Блики в витражах

Камилла с трудом узнавала приемную заунского отделения миротворцев: отштукатуренные стены, новая мебель. Пахло отнюдь не розами, но с канализацией явно разобрались. Впервые за тридцать лет. При Кейтлин это место переставало быть клоакой, куда сливаются все нечистоты нижнего города, и действительно стало походить на обитель порядка в Зауне. Кейтлин находилась в своем кабинете. Все прибрано, шкафы с пронумерованными кейсами и этажерки с бумагами расставлены вдоль стен, свободные участки заняты досками с картами, на которых собраны сводки по всем основным делами. Идеальный порядок, который Кейтлин уже внедряет в саму систему. - Добрый день, Камилла, - сказала она, вставая из-за своего стола и подходя к киборгу, которая считывала быстрым взглядом информацию с досок. – Что-то ты затянула с первым визитом. Я ждала тебя раньше.   Камилла встала на ноги полтора месяца назад и с тех пор ее постоянно видели в Зауне, за ней числилось уже порядка десяти нарушений, однако благодаря ее работе удалось отыскать несколько группировок, помогающих Урготу, а в тюрьмы попали двое промышленных преступников. Заняв пост шерифа, Кейтлин поняла, почему власти недолюбливали стальную тень: ее действия наносят немалый ущерб, но сдержать ее не так-то просто, потому что на информации, которую она добывает, держится благосостояние города и производств. - Видела квартал, который строит твой фонд, - произнесла Камилла, не торопясь переходить к делу. –  Дела идут отлично, никто не мог ожидать подобных результатов от леди из Пилтовера. Если все пойдет так и дальше, к концу года люди получат свое жилье. Кейтлин оставила эту похвалу без комментариев. Когда только начинала строительство в Зауне, Кейт оставила в этом отделение по меньшей мере пару десятков заявлений о кражах, мошенничестве и подделывании документов, и все это время никто ими не занимался. Секретари шутили, что такая как Кейтлин Кирамман точно найдет способ заставить миротворцев работать над своим заявлениям, и в конце концов она действительно нашла единственный верный способ – стала шерифом. Теперь все ее дела были отправлены в суд, а в новых заявлениях отпала нужда: после того, как Кейтлин получила уважение в городе, власть над силовиками и поддержку закона, связываться с ее проектом стало сродни самоубийству. Поставщики предлагали ей самые выгодные условия, подрядчики работали сверх меры. Один даже безвозмездно отремонтировал отделение миротворцев, чтобы Кейт не держала на него обид за былое. Теперь она могла не контролировать каждый этап лично: как только исчез «эффект нижнего города», на стройке все заработало само. Она не просто не разрывалась между проектом и новыми обязанностями, она улучшила статистику своего отдела за счет наведения порядка на стройке и ускорила строительство за счет своего положения. Да, решать свои проблемы в первую очередь возможно было не самым честным шагом по отношению к жителям, но с чего-то Кейтлин нужно было начинать, и она решила, что начнет с того, о чем ей лучше всего известно, и так постепенно втянется в дела города. Кейт встала возле Камиллы и окинула взглядом свою доску с картой Зауна, мелкими цветными записками и нитями на булавках. Сейчас в приоритете был поиск сторонников Ургота и восстановление порядка в разрушенных кварталах. По договору с Советом эти улицы на два десятилетия переходили во власть химбаронов, отправивших своих наемников на защиту Зауна во время восстания. Теперь они должны были восстановить жилой фонд, чтобы позже заработать на аренде. Проблема в том, что в некоторые хибары вернулись жители и, кое-как залатав дыры в стенах и крышах, пытались вести хозяйство как раньше, хотя больше не имели на это жилье никакого права. Химбароны изводили Кейт требованиями выселить «помойных крыс» из их собственности и ей в самом деле приходилось отправлять