Толкиен и тайны Бейкер Стрит

***

Жили были два друга: Шерлок Холмс и доктор Ватсон. Делили они небольшую квартирку на Бейкер-стрит 221 Б. Порою в сырые, туманные лондонские вечера два старых боевых товарища вспоминали у камина свои давние военные завоевания и походы. — Как вам так быстро удалось понять, сэр, что убийцей не является леди Уолдшип? — затянувшись дымком сигары спросил доктор с медными, зачёсанными назад, коротко остриженными волосами. — Элементарно, мой дорогой друг Уотсон, у неё не был повреждён маникюр. А если бы она убивала сэра Гамильтона, то не смогла бы не обломить пару коготков, — резонно заключил Шерлок Холмс, попыхивая трубкой. — О, вы такой гений, мистер Холмс, — сподхалимничал по привычке рыжий лис. — Довольно придуриваться, Майрон, мы один на один, миссис Хадсон поехала к сестре. В последних ваших записках обо мне вы изрядно привираете, что сам профессор Толкиен засомневался в нашем существовании как детективов. А мы не можем допустить такого провала в очередной раз. Мы должны поработить этот мир, хотя бы своими приключениями. Майрон возмущённо зашевелил усами, путая матрицу времени и принимая оболочку первой Эпохи. — Если вам не нравится как я описываю ваши подвиги, Всетемнейшество, пишите их сами! Я теперь доктор, моя профессия востребована. Я хочу жениться на Мери, а не пялиться на вас ещё сто эпох, но уже на Земле! — Кто тебе не даёт и писать увлекательно и жениться, бездарь? Майрон подобно дракону полыхнул огнём из ноздрей. — Вы! Мелькор тряхнул чёрной гривой кудрявых волос и задрал благородный, ястребиный нос кверху. — Не забывай, щенок, кому ты обязан своей славой. Утихомирь свои порывы и поработай над нашим имиджем. — Так точно, сэр! — пришел в обычное своё для девятнадцатого столетия состояние Майрон и улыбнулся. — У нас приглашение на званый вечер к самому профессору, что будем врать? Шерлок Холмс приболел? Как доктор могу заверить… Мелькор покосился на своего верного слугу. — Зачем? — произнес Мелькор, задумчиво поглаживая свой подбородок. — Мы посетим званый ужин. Он встал из кресла, его глаза сверкнули зловещим блеском. — Ты знаешь, Майрон, у нас же есть секрет, который сделает нашу историю поистине захватывающей. Он подошел к окну и посмотрел на туманный Лондон. — Мы — хранители истории, мы видели то, что скрыто от глаз обычных людей. Мелькор оглянулся на Майрона, его губы изогнулись в хитрой улыбке. — Мы видели падение Нуменора, мы слышали пение эльфов в Валиноре, мы знаем тайны, которые заставят этого Толкиена побледнеть от ужаса, — прошептал Мелькор, его голос зазвучал грозно, как грохот грозы. — Мы можем рассказать ему все, мы можем открыть ему глаза на истину. И тогда он поймёт, что мы хранители тайн, которые не подвластны времени. Майрон, завороженный речью Мелькора, не мог отвести взгляда от его лица. Он отчетливо понимал, что хозяин затеял что-то грандиозное, что-то, что может изменить ход истории. — И что мы ему скажем? — спросил он шепотом, боясь не уловить ни одного слова из плана своего друга. Мелькор улыбнулся, его глаза хитро заблестели. — Мы расскажем ему все, Майрон. Все, что мы знаем, все, что мы видели, все, что мы испытали. И посмотрим, как он отреагирует. Если он будет достоин знать правду, то мы дадим её ему. — Но если он не достоин? — спросил Майрон, он не мог не подумать о последствиях. — Тогда мы ничего ему не скажем, — ответил Мелькор, его улыбка стала холодной и бесстрастной. И в этой фразе было что-то угрожающее, что-то, что заставляло дрожать Майрона от страха и восторга одновременно. — Тогда пошли к нему, — сказал он неуверенно, но в его голосе уже звучала решимость. Мелькор кивнул и отправился в переднюю, оставляя Майрона в раздумьях о том, что их ждет у профессора.

