Ниже уровня воды

Город за огромными окнами мерцал мягким светом. Высотки отбрасывали причудливые отражения на стеклянные стены бассейна, словно сотни разноцветных огоньков танцевали на поверхности воды.

В воздухе витал слабый запах хлора, но он не раздражал — наоборот, смешивался с теплым, влажным воздухом, создавая странное ощущение уюта. Вода была тихой, гладкой, почти неподвижной. Лишь иногда легкие волны разбегались от края к краю, когда кто-то из них неосторожно двигался. Подсветка под водой горела мягким голубоватым светом, заставляя её казаться бесконечно глубокой. На динамиках едва слышно играла спокойная инструментальная музыка, смешиваясь с приглушенным эхом их дыхания. Бассейн был полностью пуст. Идея изначально принадлежала Чонгуку. После долгого дня съемок, и им, будучи за кадром, он был вымотан, но вместо сна ему хотелось чего-то другого — тишины, спокойствия, и... Тэхёна. Того, кто своей милой улыбкой и нежными пальцами стирал напряжение с его плеч. Тэхён был таким же уставшим. После работы ему хотелось просто свернуться калачиком в постели, но Чонгук не оставил ему шансов. — Давай в бассейн, — произнес он, стягивая с себя рубашку. Тэхён зевнул, опускаясь на кровать. — Прямо сейчас? — Прямо сейчас. Тэхён недовольно поморщился, но в глазах уже мелькнул интерес. — Мы могли бы просто полежать в номере, — пробормотал он, но даже не сопротивлялся, когда Чонгук, ухмыляясь, потянул его за руку, поднимая на ноги. — Могли бы, — согласился Чонгук, легко стягивая с него футболку. Его пальцы скользнули по обнаженной коже, и Тэхён судорожно вдохнул. Проклятье. Он знал, что проиграет. Всегда так было. Так он и оказался в теплой воде, которая тут же расслабила напряженные плечи. Чонгук лениво провел рукой по поверхности воды, наблюдая, как тонкие круги расходятся в стороны, ломая блики света. Он редко позволял себе отдых. Его жизнь — стремительный ритм, череда съёмок и фотосессий, которые он же и должен был организовать и идеально провести, поправляя каждую позу модели. Множество перелетов, встреч, проектов, где важна каждая секунда. Он привык контролировать всё, привык держать всё в своих руках. Кроме одного. Ким Тэхён всегда был исключением. С ним Чонгук позволял себе замедляться. Позволял быть мягче, позволял расслабиться, позволял даже терять контроль — иногда. Он смотрел на Тэхёна, который медленно плыл на спине, его темные волосы плавали в воде, глаза были прикрыты, а губы тронула слабая улыбка. Казалось, он был создан для таких ночей — тихих, спокойных, наполненных шепотом и касаниями, которых никто не должен видеть. Тэхён не спеша повел рукой, разрезая неподвижную гладь воды. Его тело почти полностью скрылось в мягких голубоватых бликах, оставляя только лицо и грудь на поверхности. Легкое покачивание воды создавало ощущение невесомости, словно он парил в воздухе. Чонгук не отводил взгляда. В такие моменты он думал, что Тэхён слишком красив, слишком эфемерен, будто тень, которая может исчезнуть, стоит только моргнуть. Тэхён чувствовал на себе его взгляд. Медленно приоткрыв глаза, он встретился с ним, и уголки его губ дрогнули. — Ты просто любуешься мной или собираешься что-то делать? — его голос был низким, бархатистым, будто растворялся в теплой воде. Чонгук ухмыльнулся, медленно проводя пальцами по воде, позволяя себе едва-едва коснуться открытого бедра Тэхёна. — А ты не боишься меня провоцировать? Тэхён не ответил, только снова