миротворцев, чтобы те выгоняли нищих из их домов. Это превращалось в настоящую переселенческую войны и на площадях уже пару раз собирались с пикетами «Долой Кирамман с поста!», а газеты пестрели заголовками вроде «Заунитов выгоняют из домов, чтобы построить дворцы, которые никто не сможет оплатить», «Сколько шериф Кирамман зарабатывает на строительстве в Зауне?» и «Через пять лет бездомными могут стать семьдесят процентов населения Зауна». Приятного мало, но Кейтлин привыкла быть в центре внимания. Она знала, что действует во благо города, и то, что обыватели не понимают ее политики, не могло ее остановить. Больше не могло. - При тебе Заун засверкает не хуже Пилтовера, - улыбнулась Камилла, рассматривая нарисованные карандашами планы поверх разрушенных районов. – Отличный курс. Теперь главная задача – не сбиться с него. А это самое сложное. Кейтлин молчала, выжидая, что стальная тень скажет дальше. Едва ли она зашла сюда поболтать о ее успехах. Феррос, с тихим лязгом переступив на лезвиях, повернулась к собеседнице. - Недавно в Пилтовере убили приму частного театра, - доложила она, сцепив руки за поясницей. - Срезали с ее черепа лицо, а в руки вложили красную розу. Один убийца, одержимый розами, уже побывал в день теракта в музее и отправил мне одну прежде, чем устроить Цветение. Левая бровь Кейт чуть дрогнула. С каких пор стальная тень связывает дела по уликам вроде попавшихся при расследовании цветов? Должно быть этот воображаемый убийца не слишком избирателен, раз после громких политических заявлений через музей и Цветение опустился до девицы с второсортной сцены. Камилла отметила справедливый скепсис на лице собеседницы, но продолжила. Совпадения, которые она обнаружила, выглядели слишком подозрительно, чтобы отмахнуться от них. - В материалах дела я обнаружила любопытную деталь: единственный подозреваемый в представлении с ноксианцами, Чжао Сяо Дун, по своим травмам походит на человека, который может быть причастен к взрыву на судне, где погибло несколько миротворцев. На том же судне находился драконовый посох, похищенный из музея. Я захотела увидеть мужчину, вокруг которого столько совпадений. Поговорить, проверить внешнее сходство, но сразу после убийства балерины он исчез из собственной лавки. Никто из его знакомых не может сказать, где он. Однако кое-кто из клана Рассвета, где он некогда состоял, обмолвился, что ты можешь это знать. - Я знаю. Он живет в моем доме в Зауне, - сказала Кейт, не став отпираться. Она была готова к этому разговору и почти не удивилась, что Камилла пришла к ней именно с ним. – Чжао бывший человек клана Шан Ли, ты лишила его ног в день взрыва на судне. Он был там за тем же, зачем и ты, искал драконовый посох. Связи, которые сперва казались надуманными даже самой Камилле, внезапно обрели смысл: подозреваемый в Цветении действительно был тем, кого она лишила ног на пристани. Она обратилась в слух, а Кейтлин продолжила. - После того, как ты отняла его ноги, его изгнали из клана, и он обосновался в Зауне. Позже он попал в подозреваемые в расследовании Цветения из-за ошибки следователя, увлекшегося собственным повышением и нарушившего все протоколы. К Чжао его привел погром, который устроил Шан Ли после того, как узнал о нашей связи. Теперь картина стала для тебя яснее? - Если он не связан с убийствами, тогда почему же он оставил свою лавку? – спросила Камилла. - Он не оставил ее и не скрывается. Его дела пошли в гору, теперь он в поиске новых партнеров. Едва ли наемники, с которыми ты беседовала, могли с ним встретиться в последнее время, - сказала Кейт не без гордости. - Поговори со своими родственниками, возможно они уже о нем слышали. Камиллу позабавил ее собственнический тон. - В таком случае ты не против, если я с ним побеседую? Раз мы одного круга, рано или поздно вполне можем случайно столкнуться. - Это лишнее, - твердо