Мунстоун

Дневник Шарлотты Льюис. 13 июня (продолжение). Солнце ослепительно сияло над лагерем "Мунстоун", и привычная суета летнего утра уже вовсю кипела. Дети, словно стайка неугомонных птиц, носились между домиками, кричали и смеялись. Лотти, стоя у столовой и наблюдая за этим хаосом, не могла отвести глаз от Джудит, которая с ловкостью разруливала утренние споры и раздавала детям порции каши. У нее все еще оставалось какое-то странное ощущение после вчерашнего. Та мысль, что она может испытывать что-то большее, чем просто дружбу к Джудит, щекотала ее изнутри, как легкий электрический разряд. И она, Лотти, придумала, как использовать это чувство. Она глубоко вздохнула, оттолкнулась от стены и направилась к Джудит. — Джудит, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал как можно более непринужденно. — Можешь на минутку? Джудит оторвалась от детей, с улыбкой посмотрела на Лотти и кивнула. — Конечно, Лотти. Что случилось? Лотти немного замялась, затем решительно взглянула ей в глаза. — На самом деле... — Она запнулась. – В общем, я хотела тебе кое-что сказать. Джудит выгнула бровь, словно поощряя Лотти продолжать. Лотти набрала в грудь воздуха и, выпалив на одном дыхании, произнесла: — Знаешь, Джудит… Мне кажется, что ты мне… ты мне нравишься. Очень. Джудит на мгновение застыла, и Лотти, заметив это, мысленно похвалила себя. План работал. Она уловила, как в глазах Джудит промелькнуло удивление, а потом... искорка интереса. — Лотти… — проговорила Джудит, явно растерянная. – Я… не ожидала. Лотти, пользуясь моментом, сделала шаг вперед, слегка коснувшись ее руки. — Я знаю, это немного неожиданно, — сказала она тихим голосом. – Но я не могла больше молчать. Мне действительно очень хорошо с тобой, Джудит. И… я не знаю, я просто чувствую что-то особенное. Джудит внимательно смотрела ей в глаза, и Лотти, хотя и притворялась, все больше убеждалась, что ей действительно хочется, чтобы это было правдой. — Лотти… — повторила Джудит, и на ее щеках появился легкий румянец. – Мне тоже… очень хорошо с тобой. Лотти внутренне ликовала. Она поймала ее. Джудит, слегка покраснев, улыбнулась в ответ. День пролетел как одно мгновение. Лотти и Джудит, словно заговорщики, держались вместе. Они руководили играми, помогали детям на занятиях по рисованию, смеялись над глупыми шутками. Лотти, наблюдая за Джудит, ее милой улыбкой и искренним смехом, все больше убеждалась, что ее "ловушка" на самом деле превращается в нечто большее. Вечер спустился на лагерь, окутывая все в мягкий сумрак. Дети, уставшие от дневных приключений, мирно дремали в своих домиках. Вожатые, убрав после ужина, собрались у костра. Лотти и Джудит сидели рядом, их руки случайно соприкасались, вызывая легкие мурашки. Когда костер почти догорел, и все вожатые разбрелись по своим домикам, Лотти и Джудит остались сидеть одни. Тишина, нарушаемая лишь стрекотанием сверчков, казалась особенно интимной. — Лотти… — тихо начала Джудит, не отрывая взгляда от остатков огня. – Сегодня был… хороший день. — Да, — ответила Лотти, ее голос дрогнул. – Очень. Они молчали какое-то время, и Лотти чувствовала, как между ними нарастает какое-то напряжение. Она медленно повернула голову, и ее взгляд встретился с глазами Джудит. В лунном свете их глаза казались особенно яркими, и Лотти утонула в этом взгляде. Неожиданно, Джудит приблизилась и легко коснулась ее губ. Поцелуй был робким, нежным, словно прикосновение бабочки. Лотти, прикрыв глаза, ответила на него, и в ней словно взорвался фейерверк. Она почувствовала, как все ее "ловушки" теряют всякий смысл, оставляя лишь одно простое, чистое чувство. Поцелуй длился всего несколько секунд, но казалось, что прошла целая вечность. Когда они отстранились друг от друга, Лотти увидела, как Джудит краснеет, и она сама почувствовала, что ее щеки тоже горят. — Джудит… — прошептала Лотти, ее сердце колотилось в груди. Джудит мягко улыбнулась и, протянув руку, легонько коснулась щеки Лотти. — Пойдем, — сказала она. – Нам пора спать. Лотти кивнула, и они, взявшись за руки, направились к своим домикам. Она понимала, что вечер закончился, но внутри нее разгоралось что-то новое, и это чувство было гораздо сильнее любой ловушки. Продолжение следует…