Точка опоры

Спокойствие в комнате нарушил звон будильника. Он ворвался в сон Юри, а яркие вспышки света ударили по глазам. Впопыхах она схватила небольшую подушку и закрыла ею лицо, пытаясь спрятаться от шума. Но тут же в панике потянулась к телефону. На часах 5:15 утра. — Фух, нужно будет сегодня лечь пораньше, — морщась, сказала она, но тут же одернула себя. Первым делом Юри взяла планшет и заглянула в календарь. Сегодняшний день был особенным: предстоял первый перелёт в рамках концертного тура группы. Тур стартует через два дня, но команда и участники группы должны прибыть заранее, чтобы проверить площадку и звук, настроить аппаратуру и реквизит, отрепетировать и согласовать работу команды и местного концертного агентства. Отдых и сон в планы не входят. — Если получится, посплю в самолёте, — сказала Юри, с неохотой сползла с кровати и пошла в душ, чтобы как-то взбодрится, но споткнулась о раскрытую сумку с вещами и упала прямо на колени, — Ауч. Почему она вообще стоит у кровати?! Девушка вспомнила, как ночью пришла домой — промокшая под дождём, замёрзшая и уставшая. Но ей нужно было собрать дорожную сумку для предстоящего тура. Она хаотично сложила в неё одежду и вещи первой необходимости. Уже лёжа в кровати, она вспомнила, что забыла поставить на зарядку планшет, который был так необходим для работы. Зарядка, к несчастью, уже лежала в сумке. Девушка сползла с кровати, дотянулась до сумки, достала адаптер с проводом, подключила технику к розетке и рухнула спать. Теперь на её колене будет красоваться синяк, полученный в результате этого небольшого акта лени. Юри немного привела себя в порядок, надела удобную спортивную одежду, захватила злополучную сумку и поехала на работу.

***

Через полтора часа Юри вместе с командой менеджеров уже находилась на складе. Она проверяла по списку багаж, который должен был вылететь до обеда. Обычно все транспортные тонкости тщательно спланированы, а основная часть багажа готова минимум за два дня до вылета. Но в этот раз всё пошло совсем не по плану: старший менеджер Бон Хва серьёзно заболел, подхватив какую-то заразу, и теперь находится в больнице. Конечно, при возникновении первых симптомов он даже не задумывался о том, чтобы взять выходной. Но чем дольше он тянул с лечением, тем хуже ему становилось. Всё дошло до того, что он потерял сознание прямо на работе. Приехавшая скорая диагностировала пневмонию и увезла Бон Хва в больницу, заперев его в палате. Но даже там он не мог перестать постоянно контролировать процесс. Например, вечером после госпитализации, когда Юри стояла перед доской в офисе, перебирая маркеры и записывая оставшиеся задачи, Рин сидела за компьютером, проверяя финальные изменения в печатной продукции, а Ха-Ру с планшетом в руках переключался между настройкой оборудования и поиском подходящей музыки, телефон Юри завибрировал на столе. Она увидела имя Бон Хва и вздохнула. — Начинается, — пробормотала она. Рин повернула голову в её сторону. — Что опять? — Сейчас узнаем, — сказала Юри, принимая звонок и включая громкую связь. — Юри, я смотрел график и хочу знать, почему баннеры ещё не доставлены на склад, — начал Бон Хва. — Они уже в пути, — спокойно ответила Юри. — Это слишком поздно. Мы не можем рисковать. Рин подалась вперёд, закатив глаза. — Он это говорит после того, как сам попросил задержать отправку ради последних правок? Юри проигнорировала её комментарий и продолжила: — Мы не могли отправить их раньше, потому что ждали от дизайнеров финальные изменения в макете, о которых вы нас сами просили. — И вы думаете, что это оправдание? — резко спросил Бон Хва. — Мы думаем, что вы должны довериться команде, которая всё это уже рассчитала, — вмешался Ха-Ру, поднимая планшет. — И да, я всё лично проверил. — Это Ха-Ру? — спросил Бон Хва. — Может, тогда объяснишь мне, почему оборудование для репетиций сих пор в офисе, а не в студии звукозаписи? — Потому что мы его сегодня туда и отправим, — отрезал Ха-Ру. — Вы же сами нам сказали, что это нужно сделать не раньше среды. На том конце линии повисла пауза. — Бон Хва, — сказала Юри, стараясь смягчить тон разговора. — Мы справляемся. Вы сами всё настроили, мы просто следуем вашему плану. Позвольте