закрыл глаза, как будто не замечая его игры. Но Чонгук знал лучше. Он видел, как чуть быстрее стала подниматься и опускаться его грудь, как напряглись мышцы под загорелой кожей. Он ждал. Ждал, когда Тэхён перестанет изображать безразличие. Ждать пришлось недолго. Сперва Тэхён просто бесстрастно скользил по воде, позволяя себе расслабиться. Тепло окутывало его, убаюкивало, делало тело воздушным. Он слышал лишь глухой плеск, слабую музыку и ровное дыхание Чонгука где-то рядом. Он не подозревал ничего. А потом началось. Чонгук продолжал наблюдать за ним всё это время, его взгляд цеплялся за влажные пряди, за тонкие капли воды, стекающие по шее. Улыбка мелькнула на его губах — он знал, что делать. Бесшумно он ушел под воду, исчезая в темных глубинах. Вода словно приглашала его в свои крепкие объятия, приглушая все звуки, оставляя лишь глухой пульс собственного сердца. Чонгук скользил вперед, ловко двигаясь в невесомости. В следующую секунду его пальцы сомкнулись на лодыжке Тэхёна. — Чонгук! — приглушенно вскрикнул тот, когда внезапное прикосновение заставило его дернуться. Но было поздно. Чонгук резко потянул его вниз, и на мгновение мир погрузился в тишину. Тэхён потерял равновесие, его тело ушло под воду, дыхание перехватило. Сердце забилось быстрее, но он не паниковал — он знал, кто это. Когда он вынырнул, воздух наполнился брызгами и смехом. — Ты просто несносный мальчишка! — раздраженно бросил Тэхён, стряхивая с лица воду ладонью. Чонгук лишь ухмыльнулся, глядя на него с неизменной самоуверенностью. — Разве ты не любишь игры? Тэхён сузил глаза, его губы дрогнули, будто он собирался сказать что-то колкое. Но вместо этого он развернулся и быстрым движением поплыл прочь. Чонгук сразу понял — это вызов. Он не раздумывал ни секунды. Бросился за ним. Вода мешала, замедляла движения, но именно это делало погоню такой завораживающей. Их тела мелькали в голубых бликах, мышцы напрягались при каждом движении, дыхание становилось прерывистым. Тэхён был быстрым, но Чонгук — быстрее. Он догонял его, ловил направление, ждал подходящего момента. Тэхён, чувствуя, как он приближается, резко свернул в сторону, пытаясь уйти, но Чонгук не дал ему и шанса. Снова. В последний момент он протянул руку и схватил Тэхёна за запястье. Рывок — и Тэхён оказался в ловушке. Чонгук мягко, но уверенно притянул его к себе, их тела столкнулись в воде. Тэхён тяжело дышал, его мокрые ресницы дрожали, а в глазах вспыхнуло что-то между раздражением и ожиданием. — Попался, — голос Чонгука был низким, мурлыкающим. Тэхён не стал спорить. Он резко вдохнул, когда его спина коснулась холодной плитки бортика. Контраст с теплой водой заставил его слегка вздрогнуть, но даже это ощущение быстро исчезло на фоне другого — горячего взгляда Чонгука, устремленного прямо на него. Чонгук не оставил ему пути к бегству. Его руки легли на ровную поверхность по бокам от Тэхёна, запирая его в ловушке. Вода мягко колыхалась вокруг, ее движение напоминало напряженное ожидание. Капли медленно стекали по их коже, оставляя влажные дорожки. Чонгук неторопливо сделал шаг ближе, помогая себе подплыть руками через воду. Тэхён чувствовал его тепло даже сквозь прохладную воду. Чувствовал, как он двигается, как его дыхание становится всё тяжелее. Они не прикасались, но напряжение между ними росло с каждой секундой. Тэхён медленно поднял взгляд. В его глазах до сих пор был вызов, но этот вызов граничил с покорностью. Он