На крыльях отчаяния

      Луканис определенно был бы против свершившегося, но Рук не могла поступить иначе. В этот вечер умер не только Илларио, но и горечь потери, чувство вины и разочарование. Сегодня Рук прошла освобождение и Злость сыграл в этом ключевую роль, хоть напрямую не участвовал в процессе. Вернувшись в Маяк Рук рухнула на софу и впала в небытие.       Спустя мгновение стражница открыла глаза. Она лежала на тахте и не могла пошевелиться — тело не слушало её. В углу спальни стояло существо, сотканное словно из самых кошмарных снов и жадно скалилось, готовое наброситься на нее, чтобы насладиться вкусом горячей, пульсирующей крови, смешанной со скверной порождений тьмы. В голове Рук зашипел голос, говоривший на совершенно незнакомом ей языке, но который она всё-таки могла понять:       «Ты пожертвовала своей мирской жизнью, чтобы защищать других. Как благородно и самозабвенно… и как же было много сожалений и страданий в этой жертве. Сначала вы, стражи, пьете нашу кровь, а потом мы наслаждаемся ей, извращаем вас, упиваемся вашей беспомощностью, превращаем вас в себеподобных. Скоро, Рук, это ждет и тебя… Приди к нам, слейся с нами, услышь наш Зов! Пора…»       Зов архидемона, шепчущий свои песни, невозможно игнорировать и Рук понимала, что она не сможет долго сохранять рассудок. Тело стража, подверженное скверне, со временем начинает изменяться и обретает вурдалачью форму, навсегда лишая любого из ордена возможности мыслить. Магесса надеялась, что у неё останется пара десятков лет в запасе и она планировала погибнуть в славной битве, будучи примером для последующих поколений Серых стражей, но повторный контакт со скверной ускорил приближение Зова. Смятение охватило разум стражницы. Теперь у неё нет времени, чтобы бороться с богами — в любой момент скверна может увести её с поля боя, увлекая глубоко под землю.       Злость, скрывавшийся рядом, вновь почувствовал себя в ловушке — во второй раз он постиг счастье быть творением физического мира и это счастье снова не продлится вечно. Демон молчал — он доверял Рук и, переселившись, узнал о посвящении в стражи и о всех его побочных действиях. Вести размеренную человеческую жизнь на протяжении многих лет в обмен на помощь с убийством богов, было, по его мнению, честной сделкой. Теперь же не будет сделки, не будет богов, не будет бытия, не будет Рук… Ему оставалось лишь силой завладеть телом и насладиться, возможно, последними днями реальности, пока скверна не начала пожирать и его естество, изменяя воспоминания и сущность духа.       Наспех одевшись, Рук поспешила в комнату к Нэв. Распахнув дверь, стражница остановилась, подбирая слова. Она выглядела напуганной и растерявшейся. Доспех, наскоро зашнурованный и даже не затянутый узлами, растрепанные волосы и болезненный вид — Нэв никогда не видела Рук, помешанную на порядке и организованности, в таком состоянии. — Нэв. Я знаю, мы с тобой никогда не ладили, но прошу, выслушай меня и не задавай лишних вопросов. Луканис мертв. Илларио использовал яд, чтобы убить его и стать Первым когтем. Ты должна знать, что я отомстила за нашего друга — Илларио получил по заслугам. Я больше не могу вести вас, Нэв. Пожалуйста, передай ребятам — мне очень жаль, что я вас подвела. Я постараюсь присоединиться к вам позже, если… Если буду еще в состоянии. Ты будешь превосходным лидером, — и не вини меня за то, что я сделала. — Рук выпалила все новости на одном дыхании, сохранив себе немного драгоценного времени. — Рук, что с тобой? Почему ты уходишь? — Недоумевающе спросила Нэв. — Мое время пришло. Скажи об этом Даврину, он все поймет. Не дожидаясь ответа, Рук удалилась из комнаты, бегом направившись к элювиану, надеясь никого не застать по пути. Единственное место, где ей могли помочь — это штаб Серых стражей. В лучшем случае Антуан расскажет ей, что в ходе экспериментов со скверной, он узнал, как замедлить приближение Зова, а в худшем — она попрощается со старыми друзьями и в последний раз отпустит контроль над своим телом, чтобы исполнить свое обещание.