Месть луны

Суюки привязывает духа по рукам и ногам, заставив спину сильно выгнуться. Она вставляет ей в рот кляп, который ранее был в ней. Как же хотелось воительнице увидеть тот шок и возмущения Юи, когда она поймет, что все ее мистические способности также бесполезны, как она сама! – Так, теперь ты, – дергает головой в сторону связанной подруги, которая все также жалко висела голышом. Когда она подошла ближе, Катара надеялась, что хотя бы сейчас ее освободят, но нет, у Суюки были другие планы. Девушка нашла еще веревку, которую обвязала вокруг смуглой ноги, а после – зацепила цепочку зажимов. Теперь всякий раз, когда шатенка будет дергаться, ее грудь потянет вниз. – Хочешь узнать, почему я так с тобой поступаю? – спрашивает елейно Суюки, грубо шлепнув Катару по половым губам. – А! – взвизгнула младшая, дернувшись. Она на мгновение зажмурилась, а после посмотрела на девушку брата самым злобным взглядом, который только могла найти в себе. Хуже, наверное, она смотрела только на Ян Ро… – Ненавидишь меня? – наигранно удивляется? – Кажется, ты не имеешь на это право! У воительницы сильная хватка и грубые руки, которые больше знают тяжесть меча, чем веретена. Она жестко мяла округлые ягодицы, щелкала пальцем по возбужденному клитору подруги, отчего та верещала, как овцекоала. Все это забавляло воина Киоши. – Ты первая, кто предал меня! – хватает за грудь, пальцем проводит по зажимам, заставляя соски двигаться в такт. Катара вся напрягается, хнычет, вытягивается струной, пытаясь хоть как-то избавиться от настырных махинаций, но всякий раз за неповиновение Суюки больно била по округлостям. – Ты ведь решила помочь этой суке, чем мне! – злость и негодование так и плескались в ее голосе и резких движениях. Девушка дернула за цепочку сильнее положенного, отчего голубые глаза Катары покраснели. – Ты теперь страдаешь из-за своего пособничества! Суюки начала дрочить магу воды. Прижала руку к лону сильно-сильно, начала круговые движения, когда нащупала клитор. – Ах! – ее глаза смешно округлились, ноги непроизвольно задергались. – Терпи, сучка! – приказывает и закусывает плечо, отчего Катара болезненно застонала. Стыд окрасил щеки, горел изнутри нее, потому что девушка стала понимать, что от умелых рук подруги вновь стремительно возбуждается. Катара замотала головой то ли для того, чтобы согнать Суюки с себя, то ли чтобы прогнать смущенное возбуждение. – А кто это возбудился? – шепчет на ухо, нагло раздвинув взмокшие складки, а после пощекотав клитор. – Амх! – покорительница воды давилась собственной слюной, которая текла нескончаемым потоком по телу. Задыхалась от того, насколько было хорошо. Даже слишком, почти перевозбуждена. Катара чувствовала на себе шершавую поверхность подушечки пальца. Она начала вилять бедрами, не понимая, что больше хочет? уйти от ласк или прильнуть к ним. Было болезненно приятно! Затем Суюки вставила в нее пальцы, растягивала. – Течешь от того, что тебя насилуют! – издевалась над ней старшая, наблюдая, как темнеют от стыда даже уши. – Аанг знает уже? – Аргх! – возмущенно зарычала Катара. Ей хотелось казаться угрожающей, но Суюки лишь посмеялась над ней, отчего обида зазмеилась в сердце. У воительницы появился прекрасный план. Она начала лизать Катаре, намеренно огибая клитор, и при этом интенсивнее задвигала рукой, буквально трахая подругу в щель пальцами, которая вновь и вновь сходила с ума, теряя контроль над телом. Вот только кончить ей никто не дал, Суюки ведь еще не забыла, как только шатенка издевалась над ней! Поэтому, как только воин Киоши чувствовала, что стенки влагалища пленницы сокращались сильнее, будто