Хороший разведчик - мёртвый разведчик

      Шли дни. Недели. Иона изо всех сил старалась избегать компанию слизеринцев, и у неё это даже получилось. Единственной занозой в заднице был Ник. Но и тот со временем отвязался от неё. Не по своей воле, конечно. Просто Макгонагалл лично позаботилась о том, чтобы этот нахальный избалованный юноша всерьёз занялся учёбой. А в добавок к этому Снейп назначил парню наказание за длинный язык. И стоило ему только отработать одно, как тут же появлялось новое.       — Если бы моя семья только знала, что меня тут заставляют делать…       Примерно так говорил Эйр, чистя очередной чугунный котёл и свирепо глядя на профессора зелий. Но на угрозу или едкий комментарий в его сторону больше не решался — знал, что сделает только хуже.       В общем, единственным человеком, с кем Иона была бы не прочь поговорить, был Лиам. Но такое удавалось ей не часто. Разный учебный график, куча домашней работы и, в случае Брукса, налаживание отношений с противоположным полом — препятствия, преодоление которых было не по силам даже двум некромантам.       Сегодня у Ионы выдалась свободная минутка, которую она предпочла бы посвятить чтению книг, либо же, если повезёт, практике в некромантии.       И всё бы ничего, если бы девушка не подметила одну интересную вещь — на всех учениках без исключения были надеты значки с надписью «Поттер вонючка». Видимо, это был один из способов дать понять и без того осведомлённому Гарри о том, что его здесь не любят. Никому здесь не нравилось то, что его имя выпало из Кубка Огня, а ещё больше — то, что преподаватели одобрили его участие в Турнире.       Когда в коридоре появился Поттер, обстановка накалилась. Конечно, Драко поспешил выделиться.       — Чем ты так недоволен, Поттер? Мы с отцом пари заключили. Я считаю, что ты и десяти минут на турнире не продержишься. Отец не согласен. Он считает, ты и пяти не выдержишь.       Гарри не выдержал.       — А мне плевать, что там считает твой отец, Малфой. Он злой и жестокий, а ты просто жалок!       — Жалок? Ну, держись…       Парень уже было схватился за палочку, как вмешался профессор Грюм.       — Не вздумай, сынок! Я тебе покажу, как нападать со спины…       Лёгким движением палочки Аластор совершил принудительное анимагическое превращение. И вот, на месте нахального и подлого Драко появился небольшого размера белый хорёк.       Профессор начал подбрасывать его в воздухе.       — Гнусный. Трусливый. Жалкий.       Тут подбежала профессор Макгонагалл. Она в недоумении следила за происходящим.       — Профессор Грю… Что… что вы делаете?       — Учу.       — Это ученик?!       — Точнее, хорёк.       Аластор забавлялся на славу. Он увлёкся и запустил зверька прямо в штаны Крэбба. Парень завизжал.       — Уберите его!       Хорёк вновь оказался на земле. Минерва, наконец, пришла в себя. Она вернула Драко его прежний вид.       — Я всё расскажу отцу!       Профессор не выдержал.       — Что ты сказал?!       — Профессор Грюм!       — Это угроза?       — Профессор!       Малфой и его друзья поспешили удалиться, но Грюм продолжал кричать им вслед угрозы.       — Я расскажу о твоём отце такое, что даже твои сальные патлы встанут дыбом!       — Аластор!       — Тебе это даром не пройдёт!       — Аластор! Мы никогда не используем трансфигурацию как наказание. Что, Дамблдор не говорил вам об этом?       Профессор немного пришёл в себя.       — Наверное, говорил…       — Советую вам хорошенько это запомнить!       Минерва обратилась к толпе зевак, застывших вокруг.       — Идите в класс.       Ученики разошлись.       Иона не была исключением. Её кабинет находился в другом конце корпуса.       Идя по коридору, девушка не могла забыть произошедшее с Драко. Она даже нашла десятки разных способов, как можно его подколоть, но потом неожиданно вспомнила, что они так и не помирились.       Урок начался, и коридор тут же опустел. Но Найтмэр не спешила. Её пара должна была начаться через полчаса, времени полно.       Вдруг два женский голоса прервали тишину. Они доносились откуда-то из-за угла.       