нам сделать свою часть работы. — Хорошо, — наконец ответил он. — Но я всё равно буду держать это под контролем. — Это ваш выбор, — согласилась Юри. — Но мы делаем всё, чтобы вас не разочаровать. Когда звонок закончился, Рин качнула головой: — Удивительно, что он ещё не заболел из-за стресса раньше. — Если мы его разозлим, то, может, и у нас нервный срыв случится, — фыркнул Ха-Ру. — Просто работаем, — сказала Юри, возвращаясь к доске. — Чем быстрее закончим, тем меньше поводов для звонков. Меньше нервов — быстрее поправится и всё вернётся в привычный ритм. После недолгого обсуждения Юри, Рин и Ха-Ру распределили между собой обязанности Бон Хва, хотя он до последнего не хотел ничего делегировать и с трудом согласился на новые условия ради общего блага. Обычно Юри занимается организацией работы и отдыха мальчиков во время тура, следит за их расписанием и питанием. Она знала, что Рин и Ха-Ру тоже работают на пределе, но не могла позволить себе расслабиться. «Если я возьму на себя ещё немного, они смогут хотя бы нормально выспаться», — подумала она. Она продолжит курировать мемберов, но теперь ей также нужно будет заботиться о багаже и реквизитах на протяжении всего тура. Юри понимает, что ей нужно учесть все детали, ведь у них плотный график, и нет возможности вернуться в Корею за чем-то уникальным. Придётся импровизировать на месте. Она видела все риски: нехватка времени, усталость команды, технические проблемы. Но она также знала, что если они всё сделают правильно, это будет лучший тур в их карьере. Рин обычно отвечает за все аспекты маркетинга и дизайна: согласовывает костюмы, подбирает графику и видеоматериалы для больших экранов, курирует работу дизайнеров печатной продукции, ищет фотографов — словом, занимается всем, что видят фанаты. Для международных туров лейбл предпочитает использовать местные концертные агентства. И Рин уже неделю должна была находиться в Сиднее и активно работать там, но из-за болезни Бон Хва она решила вернуться, чтобы помочь с организацией. Ха-Ру, местный компьютерный гений, занимается всем, что связано с техникой, а также курирует весь звук — в общем, отвечает за то, что и как слышат фанаты. В этот раз на его мужественные плечи легла дополнительная ответственность: мерч, взаимодействие с местными СМИ, а кроме того, и курирование охраны, хотя из-за особенностей перелёта часть работы распределилась между всеми менеджерами. Всё это ребята решили ещё позавчерашней ночью. Весь вчерашний день они пытались закрыть основные обязанности, чтобы сегодня справиться с неожиданными дополнительными задачами. Теперь же они все втроём находились на складе и готовили к отправке в аэропорт груз. — Да что ж такое! — истерично вскликнула Рин, пиная чемодан. Часть вещей из него выпала на пол. Юри стояла к ней спиной и подпрыгнула от неожиданности. — Что произошло? — Я три раза. Три! Три раза попросила костюмеров упаковать сценические костюмы в портплед на вешалках, а не складывать в оригами и впихивать в чемоданы, — Рин драматично выдохнула, — И что я вижу? Всё в одну кучу лежит. Спасибо, что хоть еду сверху не положили! — Да брось ты, всё равно нужно будет погладить, — попытался успокоить её Ха-Ру. — Ну конечно, не тебе же гладить придётся! — скрестив руки прокричала Рин. — Так и не тебе тоже, — заметил Ха-Ру, — Не нужно создавать проблему на ровном месте. Я бы на вообще не вскрывал эти чемоданы. Костюмеры собирают образы по чек-листу, ошибки быть не может. — Если бы кто-то из этих бездарей отвечал на телефон, я бы не вскрывала, — сказала Рин и закатила глаза, начисто игнорируя раннее утро — Мне нужно найти штаны Чанбина. Вчера были замеры ребят и Чанбин сел на сушку, теперь он схуднул в талии и я боюсь, что с него свалятся штаны прямо во время концерта. — Это будет феерично! — смеясь, подметил Ха-Ру. Юри решила вмешаться, пока Рин не разбросала все вещи. Конечно, упавшие штаны придадут концерту свою «изюминку», но разбирать запломбированные чемоданы прямо сейчас совсем не выход. — Рин, не переживай. Если штаны всё-таки будут большими, наденем на него ремень. Или просто купим другие штаны. Или оставим штаны от другого образа. В общем, нет ничего страшного, найдём выход — сказала Юри, пока складывала выпавшие вещи в чемодан. — Но если мы не успеем отправить все чемоданы в аэропорт, то это будет фиаско. — Не переживай, мы найдём выход — писклявым голосом передразнила Рин, развернулась и направилась к выходу. Иногда Рин ловила себя на мысли, что завидует Юри. Та умела справляться с напряжением, словно ничего не происходило. Рин же чаще выбирала путь через жёсткость и контроль. Но, глядя на Юри, она понимала, что команду удерживает именно этот баланс, — Если вы забыли, нам ещё нужно проверить, как упакованы кабели. Последний раз они приехали настолько перекрученными, что я могла бы связать из них узлы для альпинизма. Дверь на склад захлопнулась. — Что с ней не так? — немного погодя спросил Ха-Ру. — Не знаю. Может, нервничает, устала, — ответила Юри, поправляя волосы за ухо и глядя в список багажа в планшете. — Мы все устали. Это не повод срываться, сама знаешь. Она это знала. В компании действует золотой стандарт работы: каждый должен работать на общее благо. Младшие специалисты помогают старшим, старшие помогают артистам, артисты помогают фанатам, фанаты помогают компании, и этот круг зациклен. Обсуждение коллеги за спиной, пусть она себя и некрасиво ведёт — это неправильно. Как минимум, если кто-то услышит такой разговор, то их не будет ждать ничего хорошо. В характере Рин действительно есть «искра». Она может вспылить, если что-то идёт не по её плану, но обычно её агрессия направлена на неё же. Когда люди видят Рин в таком состоянии, они хоть и чувствуют себя неловко, но знают, что это её личный способ повысить продуктивность и качество работы. Юри посмотрела на Ха-Ру: он же смотрел на неё и ждал ответа. — Я проверила, по моей части весь багаж готов, сценический реквизит со вчерашнего дня ждёт у выхода со склада. — переключаясь на работу, сказала Юри, — Если ты закончил с аппаратурой, то можем вызывать грузчиков. — С техникой я закончил, сейчас всё оформлю и можем пойти на завтрак. — Я пока не могу, мне нужно пойти в менеджерскую и собрать все документы на перелёт. Можем встретиться через полчаса в столовой. — Не. У меня желудок скоро сам себя переварит. Он не видел ничего, кроме кофе, со вчерашнего обеда. И твой тоже, кстати. — Тут ты не прав. Я в три ночи навернула лапши. В то время мне показалось, что лучше заехать в круглосуточную кафешку, поесть и поспать два часа, чем лечь спать на голодный желудок. Но лучше бы я поспала на час дольше, так бы хоть под дождь не попала — с улыбкой сказала Юри и решила напоследок всё ещё раз проверить. — Окей, тогда ты проверяй, а я пойду к погрузчикам и скажу, что можно начинать паковать вещи, — сказал Ха-Ру и пошёл в сторону начальника склада. Юри бегло пролистывала список багажа на планшете, но текст начинал расплываться перед глазами. Она резко выдохнула и потёрла виски, пытаясь сосредоточиться. Сотрудники склада суетились вокруг, кто-то громко говорил по телефону, а рядом гудел погрузчик. — Если так продолжишь, к вечеру от тебя останется только пустая оболочка, — раздался голос за спиной. Юри обернулась, сзади стоял Чан. Он держал в руках бутылку воды. — Что ты тут делаешь? — удивилась она, глядя на него. — Мне сказали проверить, всё ли с аппаратурой в порядке, — он поднял брови, будто спрашивая, разве это не очевидно. — А ещё я подумал, что если мои наушники опять забудут положить, мне придётся петь в запасных, а они неудобные. Заодно решил заглянуть к вам. Вижу, ты тут в огне. Юри закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. — Всё в порядке, — ответила она. — Я должна всё успеть. — Ты «должна» не рухнуть прямо тут. Дай планшет, — он протянул руку. — Что? Нет, я… Но Чан не стал ждать ответа, мягко взял у неё планшет и одним движением свернул список. — Ты сама не знаешь, что читаешь, — он кивнул в сторону небольшого столика в углу склада. — Пять минут отдыха, Юри. Это приказ. Он смотрел, как она села за столик и осторожно сделала глоток воды, и не мог не отметить, насколько уставшей она выглядела. Волосы, которые обычно были аккуратно уложены, сейчас выбивались прядями, а взгляд был пустым, словно она уже с трудом держала себя в руках. Он, наблюдая за ней, задумался: «Почему она так усердно