бы Катара не хотела выпускать, немаг тут же вытаскивала пальцы, наслаждаясь тем жалостливым всхлипыванием, которые могла слышать. – Мгх! – послышался со стороны третий голосок. Обернувшись, Суюки уже знала, с кем встретиться. – О, ты уже проснулась, тварь! – нарочито радостно пролепетала воительница, переключив свое внимание на виновницу торжества. Чтобы Катара не скучала, она вставила в нее игрушку. Маг занервничала, когда дилдо растянул ее, но не двигался. Разочарованный скулеж распространился по помещению. Девушка самостоятельно сжимала стенки влагалища, дабы усилить давление. Надеялась, что хотя бы так сможет кончить, но нет, этого давления недостаточно, ей нужные еще движения! Дочь Хакоды, забыв о всех законах приличия, начала насаживаться на дилдо, сжимала его между ног, терпя боль в сосках, чтобы удобнее было. Желание было сильнее страха боли. Но всех махинаций было мало, чтобы получить долгожданную разрядку, поэтому она могла лишь жалко скулить, подобно рогатой собаке. Меж тем Суюки буквально плыла к разгневанному духу, чьи радужки сияли пуще любых люминесцентных рачков. – И где же твоя былая сила, а? – ухмыляется воительница, следя за тем, как Юи нервно дергает конечностями, пытаясь выбраться из оков. – Каково это – быть во власти жалкой смертной? Другие духи умеют смеяться и издеваться над более слабыми, м? Белые брови Юи сильно нахмурились, но Суюки совершенно не боялась. Наоборот, пьянящее чувство власти полностью развязало руки – бьет кулаком в плоский живот. Юи лишь согнулась, тяжело вдохнув воздух. – Хм, действительно, ты не человек, – задумчиво подмечает девушка. Любой человек на ее месте сейчас бы откашливался или хотя бы заплакал, но нет, принцессе было все равно, она вновь выпрямилась и горделиво смотрела на Суюки снизу вверх. – Что ж, тем занимательнее для меня! Воительница решила вновь воспользоваться огромным количеством игрушек, которые покоились на серебряном подносе. И всех их Юи хотела опробовать на ней? Как глупо! Девушка собиралась закрепить на шоколадной груди зажимы с длинной цепочкой и грузиками, но Юи была строптивой. Она мычала, двигалась всем телом, как электрический уж, не позволяя некогда пленнице закрепить вещицу на сосках. Эта игра вскоре надоела Суюки, поэтому она больно схватила одну из половинок и насильно одела, после чего множество раз ударила по груди, со всей злобой и силой. Принцесса, конечно, заскулила, но продолжила строптиво извиваться, благо, теперь это не так мешало мстительной душе смертной. – Вот теперь ты хорошая сучка, – хвалит с издевкой, пальцем приподнимая цепи с грузами. После она их намеренно роняла, чтобы Юи жмурилась от неприятных манипуляций. – Нравится быть нижней, а? – Аргх! – Юи все еще не была сломлена. «В таком случае, она интересный соперник.» – подумала воительница, вновь уронив грузики. Она делала это вновь и вновь, надеясь вырвать утробный скулеж, но, видимо, тело духа было намного сильнее человеческого. Поэтому ей пришлось применить силу, несколько раз ударив бывшую Сокки в живот. Конечно, волей-неволей тело Юи дергалось, вместе с ним – и грузы, которые оттягивали измученные соски. Суюки тоже нравилось – избавилась от злости доступным способом, научилась от Сокки. Однако Юи явно этого мало! Воительница плюнула на интимную зону духа, отчего та сморщилась в омерзении. Дух злилась от того, с каким презрением к ней относятся, хотелось выбраться и убить нахальную девку, но эти игрушки были не так просты, как Суюки думает. Они были закалены в мире духов, обрели силу над ними, также, как в мире людей влияют на человека. Девушка начала грубо двигать