Не смотри в свое отражение

      Том был наслышан о новом преподавателе по Истории магии от своих сокурсников. Говорили, что до преподавания он был великим аврором, сражающимся как во Второй магловской, так и во Второй магической войне. Поговаривали, что у него столько шрамов, что вообще удивительно как он все еще на ногах держится. Сильное заклятие, не иначе. Многие даже считают, что он был одним из бывших приближенных Гриндевальта, но поди разбери истину среди такого количества слухов. Этот профессор… Поттер, не смотря на это все, с первого своего вечера в Большом зале был признан самым привлекательным преподавателем, а вместе с тем, и самым молодым.       Для Тома было странно лишь одно — почему мага с таким широким опытом на поле боя взяли… преподавать Историю магии? Почему не Зоти? Его до сих пор ведет уже поседевшая Вилкост. Почему не Заклинания, не Трансфигурацию? Эти предметы тоже требуют хорошего магического образования. Ну и в конце концов, почему даже не Полеты, не Уход за магическими существами? Почему История, которая исключает любую практику, останавливаясь на теории? Это было крайне странное и глупое решение, ведь Реддл, пусть этого и не признавал, необычайно сильно хотел увидеть этого профессора в бою, лицезреть всю его мощь, которая позволила тому выжить и оставила за войной лишь шрамы, и научиться у него всему.       Зайдя в, некогда полный хлама, различных карт и древних артефактов, кабинет Истории, Реддл был, мягко говоря, удивлен. Кабинет был практически пустым, в нем остались лишь парты со стульями, небольшая школьная доска, пара книжных полок без книг, с потолка свисала ржавая клетка с совой, а под ней был учительский стол, на котором сидел мужчина. За столом не было привычного кресла, давным-давно живого, и относительно недавно почившего Катберта Бинса.       Шаги Реддла, который будучи старостой пришел на первое занятие заранее, эхом ударялись о высокие стены. Этот Поттер так и не обернулся, лишь стряхнул пепел с сигареты, сидя к дверям спиной и глядя в окно. На его плечи была накинута на вид… очень старая мантия, если не сказать что почти в труху изношенная. На дешевой, грязно-красной ткани было множество узких разрезов, словно от порезов мечом, и подпаленок, где-то торчали нитки. Хорошо хоть вроде чистая, если этот безвкусный цвет был не от засохшей крови. В большом зале этих недостатков видно не было, вероятно тут были замешаны чары преображения.       Смоляные, слегка вьющиеся локоны падали на ткань мантии, и эти прекрасные волосы напомнили Тому о той самой естественной красоте которой он сам обладал с рождения, даже будучи бедным. Столько вещей отталкивало от незнакомого мужчины, но столько же и притягивало к нему. Эта загадочность, абсурдность, непонятность.       Юноша засмотрелся на вишневые кольца дыма, которые выдыхал профессор, и стоял неприлично долго разглядывая мужчину. Он опомнился лишь когда в класс стали заходить его однокурсники. Они здоровались, перешептывались, но, казалось, профессор вообще не обращал на окружающее никакого внимания, словно был в каком-то своем мире.       Когда последний заходящий захлопнул за собой дверь и уже даже опоздавшие сели на места, профессор метнул взгляд в сторону класса, отрываясь от пейзажа за окном и, похоже, возвращаясь в реальность. Мужчина сменил положение, садясь теперь лицом к классу, и, не глядя, кинул сигарету в пепельницу. Та, каким-то чудом с неимоверной точностью попала прямо в ее центр, и тут же потухла. Его глаза, прячущиеся за круглыми очками, прошлись по каждому ученику и, задержавшись на нем, Томе, заставили все лицо мужчины судорожно скривиться. Староста не понимал подобной реакции от незнакомого профессора, и продолжал невинно улыбаться.       Молчание и реакция Поттера были не столь заметны за общим шумом класса, до тех пор пока тот не встал. Громкие разговоры опустились до заговорщического шепота, смех утих и сменился напряжением и странным предвкушением. Мужчина сложил руки за спиной, подходя к партам ближе, и неся за собой тоску пропитанную вишневым дымом сигарет. — Мхм… — Он хмыкнул. — Всем доброе… утро. — Его речь казалось такой же отстраненной как и и он сам. Его голос был на удивление не то сонным, замученным, не то сиплым и медленным, что шло вразрез с общими ожиданиями суровости. — Откройте книги на странице… — Профессор поднял глаза чуть вверх, как-бы не то вспоминая, не то выдумывая нужную страницу. — На странице… сорок два. И… читайте.       