Все хорошо

      Лелиана всегда любила баллы, платья, туфли. Ей нравится танцевать, нравится слышать красивую музыку. В Ферелдене с этим приходится туго, но даже здесь она всегда старается приодеться и как следует приодеть своего друга, а также, как она сама его называет, подопечного. Алистер и Лелиана познакомились в маленькой церквушке в Лотеринге. Тогда она показалась парню сумасшедшей, хотя, признаться, у него до сих пор мелькают такие мысли. Тем не менее, молодые люди достаточно быстро подружились.       Благодаря навыкам, приобретенным в далёком прошлом, Лелиана прекрасно держалась при дворе. Она была опорой для Алистера на различных приёмах, баллах и другой светской ерунде. Хотя изначально Теган и Эамон относились к рыжеволосой девушке с подозрением, со временем они смирились с её нахождением при дворе, и, кажется, были даже рады помощи в "воспитании" короля.       Вот и сейчас она по прежнему "поддерживала" Алистера: напоминала о манерах, об осанке, и особо настойчиво, но деликатно, об отсутствии нужды в его шутках. Хотя это и задевало самолюбие мужчины, он молчал, потому что спорить было опасно для жизни. Он никогда не спрашивал, откуда у девушки, помимо её обаяния и манер, прекрасное владение оружием и навыками конспирации, но что-то подсказывает, что не от хорошей жизни.       Он переступил с ноги на ногу. Дорогущая ткань костюма неприятно кололась, душила, в ней было неимоверно жарко. Казалось, что если выйти в латном доспехе рубить дрова в жару, чувствовать ты себя будешь все равно гораздо лучше. На Алистере были надеты штаны коричневого цвета из кожи и рубаха из золотистой ткани с фонариками на плечах. Волосы его зачесали назад и зафиксировали какой-то липкой жижей. — Я похож на орлессианского пижона. Лелиана, которая была родом из Орлея недовольно нахмурилась. — Прости, я не имел ввиду, что они все пижоны, просто...я уже хочу поскорее все это снять! В подтверждение Алистер недовольно почесал шею. — Что ж, вам придется сегодня потерпеть Ваше Величество. Вот оно! Каждый раз, когда она его так называла означало, что она им недовольна. Понабралась у Эамона. — Все таки в Ферелдене не достает размаха мероприятий. Ты видел, что за туфли порой встречаются? Полная безвкусица!— девушка укладывала свои короткие рыжие волосы, при этом мельтеша по комнате и причитая. Алистер оторвался от зеркала и спросил: — Ты сыграешь сегодня? — Как ты себе это представляешь? — спросила она смеясь, — боюсь публика не будет в восторге от такой выходки. К тому же не хочу затмевать твоей славы. — О, я буду только рад если ты меня затмишь.       Последнее время светские мероприятия стали откровенной пыткой. Кажется все аристократы этой страны, смотря на холостого короля, решили сбагрить на него своих дочерей. И большинство из женских особ, казалось, были не против. Они лезли у нему с вопросами, комплиментами и этими ужасными кружевными перчатками на орлессианский манер. Он вздрогнул от воспоминания, как одна уже престарелая дама попыталась коснуться его шеи в этих мерзких перчатках. Лелиана, заметив скорченое лицо друга лишь иронизировала: — Ты должно быть рад такому повышенному женскому вниманию, — наблюдая за тем, какие оттенки пунцового приобретает лицо друга, она заливисто засмеялась. — Смеёшься значит, нету в тебе ни капли сочувствия. Вот если меня сожрут, не кому больше будет жаловаться про туфли. — Алистер, сегодня я позабочусь о том, чтобы тебя никто не сожрал.