рукой, совершенно не беспокоясь о безопасности невольной партнерши. Юи каждый раз вздрагивала от того, как больно била по киске смертная, как сжимала ей бедра, царапая прочную кожу. – Интересно, будешь ли ты, как Катара, течь от меня, а? – злорадно спрашивает Суюки, начав дрочить сопернице. Делала она все грубо, давила на клитор, проникала сразу пальцами в неподготовленную щель. – Ах! – вдохнула Юи. «Жаль, я не слышу твоих жалких проклятий!» – подумала немаг. В какой-то момент ей даже захотелось снять кляп, однако посчитала, что будет лучшая возможность позже, когда дух захочет кончить! Вскоре дрочить пальцами наскучило – и тогда воин Киоши придумала нечто поинтереснее. Сжав пальцы в кулак, она вставила в возбужденную щель. Чувствовала обжигающий жар, что окутал ладонь. Чувствовала, как мясистые стенки мышц дрожат на ней, сильнее стягивая. – Аа! – кричал дух с огромными глазами, как луны. Суюки начала свое движение, отчего нижняя протестующе извивалась. Кулак двигался относительно легко из-за смазки. Воительница ловила себя на испорченной мысли о том, как ей нравится подобное. Видеть, как Юи старается ровно дышать, как кричит, захлебываясь слюнями… прекрасная вещь! – Хва… хва… – М? ты что-то говорила? – наигранно интересуется, даже театрально наклоняет ухо к говорящей. – Просишь остановиться? Ладно… Суюки действительно вытащила мокрый кулак, услышав блаженный вздох духа. Но у девушки был план. Она приставляет пальцы к сфинктеру. – Не… – фразу не получается сказать, да и воину это не нужно. Суюки пробиралась в анал практически сразу пятерней. Пока Юи виляла задом, девушка крепко держала ее, чтобы мокрые пальцы не соскользнули. Входили стремительно и быстро. Тут как раз сыграла духовная составляющая воплощения луны. Возможно, духов особо не нужно готовить. Поэтому воительница с упоением смотрела на то, как дыра заглатывает кисть. Уже внутри немаг с трудом смогла согнуть пальцы. – Хва… Прекр… – от влажных звуков Юи воин Киоши улыбалась, испытывая новый вид удовольствия. Двигать кулаком в кишечнике было значительно сложнее, чем в вагине. Давление стенок сильнее, порой девушке казалось, что ей вот-вот свернут пальцы. Рука ходила взад-вперед, комната становилась все громче, ведь воплощение луны никогда не испытывала подобного. Стенки кишечника натягивалось. Ощущения острые, пронизывающие, вот-вот – и ее нежное нутро порвут. Потом Суюки вытащила кулак, наблюдая за тем, насколько растянулась принцесса. Казалось, ее дыра совсем не сможет закрыться – только жалко дергаться от фистинга. Дух луны тяжело дышала, испытывая долгожданное облегчение. Но новоиспеченная госпожа не хортела так просто заканчивать наказание своей соперницы. Она нашла двойной дилдо, который прекрасно бы смотрелся в ее дырках. Когда дух увидела, что игрушку приставили фаллоимитатор и дилдо с анальными бусами, то вновь заерзала, игнорируя боль в оттянутых сосках. Она не хотела, чтобы у Суюки получилось настолько унизить ее, но воительница была непреклонна в своем желании. – Ай! – кричит – или вопит – дух, когда в нее вставляют резко и без особой подготовки. Юи чувствует, как одновременно растягиваются два отверстия. И если влагалищу было более-менее приятно, то задница к такому готова не была. Сфинктер болезненно сжимался и разжимался. Воплощение луны пыталось вытолкнуть из себя инородный предмет, но Суюки крепко держала ручку. – Приятно, а, сука? – скалилась бывшая пленница, начав сразу двигать рукой. Неспешно, чтобы новоиспеченная рабыня смогла на себе все прочувствовать. – Как твой неподготовленный зад себя чувствует?! Юи глотала ртом воздух, грудь вздымалась быстро, задевая