работает?» Юри всегда производила на него впечатление сильной личности, но иногда её неуязвимость вызывала недоумение. Для неё это была не просто работа — она вкладывала в неё всю свою душу. Он знал, что именно это и привлекало его больше всего. Юри подняла на него глаза, и на мгновение их взгляды встретились. В этот момент Чан понял, что будет делать всё, чтобы облегчить её день, даже если она об этом никогда не узнает. — Ты вообще не мой начальник, — пробормотала она, но вышла со склада в офисное здание и поднялась в менеджерскую. Там она около часа собирала все документы, раскиданные по ящикам Бон Хва в порядке, известном только ему самому, допила уже остывший кофе и отправилась к мальчикам, чтобы отдать график перелётов. На часах было уже 10:42, поэтому они точно должны быть в компании и репетировать концертную программу. Приоткрыв дверь, Юри осторожно заглянула в зал. Тренер вопросительно посмотрел на неё, и она, смутившись, прикрыла лицо бейджиком. Он жестом показал ей: «Проходи». Юри тихо прошла вдоль стены и села на пол в углу, где не было зеркал. На самом деле она не планировала заходить в зал, просто хотела убедиться, что мемберы там. Но раз уж так вышло, то почему бы и не поработать здесь? Она разложила перед собой документы, которые нужно было рассортировать по папкам для перелёта. Однако, спустя пятнадцать минут изучения бумаг, она поняла, что её одолевает сонливость. «Срочно нужна ещё чашка горячего кофе. А лучше приглашу ребят на завтрак, чтобы там всё обсудить, они как раз скоро заканчивают», — подумала она. Отрепетировал финал, ребята накинули на головы полотенца. Юри пыталась вытащить из своей переполненной сумки планшет, но запуталась в проводах. — Хочешь, я вызову службу спасения? — раздался голос Чана за спиной. — Спасибо, но, похоже, мне понадобится экскаватор. — Держи, — он аккуратно передал ей планшет, который успел вытащить раньше неё. Их руки соприкоснулись на мгновение. — Как там Бон Хва? — Его положили в больницу с пневмонией. — В больницу?! И как он в целом? Наверно, что-то серьёзное… — В целом ничего серьёзного. У него высокая температура и кашель, но врачи говорят, что он быстрее поправится, если будет лечится, а не работать. А пока мы втроём к вашим услугам! — смеясь, добавила Юри. — Да что ты! А наши покорные слуги не хотят позавтракать и выпить кофейку, а то вид у одной из них не очень? — Чан деловито поставил руки на пояс и склонил голову. — Я пришла именно с таким предложением и за себя могу сказать, что я согласна. Ха-Ру уже должен был позавтракать, а Рин я не видела с раннего утра, поэтому из всех слуг пока в доступе только я. Чанбин тоже подошёл к Юри и Чану, открывая бутылку с водой. — О, я видел Рин в менеджерской на втором этаже. Она спала на диване. И тебе бы тоже не помешало. — И хорошо, что она спала, а то устроила бы тебе взбучку из-за твоей сушки. Она боится за то, что с тебя упадут штаны на сцене. — Ну так есть же ремень… — к ребятам подошёл Сынмин. Юри засмеялась, но причину смеха никто не понял. — Так, — потирая руками сказал Чан, — командуй, Юри. Куда идём завтракать? — А ведь у нас такой выбор, такой выбор! — подначил Минхо. Ребята направились в столовую, где Юри вручила им билеты и необходимые документы, а также провела небольшой инструктаж по их транспортировке на другой конец земного шара. После недавнего случая, когда фанаты заблокировали выход из аэропорта другой группы, специалисты по безопасности лейбла приняли решение отправлять артистов на гастроли «по частям». Для перелёта в Австралию был разработан план 3:3:2. Первым дневным рейсом вылетятМинхо, Феликс и Бан Чанвместе с Юри. Затем, вечером, отправятсяХан, Чанбин и Сынминс Рин и всеми танцорами. Последними, ночным рейсом, полетят Чонин и Хёнджин вместе с Ха-Ру и техникой. — Всем приветик, — Рин, подтягивая стул к столику, едва ли не споткнулась, настолько он был свободен. — Ох, устала, как после марафона. — Доброе утро, Рин! Выспалась на диване? — с улыбкой до ушей спросил Чанбин. — Тсс, не пали меня, — Рин, как бы останавливая его, положила руку на плечо Бинни и шёпотом добавила: — Я не помню даже, как уснула. Проснулась, когда в офис начали люди приходить. — Я сегодня уснул