не пытался освободиться, не делал даже попытки отстраниться. Только ждал, выжидающе смотрел, словно проверяя, что Чонгук сделает дальше. Чонгук неторопливо поднял руку. Кончиками пальцев он коснулся мокрой кожи Тэхёна, провел от ключицы вверх к горлу, затем скользнул к затылку. Вода делала прикосновения мягкими, почти скользящими, но от этого только сильнее было это напряжение. Тэхён задержал дыхание. Его пальцы рефлекторно сжались на плечах Чонгука, но не оттолкнули — наоборот, будто искали опору. Вода плещется вокруг них, создавая тихий, убаюкивающий фон. Чонгук не отводил взгляда. Он тоже ждал, изучал выражение Тэхёна, всматривался в дрожь его ресниц, в приоткрытые губы. Тэхён не говорил ничего, но его взгляд говорил за него. Он дрожал. Но не от холода. Чонгук медленно наклонился, приближаясь так близко, что их дыхание смешалось. Тэхён не двинулся, не отвернулся. Он только чуть сильнее сжал пальцы на его плечах, будто в последний момент решая, стоит ли поддаться. Чонгук накрыл его губы своими. Мягко. Легко, пробующе, словно ожидал ответа. Тэхён не ответил словами. Он просто приоткрыл губы, позволяя поцелую углубиться. Это было не спешное прикосновение, не требовательное, но в нем чувствовалась жажда. Чонгук не торопился, но не позволял Тэхёну контролировать ситуацию — он вел. Тэхён чуть сильнее оперся на край бассейна, позволяя Чонгуку приблизиться еще больше. Вода всё так же медленно колыхалась вокруг них, а ночь за огромными окнами наблюдала за тем, как они... растворяются друг в друге. Тепло, растворенное в воде, окутывало с ног до головы. Тэхён не знал, сколько длился этот поцелуй — секунды, минуты, вечность. Он только чувствовал, как вода мягко обволакивает их, как пальцы Чонгука скользят по его спине, оставляя за собой горячие мурашки, даже несмотря на прохладу бассейна. Чонгук был настойчив. Не грубый, но властный — вел, требовал, брал ровно столько, сколько хотел, не оставляя Тэхёну ни единого шанса на отступление. И самое главное — Тэхён не хотел отступать. Когда губы Чонгука мазнули по его подбородку, затем по влажной коже шеи, Тэхён, задрожав, закрыл глаза. — Чонгук… — его голос сорвался на шепот, почти жалобный. — Ш-ш-ш… — Чонгук коснулся губами его уха, голос был низким, хриплым. — Ты слишком громкий. Тэхён усмехнулся, хотя дыхание было сбивчивым. — Тебе нравится, когда я такой. Чонгук хмыкнул, не ответив, но пальцы на талии Тэхёна сжались чуть крепче. Они были в воде, но прикосновения Чонгука были слишком реальными, слишком ощутимыми. Его руки скользили по мокрой коже, изучая каждый изгиб, каждый дрожащий отклик. Тэхён невольно выгнулся, когда теплые губы снова нашли его ключицу. Его пальцы впились в плечи Чонгука, когда тот грубо прижал его к бортику. — А теперь слишком тихо, — выдохнул Чонгук у его шеи. Тэхён тихо рассмеялся, прежде чем Чонгук снова поймал его губы в поцелуй. Вода рассеивала границы, оставляя лишь тепло, прерывистые вздохи и плавные движения, которые могли длиться бесконечно. Их дыхание было горячее, чем вода. Оно обжигало кожу, опыляло своим окрыляющим жаром. Тэхён чувствовал, как его спина всё сильнее прижимается к холодной плитке бортика, но этот холод ничто по сравнению с теплом, которое обволакивало его тело. Чонгук не оставлял ему и прохода ни на отказ, ни на разумные мысли. Его прикосновения были неторопливыми, но уверенными — словно он знал каждую точку на теле Тэхёна, знал, где касаться, чтобы