грузы. Боль будто бы окутала ее, наполняла каждую частицу тела. Шарики различной формы поочередно выходили из нее, начиная с самого крупного. Сфинктер вновь растянуло так, будто вот-вот и порвется. Однако этого не случилось, поэтому дальнейшие шарики прошли гораздо проще. – Кто-то потек! – замечает немаг на собственную потеху. Блондинка брыкалась, отрицая очевидное. – Неужели тебе мало, и ты хочешь сильнее насадиться? – лживо интересуется Суюки, когда замечает, как дырки с легкостью принимают все то, что в них вставляют, с пошлыми звуками. – Мы так долго сможем играть! Воплощение луны все чувствовало – каждое движение в кишечнике. Юи действительно пыталась совладать с собой. Она великий дух равновесия, а не какая-то смертная! Но контроль вытекал сквозь пальцы вместе с соками, что смазали дилдо. Суюки смачно плюнула в лицо, смотря, как густая слюна медленно течет по искривленному от омерзения и шока темному лицу. Затем еще раз, и еще, чтобы попало в глаза, попало в нос и рот, чтобы эта дура задыхалась! дух кашляла, пыталась выплюнуть то, что невольно попало в рот, но не получалось. Луна почувствовала, как дырки начинают расслабляться и пустеть – еще немного и дилдо выскользнет из нее, но это была лишь очередная обманка. В следующее мгновение, когда Юи наивно подумала, что с ней закончили, воительница жестко начала драть ее дырки. Дух выла от той бешеной скорости, возбуждение накатило сокрушительно, поэтому бедрами она двигалась навстречу, чтобы усилить толчки. ей уже было все равно на боль в анусе, который глотал шарики разных размеров. Мозги начали плавиться от того, как стало хорошо. Катара, наблюдавшая за этим, вновь заскулила, стараясь напомнить о себе. Дилдо почти выскользнул из-за сочащейся влаги. Покорительница воды так крепко сжимает его бедрами, с новой силой возобновляя движения, который также ни к чему не привели. Горечь полоснула по грудине – ей сейчас хотелось быть на месте Юи. – Хорошо глотаешь! – воин Киоши нарочито говорила пошлые и грязные вещи. Ей хотелось довести негодницу до исступления. Вскоре у нее это действительно получилось. Суюки шлепала по всем частям тела. до которых могла дотянуться свободной рукой. дух захлебывалась в слезах и слюне, став оголенным стонущим нервом. Юи стремительно теряла связь с реальностью, мозги плавились, хотелось всего и сразу да побольше! Тело ныло от желания, усталости и боли. порой она теряла сознание, но просыпалась, поскольку Суюки больно била по лицу, дергала и без того истерзанные соски, продолжая трахать растянутые дырки. Ощущения были предельными, поэтому она тщетно пыталась взмолиться о пощаде – мешал кляп. Сколько ее так трахали Луна не знает, но Суюки остановилась, когда обе руки начали ныть. После она решила поменять позиции своих пленниц, дабы дальше играть с ними. Вначале освобождает принцессу – та сильно ослабла, поэтому ничего не смогла ей сделать. Связывает руки за спиной, после подвешивает их за белую косу. Одну из ног девушка также задирает и привязывает к потолку, на котором так удобно был крюк. Духу пришлось стоять на носке. Если она опуститься на пятку, то порвет соски. Если поднимет голову, то снимет с себя скальп. Как прелестно! И для собственного успокоения вынимает кляп. будет слушать ее страдания! Шлепнув по нежной заднице воплощение луны, островитянка направилась ко второй рабыне, которая теперь смотрела на нее не с ненавистью, а с ожиданием преданного щенка, которого должны покормить какой-то вкусняшкой. – Скучала? – спрашивает ласково, касаясь щеки. Катара вначале не доверяет, помнит, как Суюки избивала бывшую Сокки, но потом прильнула слегка, когда