Для нас главное, чтобы ты выжил.

— Хэ Сюань, если ты сейчас же не проснёшься, я действительно убью тебя и скормлю твой прах твоим рыбам! Немедленно выходи из своей спячки! — В окрестностях Мёртвого моря разворачивалась сцена, которая могла бы вызвать улыбку у любого случайного прохожего, если бы не крики и ужас, наполнявшие природу. Молодая пара с двумя детьми пыталась преодолеть барьер, который окружал спящего демона. Маленький мальчик в красных одеждах, вооружённый небольшим ятаганом, наносил удары по полу прозрачной оболочки, стремясь оставить хоть малейшую царапину. Каждый его удар сопровождался тихим шепотом девушки, которая пыталась успокоить плачущего ребёнка, и громкими криками юноши, который отчаянно сражался с разъярёнными демонами. Никто не знал, как поступить в этой ситуации, а время стремительно уходило. В порыве ярости Хуа Чен отдал приказ молодой паре унести ребёнка. Сейчас самое важное — спасти малыша. Пара убежала, и меч юноши рассекал воздух, словно небесный карающий меч, проливая свет над полчищами тварей. И только ты, мой зритель, сможешь увидеть грустную прощальную улыбку маленького князя демонов.

***

— А-Сян, ты проснулся? — спросила молодая девушка с нежным взглядом, присаживаясь на край кровати юноши. Её лицо озарилось слабой улыбкой, и это было первое, что увидел Вэй Усянь, открыв глаза. В комнату проникали солнечные лучи, а лёгкий ветерок приносил с собой аппетитный аромат супа. Нежный взгляд девушки и её тёплая рука, заботливо заправившая прядь волос за ухо юноши, излучали чуткость и любовь. Вэй Ин улыбнулся, и его страх перед тяжёлыми воспоминаниями и мрачными снами растворился в воздухе. Он ярко улыбнулся в ответ своей сестре. Казалось, ничто не может омрачить этот день, даже кислое выражение лица А-Чена, который стоял в тёмном углу, словно грязная куча. Юноша был бы рад пройти мимо него. — Ты наконец-то пришёл в себя! Я уже думал, что ты не выживешь, но, похоже, зря радовался. — С этими словами парень, нахмурив брови, направился к кровати. Он осторожно сел на свободную часть и, не обращая внимания на брата, который внимательно слушал его, словно тот был пустым местом, погрузился в свои мысли. — Как долго я был без сознания? — поинтересовался Вэй Усянь, с любопытством наблюдая, как его сестра изящно поднимается с постели и направляется к столику, на котором его ждёт поднос с любимым супом из ребрышек. Шидзе всегда готовит его, когда он просыпается после долгого сна, стремясь порадовать брата. И сколько бы он ни говорил, что ей не нужно так стараться ради него, она не обращает внимания на его слова. Хотя взгляд Цзян-Чена и полон лёгкой иронии, в нём отчётливо проступает беспокойство. Он осторожно касается лба Вэй Усяня своей широкой ладонью, и тот понимает, что его друга тревожат не только проблемы с магией, но и состояние его ментального здоровья. — Со мной всё в порядке, правда. Так, сколько времени я проспал? — Двое суток! Сколько раз я говорил тебе, чтобы ты принимал лекарство вовремя? Ты поднял на ноги весь Гусу Лань! — Вэй Ин лишь слегка усмехнулся, переведя взгляд на брата. А-Чен же, напротив, нахмурил брови и обиженно поджал губы. — Послушай, Вэй Усянь, когда-нибудь я лично убью тебя и скормлю твой труп рыбам. Из-за тебя мне пришлось беспокоить отца. Ты понимаешь, что своим поведением и забывчивостью позоришь наш орден? А если бы… — А-Чен, прошу тебя, не кричите так громко. А-Сян только проснулся, давайте лучше пообедаем вместе. Мы все устали и были взволнованы, нам необходимо восстановить силы и немного отдохнуть. С нежной улыбкой на лице, девушка разлила суп по мискам и с радостью пригласила братьев к столу. Они с удовольствием присоединились к ней, с трепетом пробуя восхитительное блюдо. В этот момент их окружала спокойная семейная идиллия, наполненная ярким солнечным светом, лёгким ветерком и едва уловимым, но таким манящим звоном скрывающихся бабочек.

***

— Как долго ты собираешься скрывать его воспоминания? По-моему, эта девушка не в силах поддерживать его разум! — раздался громкий голос, разорвав тяжёлую атмосферу. В комнате, погружённой в полумрак, мгновенно зажглись свечи. Красный балдахин, развевающийся у окон, создавал ощущение тяжести и одиночества. Мужчина, который до этого внимательно изучал бескрайние просторы, резко обернулся к своему собеседнику. — Ты должен знать! — собеседник вздрогнул. После того случая их и так натянутые рабочие отношения стали ещё хуже. Возможно, он мог бы снова начать конфликт, но Ветерок его убьет, а потом запьет бокалом вина. Поэтому ему пришлось промолчать и не усугублять и без того шаткое положение. — Как ты думаешь, может быть, ему там лучше, чем здесь? — А вы не думали, что это ему решать, а не вам? И принц… — внезапно его горло сжали, когти впились в кожу, а пронзительный взгляд пронзил насквозь, вызывая дрожь во всем теле. Но он держал лицо, не позволяя эмоциям вырваться наружу. Ему следовало бы придержать язык и не затрагивать эту болезненную тему, ведь прошло совсем немного времени. С выдохом его шею наконец отпустили, и глаза снова наполнились безразличием. Тело приняло прежнее положение. Направив взгляд в окно, мужчина начал аккуратно постукивать ноготком по деревянным перилам. — Хорошо, просто поговорите с Цзян Яньли. Сейчас она понимает его лучше, чем кто-либо другой! — Хорошо. Когда вернёшься, не забудь передать ей лекарство. — Конечно.-Когда мужчина ушёл, в комнате вновь воцарилась тьма. Лишь кровавая луна освещала статную фигуру, стоящую у окна. Это существо было окружено одиночеством, а вечная ночь служила ему молчаливым свидетелем.