заставить его дрожать. Тэхён запрокинул голову, когда Чонгук прошёлся губами вниз по его шее, оставляя едва ощутимые укусы, которые вода тут же смывала, но сам Тэхён чувствовал их каждой клеточкой своего тела. — Чонгук… — его голос дрогнул, но не от страха или стеснения. В этом дрожании было что-то другое — ожидание, нетерпение. Чонгук оторвался от его кожи с влажным чмоком, его темные глаза смотрели в упор, дыхание было опьяняюще горячим, тяжелым. — Что? — его голос был низким, хриплым, с оттенком лукавой ухмылки. — Не тяни, — Тэхён смотрел на него снизу вверх, его губы влажные, глаза затуманенные желанием. — А мне нравится смотреть, как ты теряешь терпение, — Чонгук провел ладонями по его талии, а затем скользнул ниже, пальцы изучающе прошлись по мокрой коже бедер. Тэхён резко втянул воздух, его руки сжали плечи Чонгука, ногти чуть вонзились в кожу. — Тварь, — выдохнул он, но в голосе не было злости — только глухая потребность. Чонгук ухмыльнулся. — А ты всё равно хочешь меня. Тэхён не ответил, но его тело говорило за него. Он прижался ближе, не давая Чонгуку возможности отстраниться. Чонгук крепче обхватил его за талию, легко поднимая над водой, заставляя обхватить его бедрами. Их тела качались друг о друга, жаркие даже сквозь прохладу бассейна. Тэхён чувствовал, как напряжены мышцы Чонгука, как они играют под подушечками его пальцев, как его ноги сжимаются вокруг его талии. Он чувствовал его дыхание у своей шеи, а затем на губах, когда Чонгук снова поцеловал его, но теперь уже иначе — глубже, требовательнее. Тэхён застонал в этот поцелуй, теряя контроль. Вода плещется вокруг, ночь скрывает их в своей тени, а им плевать на всё вокруг. Чонгук сводил Тэхёна с ума своими пылающими прикосновениями. Ведь Тэхён ощущал жар, пробирающийся сквозь воду, охватывающий всё его тело, несмотря на пронизывающий холод бассейна. Он тяжело дышал, чувствуя, как Чонгук крепче сжимает его бедра, удерживая в своей хватке. Вода текла между их телами, делая каждое движение мягким, но наполненным жаждой. Чонгук продолжал впиваться в его губы жадным поцелуем, не оставляя пространства для сомнений или размышлений. В этом поцелуе не было спешки, но было желание — медленное, прожигающее, словно огонь, который разгорался всё сильнее. Тэхён замычал в ответ, его пальцы метнулись к затылку Чонгука и с ещё большей силой принялись оттягивать волосы за корни. Он чувствовал, как их тела притягиваются, как каждое прикосновение становится всё более настойчивым. Чонгук прижимал его к себе, ладони шарили по мокрой коже, оставляя за собой электрические разряды. — Чонгук… — голос Тэхёна дрожал, он терял себя, растворяясь в этом моменте. — Признаю, я люблю, когда ты громкий, но, всё же... Тише, — выдохнул Чонгук, его губы касались линии подбородка, затем шеи, оставляя дорожку влажных поцелуев. — Или кто-то услышит. Тэхён усмехнулся сквозь сбившееся дыхание. — Пусть услышат. Его ноги крепче сжали Чонгука, двигаясь в такт едва ощутимому ритму воды. Он позволял вести себя, позволял терять контроль, позволял Чонгуку делать с ним всё, что тот захочет. Чонгук сжал его крепче, двигаясь в ответ, имитируя толчки. Дыхание смешалось, кожа горела, сердце бешено билось в унисон с каждой волной воды. Он снова наклонился, его губы скользнули вдоль острой линии ключицы, и язык медленно собрал капли воды, стекшие вниз. Вкус хлора смешивался со вкусом Тэхёна, оставляя на губах солоновато-сладкий