Мунстоун

Дневник Шарлотты Льюис. 9 июня (утро). Рассвет едва начал просачиваться сквозь щели в деревянных стенах, когда я услышала тихий стук в окно. Я открыла глаза, с трудом отрываясь от беспокойного сна, и увидела на крыльце Джека. Он был в спортивном костюме, его волосы были слегка растрепаны от ветра, а на лице светилась широкая улыбка. Он жестом пригласил меня на пробежку. Удивительно, но, несмотря на усталость и переживания, я почувствовала прилив энергии. Я наскоро надела спортивную одежду и, выскользнув из домика, присоединилась к Джеку. Ночь, видимо, принесла с собой дождь, потому что земля была еще влажной, а воздух был свежим и прохладным. Мы бежали по извилистым тропинкам, петляющим вокруг лагеря, и разговоры сами собой перешли к обсуждению погоды, лагерных дел, и неожиданно, к любви Джека к большому теннису. Его энтузиазм был заразительным, и я, слушая его, на миг забыла о Джудит и всем том мраке, что витал в "Мунстоуне". В какой-то момент я заметила ее. Джудит стояла на тропинке, ведущей к столовой, и наблюдала за нами. В ее глазах, даже на расстоянии, я увидела гнев. Нет, это была не просто ярость, а какая-то жгучая ревность, что скрутила все в узлы у меня внутри. Я поняла, что она видит меня и Джека, и это, кажется, сильно ее задело. Но, в этот раз, она не подошла к нам. Она лишь сжала губы в тонкую линию, развернулась и пошла дальше, и я чувствовала, как ее взгляд преследует нас до самого горизонта. Оставшуюся часть дня я провела в напряженном ожидании. Я чувствовала, как Джудит где-то рядом, как незримая тень, и ждала момента, когда она снова даст о себе знать. Но она держалась от меня на расстоянии. И вот, когда вечер уже подходил к концу, раздался ужасный крик. Истошный, полный отчаяния крик, от которого у меня похолодело все внутри. Это кричал Джек. Я бросилась к его домику, сердце колотилось в груди, как сумасшедшее. Я распахнула дверь и замерла на пороге. Джек стоял посреди комнаты, с ужасом глядя на свою кровать. Я последовала за его взглядом, и меня тут же затошнило. На его белоснежном покрывале лежал труп. Окровавленный труп мертвого кролика. Его маленькие глазки были открыты, и он казался словно приговором, и словно чьим-то жутким предупреждением. Я почувствовала, как во мне нарастает волна страха. Я знала, кто это сделал. Я знала, что это был не просто кролик. Это был символ. Это был вызов. И этот вызов был адресован мне. Я понимала, что Джудит перешла черту. И теперь я не знала, что делать. Продолжение следует…