в машине, пока ехал до лейбла, — сказал Чонин, потягиваясь до пиццы, — День какой-то очень сонный, не могу заставить себя проснуться. — Даа, согласен, — добавил Феликс, зевая в кулак. — Все-таки добрались до состояния, которое я испытываю каждый день, пока вы, сонные мухи, бредёте по жизни, — пошутил Минхо, с усмешкой глядя на сонную компанию. — Это ты-то говоришь! Я не мог уснуть из-за твоего шума до часа ночи, — подтрунивая, сказал Хан, скрещивая руки на груди. — Ой, точно, — Рин, обращаясь к Минхо и Хану, сидевшим напротив, усмехнулась. — Вы же теперь вместе в общаге живёте. И как ваша жизнь молодожёнов? — Ничего не знаю, — вмешался Чанбин, — Вот мы с моей жёнушкой Хёнджином прекрасно ладим. — Он прожужжал мне все уши про необходимость подкачать ноги, — со слегка грустной интонацией пожаловался Хёнджин, изображая тоску. — Кстати, про ноги, — Рин, доедая завтрак, не упустила случая поддеть Чанбина, — откуда такая острая необходимость сесть на сушку, когда все костюмы уже готовы, а? — Он хочет острых ощущений во время выступления, — с намёком на булавки в одежде сказал Сынмин, вставая из-за стола. — Ты бы хоть доел еду, — протирая рот салфеткой, заметил Чан. Сынмин не стал садится, вместо этого он предпочёл облокотиться руками на спинку стула Чана. — Ой, Юри, я тебя даже не заметила сначала. Спряталась и сидит, — Рин увидела Юри, которая сидела как раз за Сынмином. — Тебе писал Бон Хва? — Я ему сама написала, что всё хорошо. Не хочу грузить лишними подробностями человека. — Это правильно, — Чанбин тоже встал из-за стола. — Ну, я пошёл. Всем пока! Юри отправила ребятам их планы на день: она отвезёт первую тройку собирать вещи в дорогу, Хёнджин и Хан — должны провести трансляцию, а остальные — на свои тренировки согласно расписанию. Постепенно все ребята начали расходиться. За столом остались только Юри, Минхо, Феликс и Бан Чан, которые уже закончили завтракать. Рин же доедала свой сэндвич и увлечённо листала Pinterest. — И когда мы выезжаем? , — поинтересовался Феликс. — Ну, где-то между «сейчас» и «через пять минут», — посмотрев на часы, сказала Юри. — Тогда давайте через пять минут, мне нужно кое-куда зайти, — произнёс Чан. — Окей, я тогда пойду и оформлю нам автомобиль, буду ждать у запасного выхода слева. — Да блин, что ж такое, — Рин бросила свой сэндвич, вскочила из-за стола и убежала в неизвестном направлении. — Это определённо очень странный день, — заметил Минхо, глядя ей вслед. Чан и Феликс принялись убирать со стола, а Юри, поблагодарив их, поспешила к выходу. Она спустилась на парковку, села за руль и подогнала машину к выходу, чтобы ребята могли быстро уехать, не привлекая лишнего внимания. Минхо и Феликс поспешили на заднее сиденье, но спустя 10 минут Бан Чан так и не появился, поэтому Юри отправила ему СМС-ку. Ты где? 10 минут прошло, мы можем опоздать Юри, поднимись на третий этаж Это срочно? Да, тебе нужно это увидеть — Ту-ту-ту, — протянула она. Ну, деваться некуда. Она посмотрела в зеркало заднего вида и увидела, что Феликс уснул. Посовещавшись с Минхо они решили, что лучше будет отъехать на машине назад на парковку. Так и поступили. Минхо остался в машине охранять спящего Ёнбока, а Юри снова отправилась в офис. На третьем этаже находятся в основном кабинеты, поэтому Юри шла в раздумьях и попытках угадать, что же произошло. Стоило дверям лифта открыться, как все сомнения отпали. Из кабинета напротив доносились крики Рин. — Вы что, действительно не понимаете, что нам срочно нужны эти десять брючных костюмов? — кричала она костюмерам. — Но Рин, у нас только восемь примерно похожих белых костюмов, — запинаясь, ответила одна из сотрудниц. — Я не хочу ничего такого слышать! Мне только что позвонили из концертного агентства в Сиднее и сказали, что им отшили партию одежды с браком. Подтанцовка же не может танцевать голышом, нам нужно их одеть! В конце концов, мне прислали мерки, и… — в этот момент Рин увидела вошедшую Юри, — О, а вот и наша мисс мы-найдём-выход. На словах «Мы найдем выход» Рин изобразила пальцами кавычки в воздухе. Перед Юри стоял Бан Чан, он не видел, кто вошёл, но даже не обернулся, чтобы проверить. — Рин, давай успокоимся. Объясни, что случилось и почему