привкус. Тэхён непроизвольно издал рваный, сиплый звук. — Ты… — его голос прервался на судорожном вдохе, когда Чонгук продолжил движение ниже, оставляя горячие поцелуи, смешанные с прохладной влагой бассейна. — Я? — Чонгук ухмыльнулся, его язык мазнул по тонкому изгибу шеи, забирая еще одну каплю воды, прежде чем он прижался губами к самому чувствительному месту за ухом. Тэхён судорожно выдохнул, его спина выгнулась, а бедра сильнее прижались к телу Чонгука. — Ты знаешь… — голос сорвался на дрожащий стон, когда Чонгук неожиданно прикусил его кожу, затем успокаивающе провел языком по этому месту. — Я знаю, — Чонгук снова прошелся губами по его шее, затем ниже, оставляя влажные следы слизывая капельки на пути. Вода скрывала их тела, но он чувствовал, как напряженно дышит Тэхён, как его грудь тяжело вздымается, как его пальцы сжимают его плечи, будто умоляя не останавливаться. Чонгук улыбнулся и, не отрывая взгляда от Тэхёна, медленно наклонился к его груди. — Ты весь во власти воды, но на вкус — только мой. — Ты... — голос Тэхёна всё так же дрожал, срываясь на полувздох, когда Чонгук резко прикусил кожу, но уже на его груди, а затем тут же смягчил укус медленным движением языка. — Я? — Чонгук поднял голову, его взгляд был тяжёлым, насыщенным чем-то первобытным. Тэхён судорожно втянул воздух, крепче сжимая его плечи. — Ты с ума меня сводишь… Чонгук усмехнулся, пальцами лениво скользнув по пояснице Тэхёна, по его бёдрам. — Это же тебе нравится, не так ли? — его голос был севшим, непривычно низким, почти рычащим. Тэхён попытался что-то ответить, но когда Чонгук резко прижал его ближе к своему паху, все слова рассыпались в хриплый всхлип. Вода скрывала их движения, но Тэхён чувствовал каждую деталь, каждое прикосновение, каждую волну жара, накатывающую на него. — Чонгук… — его голос был почти умоляющим, дыхание сбивалось от нарастающего напряжения. — Скажи мне, — Чонгук склонился к его уху, его губы едва касались кожи. — Чего ты хочешь? Тэхён с трудом приоткрыл глаза. — Ты же знаешь. — Хочу услышать от тебя. Чонгук медленно, мучительно-медленно провёл ладонью вниз, по изгибу спины Тэхёна, заставляя того вздрогнуть. — Чонгук, блять… — Тэхён резко вдохнул, и хотя он и так уже буквально стискивал его со всей силы, его ноги ещё сжались вокруг талии Чонгука. Чонгук улыбнулся, но в этом не было насмешки — только удовлетворение от того, что он довёл Тэхёна до этой точки кипения. — Ты в моих руках, Тэхён, — он провёл языком по его нижней губе, слизывая мелкие капельки, прежде чем снова смять её своими. — И этой ночью ты мой. Тэхён не знал, что ответить. Ему было нечего говорить, когда они, скрытые от чужих глаз, так откровенно наслаждались друг другом. Но он все же ответил. — Всегда твой, — промычал он, утыкаясь лицом в кожу Чонгука между шеей и плечом. Уголки губ Чонгука дрогнули. А Тэхён просто плавился. Он не мог перестать думать о том, что Чонгук был невыносимо горячий — даже в прохладной воде его прикосновения жгли, оставляя невидимые следы на каждом участке его тела. Чувствительная кожа покрылась мурашками, когда ощутимые укусы смягчались размашистыми мазками языка. Когда Тэхён не сдержал очередного громкого стона, Чонгук тут же отреагировал яростным взглядом потемневших глаз. А Тэхён усмехнулся, но дыхание его сбивалось. — И что ты сделаешь? Заткнёшь меня? Чонгук резко вдохнул, и выражение его лица внезапно напомнило хищника. Дикого, животного. — Разве ты