поняла, что все хорошо. – Тоже хочешь кончить? – покорительница воды ритмично кивает. – Вот и славно, тогда за мной. – с этими словами она высвобождает сестру парня. Та от усталости падает наземь, не в силах подняться. Жалкие потуги раздражают нетерпеливую воительницу, поэтому та, схватив каштановые локоны, тащит девчонку на постель, которая была относительно неподалеку. Катара на четвереньках ползет за Суюки, которая после приковывает подругу к постели. – Какая ты жалкая, – подает она голос, надевая двусторонний страпон. – Ради оргазма готова так унижаться! Покорительница воды думала, что наконец ее сейчас трахнут, но нет, Суюки сняла с нее кляп и вставила силиконовый член в глотку, не дожидаясь того, пока Катара подготовиться. – Мгх! – возмущенно завопила с членом во рту младшая. Ее начали трахать в глотку резко и мощно, Суюки больше хотела кончить сама от движений дилдо в себе. Тем более это маленькая месть за то, что ей пришлось трахать Катару кляпом-дилдо! Пусть теперь у нее все горло будет растянуто! Покорительница воды металась по постели, желая выбраться, однако ее наивность подвела сегодня. Чувствовала, как горло растягивается, как силиконовый кончил долбиться сначала в нёбо, а после глубже, вызывая рвотные позывы. Дышать нормально не получалось – приходилось короткими урывками в те моменты, когда дилдо не давил на гланды. Пошлые влажные звуки распространились по комнате, сильнее возбуждая Суюки. Катара же, в свою очередь, горела от стыда. она тщетно пыталась вытолкнуть игрушку, зажимать ту между зубов, но всякий подобный раз воительница наказывала шлепками. Затем воительница выходит из глотки подруги, желая кончить, пока долбит ее изголодавшуюся киску. – Ты отлично поработала и теперь достойна награды, – улыбнулась немаг, удобно пристраиваясь к изнывающей щели. Она немного поиграла у входа, водя головкой от щели до клитора и обратно. – Ах, да, прошу! – взмолила Катара, выгибаясь. Она сама пыталась насадиться, чем позабавила Суюки. – Такая ненасытная! Значит, не буду жалеть! – с рычание воительница входит в лоно дочери Хакоды, слыша ее свистящий стон. Все тело крупно задрожало. – Двигайся, двигайся! – умоляла Катара, и воительница не могла ей в этом отказать. Покрепче взявшись за ее бедра, Суюки бешено вколачивалась в истекающую киску. Девушка скулила течной крококошкой, тая под жесткими толчками подруги. Она ощущала ее запах и тепло, к которому так стремилась. Сама виляла бедрами, пытаясь насытиться, но голод пожирал изнутри. Всего мало: ласки и жестокости. Хотелось самой скакать до беспамятства. Долгожданные ощущения острые, пронизывающие. По позвоночнику стреляет сноп искр, кляп забирает с собой часть бесстыдных стонов. Ноги сводит судорогой, однако даже такая боль вызывала удовольствие. Девушка выгибалась навстречу, она просто не могла себя контролировать. Шлепки о бедра стали громче – Суюки нуждалась в разрядке. За ними - влажные всхлипы. Мысли Катары разбегались от удовольствия и быстрого темпа. Она чувствовала каждый сантиметр воительницы в себе, слышала ее животное рычание… Животные – вот, кто они сейчас! Так много и так хорошо. – Ах, кончаю! – завопила во все горло покорительница воды, содрогаясь под островитянкой. Но девушка не прекратила, наоборот, только сильнее ускорилась, игнорируя мольбы пощадить ее и остановиться. Ей было мало, нужно было больше, глубже, сильнее. И она сильно сжимала бедра некогда девственницы, натягивая на силикон. Суюки кончит от того, как долго и сладко будет трахать ее милую течную щель. Шатенка не могла выдержать того, что ее кончившую щель продолжали насиловать. Она