ответила Кейтлин. – Ты здесь, потому что Чжао единственный подозреваемый, чье имя фигурирует в расследованиях, между которыми ты пытаешься нащупать призрачные связи. Но он стал подозреваемым по случайности, так что оставь его в покое, Камилла, и займись более перспективными направлениями! Я не позволю тебе снова разрушить жизнь этого человека. Посыл Кейтлин прозвучал агрессивнее, чем мог бы, но зато однозначно: Джин под ее контролем и защитой. Камилла уже нанесла ему непоправимый ущерб и теперь ей стоит держаться подальше, иначе их отношения неминуемо охладеют. Камилла отступила. Теперь, когда она узнала, как этот иониец связан с судном, давить на Кейтлин дальше не было смысла. «И вот, этот акробат снова от меня скрылся» - подумала Камилла, припоминая, какие кульбиты безногий выделывал, пытаясь добраться до залива в ту ночь. Тело должно быть действительно исключительное, раз позволило ему обосноваться в каменном сердце Кирамман. Однако прежде, чем оставить эту линию, Камилла решила поговорить еще с одним человеком. Кое с кем, кто лично знал ионийского торговца с дурной привычкой оказываться подозрительно близко от громких терактов. *** Зевая и почесывая живот под старой майкой, Вай вышла на потертые ступени «Капли». Строительная пыль въелась в ее кожу, волосы, слизистые и легкие, и ей хотелось продышаться после очередной ночи на произвольной стройке. Усевшись на ступени, она отупело смотрела на утреннюю улицу Зауна. Когда в последний раз здесь было настолько светло, ей еще десяти не стукнуло. Смог затягивался с каждым годом ее жизни. Перед тем, как она села в тюрьму, солнце выглядывало на несколько часов, а когда она вышла, в Зауне уже стояла вечная ночь. И теперь вот. Утро. Как в детстве. Взъерошив волосы, Вай отпила воды из тяжелой кружки и уставилась на фонтан со статуей ее приемного отца на другой стороне улицы. Они каждый день встречали утро вместе. Дав себе продышаться, она вернулась в «Каплю», которая теперь была ее домом. Как только в Зауне снова стало возможно дышать без респираторов, она выгнала всю шушеру, не сделав исключения даже для женщин с детьми. В Зауне тепло и есть чем дышать, а значит они справятся. Это место не должно стать очередным бараком, где селятся нищие. С тех пор, как она узнала о причастности Кирамманов к по меньшей мере трем терактам, ее мир перестал быть прежним. Экко и Джинкс знали обо всем с самого начала и молчали, наблюдая за тем, как она мыкается по темным со своим расследованием, словно слепой щенок. Насмешки Джинкс поводу ее карьеры следователя обрели новый смысл, и стали еще одним доказательством, что Вай на эту работу не годится. Родню видеть было невыносимо, они больше не заслуживали ни капли ее доверия, а Лорис не заслуживал наркоманку, которая не хочет быть спасенной. Вай больше не знала, кто она и как ей вообще жить эту чертову жизнь. Ей хотелось скатиться в пропасть, поэтому она возобновила отпуск и заперлась в своем здании, тоскуя по жизни, которая у нее могла бы быть, если бы не та проклятая наводка на квартиру Джейса Талиса. Да, в своих сожалениях она действительно забралась настолько далеко в прошлое.  Но кануть в бездну оказалось не так-то просто, когда ты можешь быть кому-то полезна: знакомые и приятели приходили к ней один за другим, и им было срать на то, как сильно она раздавлена. Им нужна была ее помощь. Кое-кому из них отказать Вай не могла даже в своем положении, так что она утерла сопли, накинула красную куртку и отправилась на улицы, чтобы протянуть еще одну ниточку между Пилтовером и Зауном. А потом получить небольшую благодарность, на которую можно пожить лишнюю неделю. Или, например, заказать материалы и инструменты, чтобы вернуть «Капле» облик, который она заслуживала. Где-то под ошметками обоев и штукатурки сложены те же кирпичи, которые помнят Вай в ее лучшее время. Восстанавливая «Каплю», она чувствовала, что понемногу строит заново и себя, хотя на этом этапе она понятия не имела, что у нее получится – строитель-то она так себе. Камилла Феррос, лязгая о разбитый пол лезвиями протезов, вошла в полуразрушенный трактир и осмотрелась. Из глубины доносились удары молотка и музыка. Она двинулась на звук, скептически осматривая здание, которое, видимо, решили разобрать руками вместо того, чтобы снести парой взрывов.  