хочешь, чтобы я это сделал? Чонгук любил доводить Тэхёна до предела, любил видеть, как его тело откликается, как напряжённо вздымается его грудь, как дрожат губы, сдерживая стоны. Но Тэхён не собирался ничего сдерживать. Он наиграно плаксиво захныкал, его голос будто стал на октаву выше. Но уже через мгновение он остановился, даже не дав Чонгуку и толком понять, что его же член предательски дёрнулся в бордовых плавках. Тэхён зацепил мочку его уха, и пролепетал: — Я хочу, чтобы ты продолжал, — его голос снова был низким, шёлковым, будто густой мёд, стекающий с кончиков пальцев. Чонгук вздрогнул от этих слов, его хватка на талии Тэхёна стала сильнее. Завтра на этом месте наверняка останутся яркие синяки, сливающиеся в спектр зелёного. — Тогда не жалуйся, если тебе не дадут вздохнуть. Он резко накрыл ягодицы Тэхёна обеими ладонями и начал одновременно сминать их. На ощупь они были мягкими, но всё равно упругими, подкачеными. Невероятно приятные ощущения. Тут Тэхён уже просто не мог не застонать, и каждая растянутая нота мелодии, в которую его голос непроизвольно разливался, звучала искренне, неподдельно. — Чооонгууук… Это было предупреждение, это было умоляющее прошение, это было полное растворение. Тэхён был готов отдаться Чонгуку эту же секунду. А Чонгук был не против. Кому он врёт? Он жаждал этого не меньше. Если не больше. — Тэхён... — чуть ли не надрывно прорычал он, раздвигая половинки в стороны прямо в коротеньких боксерах ярко голубого цвета, что красиво контрастировал с медовым загаром Тэхёна. — Возьми меня сейчас же. Я уже подготовился, не медли. Как же Чонгук обожал, когда Тэхён так говорил. — Без моего разрешения? Тэхён капризно замычал, протестующе грубо обвивая руками чужую шею по новому, так как до этого какое-то время удерживался ими о твердую поверхность позади себя. — Может хватит уже играться? Я устал, ты устал. Нам обоим просто необходим секс. — Разве не я тебя уговаривал вообще прийти сюда? — Чонгук выгнул брови. — А кто сказал, что я не планировал заняться с тобой любовью в номере? Звучало, конечно, нежно, невинно. Абсолютная противоположность их отношениям. Их секс обычно всегда был резким, жёстким, грубым, без намёка на нежность. Но Тэхён всё равно противился называть их ежедневные 'занятия' по другому. Если Чонгук часто просто в лоб спрашивал, "Хочешь потрахаться?", то Тэхён принципиально отказывался, мол, "Когда начнёшь называть вещи правильными словами, может, подумаю." Меняло ли это исход? Ни капельки. Будут ли они всё равно продолжать играть в эту игру? Несомненно. Но Чонгук больше не был в силах терпеть. Его руки не только молниеносно подхватили Тэхёна за бедра, заставляя его подпрыгнуть, и лечь спиной на холодную плитку, но и резко стянули тэхёновы плавки вниз, открывая себе наглядный вид на... неописуемую задницу. Он следом за Тэхёном устроился у его ног, коленями упираясь о бортик, но явно не обращая ни малейшего внимания на дискомфорт. Первым делом чуть спустив вниз и собственные боксеры, он с облегчением судорожно выдохнул, и его веки прикрылись. Член призывно дёрнулся. У обоих. Чонгук обхватил свой, проводя рукой по всей длине, нарочито медленно, словно растягивая удовольствие. Тэхён бросил на него красноречивый взгляд, который говорил куда больше слов. Он просто кричал: "Трахни меня уже!", хоть Тэхён в этом никогда и не признался бы. И Чонгук бы исполнил его желание, даже не колеблясь. Если бы в его сущности, как