ВРИ - дополнительный контент (ТАМБЛЕР)

В пятницу они - боги. А уже в субботу у них нет ни тренировок, ни трофея, ни капитана. По отдельности эти события - что-то невообразимое, но вместе - убийственная реальность. Вороны пытаются тренироваться, но тренеры прячут инвентарь, а их корт занят чужаками, которые с тревогой и настороженностью наблюдают за игроками, выходящими парами. Журналисты со своими совиными от переизбытка кофеина и недосыпа глазами вскакивают со своих жестких пластиковых стульев неподалеку от командной зоны и бросаются в ожидании заявлений. Воронам запрещено говорить с прессой без заранее подготовленных текстов и присмотра, поэтому они молча смотрят в ответ, пока тренеры не собирают их и не отправляют обратно в чёрное чрево Эвермора. "Трагедия" - это слово звучит чаще всего, шёпотом отскакивая от стен, словно насмешка. Оно описывает утрату чемпионства - а вместе с тем их репутации, гордости, победной серии, безоговорочного статуса на вершине иерархии экси, - но только не то, что имеют в виду люди. Они говорят о Короле. Но смерть Рико не трагична. Она страшна. Они не смеют произнести это вслух, но все думают об одном. Это видно по слишком застывшим лицам и тому, как они синхронно напрягаются каждый раз, когда открывается дверь. Смерть Рико - не самоубийство, но осмелятся ли они обвинить Хозяина даже в мыслях? Они помнят, каким он был после побега Кевина. Тогда Рико вернулся синим от синяков и весь в крови, день пролежал без сознания и три - на грани смерти. Тогда он выжил. Но не пережил этого. Хозяин никак не приходил, но они знали, что это лишь вопрос времени, и постоянный страх притупил их чувства, оставив их висеть в невесомой пустоте. Если Мастер мог убить Рико за поражение, за попытку прикончить этого самонадеянного, недостойного Лиса на глазах у всех, кто знал, что он сделает с ними? Они - его Вороны, но они не Король, и их можно заменить, в отличие от Свиты. Им нужно тренироваться. Им нужно показать раскаяние. Им нужно продемонстрировать улучшение. Они не должны сдаваться, не должны оступаться, не должны поддаваться страху, ярости или панике, которые разрывают их изнутри, как ураганы. Они дышат сквозь это, как дышали сквозь каждую секунду боли и несправедливости раньше, и не думали, не думали, не думали. Думы придут позже, после наказания, когда реальность снова начнёт обретать смысл. Сейчас нужно действовать. Но никто из них не может вскрыть замки, чтобы достать снаряжение, и каждый раз, когда они подходят к площадке, слишком много взглядов гонят их обратно в тень. В конце концов, тренеры начинают охранять выходы, чтобы держать их там, где они должны быть. Им остаётся только ждать расплаты. --- Их не приглашают на пресс-конференцию, но тренеры собирают их и включают все три телевизора. В Гнезде, где запрещено появление чужаков, теперь находятся пятнадцать или шестнадцать незнакомцев в бежевых костюмах и белых рубашках. Они не стоят, как полицейские, и в их взгляде нет жадного любопытства журналистов. Они встречают вызов Воронов со спокойными лицами и понимающими глазами. Вороны вынужденно первыми отводят взгляд - на экране портрет Рико. "Трагедия", - снова говорит человек у микрофона, делая официальное заявление о вчерашнем происшествии. "Трагедия", "немыслимо", "неожиданно". Он говорит о давлении и ожиданиях, о соперничестве, что довело Рико до безумия. Эти слова - камни, бурлящие в кислоте их желудков. Они говорят о Короле в прошедшем времени, но Рико не может быть по-настоящему мёртв. Затем на сцене появляется Хозяин. Вороны видели его ложь тысячи раз, и теперь ищут её в пустом взгляде, поникшей фигуре или в костяшках его белых пальцев, бесполезно сжимающих трость. Они так сосредоточенно ищут скрытую ярость, что почти пропускают его слова. Тецудзи Морияма уходит в отставку. Он называет это личной ответственностью, признает это личной виной. Он говорит, что не может вернуться в Гнездо, где все будет напоминать ему о племяннике. Он извиняется за внезапный уход, передаёт все решения о будущем Воронов университету и поздравляет Лисов с их неожиданной победой. Говорит ли он минуту или целую вечность, но смысл слов теряется уже через несколько фраз, а вопросы, которые журналисты с энтузиазмом бросают на сцену, превращаются в шум, заполняющий раздевалку, как надвигающаяся буря. Жасмин срывается первой. С криком она бросается на один из телевизоров, сбивает его с подставки, вырывая шнур из розетки, и оставляет на потемневшем экране трещины, похожие на паутину. Удар туфли разбивает экран окончательно, обнажая искорёженные детали, и она продолжает бить, пока один из тренеров не оттаскивает её за руку. Ещё до того, как она пересекает порог, она начинает рыдать, почти выть от горя, а один из незнакомцев, стоявший у чёрной стены, следует за ней. Дверь с хлопком закрывается за ними, и в комнате вновь воцаряется гнетущая тишина. Наконец, один из незнакомцев выходит вперёд, чтобы представить себя и свою команду психиатров. "Университет пригласил консультантов", - сказал он. Университет вызвал их родителей. Университет закрывает Гнездо.