Ионе не составило труда определить, кому принадлежат голоса. Первый — крикливый, на грани истерики, сыпался бесконечными угрозами в чью-то сторону. Второй же — писклявый, обходительный с теми, от кого несомненно есть польза, то и дело успокаивал собеседницу.       — Нет, ты слышала, что он мне наговорил? Это не моё дело?! Ублюдок! Да я в гробу его видела! Нет, их! Их обоих.       — Тише… Вдруг преподаватели услышат? Наказания тогда точно не избежать.       — Да плевать я хотела на них! Клянусь всем сущим, увижу эту стерву, глаза ей выцарапаю.       Звуки шагов становились всё громче. В коридоре оказалось трое — Иона, Пенси и Астория.       Последняя мигом переменилась в лице. Она застыла на месте, молча сверля взглядом Найтмэр. Иония усмехнулась.       — Знаешь, Гринграсс, словоблудие грехом считают.       Астория вдруг густо покраснела. Но не от стыда, а от нахлынувшего приступа гнева.       — Ах ты сучка!       Девушка решительным шагом направилась к противнице.       Пенс мигом почуяла неладное.       — Тори, стой, это плохая идея!       Гринграсс нанесла первый удар. Он пришёлся Найтмэр в челюсть. Но её это не отпугнуло, а, скорее, позабавило. Девушка улыбнулась окровавленным ртом, словно безумная, а затем задала вопрос.       — И что же ты предлагаешь, Тори? Устроить мордобой, как кучка безмозглых подростков, вроде твоего бывшего, или же, как существа, наделённые интеллектом, решить наши разногласия дуэлью?       Предложение было уж слишком заманчивым. Астория не заставила ждать с ответом.       — Дуэль. И даже не смей называть меня Тори, стерва.       — Это мы ещё посмотрим. Пенс! Следи, чтобы никто нас не заметил. Не хватало ещё проблем из-за какой-то выскочки.       — Это я-то выскочка?       — Считаешь иначе? Докажи.       Как и положено, девушки взмахнули палочками, поклонились и разошлись на три шага каждая.       И тогда началась самая интересная часть — поединок. Первой среагировала Астория.       — Экспилиармус!       Заклятие было отражено. Иона усмехнулась.       — Такое простенькое. Я предпочитаю нечто поинтереснее. Редукто!       Девушка отбила атаку.       — Решила играть по-плохому… Ладно. Только не плачь потом.       — Это уж вряд ли.       — Бомбардо!       Отражено.       — И это всё, на что ты способна? Я была лучшего о тебе мнения. Иммобилус!       — Аква Эрукто!       Уворачиваться от заклятия не пришлось. Струя воды ударилась о стену.       — Серьёзно? Облить меня решила? Аларте Аскендаре!       И бинго! Грингасс не успела отразить заклинание. Она взмыла вверх.       — Ты что творишь?!       — Побеждаю.       — Поставь меня на землю!       — М-м-м, дай-ка подумать, нет.       Девушка взбесилась пуще прежнего.       — Я сказала, поставь меня на землю! Экспилиармус!       Палочка Ионы отлетела в сторону. Астория свалилась вниз.       Растерявшись от столь неожиданного промаха, девушка застыла, что дало противнице немного времени, чтобы прийти в себя, а заодно прихватить чужое оружие.       — Люмус Максима!       На конце палочки зажёгся огонь. Гринграсс победно улыбнулась.       — Прости, ты что-то сказала? О, нет, кажется, это были крики отчаяния.       Девушка взмахнула палочкой. Языки пламени тут же устремились прямиком в Найтмэр.       Иона посмотрела на соперницу и с ужасом заметила там свою палочку.       — Чёрт!       Единственным выходом было уклоняться. Полагаясь на свою ловкость, девушка носилась по всему коридору, раз за разом уворачиваясь от заклятий. Иногда пламя всё же задевало её, оставляя в одежде дыры, а на коже — болезненные ожоги. С каждым новым ударом становилось труднее терпеть, и, когда Иона в попытках увернуться нащупала за спиной дверь, она приняла решение во что бы то ни стало победить.       Её настрой читался во взгляде, но она предпочла опустить глаза. Девушка встала прямо напротив соперницы, опираясь о стену.       — Принимаешь поражение, Найтмэр?       — Да…       — А знаешь, я и не сомневалась в тебе. В тебе и твоей немощности. Ведь без своей палочки ты — никто.       На губах Ионы вдруг скользнула ухмылка.       — А здесь ты ошибаешься…       Девушка встала посреди коридора и подняла взгляд на Асторию.       — Без своей палочки я — некромант.       