ты здесь? — Что случилось?! — кажется, ещё немного, и Рин просто взвоет, — случилось то, что наш дорогой Ха-Ру, по его словам, отправил в аэропорт весь багаж, а доехало до него на 15 килограмм меньше. И потерялось ни что иное, как костюмы для подтанцовки! При этом часть костюмов, которые мы заказали в Сиднее, сшили с бракованной ткани разных оттенков! В этот момент Чан обернулся на Юри и встал так, чтобы видеть их обеих. — Рин, это не повод кричать на сотрудников. Давай поступим так: сейчас я свяжусь с агентством в Сиднее, попрошу их съездить в торговый центр, чтобы купить костюмы, и попрошу их прислать фотку чека. По приезде мы с ними рассчитаемся, только нужно будет зайти и отдать фотку чека в бухгалтерию и забрать наличку. — Браво! Прекрасная идея! — начала саркастично хлопать в ладоши Рин, — Только наша бухгалтерия сказала, что весь бюджет на образы уже закрыт и подписан, а исправить ситуацию может только Бон Хва. Ну, что теперь? В эту минуту Чан не выдержал и вмешался: — Я встретил Рин в лифте, когда спускался, она и спросила, были ли у нас когда-нибудь белые брючные костюмы на выступлениях, и мы пришли сюда, чтобы проверить, сохранились ли они, но началось сумасшествие… — Ну и шум тут у вас, на втором этаже слышно, — в комнату вошёл Ха-Ру, — Рин, я тебе звоню-звоню, а ты трубку не берешь! Багаж нашли, в аэропорту что-то напутали, и чемоданы случайно улетели во Францию, но авиакомпания обещает, что завтра к утру наши вещи будут уже в Сиднее. — Прекрасно! — очередная волна сарказма от Рин снесла всё чувство маленькой победы, — А теперь я поеду домой собирать свои вещи в надежде на то, что хотя бы мой багаж не потеряется и не окажется в Америке к концу дня. Всем пока! Рин хлопнула дверью, Юри посмотрела на Чана, он стоял с лицом, буквально вырающим «Ну и что это за чертовщина сейчас была?», но он быстро вернулся в форму, ободряюще положил руку на плечо Юри и сказал «Ну что, пошли?». Они спустились в холл и встретили Минхо. — Ты как тут оказался? , — спросила Юри. — У меня попа затекла в машине сидеть, и я отправился на разведку, но не смог вас найти, поэтому решил постоять тут, — сказал Минхо, слегка подпрыгивая, будто разминается, но тут же резко развернулся как робот и ушёл в сторону парковки. — А где Феликс? — Бан Чан уже разблокировал телефон, но Юри положила руку на экран смартфона, чтобы Чан не набрал номер. — Феликс спал в машине, когда я ушла. И Минхо сказал, что останется с ним. Надеюсь, он также мирно спит. Бан Чан засмеялся, закрывая шапкой глаза, и они пошли на парковку. Как оказалось, Минхо ушёл из машины, заблокировав её, Феликс проснулся от звука включившейся сигнализации и ничего не понял: — Когда я сел в машину, я решил посмотреть серию Гравити Фолз, потом моргнул, и когда открыл глаза увидел, что я нахожусь в машине один, на тёмной парковке, мой телефон сел, я не мог открыть дверь. Я уже решил, что меня просто забыли. И пока я пытался прийти в себя, кто-то сильно ударил по багажнику машины, — Минхо залился смехом, — Я чуть не умер от страха в ту секунду, но это был он. Почему ты смеёшься? Феликс набросился на Минхо, который сидел рядом с ним, и натянул на его голову капюшон. От неожиданности Минхо подпрыгнул и ударился головой о потолок машины. Чан, который сидел на переднем сидении, не смог сдержать смех. Юри попыталась сохранить спокойствие, но её попытки оказались безуспешными, и вскоре в машине раздался всеобщий смех. Выехав с парковки, ребята пытались определиться с дальнейшим планом действий. — Так, у нас до регистрации полтора часа, через час охрана уже будет ждать нас на парковке, поэтому сейчас нам нужно определиться с тем, как мы будем забирать вещи, — сказала Юри, пытаясь вспомнить хотя бы район, в котором теперь находятся общаги ребят. — Ну, — Чан почесал затылок через шапку, — Каждый из нас теперь живёт в разных общежитиях, и это плохая новость. Но есть и хорошая — мы всё равно недалеко друг от друга. И если ты повернёшь вот тут направо, то можно будет закинуть Феликса и Минхо, а потом заехать за моими вещами, на обратном пути всех собрать и поехать в аэропорт. — Это хорошо, — Юри повернула машину, — Открой, пожалуйста, навигатор и вбей адреса, я