The King's Personal Weekness

Agust D — 28

Мозговой штурм на 5 часов непрерывного сеанса, уставшие лица, нечитаемые взгляды, один шанс на принятие верного решения и ход вслепую. Мин Юнги осматривает всех присутствующих, подчеркивая свое особое внимание на Ли. Тот старается не смотреть в его сторону, кидая реплики лишь в ответ на обращение к нему, не более. Немного лохматый, в меру тактичный и невероятно подавленный. Мин не ожидал от своего упорного давления результата под ноль. Но явные признаки его мазохизма отпечатком пламенеют в карих глазах, которые отчётливо избегают сторону напротив. Там сидит Чхве Сан, в белой футболке, с прямой спиной и упорным взглядом на ДжиХуна. — Вас будет шестеро. Я думаю, что этого достаточно в третьем прогоне. По крайней мере будет визуальное превосходство в танцевальных партиях, — слышится откуда-то с конца стола. Две пары глаз — Ли и Чхве — застряются при этом, приглушенный тембр начинает обоих раздражать, но поддержка голосов остальных докучает лишь после. — ДжиХун-ши? — к нему обращается сам Ким. Его почти не заметно, тонкие линии скул режут, серость мешков под глазами удручает, а сошедший блонд с волос навевает на мысль о том, что не одному ДжиХуну требовалось обновить укладку. Хонджун едва представлял собой живое олицетворение выгоревшей продуктивности. И куда же здесь смотрел сам Мин Юнги-ним было абсолютно неясно. — А?.. — Ты принял решение, теперь ты за лидера. Что скажешь о двух новичках? — десять пар глаз сосредоточены на нём, снова удушливо цепкое внимание приковано к своей персоне и немыслимо тяжёлый взгляд Юнги поверх всего действия добивает без промаха. Ли резко выпрямляет спину, случайно встречаясь визуальным с Чхве. ДжиХун понимал, о ком шла речь. Чонхо и Дино присоединились к их финальному отбору в числе последних. Если же с первым вопросов не возникало даже у преподавателей вокала, то с Ли Чаном уровень сложности настраивал свою амплитуду, круто меняя ход постановки. В основном, это происходило из-за переигровки его позиции в будущей группе. Дино показывал отличные результаты по всем категориям, и ДжиХун понимал, что их состав намечался сильным и весьма разноплановым. И всё больше уверял себя в том, что его позиция лидера всего лишь формальность и дань возраста. Ведь остальным трейни едва минуло 18, кроме Вернона, являвшегося исключением ради игры по правилам. Но Мин Юнги не любил правил. И Ли абсолютно не понимал, отчего тот решил строго им следовать на этот раз... ДжиХун выдавливал реплики чужим голосом, редко поднимал свою голову и совершенно отчётливо ощущал на себе прикованные взгляды. Все ждали от него многого. Фальшивая копия короля, что взойдёт на трон без титула. И от этого хотелось удушиться без пакета, голыми руками со вспухшими венами, холодным дыханием на ухо и вкрадчивым шепотом о том, что ты недостаточно хорош в этом. Ли и сам, по правде говоря, знал, что недостаточно. А Юнги, кажется, этому до сих пор не верит. Имена оглашены, позиции розданы, профайлы дополнены. И если бы не колоссальная работа пиар-менеджеров во главе с Кимом, то это собрание продлилось бы до самой ночи. ДжиХун измотано ерзает на стуле, Чхве Сан протирает на нём сотую дыру, сидя за большим столом напротив, а Мин даёт понять всем присутствующим, что прогон материала прошёл на отлично и пора бы всем закругляться. Дверь кабинета резко распахивается, шум голосов стихает, внутреннее напряжение же — напротив. На пороге с идеальной укладкой и под стать ей улыбкой образуется некий Пак Сонхва, совершенно не удрученный пятьючасовым разминанием челюстных мышц. Он вежливо кланяется, задерживая свое внимание на главе агентства, а затем робко подаёт свой голос о том, что не смог приехать раньше положенного времени. Мин Юнги, на удивление всех присутствующих, абсолютно нейтрально воспринимает это опоздание, принимает искренние извинения и мельком останавливает свой взгляд на Киме. Игра в слепых и удрученных длится всего пару секунд. Кажется, за этот промежуток времени Хонджун совсем не дышал, жадно поглощая вошедшего Пака своими глазами. Ли заостряет на этом внимание, но до ничтожного мало, а потому соответствующе верных выводов сделать не успевает. Что касается дел до остальных, то этот неаккуратный момент пропадает в числе прочих любопытных взглядов, которые приковываются к новому менеджеру группы "Volume Code". И здесь никому нет никакого дела до Кима и его претензий на бессовестное глазение. Этим успела согрешить абсолютно вся команда по подбору. Разве что кроме Юнги-нима. — Заходи, Сонхва-ши. Мы как раз заканчиваем. Как будет готово официальное расписание перед дебютом, мы сразу сообщим, — Мин перебирает