Руки девушки сложились в замысловатом узоре. Тори вдруг выронила оба оружия и схватилась за левый бок.       — Что… Что ты делаешь?       Девушка хрипло закричала.       — Неприятно, правда? Это твоё сердце. Медленно сжимается под давлением моих чар.       Пенси вдруг отвлеклась от слежки за обстановкой и обратилась к Найтмэр.       — Эй, ты что творишь?       — Вершу правосудие.       Вот руки сложились иначе. Гринграсс сложилась пополам.       — Чувствуешь? Будто органы сунули в тиски и плавно сдвигают всё ближе друг к другу.       Хлопок.       Девушка упала на пол и схватилась за шею.       — А это твои рёбра… медленно сдавливают лёгкие.       Паркинсон не на шутку испугалась.       — Она задыхается! Хватит!       Астория закашлялась.       — Кровь в лёгких не позволяет сделать полноценный вдох, в котором так нуждается твой организм.       Девушка вновь изменила положение рук.       Противница наконец смогла дышать, но на этот раз её ждала участь похуже. Она вдруг завизжала во всё горло, насколько ей позволяло нынешнее положение.       — Твой мозг… Эта боль стремительно сводит тебя с ума.       Тори продолжала кричать, пока не сорвала голос. Её визг был настолько пронзительный, что после него ещё пару минут звенело в ушах.       Пенси не выдержала. Она толкнула Иону.       — Твою мать, прекрати! Она уже на полу, чего тебе ещё нужно?!       — Хм, ты права. Пожалуй, я уже наигралась.       Найтмэр подошла к обессиленной девушке, а затем наклонилась над её ухом.       — В следующий раз симптомы будут настоящими, а боль — в сто раз сильнее.       Иона встала.       — И да, я не соврала. Я принимаю твоё поражение, Грингасс.       Прихватив свою палочку, девушка удалилась.       Иона приняла решение прогулять последний урок.       Её одежда — в ужасном состоянии. Сама девушка — растрёпана и изранена. Сейчас, пока студенты и преимущественная часть преподавателей сидят по кабинетам, идеальное время, чтобы привести себя в порядок, не привлекая лишнего внимания.       В ванной оказалось пусто. Иона зашла и заперла дверь изнутри.       Разложив все необходимые инструменты на раковину, девушка начала обрабатывать раны.       Всё, что было в её распоряжении — это стерильная марля, парочка пластырей, старый пинцет и на половину пустая бутылка водки, украденная Ноттом из забегаловки Дырявого котла.       Иона отрезала кусок марли, сложила его в несколько раз и, обмакнув в спирт, начала аккуратно прикладывать к ранам.       Боль оказалась нестерпимая, но другого выхода просто нет. Найтмэр не могла обратиться к мадам Помфри за помощью, ведь та наверняка начала бы задавать много вопросов. К тому же, подобного рода раны у студентов привлекают лишнее внимание со стороны преподавателей.       «Чёрт побери, как же больно!»       Хотя девушке было не впервой. В пансионе окружающих мало волновало её здоровье, и это, увы, распространялось и на врачей. Единственное, на что они были способны — выдать что-нибудь, как правило, абсолютно бесполезное из аптечки, а затем послать куда подальше. А с учётом того, что раны, благодаря местным устоям, были частым явлением, Иона приспособилась обрабатывать их всем тем, что попадётся под руку. Прямо, как сейчас.       После самого болезненного и мучительного этапа девушка скрыла все ожоги. На это потребовалось немало бинтов, ведь частей тела пострадало отнюдь не меньше — голень и колено левой ноги, бедро правой, запястье и предплечье правой руки, левая ключица и левая лопатка. Астория явно постараюсь на славу.       Разобравшись с ранами, Иона переоделась в чистую форму, а прошлую на время отложила, чтобы вскоре восстановить. Скрыв следы превращения туалета в процедурный кабинет, девушка отправилась на обед — делать вид, что ничего не произошло.       После долгого учебного дня и, что очевидно, не менее долгой дуэли с Асторией, Найтмэр изрядно проголодалась.       На обеде людей было много, поэтому девушка наугад выбрала одно из немногих свободных мест и наконец-то принялась есть. Как оказалось, недалеко от неё сидела слизеринская компашка во главе с Драко. Они были настолько близко, что можно было ненароком услышать, о чём они беседуют.       