ни крути, не присутствовала бы потребность удостовериться в том, что Тэхён по-настояещему в порядке. И он это сделал. Тем, что без предупреждения притянул Тэхёна ближе к себе и проник внутрь дырочки указательным пальцем, на что тот громко начал хватать ртом воздух. Не прошло и полминуты, как он застыл в немом стоне. Чонгук уже нашёл самое заветное. Ведь он без сомнений знает все потайные уголки Тэхёна, уже давно выучил его всего наизусть. Ему не составило труда нащупать простату, и теперь намеренно стимулировать именно её. И, на удивление, Тэхён не соврал насчёт тщательной подготовки. Он и вправду уже был достаточно хорошо растянут, так что палец свободно входил и выходил, исчезая внутри. Просто обычно Тэхён блефовал, лишь бы побыстрее перейти к ключевой части 'процесса'. Вот и сейчас ему невтерпеж. Так и насаживался сам на теперь уже два пальца, выгибаясь дугой. Но ни Чонгук, ни Тэхён не хотели этой ночью тянуть. Они отчаянно нуждались в этом. Наконец, Чонгук несдержанно стремительно извлек пальцы, приблизился, прижался тазом к чужим ягодицам, и приставил крупную головку, из которой обильно сочился предэякулят, к входу. Как только он легко толкнулся вперёд, его тут же приветсвовали мелодичным всхлипом. А когда он ввел член до самого конца, головкой задевая слегка набухший комочек нервов, Тэхён вообще потерял связь с этим миром. Чонгук, тем временем, забыл, как дышать. Каждый раз заново. Он уже сотни раз находился в этой заднице, и каждый раз ощущался, как в первый. Жарко, желанно, невероятно возбуждающе, и просто крышесносно. Тугие стенки сжимали его изнутри со всех сторон, обволакивая, срывая все остатки разумности со спусковых крючков. Он задержался на ровно десять секунд, давая Тэхёну привыкнуть, прежде чем тут же начать бешено вдалбиваться в него. На поверхности воды позади них образовывались пузырьки, превращающиеся в светлую пену, когда их ноги болтыхались. Тэхён был влажным и горячим внутри. Его кожа была всё так же покрыта множеством капелек, в которых так и переливался слабый свет фонарей. Чонгук облизнул губы, сдерживая утробный рык. Судя по напряжённому лицу Тэхёна и тонкой линии его губ, тот тоже пытался предотвратить слишком очевидные звуки наслаждения. А жаль. Чонгук был и остаётся самым большим фанатом этих сладких вздохов и всхлипов. Шлепки кожи о кожу заполняли пространство, эхом расносясь по всему бассейну. Половинки уже медленно окрашивались в нежно розовый, чуть красный. Толчки были быстрыми, рваными, грубыми. Они выбивали из груди воздух и затуманивали разум. У Тэхёна закатывались глаза, ведь член безостановочно входил на всю длину, внедряясь в разгореченное нутро с каждым жёстким толчком всё глубже. Чонгук не останавливался ни на секунду, вгоняя член по самые яйца. А Тэхён просто беспрерывно хныкал, снова склоняясь к более высоким нотам, чем обычно. Услада для ушей Чонгука, так как это значило то, что он всё ещё знал, куда надавить, чтобы довести другого до пика. Что в скором времени и произошло. Но Чонгук стал первым. Он слишком измотан, он слишком изголодался по чужим ласками, по чужой мягкости кожи, по потускневшему взгляду. Он резко отстранился и неожиданно излился прямо на напряжённый торс Тэхёна, который тоже не заставил себя ждать. Ошеломляющее чувство эйфории внезапно обрушилось на него, вынуждая вскрикнуть. Всплеск, глухой вздох, приглушённый крик. Их тела замерли в последнем толчке, словно время застыло на