кучу файлов на своём столе, позади него презентованы шесть лиц без истории прошлого, о которых пока ещё никто не осведомлён. Но одна персона выбивается из общего графика. ДжиХун уже наперёд знает, как публика отреагирует на его дебют со второй попытки. И для всех здесь присутствующих это не является тайной. Ким снова обращается взглядом к нему, Ли замирает, сглатывая тяжёлый ком. Чхве Сан зеркалит его позу и до конца совещания не выдаёт и пары слов, а Пак Сонхва, искрящийся безумием харизмы, раздаёт вполне здравые замечания по поводу продвижения после релиза. Но ДжиХун уже никого не слушает к этому моменту, его внимание всецело пожирается на Мин Юнги, так открыто и смело за последние шесть часов. И будь тот последним дураком, если бы не понял этого с первых же секунд их нахождения в одном замкнутом пространстве: Ли всегда требовалось больше времени, чтобы привыкнуть к нему. К тому же растегнутая на две верхние пуговицы рубашка была не самой удачной идеей. И казалось бы, Мин обладал исключительной проницательностью, за которую порой ему самому хотелось удавиться, но в таком деликатном случае совершенно не заметил подвоха. Все-таки дурак... Когда все насущные вопросы были разобраны, когда последняя капля терпения была выжата досуха, а третья чашка кофе пропала из виду, Мин понял, как чертовски устал за последнюю неделю нон-стопа. Вокруг наступила та самая убаюкивающая тебя тишина, за которой протяжный скрип двери и шуршащие по полу шаги не были услышаны. — Юнги-ним?.. — касание по плечу осторожное, узнаваемое. Если Мин и научился чему-то в своей собственно сколоченной империи, так это тому, как легко опознать Ли ДжиХуна, не смотря на него. — М-м?.. — бурчание себе под нос, сонная нега отступает постепенно, а в глазах пляшут туманные искры. — Вам бы отдохнуть, как следует, Юнги-ним. Поезжайте домой, — тон реплики участливый, с ноткой приятной дрожи, от которой Мина ведёт почти круглосуточно. Записать на демо, увековечить в чертогах разума и пронести через поколения будущих времён, до которых хотелось бы дожить самому, невзирая на поганый режим жизни и отсутствие здоровых привычек. — Ты заделался в мои личные помощники, ДжиХун? — Юнги намерено опускает нейтральность обращения, чтобы лично увидеть это пугливое смущение напополам сотканное с противоречивым раздражением. Ли умел совмещать в себе это без усилий, а Мин хотел избавить себя от последствий таких великолепных эмоциональных качелей. — Хонджун-сонбэним ждёт вас внизу. Он попросил передать вам, — Ли не обращает (нет) внимания на томные нотки в голосе главы агентства. Ноги держат его на автомате, устойчивость почти нулевая. Он паршиво поспал прошлые две ночи. Сомнений в его измученности организма совершенно никаких. Мин это тоже замечает, хмуря бровью из-под отросших прядей чёрных волос. — Ты сам-то когда в последний раз высыпался, как следует? — подкол удачный. ДжиХун начинает злиться, все-таки принимая поражение своей неустойчивой походки, присаживаясь на стул около его кресла. — Это всё из-за камбека... Думаю, вы понимаете, как всё серьёзно на этот раз, Юнги-ним, — голос поникший, усталость собачья, а правдивость слов искренняя. Мин лишь слегка кивает вбок, бесполезно добавлять что-то поверх слов Ли. — Я, правда, боюсь, что подведу всю команду. И боюсь, что подведу... — фраза останавливается, глаза робко поднимаются и ловят внимательный взгляд Юнги. — Договаривай, ДжиХун. — Что подведу вас. — Я в тебя верю. В тебя верят все, наш ДжиХун-ши, — это простреливает моментально, глаза Ли опускаются с фокусировки Мина, а тот, в свою очередь, пытается обратиться голосом в прежнюю нейтральность, которая в их формальном общении всё больше походила на фарс. — Просто не накручивай сейчас лишнего. Это плохая практика воспитания силы воли. Я на таком запоролся однажды... — Как это было? Это действительно волнует, это захватывает всё нутро до хруста костей, до стыдливого пота в ладошках, до самых кончиков покрасневших ушей. И черт же побери, зачем ДжиХун подстригся так коротко именно сейчас! Всё так не к месту. Всё так наперекосяк. Всё так открыто... — Когда-нибудь я обязательно тебе расскажу, но не сейчас, — Мин Юнги делает ему спасительную поблажку, намерено игнорируя внешние изменения в самом Ли, сидящего чуть левее него. — Ловлю вас на слово, Юнги-ним... — ДжиХун отвечает ему тем же, игнорируя секундное замешательство Мина на его резкое касание рукой поверх. Ли всегда мечтал коснуться Юнги-нима сам, непринуждённо и без грязных помыслов. Но он не учёл лишь того, что последует за этим жестом. Он не учёл того, что Юнги-ним захочет его притянуть к себе ближе, а после этого крепко обнять...