Блез странно оглядывался по сторонам, чем привлёк внимание не только Ионы, но и Тео.       — Что такое, Блез?       — Вы не видели Пенси? Что-то её долго нет.       Драко фыркнул.       — Можешь не переживать. Она сейчас наверняка с Асторией.       — С чего такая уверенность? Вы что, опять поссорились?       — Ссорилась тут только она. А я просто сказал ей то, что следовало сообщить ещё месяц назад.       Нотт догадался первым.       — О нет, так ты…       — Да. Я отказался идти с ней бал.       — Но почему…       — Я не хочу об этом говорить, ясно? Это не вашего ума дело.       — Ладно-ладно.       Неожиданно взгляд Драко устремился к Ионе. Девушка старательно сделала вид, что очень увлечена процессом поедания пищи и вовсе не подслушивала их совсем неинтересный разговор, ожидая, что это хоть как-то поможет ей избавиться от этого пристального взгляда. Но парень продолжал смотреть на неё.       Деваться было некуда, поэтому, наспех проглотив остатки обеда, Найтмэр поспешила к выходу.       К её ужасу, Малфой последовал за ней.       «Да что ему от меня нужно?!»       Девушка ускорила шаг, но парень не отставал. В конце концов, ему удалось её догнать.       — Привет, Найтмэр.       — Привет.       — Может, остановишься?       — Я очень спешу. Если тебе неудобно, никто тебя не держит.       Драко вдруг заметил бинт на запястье собеседницы.       — Что с твоей рукой?       — Ничего.       — Ничего?       — Ага.       — Да остановись ты, наконец!       Девушка послушалась и посмотрела парню в глаза.       — Ну и? Чего тебе?       — А менее грубо можно?       — У меня нет на это времени.       Иона развернулась, чтобы уйти.       — Постой! Я хочу сказать…       — Ты бросил Асторию?       — Да. Но откуда ты…       — Мир слухами полнится. Неважно. Главное сейчас то, что она за это обозлилась на меня.       — Погоди, она говорила с тобой?       — Я бы не назвала это обычным разговором, но можно и так сказать.       — Чёрт… И что именно она тебе наговорила?       — Ничего особенного. Если честно, меня не особо волнует, что она обо мне думает. Меня беспокоит лишь то, что из-за тебя у меня могут возникнуть проблемы. Ты знаешь, моё терпение не безгранично.       — Ладно, я поговорю с ней.       — Будь так любезен. А теперь, мне пора.       — Куда это? Я ещё не закончил.       «Просто выдохни… Тебе ведь не нужна вторая жертва за день, да?»       — Что ещё?       — Ты пойдёшь со мной на бал?       Найтмэр застыла.       — Оу… Не знаю. Я ведь уже согласилась пойти с Ником.       — Да плевать мне на Ника. Все давно уже поменялись парами, что мешает тебе?       — Ты.       — Что, прости?       — Мне мешаешь ты. Скажи, почему до тебя дошло пригласить меня на бал только после того, как я закатила истерику? — Я… я не знаю.       — Зато я знаю. Ты просто струсил. А теперь, когда меня уже пригласили, ты пытаешься уговорить меня пойти с тобой. Но уже не выйдет, Драко. Слишком поздно.       Девушка развернулась и, прихрамывая левой ногой, зашагала по коридору в сторону библиотеки — единственного места, куда редко забредает слизеринская душа. Наверное, именно поэтому оставшийся день прошёл без происшествий.       Этим утром Иона встала немного позже обычного. Одевшись потеплее, девушка отправилась тренироваться.       За пределами замка оказалось холоднее, чем думала Найтмэр. Это и неудивительно, на улице уже конец ноября. Близилась зима, и атмосфера вокруг становилась всё меланхоличнее, чем напоминала Ионе о былых временах обучения в пансионе.       Подул морозный ветер. Девушка поёжилась и повыше застегнула молнию нового чёрного джемпера, купленного на подаренные деньги.       Иона уже хотела начать пробежку, как вдруг её остановили.       — Постой!       Драко облачился в свой обычный спортивный костюм, что явно было ошибкой. Парень обхватил руками плечи, пытаясь хоть немного согреться.       — Надо же, изволил желание присоединиться? Я уж думала, ты совсем бросил тренировки.       — Не забывай, я…       — Тренируешься для квиддича. Да-да, я помню.       