Вай с повязкой на лбу, вооружившись молотком и зубилом, стесывала в кухне старую плитку. Из пыльного граммофона на табуретке звучали песни ее юности, вдоль стены стоял ровный ряд пустых бутылок из-под пива, а возле Вай – полупустой ящик. Это у нее было на время работы, кое-что по-настоящему прочищающее мозги ждало ее на ночь. - Рядовая Хардстилл, - произнесла Камилла, вставая в проходе и вежливо кашлянув. - Ого, кто пожаловал! - обернувшись, Вай фыркнула, поправив повязку на лбу пыльными руками. - Чем обязана? - Я просмотрела твои отчеты, узнала, чем ты занималась все то время, что я отсутствовала, - произнесла Камилла. – Поговорим? Пожав плечами, Вай встала и потянулась, так что из-под дряхлых штанов показалось белье. Прихватив из ящика пару свежих бутылок, она отвела Феррос в подвал, где обустроила себе спальню. Самое уютное место в Зауне по оценке Вай Хардстил. - Пивка? Она уселась на старый диван с помятым одеялом, служивший ей кроватью, и поставила вторую бутылку на низкий столик ближе к Феррос. Камилла несколько секунд смотрела на сомнительное пойло, однако в конце концов устроилась на кушетке напротив и, с неожиданной ловкостью откупорив бутылку лезвием протеза, выпила. Вай, пронаблюдав это, весело фыркнула. Леди Феррос балуется дешевым пойлом в заунской хибаре – да за такое зрелище и заплатить можно! - Итак, ты ушла из следователей, - произнесла Камилла. - Не ушла. Меня уволили, - поправила Вай. - Полагаю, что незаслуженно. Когда расследовали Цветение, ты прибилась к миротворцу из Зауна и его руками подвела под подозрение Чжао Сяо Дуна. Мне рассказали о твоей версии и находках против ионийца, я считаю они не лишены смысла. Однако после беседы с подозреваемым ты внезапно оставила дело. Говорят, что не только его, - Камилла обвела красноречивым взглядом нору, где теперь жила девушка. – Что произошло? Губы Вай едва заметно скривилась, разговор ей не нравился. Но чего-то подобного она и ожидала от этого визита. Его просто нужно пережить и спровадить Камиллу куда подальше. - Я просто не справилась, - ответила она, и слова дались ей легко. – Много с чем не справилась. Слышала про кризис среднего возраста? На последней фразе Вай услышала в своем голосе интонацию Джинкс, и скривила рот. Этот сарказм только жалкая попытка доказать кому-то, что ты способен смеяться над собственной болью. У Джинкс звучало жалко. У нее самой наверняка тоже. - Я слышала, что ты нашла убийцу шерифа намного раньше, чем сообщила об этом Кирамман, потому что вела собственное расследование. С этим ты справилась превосходно, но тянула время. Зачем, когда от этого зависело назначение Кейтлин? Очевидно, причины были весомые. Вай зарылась рукой в челку и откинула голову на диван. Она посмотрела в потолок, дивясь тому, как по-дурацки устроен этот мир. Забавно, что Камилла явилась к ней только теперь, когда у Вай есть ответы буквально на все вопросы в этом деле, но ни один из этих ответов больше не имеет значения. На долю секунды Вай представила, как рассказывает ей правду. «Причина в том, что мой дружок-поджигатель назвал Джина заказчиком тех магнолий. Я искала доказательства, чтобы не дать Кейтлин совершить ошибку, но, когда нарыла достаточно и прижала ионийца к стенке, он признался, что организовывал все по приказу двоюродного брата Тобиаса. Того самого, которого Кейтлин вытащила из тюрьмы неделями раньше, а до этого прикрывала его дела с