От ревности до любви

После голосования, когда толпа начала потихоньку рассасываться, Минсу пулей рванул в туалет, думая, что сначала Танос пойдёт искать его по кроватям. Но тот оказался умнее — тоже побежал в туалет, хоть и немного позже брюнета. Вообще, в голове у сто двадцать пятого была мысль, что Танос его не тронет, но это казалось совершенно абсурдным, учитывая, что в последнее время фиолетовый ходил за Минсу по пятам, не отходя ни на шаг. В туалете Мин был одним из первых: он по-быстрому занял какую-то кабинку и забился в самый дальний угол, надеясь просто переждать. Прошло около трёх спокойных минут, после чего туалет почти полностью забился людьми. А ещё через сколько-то времени Су услышал агрессивные шаги Таноса и Намгю. Намгю зашёл в соседнюю кабинку, залез на туалет и, глядя на перепуганного сто двадцать пятого, что-то говорил. Слова Таноса слышались же более отчётливо: — My boy Минсу, почему же ты предал меня? Open the door! — в его голосе присутствовала нежность вперемешку со злостью. Он тарабанил по двери кабинки до тех пор, пока её замок с металлическим лязгом не рухнул на пол. Намгю, кажется, устал так долго держаться на стенке и сполз. Танос усадил Су на сортир и сделал так, чтобы его ноги обвились вокруг копчика рэпера. Субону пришлось ещё чуть наклониться — ведь он просто обязан лицезреть чудесное личико со слезящимися щенячьими глазками во всей красе. Прижавшись всем телом и положив свои руки Минсу на лопатки, Субон хищно заулыбался. — Знаешь, sweetie, до того, как я попал сюда, вербовщик словил меня именно в тот момент, когда я стоял на краю моста, смотря в водную глубину, собираясь прыгать. После его слов я подумал, что стоит попытать удачу — и не ошибся, ведь именно здесь я нашёл свой смысл жизни. Поначалу было скучно, но потом я увидел тебя. С тобой жить стало проще, мысли о тебе успокаивали. Поэтому я хочу, чтобы ты был со мной заодно. Тем более, недавно я поставил себе цель — не умру, пока ты не станешь моим. Танос не знал, любовь ли это, возможно, просто сильная привязанность. Хотя по отношению к Намгю он такого никогда не чувствовал. Тем не менее, Субон просто попробует — как леденец в красивой притягательной обёртке: ты ни разу его не вкушал, но соблазн сделать это прямо здесь и сейчас очень велик. Минсу пребывал в шоке пару секунд, а когда он всё-таки решил подать голос, чужие губы потянулись к невинной чистой шее, оставляя на ней багровые засосы — этим самым очерняя. Послышались сдавленные вздохи-писки, протестующие слова исчезали в шуме гудящей толпы. Тонкие дрожащие ручонки пытались оттолкнуть от себя тяжёлую тушу, но силы оказались не равны — Танос будто прирос к земле. Трогать это хлипкое плоское тело доставляло очень много удовольствия и адреналина — лучше любого наркотика. После слишком маленькой дозы рэпер почувствовал на себе чьё-то грубое касание — триста тридцать третий резко оттащил Субона от бедного Минсу за шкирку, как провинившегося кота. — Ты что делаешь? Зачем запугиваешь его? Хочешь на свою сторону переманить, а, гад?! — Танос посмотрел на Менги с бурлящей злобой во взгляде, затем он врезал обломщику кайфа по лицу. У них завязалась драка, как и у всех остальных. Сто двадцать пятый попытался слиться со стеной, попутно трогая свою шею, будто это минное поле. Он тяжело дышал и молился, чтобы всё поскорее утихло. Вжавшись в свои колени, парень стал окидывать взглядом дерущихся людей, найдя двести тридцатого и триста тридцать третьего. В глаза бросилась вилка, которая сильно выглядывала из кармана Менги. Но больше Минсу встревожило его посиневшее от нехватки кислорода лицо — Су не хотел его смерти, это один из немногих, кто нормально относился к сто двадцать пятому, а вилка ситуацию не смягчала. Таносу тоже нельзя умирать — так будет больше жертв. Наверное, именно в этом причина его внутреннего беспокойства. Минсу подорвался с места и навалился на Субона со спины, пытаясь оттащить его: — Танос, пожалуйста, не надо! — кричал брюнет сквозь слёзы. Фиолетовый же, почувствовав знакомые дрожащие касания и услышав такой родной сердцу голос, мигом поднялся с пола, перехватив костлявые руки и поставив сто двадцать пятого перед собой: — Минсу! Я так рад, что с тобой всё в порядке! Мин, проигнорировав рэпера, подбежал к Менги и, помогая ему подняться: — Ты как? — Могло быть и хуже, — после этих слов сто двадцать пятый приобнял Мёнги за плечо, как бы придерживая его, чтобы тот не упал, и вышел вместе с триста тридцать третьим из уборной. Танос лишь смотрел им вслед. Внутри у него словно что-то неприятно сжалось, особенно от того, как Менги намеренно трогал Минсу: обнимая за талию, как будто придерживаясь, и при этом мило улыбался. Или рэпер просто себе накручивает? Танос решил, что после отбоя поговорит с Менги по этому поводу.