На пару мгновений по комнате пролетел твердый звук открытия обложки и шелест страниц, прежде чем вновь смениться возмущенным шепотом. — Но профессор, мы уже перешли к завоеваниям Салазара Слизерина. — Возразил Том, как истинный староста, поймав много негодующих взглядов сокурсников. — Ах вот как. Ну что ж, тогда читайте завоевания Слизерина. — Безразличным тоном, также отстраненно ответил мужчина, прищурившись глядя на Реддла. — Подождите, профессор. Можно узнать как зовут вас и вашу чудную сову? — Спросила какая-то блондинка своим писклявым голосом, Том даже не утрудился запомнить ее имя в начале первого года, и не собирался узнавать до сих пор. — Хм. — Он задумчиво хмыкнул, медленно переводя взгляд на девушку. — Не думаю, что это важно. Я здесь… ненадолго. По крайней мере, надеюсь. А это… новая Букля. — Он кивнул на висящую клетку с маленькой, белоснежной совой. Птица выглядела крайне жалко и несчастно в старой, ржавой клетке, но не похоже чтобы мужчину это волновало. — Что ж, читайте, читайте… — Пробубнил безымянный Поттер. — И спишите конспект у Реддла, уверен он уже давно прошел эту тему. — Чуть язвительно сказал мужчина, и презрительно ухмыльнулся глядя на Реддла, прежде чем развернуться и сесть обратно на учительский стол.       Том невольно напрягся и нахмурился — он не любил делать что-либо просто так. А ко всему тому, профессор оказался бестолковым, и, судя по всему, преподавать вообще не собирался. Реддл не знал откуда у Поттера столько презрения к нему одному, лучше уж безразличие. Тем более, откуда ему известно о том, сколько он учится. Он, как староста, подобного терпеть точно не собирался, и желал как можно скорее уведомить об этом или Слизнорта, чтобы тот вправил молодому аврору мозги, или уж сразу Директора, чтобы тот не заплатил ему за такую «работу» ни сикля.       Поттер запалил новую сигарету, игнорируя недовольные и презрительные взгляды слизеринцев и их шепотки. Урок длился неумолимо медленно, и вскоре почти все, кроме самых отчаянных, бросили чтение литературы и принялись за более громкие обсуждения или выполнение домашней работы. Том поступил также, решаясь расправиться с недавно заданным эссе по Зельеварению.       Прозвонил колокол, и все стали собираться на следующее занятие. Том был намерен уйти одним из первых чтобы до урока обсудить предстоящие контрольные работы с профессором травологии. Но этот Поттер бросил на него скучающий взгляд, произнося ленивое «Мистер Реддл, прошу останьтесь после уроков.»       Том вздрогнул от неожиданности. И все же, совладав с собой, спокойно кивнул и положил сумку на парту. Перед выходом Абраксас, Альфард и другие его Вальпургиевы рыцари бросили недоумевающие вопросительные взгляды. На это староста лишь махнул рукой, мол «идите». — Что ж, мистер… Реддл. — С нехарактерной насмешкой в голосе произнес Поттер. — Я полагаю, что у вас… предостаточно свободного времени для разного вида глупостей. Поэтому я назначаю вам отработку. — Прошу прощения, сэр. — Сжимая зубы, но сохраняя видимое спокойствие, сказал юноша. — Я считаю, что ваша причина оставить меня на отработку крайне необоснованная, и намерен ее оспорить. — Что ж, очень жаль, мистер Реддл. В таком случае мне стоит рассказать директору, кто решил тщательно «убрать» до сих пор закрытый туалет для девочек. Это была невероятно альтруистичная инициатива с твоей стороны, Реддл. — Профессор произносил фамилию со странной злобой, почти с ненавистью, которые выбивались из его общего сиплого, безразличного голоса. Одна прядь смоляных волос упала ему на лицо, и Поттер махнул головой чтобы убрать ее. — О- я... я не понимаю о чем вы, сэр. — Чуть растерявшись произнес Реддл, не понимая откуда у пришедшего из ниоткуда профессора появилась подобная информация. — Я тоже, Реддл. Поэтому… просто приходи на отработку по вечерам, будешь расставлять пыльные книги назад и раскладывать никчемные фолианты. Надеюсь, мы договорились.       Не смотря на пустой тон и теперь почти невесомый, легкий голос, в словах Поттера читалась угроза, от которой Том невольно поежился. Затем неохотно кивнул, взял сумку и вышел из кабинета, закрывая за собой дверь, почти сразу прижимаясь к ней спиной, пытаясь понять, где же он просчитался, или кто мог его выдать. А может и сам профессор заходил в Тайную Комнату, может он тоже искал там что-то… Но как бы он прошел не зная парселтанг? Неужели это еще один наследник Слизерина? А отработки… попытки тайно сблизиться? Слишком много вопросов. Парень потер виски, собираясь отправиться к кабинету травологии, он и так уже слишком сильно задержался.