оборотом наркотиков. Того самого, который заказал драконовый посох моей сестре!» И вот она скажет это, а что же потом? Получив от нее такую жирную наводку, несравненная Камилла Феррос находит настоящие доказательства, до которых простым смертными никогда было не добраться. А дальше все зависит от того, о чем смогут договориться дом Ферросов и дом Кирамманов. Торговые уступки? Партнерские привилегии? Жирные активы? Причастность Шан Ли к терактам станет рычагом давления на их семью, вот и все. Никто из настоящих виновников не понесет справедливого наказания, зато всех собак спустят на исполнителей, которых Шан нанял руками Джина. Камилла так же далека от правосудия, как и те, за кем она охотится, закон и справедливость не волнуют промышленную шпионку, только порядок, причем ровно такой, какой сидит в ее модифицированной башке. Вай не хотела однажды узнать, что ее племянницы остались сиротами, потому что их родителям отсекли головы лезвия Камиллы. Просто чтобы другим было неповадно работать на чужаков: что можно семьям из высоких домов Пилтовера, то непозволительно оборванцам из нижнего города. Вай подняла голову со спинки дивана и постучала по своему виску: - Причины были здесь. Мне не нравился мужик Кейт, но я возомнила себя обалденным следователем и решила, что это «предчувствие».  Подбирала факты под то, что хотела видеть, мечтала его засадить. Хорошо, что не вышло. Она отпила еще пива, позволив себе пьяную улыбку. Пускай Камилле будет от нее мерзко, быстрее свалит отсюда. Однако та смотрела на нее без раздражения и невозмутимо отпила из своей бутылки. В этом движении было что-то механическое, противоестественное. - И как часто люди не нравились тебе так сильно, что ты прикладывала столько усилий для их ареста? – поинтересовалась она. – К Вайолет Хардстил идут преступники из Зауна и Пилтовера, чтобы она помогла им работать сообща. Ты из тех, кто помогает избежать заключения, не наоборот. Так что не так с этим торговцем? - Да все с ним так! - ответила Вай с искренней злостью. Теперь, когда она все знала, ей было даже жаль Джина. Он просто шестеренка в механизме семьи, зажатая между Кейт и Шаном. Одно неверное движение и он вылетит обратно на свалки Зауна, вот он и вертится как может, то в одну, то в другую сторону. - Просто Кейт на нем зациклилась и мы отдалились. Раньше я занимала больше места в ее жизни, мы были близки по-настоящему. А потом это исчезло. Сейчас понимаю, что дело было даже не в нем… Вай рассчитывала на то, что слушать нытье подвыпившей неудачницы Камилла не станет, но та была само внимание, и это даже пугало. Будто она точно знала, что здесь что-то есть, и была уверена, что Вай что-нибудь ей да выложит, если сыграть роль свободных ушей. Так ли она не права, если подумать? Вай напомнила себе, что она совсем не так хорошо врет, как думает, а еще она не трезвела полностью уже несколько недель. Такой как она не обмануть такую как Феррос. Но она может ее отвлечь.   - Хочешь, покажу кое-что? – спросила Вай. – Это будет поинтереснее, чем копаться в грязном белье Кирамманов. Камилла пронаблюдала, как Вай встала и, порывшись в сумках за диваном, достала оттуда толстую тетрадь со множеством файлов и вкладышей, записями, фотографиями, письмами. Увидев этот дневник доморощенного сыщика, Камилла приподняла брови. «Долбанный посох» было написано неровным почерком на обложке. - Вот, - Вай вытащила с последних страниц фотографию, которая держалась там за бережно наклеенные вдоль углов полоски бумаги. На этом снимке был запечатлен подвешенный к потолку труп мутанта Виктора с крыльями из собственной кожи. - Я выяснила, кто он. Это художник, работавший на ноксианцев. Рисовал мою сестру и всякое другое, - сообщила Вай, усевшись на диван и склонившись к столу. – Джинкс и до этого расправлялась с художниками, но это… Это слишком даже для ее больной башки. А