой. Их беседу ч прекрасно слышала. — Так близок к ней, неужели есть планы? — Я не собираюсь с ней ничего делать, а тем более с твоих фантазий. — Ну-ну... В тайне, наверное, свадьбу планируешь? Баку очень агрессивно посмотрел на неё и практически рявкнул: — Заткнись! К тому времени я достала из шкафа две юбки: чёрную и красную. Приложила к своим ногам сначала в черную клеточку, затем в красную. — Какая мне идёт больше? Дэй сразу сказала: — Красная. Красная тебе идёт больше. Я мягко улыбнулась и спросила: — Правда? — Просто Дэй не видит никаких цветов и оттенков, кроме красного, — ворчливо сказал Баку. — Поэтому твои глаза для меня такие яркие, Баку-сан, — посмеялась Дэй. А я решила пойти в юбке в красную клеточку. Попросила Баку провести меня, ведь мне было страшно идти одной. В школе все столпились возле доски с новостями. Рядом с розыском Эсмеральды висел и розыск Матео. Все шептались и сплетничали: — Вышел гулять, а домой так и не пришёл. — Кто ж знает, куда занесло этого дурачка. А перед моими глазами были уже две картины. Эсмеральда в туалете и Матео в переулке. Взглядом я нашла Юн Ли, хотела пойти к ней, но заметив меня, Вайолет и Айрис отвели её в сторону, а она лишь злобно посмотрела на меня. Неужели нашей дружбе конец? Это я виновата... Не нужно было так много внимания относить Лили... К слову о ней. Из нашей школы она ушла. Нам об этом заявили. В чём смысл приходить на один день и уходить?! Меня брали сомнения, что её и вовсе не было. В смысле, что она была какой-то подставной или что-то такое. Может быть она пришла специально? Её кто-нибудь подослал, чтоб она поссорила меня с Юн Ли? Может я действительно такая глупая, как говорил Баку... Я вспомнила наш сегодняшний разговор возле школы. — Абигейлл, избегай мест, где нет других людей, — сказал мне Баку, когда я уже собиралась зайти на территорию школы. — Что? — То. Мы не знаем, насколько силён этот дух. Возможно тела Эсмеральды и Матео были съедены полностью. Это значит, что ты в любой момент можешь стать для него лёгкой жертвой. А духи обычно не действуют в местах, где слишком много людей, чтоб не наводить суету. Делают это незаметно. Мне кажется, Баку единственный, кто знал, что на самом деле происходит. Он продолжил: — Ах, да... Тебе не кажется это странным? — Что именно? — То, что Лили слишком быстро нашла сейф, — начал он, подходя ко мне походкой как у злодеев из мультиков, — вы не искали его три часа, а она сразу подошла к тебе ещё в школе со словами о том, что она кое-что нашла. И каким-то чудесным образом это связано с тобой? Я задумалась над его словами. А ведь правда... Откуда она могла знать? Баку хотел сказать что-то ещё, но лишь махнул мне рукой и жестом сказал уйти. На последок я видела, как к нему подходит Дэй Брекит. Что она здесь делает?

***

Дэй подошла к Баку и с ехидной улыбкой спросила: — Твою невесту случаем не Файнесса зовут? Баку передёрнуло. Его глаза расширились и он сразу повернулся лицом к ней с напряжением: — Что..? Откуда ты... Но договорить он не успел, Дэй подошла впритык и стала шептать: — Мне любезно всё доложила твоя сестрёнка. И, Баку... Я уже знаю о том, что у тебя помолвка. Что после этой помолвки ты станешь принцем, а затем королём. И что если кто-нибудь узнает о твоих связях со смертной... Даже если ты ничего не планируешь, разве тебе поверят? Оу... А ты этого не хочешь, верно? — Не смей кому-либо рассказывать! — прокричал Баку ей в лицо. Она указала пальцем на уходящую Абигейлл и сказала: — Я отрублю ей все конечности, оставлю мучиться от кровотечений, адских болей и пыток, если ты не останешь от неё. У тебя есть семь суток, чтоб ты прекратил с ней какой-либо контакт. Успеешь за это время — молодец, получишь наследство и всё такое, а ещё оставишь Абигейлл в живых. Хотя, это ещё не факт, что я не убью её. Она засмеялась, выпуская клыки. Баку знал, что находится в самом ужасном положении. Он никак не сможет ей помешать... Даже если очень попытается. — Хорошо. Я всё сделаю. {Продолжение следует...}