***

В тумане Лондона, окутывающем Бейкер Стрит, два друга, скрывающих свои истинные имена и прошлые деяния, отправились на званый вечер к профессору. Они надеялись, что он распознает их и их необыкновенное прошлое. В доме профессора, в окружении ценных книг и старинных картин, их гостеприимно встретил сам Толкиен, добродушно улыбающийся. Он был счастлив встрече с двумя известными героями Британии и быстро вошел в роль хозяина, предлагая им уютное кресло и бокал вина. — Я слышал о ваших подвигах, мистер Холмс, мистер Уотсон, — сказал Толкиен, поглядывая на них с восхищением. — Ваши истории полны приключений, интриг и опасности. — Мы просто делаем свою работу, сэр, — ответил Мелькор, показывая свою самую добродушную улыбку, которую он когда-либо использовал, надеясь, что она замаскирует его истинную суть. — Ваша работа — это искусство, — заметил Толкиен. — Вы умеете видеть то, что не видят другие. Вы умеете распутывать самые сложные головоломки. — Мы просто следуем за истиной, — ответил Майрон, пытавшийся выглядеть невинным, в то время как в его голове крутились мысли о том, как бы не спалиться. Толкиен поднял бокал. — За истину! — произнес он, и они выпили. В воздухе витало странное напряжение. Мелькор и Майрон чувствовали неловкость и беспокойство. Они понимали, что это не обычный вечер, а шаг в неизвестность. — Расскажите мне о ваших последних делах, — попросил Толкиен, наблюдая за ними с любопытством. Мелькор и Майрон переглянулись. Настало время сыграть свою роль. — Недавно мы столкнулись с весьма странным делом, — начал Мелькор, его голос звучал таинственно. — Дело касалось старинного ожерелья, которое, как говорят, принадлежало самой королеве Боадицее. — Ожерелье обладало магическими свойствами, — добавил Майрон, стараясь не выдать своего волнения. — Оно могло показывать будущее тому, кто его носил. Толкиен слушал их с нескрываемым интересом. Он всегда увлекался легендами и преданиями, и история об ожерелье королевы Боадицеи явно заинтриговала его. — И какова же была ваша роль в этой истории? — спросил Толкиен, подаваясь вперёд в кресле, его глаза заблестели от любопытства. — Мы должны были найти ожерелье, прежде чем оно попадет в плохие руки, — ответил Мелькор, наслаждаясь эффектом, который производили его слова. — Ожерелье искали многие: коллекционеры, маги и даже… существа из других миров. — Нам пришлось столкнуться с множеством опасностей, — добавил Майрон, вспоминая их приключения в образах Холмса и Уотсона. — Тайные общества, древние проклятия, погони по крышам Лондона… — Но в конце концов нам удалось найти ожерелье и вернуть его законному владельцу, — торжественно закончил Мелькор, бросив на Толкиена многозначительный взгляд. — Или, по крайней мере, тому, кого мы считали законным владельцем. — Но, сэр, — Майрон понизил голос до драматического шёпота, — ходят слухи, что ожерелье обладает собственной волей и выбирает своего хозяина. И иногда этот выбор падает на тех, кто не подозревает о его истинной силе и древних тайнах, которые оно хранит. Толкиен молча смотрел на своих собеседников, его взгляд был полон раздумий. История, рассказанная ими, была слишком похожа на правду, чтобы быть вымыслом. Неужели эти двое, скрывающиеся под масками сыщиков, действительно сталкивались с чем-то подобным? Неужели они и вправду хранители древних знаний, о которых он, создатель миров, мог только догадываться? В комнате повисла тишина, прерываемая лишь потрескиванием дров в камине. Толкиен, погруженный в свои мысли, медленно отпил глоток вина, не отводя взгляда от Мелькора и Майрона. — Вы… вы действительно верили в то, что ожерелье могло показывать будущее? — медленно произнёс он, словно пробуя слова на вкус. — Мы видели достаточно, чтобы знать: в этом мире возможно все, — ответил Мелькор, его глаза встретились со взглядом Толкиена. В его голосе звучала скрытая сила, которая заставила Толкиена вздрогнуть. Он почувствовал, что эти двое — не