совсем не ориентируюсь в этом районе. — Слушаюсь, капитан, — Чан построил маршрут, включил радио, и, подпевая новому хиту Арианы Гранде, ребята доехали до первой общаги, где высадили Феликса. Затем отвезли Минхо и поехали к общежитию Чана и Чонина. По дороге парни рассказали, что их багаж уже собран, но перед полётом и после тренировки нужно принять душ. Поэтому решили отталкиваться по времени от Чана, так как он живёт дальше всех. Он напишет Минхо и Феликсу, когда будет готов, чтобы они тоже собирались на выход. Проезжая мимо ларька с мороженым, Юри вспомнила, как однажды случайно обмолвилась, что обожает ванильное мороженое. И как через пару дней Чан появился с двумя стаканчиками: одним для неё и одним «чтобы не завидовать». — Ты что, специально запомнил? — удивилась она тогда. — Конечно. Это же важно, — ответил он, протягивая ей мороженое. Через 10 минут навигатор показал конец маршрута. — Ну вот, приехали, — отстёгивая ремень безопасности, сказал Чан, — Приглашаю на чай или кофе. — Не думаю, что это хорошая идея, — засмущавшись, сказала Юри. — А я думаю, что если я оставлю тебя тут на пятнадцать минут, то обнаружу тебя спящей. — Справедливо. Ну, пошли. На самом деле мне всегда было интересно посмотреть, как устроен ваш быт не в отелях. — Тогда к кофе добавляется экскурсия по нашим уютным апартаментам. Сколько ты не спала? — Чан вышел из машины, надел капюшон и спрятал лицо. — Я спала, но мало. У меня был выходной, когда Бон Хва упал в обморок, меня вызвали на работу и с тех пор я поспала около пяти часов, потому что всё пошло вообще не по плану. Когда Бон Хва потерял сознание, он уронил свой планшет и тот разбился, пароль от своей учётки он не помнит, поэтому нам пришлось за полтора дня проверять вообще всё, что связано с туром. Пока Юри рассказывала, они подошли к дверям подъезда. Чан протянул руку, чтобы открыть дверь, и развернулся. Одним плавным движением он перехватил дверь другой рукой, создавая проход и приглашая Юри войти. Она протиснулась между дверью и Чаном, но вскоре остановилась: датчики света не отреагировали на шум и движения, дверь закрылась, поэтому вокруг стало слишком темно, чтобы сделать шаг в незнакомом месте. Чан врезался в неё, Юри от неожиданности пискнула и свет всё-таки включился. Девушка обернулась: — Упс, небольшая авария. Извини, ты не ушиблась? — Да это я виновата. Не видела, куда идти, поэтому решила подождать тебя. Всё хорошо, — в этот момент Юри взглянула на Криса. Несколько секунд они стояли в неловком молчании. За это время Чан заметил, что глаза Юри были красными, и теперь просто смотрел в них. Оба понимали, что нужно торопиться, но Юри не знала, как себя повести, а Крис не нашёл ничего лучше, чем сказать: — У меня есть капли. — Что? — Юри закрыла нос рукой. — Твои глаза. У меня есть капли от красноты глаз. Но они дома, тут как раз недалеко, ха-ха. И они поднялись в квартиру Чана и Чонина. Это была обычная трёхкомнатная квартира с общим залом и личными комнатами у каждого. Многие мемберы для экономии пространства и по старой привычке продолжают жить в одной комнате и спать на двухэтажных кроватях, но Чан рассказал, что он слишком любит поддерживать чистоту, а Айен красивую одежду, поэтому они решили дать себе личное пространство. Юри осмотрелась вокруг. В квартире чувствовалась эта неуловимая смесь уюта и организованности. Полка с книгами о музыке и парой фото в рамках стояла рядом с гитарой, прислонённой к стене. На столе лежали аккуратно сложенные заметки и блокнот с недописанным текстом. Даже обычный плед, наброшенный на диван, казался тщательно подобранным по цвету. Она уловила запах кофе, который, видимо, остался с утра, и легко улыбнулась. Всё здесь напоминало о Чане. О его внимании к мелочам, о том, как он умел превращать простые вещи в нечто особенное. Это было его пространство. Его мир. — Кстати про Йенни, — Юри села на диван в гостиной, — Сегодня он был какой-то очень уставший, даже на завтраке про это сказал. — Да, я заметил это ещё с утра. Знаешь, мемберы обычно говорят, что меня лучше не трогать по утрам, — сказал Чан, стягивая с себя худи, — Но сегодня я сам его будил, чтобы мы не опоздали к репетиции, он был очень вялым. Я даже