***

      Гости постепенно наполняли зал. Дворец перед очередным светским мероприятием так вылизали, что казалось, если неаккуратно пойти, можно подскользнулся от отполированного пола и здорово прокатится по лестнице подбородком. Сегодняшних приглашенных было много. Это были и мелкие банны и тейрны. Алистер не помнил, какой повод для балла придумал Эамон, но знал, что устроено это всё, чтобы знать поскорее увидела короля в хорошем свете лично, а не по слухам из пьяных ртов, о которых сегодня говорила охотница. Охотница...ухо мужчины все ещё побаливало от маленькой царапины, оставленной её кинжалами, но эта встреча оставила приятные воспоминания. Общаться с ней было легко, не нужно было строить из себя серьёзного, но обаятельного правителя, ограничивать себя в юморе. Он оглядел дворец, и с сожалением заметил, что променял свою драгоценную корону, на ещё несколько таких же встреч. Но сейчас расслабляться и мечтать нельзя. Нужно произвести впечатление на всех и надеятся, что в твоём бокале, по сущей случайности, не окажется смертельная доза яда. Алистер хлопнул себя ладонью по щеке и вышел в большой зал дворца.       Именно в этой комнате проводилось собрание земель. Именно здесь, при поддержке Эамона и Брайса Кусланда Алистер стал королём. В конце зала, через небольшую лестницу стоял королевский трон. По бокам были лестницы, ведущие на балконы. Сейчас основная часть комнаты была пуста от мебели, но по бокам стояли небольшие столы с закусками. Алистер вышел на возвышение, где находился трон и сказал приветственную речь. Да начнется бал!

***

      Элисса старалась держаться рядом с семьёй. Это был её первый раз, когда она посетила Денерим и королевский приём. Двери приветственно отворились и впустили семью Кусландов. Вокруг было много гостей, почти всех Элисса знала по разговорам родителей и учителей. Но лично была знакома только с небольшим количеством. Она осторожно коснулась руки брата. Фергюс улыбнулся и галантно предложил ей опереться на себя. — Раз уж Ориана осталась дома вместе с Ореном, то могу побыть твоим спутником на сегодняшний вечер. Если только желающих занять моё место не будет слишком много, что придётся отбиваться. — Не переживай, не думаю что они вообще будут. — Ты недооцениваешь себя, — Фергюс тепло улыбаясь поправил розу в её полу собранных волосах, — Вон, уже один поклонник есть. Элисса смущённо улыбнулась, шутливо ткнула брата в плечо. Меняя тему, спросила: — Почему Ориана не захотела пойти? Мне казалось ей наоборот нравятся такие мероприятия. Ну знаешь, романтичная музыка, вы кружитесь в танце...— Элисса сделала нарочно мечтательный голос, подтрунивая над своим спутником. Он лишь рассмеялся. — Ей не нравятся такие скопления людей. А музыку я и дома могу устроить...только ты не доросла ещё до таких вещей Волчонок, — он подмигнул ей, издеваясь в ответ. — Вы не выносимы милорд. — А вы очаровательны. Обернувшись, Элеонора Кусланд — жена Брайса Кусланда и, по совместительству их мать, шикнула на них с грозным тоном. — Только не смейте так разговаривать при короле. Брайс лишь улыбнулся подмигнул им. Все в семье знали, что не смотря на строгость в воспитании манер своих детей, Элеонора, будучи в молодости капитаном судна, тоже была порой далеко не самой обходительной и дипломатичной в разговоре. Зато её всегда слушали.       Когда вошли в зал, Элисса оглядела толпу: все были одеты разношёрстно, но большинство девушек старалось соответствовать последнему шику Орлея: корсетам и кружевным перчаткам. Последние вызвали у неё улыбку. Послышался щебет. Девушка озадаченно обернулась. «Птицы? Здесь?» — подумала она. Ответ не заметить было сложно — одна леди решила особенно выделится из толпы и сделала прическу с клеткой птиц на голове. Элисса осторожно наклонилась к Фергюсу, шепнула: — Насколько я помню, в Орлее уже была одна дама с подобной прической, правда после этого там случился небольшой конфуз... Фергюс, как смог, постарался сдержать улыбку. — Я все равно считаю, что ты здесь самая красивая.       Внезапно по толпе прошлась волна шёпота. Массивные двери отворились и вышел король... Элисса обомлела. Она не могла его не узнать, того забавного парня с лесной опушки, подарившего ей розу. Правда сейчас он выглядел немного по другому. Золотистые пряди были зачесаны назад, открывая, как Элиссе показалось, через чур напряжённое лицо. Она вспомнила его слова про «короля и жертву», сочувственно свела брови. Фергюс, заметив перемену в настроении, вопросительно взглянул на неё. Девушка шепнула: — Помнишь, Я рассказывала, про паренька, которому я поцарапала ухо? — Да, а он подарил тебе за это розу. — Похоже наш король тоже леса любит. Секунд десять брат стоял озадаченный, но после на его лице промелькнула понимание. — Оооу... Элисса поднесла указательный палец к губам, глазами указала, на людей, стоящих рядом. Фергюс кивнул. Лишь сделал заключение: — Похоже вечер будет интересным.