те, за кого себя выдают. Их слова были пропитаны древней мудростью и тайной, которая была ему знакома лишь по легендам. — Расскажите мне ещё, — тихо попросил Толкиен, отставляя в сторону пустой бокал. — Расскажите всё, что знаете. Мелькор и Майрон обменялись взглядами. Приманка была заброшена, и Толкиен, казалось, был готов к большему. — Профессор, — начал Мелькор, его голос стал глубже и приобрел бархатистый оттенок, — вы, как никто другой, знаете, что мир полон тайн. Некоторые из них скрыты в древних руинах, другие — в забытых легендах. Но есть и такие тайны, которые живут среди нас, скрываясь за масками обыденности. Он сделал паузу, давая Толкиену время осмыслить его слова. — Мы сталкивались с существами, о которых вы писали в своих книгах, — добавил Майрон, его голос звучал тихо, но отчётливо. — Мы видели магию, которая способна изменить ход времени. — Мы узнали, — продолжил Мелькор, — что граница между мифами и реальностью тоньше, чем нам кажется. Толкиен, ошеломлённый их словами, молча смотрел на них. В его голове проносились образы из его собственных книг, которые он всегда считал плодом своего воображения. Неужели эти двое, эти странные сыщики, знали что-то такое, о чём он и не подозревал? Неужели мир, который он создавал в своих книгах, был не просто вымыслом? — И что же вы собираетесь делать с этими знаниями? — спросил он, с трудом подбирая слова. — Зачем вы пришли ко мне? Его голос дрожал от волнения, и Мелькор с Майроном поняли, что нащупали нужную струну. Настало время открыть им свою истинную цель. Мелькор откинулся на спинку кресла, его губы тронула едва заметная улыбка. — Вы, профессор, с вашим даром создавать миры, могли бы донести эти знания до людей. Вы могли бы облечь их в такую форму, чтобы они поверили. Поверили в то, что невозможное возможно. — Мелькор сделал многозначительную паузу, позволяя своим словам улечься в тишине комнаты. — Мы видим в вас не просто писателя, профессор Толкиен. Мы видим в вас хранителя истин, которые не должны быть забыты. Его слова повисли в воздухе, тяжёлые, как предчувствие грозы. Судьба их замысла, их грандиозного плана теперь была в руках Толкиена. Оставалось лишь ждать и наблюдать, каким будет его выбор. Толкиен, ошеломлённый услышанным, молча смотрел на своих собеседников. Их слова, полные тайны и величия, отозвались в самой глубине его души. Мысль о том, что он, создатель вымышленных миров, может стать хранителем настоящих легенд, опьяняла и пугала одновременно. Неужели он готов принять на себя такую ответственность? Неужели он готов поверить в то, что мир гораздо больше и удивительнее, чем он мог себе представить? — Господа, — профессор откашлялся, — вы предлагаете мне нечто… нечто невероятное. Мне нужно время, чтобы осмыслить всё, что вы мне рассказали. — Хотите сказать, вам нужны доказательства? — не позволяя профессору отступить заявил Мелькор и без особых усилий предстал в образе Вала. Того Вала, каким он был до своего падения. Майрон не отставая от хозяина предстал перед профессором изящным мастером-кузнецом, ослепляющим пламенной красотой. Толкиен изумился, не в силах постичь увиденное, и лишился сознания. Майрон подошёл к креслу писателя, склонился над ним во всём своём великолепии, повернул лицо к хозяину и пожал плечами. — Смертный. Мне кажется наш план не сработал. Он скорее поверит в то, что у него шиза, чем в нас, мой господин. Мелькор так же поднялся с кресла, попутно обращаясь в изящного джентльмена. — Дадим ему время. Но ты прав, показывать ему себя истинных было ошибкой. Надеюсь, его мозг переварит это. Пошли-ка отсюда, пока слуги не всполошились. — А он не умрёт? — В Майроне проснулся некромант. — Нет, — подтолкнул его к выходу Шерлок Холмс. — Ты же не можешь выйти на улицу в таком виде. — Ах, да, точно, — спохватился Майрон. Вскоре айнур уже были в родной квартирке на Бейкер Стрит. Шерлок наигрывал на скрипке Паганини Каприс №24, а Уотсон писал письмо мисс Мери.