Мунстоун

Дневник Шарлотты Льюис. 10 июня (вечер). После того как Джек обнаружил мертвого кролика на своей кровати, мы, не сговариваясь, поспешили к Джудит. Я чувствовала, как внутри меня клокочет гнев, а страх сковывает движения. Я была уверена, что за этим ужасным "подарком" стоит именно она. Мы ворвались в ее домик, как два разъяренных зверя, готовые разорвать ее в клочья. Но Джудит, как всегда, была спокойна. Она сидела на кровати, как будто ожидала нас, и ее взгляд был каким-то отрешенным. "Это ты сделала!" - выпалила я, не сдерживая ярости. "Это ты положила мертвого кролика Джеку в кровать!" Она медленно подняла брови, изобразив удивление. "О чем ты говоришь, Лотти? Я ничего не понимаю". Джек начал было меня поддерживать, но увидев, как спокойно ведет себя Джудит, начал сомневаться. "Может быть, это и правда какие-то дикие животные, или, в конце концов, подростки-шутники. Ты же знаешь, как они себя ведут", - он проговорил это как будто неуверенно и с сомнением в голосе. Я посмотрела на него с недоверием. Как он мог так быстро поменять свое мнение? Неужели он не понимает, что Джудит играет с нами? "Нет! Это не животные! Это Джудит!" - мой голос дрожал от злости. "Я видела ее той ночью, когда она стояла под луной. Я видела, как она держала этого кролика! А потом она просто бросила его на траву, и ушла". Джудит, выслушав меня, сделала задумчивое лицо. "Лотти, дорогая, наверное, тебе просто показалось. Ночью же темно, и ты могла меня с кем-то спутать", - сказала она, и ее голос был таким ласковым, что от этого у меня снова побежали мурашки. Она отрицала всё. Я замерла от ярости. Как она могла так спокойно лгать? Как она могла отрицать очевидное? Но прежде чем я успела что-либо сказать, в лагере раздался громкий крик. На этот раз кричал не Джек, а кто-то из подростков. И это был Ноа. Мы выскочили из домика и, увидев, что произошло, замерли от ужаса. Ноа, этот вечно бунтующий подросток, который пытался всем доказать, что он самый смелый, затеял спор с другими ребятами и взобрался на высокое дерево, намереваясь доползти до самой макушки в обмен на приставку одного из товарищей. Но, как и следовало ожидать, он сорвался, упав на землю с большой высоты. Мы подбежали к нему, и тут же увидели, что он схватился за ногу, и его лицо было искажено гримасой боли. Он хрипел, и было понятно, что у него перелом. И сейчас было не время спорить и выяснять отношения. Мы все, как один, поспешили к Ноа на помощь, совершенно забыв о наших разногласиях и подозрениях. Джудит, Джек и я работали слаженно, как одна команда, стараясь успокоить мальчика и оказать ему первую помощь. Мы вместе зафиксировали его ногу, и подготовили его к транспортировке в больницу. И в этом мрачном свете луны, глядя на этого раненного мальчика, я вдруг поняла, что "Мунстоун" - максимально зловещее место. И Джудит - не лучше. Она не просто играет, она ведет свою игру, правила которой мы не понимаем. И мы все, без исключения, пешки в ее руках. Продолжение следует…