Сейчас обстановка была намного лучше, чем пару дней назад. Они не кидались колкостями, не ругались и даже не сверлили друг друга взглядом, давая понять всё и без слов.       — Ну так что, с тобой можно?       — Я когда-то запрещала?       — Кто тебя знает, может, ты передумала меня мучить, садюга?       Девушка усмехнулась. Дружеские подколы были как бальзам на душу.       — Думаю, теперь я, скорее, подхожу под категорию «Живодёр».       Драко вдруг покраснел.       — Ты что, была там?       — Ага. Из тебя вышел милый хорёк.       — О не-е-ет…       Найтмэр мечтательно улыбнулась.       — Никогда не забуду.       — Давай уже тренироваться.       Малфой побежал. Девушка пустилась вдогонку.       Несмотря на пропуски, Драко бежал легко и практически не устал даже после пятого круга. Чего нельзя сказать об Ионе. Травмы на её теле сказывались на физическую форму. Девушка вымоталась и выглядела не лучшим образом.       Парень заметил состояние тренера.       — Чего это с тобой? Устала?       — Всё нормально.       — Нет, не нормально. Ты еле ноги переставляешь.       Драко остался на месте, и Найтмэр последовала его примеру. Похоже, её организм долго этого ждал, ведь сразу после остановки ноги подкосились и девушка упала.       Парень тут же подбежал.       — Эй, ты в порядке? Не ушиблась?       — Нет.       Иона попробовала встать, но левая нога отдала сильной болью. Девушка задрала штанину. Бинт насквозь пропитался кровью. Найтмэр, недолго думая, сняла его, чтобы осмотреть повреждение.       Драко с ужасом уставился на рану.       — Чёрт, что с твоей ногой?       — Обожгла.       — Голень?       Иона задрала штанину ещё выше. Рана на колене не кровоточила.       — И колено?! Каким это образом?       — Это неважно.       — Ещё как важно. Тебе нужно в медпункт. У тебя кровь!       — Я вижу, что у меня кровь, ясно?! Но мне нельзя никуда обращаться.       — Почему?       — Мне не нужны проблемы.       Драко провёл рукой по лицу.       — Почему она вообще кровоточит? Это же ожог.       — Видимо, задела чем-то острым и не заметила.       — Так, а вылечиться самостоятельно? Ты же умеешь, я точно уверен.       — Не могу. Я сейчас слишком слаба.       Ну, конечно, невербальные отнимают много сил. Не говоря уже о том, в каком состоянии тело.       — Может, я попробую?       — Нет. Без обид, но ты пока не настолько силён в магии.       — И чем я тогда могу помочь?       Девушка тяжело дышала. Сердце билось всё чаще, отчего рана начала болезненно пульсировать.       — Сходи в медпункт. Ни с кем не разговаривай и старайся не привлекать лишнего внимания. Возьми там перекись.       Заметив смятение в глазах парня, Иона пояснила.       — Небольшой бутылек с прозрачной жидкостью. И ещё чистый бинт. Думаю, этого хватит.       — Но я не могу оставить тебя одну. А вдруг с тобой что-то случится, не знаю, упадёшь в обморок?       — Хуже будет, если я истеку кровью посреди лужайки. Беги и возьми то, что я просила.       — Ладно.       Драко поспешил в замок. Неизвестно, сколько девушка пролежала так, но ей казалось, что целую вечность. Теряя кровь, она становилась всё слабее.       Наконец, вернулся Малфой.       — Долго ты…       — Что? Нет. Меня не было всего пять минут.       — Взял, что я просила?       — Да. Держи.       Иона приняла пузырёк с перекисью и принялась лить его на рану. Жидкость зашипела.       — Эй, а это нормально?       — Да.       Когда кровь, наконец, остановилась, девушка принялась бинтовать ожог. Её руки сильно тряслись.       Драко это заметил.       — Давай лучше я.       Парень осторожно обмотал ногу бинтом, а затем коротким заклинанием отрезал ненужный конец.       — Вот и всё.       — Спасибо.       — Попробуешь встать? Я держу, давай.       Малфой поддержал девушку за плечи, и та встала.       Иона вдруг вяло улыбнулась.       — Похоже, сегодняшняя тренировка отменяется. Даже тут, подлец, отхалявил.       Драко довёл студентку до общежития.       — Дальше сама. Если я хоть сунусь в вашу спальню, они на мне живого места не оставят.       — Конечно. Ещё раз спасибо. Не знаю, что бы было, если бы не ты.       — Да не за что…       Парень проводил девушку взглядом, а затем принялся собираться на завтрак.