скулила, умоляла прекратить, ведь каждое прикосновение к ней отдавалось острыми иглами. К ее счастью, подруга, что легла на нее, кончила совсем скоро. Девушки пытались отдышаться. Юи, которая наблюдала за этим, тоже возбудилась, однако ее положение было плачевным. Кроме боли в груди и затекших ног ничего не было. Устала та нога, что была под 180 градусов, а та, что пыталась удержать все тело, готова была вот-вот сдаться. Усталость поработила все ее тело. Дух вновь запретила себе сдаваться, поднявшись на носок, но мышцы ноги натянулись сильнее прежнего и забились окончательно. Тянущая боль прокатилась от икр и выше, лицо скривилось в гримасе боли. Соски вздернулись в такт волосам. – Прошу, выпусти меня! – умоляла Юи, жмурясь. «Наконец-то сдалась.» – подумала шатенка. – «А ведь раньше упорно молчала!» – Я была не права! Поднявшись на ватных ногах, воин Киоши с упоением наблюдала за страданиями духа. – Не верю! – вздернула подбородком, слушая новую порцию проклятий и тщетных мольб. Конечно, Суюки не собиралась выпускать духа, как бы та не заливалась болотным соловьем. Вместо этого, все также связанную, она тащит блондинку за волосы к деревянной лошади. – Нет! – замотала головой Юи, пытаясь сбежать, но уставшие ноги не позволили это сделать. – Вставай! – резко поднимает за волосы, а после усаживает на «лошадь». Принцесса виляет бедрами от неприятных ощущений, которые доходили до рези в промежности. Однако, если она пыталась встать и уйти, то получала хлесткий удар по ягодицам и очередной приказ Суюки: – Если ослушаешься меня, то я растяну твой зад так, что ходить не сможешь! После ее слов Юи вела себя более-менее спокойно. Только поскуливала из-за дискомфорта, но на это воительнице было плевать. Девушка прикрепляет на ее ноги палку с грузом, чтобы давление было равномерным. – Ааа! – кричит и жмуриться пленница. Однако она находит состояние, когда не так больно. Конечно, такое не устроило Суюки, которая достала плотный хлыст. – Двигайся, ледяная сука! – приказывает, ударяя по спине. Да, тело духа прочнее, но все также чувствует боль, пусть и в меньшем масштабе! Какое-то время Юи не слушалась. Может, остатки гордости не позволяли. За это была наказана – немаг хлыстала по заднице и груди наотмашь, не жалея рук. Дальше дело пошло за малым – дух покорно двигалась сквозь боль и неприятие всей ситуации. Стыд душил своей неотвратимостью. Духу хотелось спрятаться от себя, ведь это такой позор! Как она позволила этому всему случиться? Когда баланс перешел на сторону смертной?! «Зря! Я недооценила ее!» – подумала блондинка, закусывая губу как от досады, так и от новой порции боли. – «Ничего, скоро чаша весов будет на моей стороне!» Какое-то время Суюки с упоением наблюдала за унижениями Юи, как та виляла задом под ее приказы. Власть над духом – вот, что чувствует любой Аватар? Прелестно! Однако она вспомнила и о Катаре, которую в итоге решила освободить. Все-таки девчонка получила свое наказание. Она пыталась ее спасти от принцессы в самом начале… Но покорительница воды ничего не забыла, не забыла, как Суюки ее бросила, как сама надругалась над ней, сделав каким-то животным! Именно поэтому девушка, покорив собственным пот и соки, создает щупальце, которое сдавливает шею островитянки. Воительница хватается за водный жгут, пытаясь высвободиться, но Катара была сильнее. В глазах плескался ужас, в голубых же – праведная ярость. Легкое сжатие артерии – и немаг падает в обморок. – Теперь моя очередь! – агрессивно произнесла дочь Хакоды. И по гневному взгляду было ясно, что у нее огромные планы на эту парочку, которая решила воспользоваться ее слабостью.