секунду, перед тем как всё разом накрыло их волной жара. Каждый вдох Тэхёна прерывался, каждый хрип заглушался губами Чонгука. Вода позади пенилась, рассыпалась брызгами от резких движений их ног, но они больше не замечали её. — Чонгук… — голос Тэхёна был сорванным, он едва мог дышать, тело напряглось до предела. — Я здесь, — прошептал Чонгук у его губ, удерживая его крепче, не давая ускользнуть. Тэхён слабо прижался к Чонгуку, его сердце бешено колотилось. Вода мягко качала их, будто пытаясь убаюкать после урагана. Чонгук не отпускал его, пальцы лениво скользили по его влажной коже, успокаивая, возвращая в реальность. — Ты жив? — с ухмылкой пробормотал он, проводя губами по виску Тэхёна. Тэхён тяжело вздохнул, его руки ослабли, но он не разжал хватку. — А ты пытался убить меня? Чонгук тихо рассмеялся, пряча улыбку в его шее. — Это был бы красивый способ умереть, не находишь? Тэхён тихо хмыкнул, но не ответил. Он просто прижался ещё ближе, его дыхание медленно выравнивалось. Тишина. Только капли воды, падающие с их тел обратно в бассейн, да редкие волны, лениво разбегающиеся по поверхности. — Пойдём в номер? — наконец предложил Чонгук, мягко убирая прилипшую ко лбу Тэхёна прядь. Тэхён медленно приоткрыл глаза, в которых всё ещё плавился остаточный жар. — Если ты дашь мне дойти, — он ухмыльнулся, но голос всё ещё был осипшим. Чонгук усмехнулся и, не говоря ни слова, просто поднял его на руки. — Чонгук! — Тэхён протестующе дернулся, но тот только сильнее сжал его в объятиях. — Доверься мне, — Чонгук бросил на него короткий взгляд, в котором читалось всё. Тэхён замер. А потом просто закрыл глаза и позволил себя унести. Чонгук прижимал Тэхёна к себе, ощущая, как его тело расслабляется в руках. Тэхён нарочито неспешно провёл пальцами по его плечу, а затем приоткрыл глаза и хрипло выдохнул: — Если ты понесёшь меня голым через весь отель, я ещё и тебя убью. Чонгук тихо рассмеялся, слегка прикусывая его ухо. — Я не настолько безрассуден. Он одной рукой схватил оставленные у бортика бассейна полотенца и их плавки, прижимая их к себе, чтобы хоть как-то прикрыть их обнажённые тела. — Хочешь сказать, что ты разумный? — Тэхён фыркнул, его голос был всё ещё сбитым, но он попытался изобразить насмешку. — С тобой? — Чонгук усмехнулся, наклоняясь к его губам, но не поцеловал, лишь прошептал: — Ни капли. И с этими словами он уверенно шагнул за пределы бассейна, держа Тэхёна в крепких объятиях. Тот покорно уткнулся носом в его шею, позволяя себя нести. Полотенце не спасало их полностью, кожа всё ещё соприкасалась, оставляя горячие, влажные следы. Когда Чонгук добрался до номера, он быстро провёл ключ-картой, зашёл внутрь и, не теряя ни секунды, направился прямо в ванную. Тэхён приоткрыл глаза. — Что, ты хочешь меня отмыть? Чонгук включил воду, позволяя горячему пару заполнить пространство, а затем резко толкнул Тэхёна к прохладной стене душа. Тэхён резко вздохнул, но не от холода. — Я хочу тебя снова, — выдохнул Чонгук, прижимая его запястья к кафелю. Горячая вода потекла по их телам, смешиваясь с жаром их дыхания. Тэхён не успел ничего сказать — Чонгук уже накрыл его губы жадным поцелуем, прерывая все мысли, оставляя только ощущения. Вода стекала вниз, звеня каплями о плитку, но её звук вскоре заглушился тихими, прерывистыми стонами. А затем, когда Чонгук без предупреждения одним точным толчком проник в дырочку Тэхёна, воздух разорвал громкий голос. — Чонгуук!