еще это похоже на работу «демонов», преследующих посох. Забавно, что они оказались связаны с ноксианцами, да? Словно какой-то разобиженный узкоглазый отомстил мутанту за то, что он работал на врагов Ионии. Вай рассказывала Камилле, при каких обстоятельствах нашла этого красавца и что ей удалось выяснить о его личности, а киборг неотрывно смотрела на чудовищного ангела, прибывшего в мир прямиком из ее кошмаров. То, что она видела на судне в ту страшную ночь, вспыхнуло в ее воспоминаниях так отчетливо, словно она снова оказалась там. Изуродованные тела, застывшие в неестественных позах на полу, на стенах, свисающие с потолка. Словно неведомая сила вывернула их естество наружу, изуродовала их конечности, переместила органы туда, где они причиняли больше всего мучений… Что если в Пилтовер вместе с ионийскими беженцами прибыло некое зло, и это зло не только кровожадные духи, но и те, кто их поддерживает, подражает им? Что, если это какой-то культ, в котором состоят убийцы из Ионии, работающие на заказчиков из города прогресса? Если речь идет о группе, это могло бы объяснить разношерстность преступлений. - Что Эзреалю удалось выяснить? – спросила Камилла, сделав глоток отвратительного пива, чтобы Вай не услышала, как от волнения у нее пересохло горло. - Полный тупик! - охотно поделилась девушка. – После случая в морге он изучил каждую семью, чей родственник попал под проклятие, но ничего не добился. Когда мы нашли этого ангела… это выбивалось из всего, что мы знали. Связей никаких, только переделанное тело. Эз решил, что здесь все куда сложнее, чем просто духи, преследующие проклятый предмет. Он собирался в Ионию, чтобы спросить о демонах у монахов. Последний раз мы виделись около трех месяцев назад, с тех пор я о нем не слышала. Думаю, он в самом деле уехал. «Ну или решил больше со мной не связываться» - мысленно подытожила она. Они расстались после случая в квартире Джина, откуда Вай вынесла компромат на подругу. Неприятные воспоминания заставили ее руку потянуться к бутылке. Вай решила отдать Камилле свою книжку с заметками, но та отказалась: у нее уже имелись куда более полные материалы. Она решила, что пусть лучше эта книжонка мозолит глаза Вай, может со временем незакрытое дело все же поставит ее на ноги. - Если выяснишь что-то, сообщи людям в моей команде. Они осведомлены о тебе, - сказала Камилла на последок. Это было аккуратное приглашение вернуться к работе. - Ага, - бросила Вай, закрывая за ней дверь. Как только Камилла ушла, Вай, ссутулившись и сунув руки в карманы, вернулась к плитке. Через пару минут она уже долбила молотком с такой силой и скоростью, будто под зубилом находились зубы Феррос. Опомнилась только тогда, когда в ярости вогнала его в бетон так, что оно застряло намертво. Тяжело дыша, Вай встала и отошла, сцепила руки за шеей, пытаясь унять рвущуюся наружу силу. Она запирала ее в себе, глушила, чем придется, так же, как запирала себя в воспоминаниях посреди «Капли», потому что единственное, что она по-настоящему хотела сделать, разрушит жизни всех, кто был ей когда-либо дорог. - Вай? – детский голос из коридора заставил ее опомниться. Удивленно вскинув голову, она ждала, повторится или нет. – Это че, Феррос была? Иша вышла к ней, лихо держа руки в карманах штанов, большими пальцами наружу. Она с любопытством осматривала разрушенное здание. Лорис рассказывал ей, что тут полный кошмар, но такого она не ожидала. По сравнению с этим разрушения Джинкс в припадках просто детский уровень.   - Иша? – спросила девушка, придя в себя. – Ты с кем? – она вытянула шею, пытаясь увидеть, не стоит ли в коридоре кто-то, кому можно законно набить морду. - Одна. Прилетела на своей лодке, - бросила Иша, переведя взгляд на нее. Вай выглядела паршиво, но не так чтобы слишком. Есть с чем работать. – А че ты тут делаешь? Те помочь? Это был не вопрос.