подумал, что он не спал всю ночь и уснул только под утро. Если честно, меня смущает его состояние в последнее время. Чан аккуратно сложил худи, положил его в шкаф и отправился на кухню. — Я заправил кофемашину, как пропищит пи-пи-пи, — намеренно пискляво-мультяшным голосом спародировал он, — твой напиток будет готов. Чан отправился в душ, Юри в это время позвонила Ха-Ру и напомнила ему о времени вылета. Она пыталась позвонить Рин, но та не взяла трубку, поэтому Юри написала ей сообщение. Через две минуты кофемашина действительно трижды очень похоже на Чана пикнула, и Юри отправилась на кухню. За чашкой очередного кофе её мысли сами собой вернулись к прошедшим месяцам. Чан всегда был рядом, но только теперь она начинала понимать, насколько важной частью её жизни он стал. Она вспомнила их недавнюю встречу на совещании. Тогда он подошёл к ней после долгого обсуждения расписания тура. — Спасибо за расписание, — сказал он. — Оно выглядело так, будто его составляли для людей, а не для роботов. Юри тогда рассмеялась. Она думала, что он шутит, но увидела, что его взгляд был абсолютно серьёзен. Ещё одно воспоминание всплыло перед её глазами. Когда год назад однажды реквизит для репетиции застрял в другом городе, а она не знала, как это решить, именно Чан предложил выход. — Почему бы нам не воспользоваться запасным комплектом? — сказал он. — Мы можем попробовать. Вдруг подойдёт? Он тогда сам подключил оборудование, хотя это совсем не входило в его обязанности. Её улыбка стала чуть мягче. Она тогда подумала, что он был всего лишь вежливым. На кухонном столе стояла ваза с фруктами и несколько баночек с витаминами. Юри взяла одну и стала изучать содержимое, в то время как Чан уже вышел из душа и поставил перед ней капли. — Держи. — Спасибо. Неужели всё так плохо? — Нуу, — неловко засмеялся он, разводя руки в стороны — Шучу. Не плохо, но без красных глаз ты будешь выглядеть милой девушкой, а пока ты больше похожа на восставшего милого зомби. — Я слышу это от зомби в белом халате, — смеясь, сказала Рин и отправила в ванную к зеркалу, — Спасибо! — Обращайся. Я пойду высушу волосы, переоденусь в лук для аэропорта и буду готов. Дай мне две минуты. — Даю тебе пять минут. Мы не в армии, и пока не опаздываем. — Окей. Кстати, мы можем захватить багаж Чонина с собой. Охранники же отгонят машину с аэропорта на парковку в лейбл, да? — Да, только нужно предупредить Йену, чтобы он не катался туда-сюда просто так. — Договорились, напишу ему. Когда Чан вышел из комнаты при полном параде, Юри мыла свою чашку. Он услышал шум воды с кухни. — Спасибо, что помыла, — сказал он, уже привыкший к её помощи. — Да не за что. Я тоже люблю, когда всё аккуратно, особенно перед отъездом, — Юри ответила ему, улыбаясь, а потом вспомнила про утренний инцидент с сумкой. — Так, я почти готов. Остался последний штрих, — Чан открыл дверь в комнату к Айену. — А вот и его сумка. Он взял сумку, и в этот момент из нее выпал планшет. Чан быстро поднял его, посмотрел на экран и положил обратно в сумку. — Без разбитых экранов в мою смену. Надеюсь, внутри нет ничего такого, что может разбить его, — сказал он, с легкой усмешкой глядя на Юри. Юри молча наблюдала за ним. Она знала, что у мемберов не должно быть несогласованных средств связи, но она также не хотела подставлять Чонина. Решив подыграть Чану, она сделала вид, что ничего не заметила. — Я ничего не видела и не слышала, всё нормально? — спросила она, улыбаясь. — Да, в полном порядке, — ответил Чан. — Мы можем выходить. Кстати, ты смотрела, в багажнике хватит места на всё? — Честно, нет. Надеюсь, там пусто, иначе кому-нибудь придется ехать на крыше, — Юри уже зашнуровывала кроссовки. — Ну, чур не мне, — засмеялся Чан, взял свою сумку и потянулся за сумкой Айена, пока Юри не успела ее поднять. — Позвольте это мне. — Я просто хотела помочь, но мне же лучше, если ты хочешь поработать грузчиком. Кстати, кладовщиков действительно не хватает в лейбле, может, ты хочешь сменить деятельность после завершения контракта? — Юри улыбнулась, иронично подмигнув Чану. — Для тебя я могу быть хоть домработником, — Чан наморщил брови и поднял указательный палец. — Я имею в виду, что не хочу больше терять сотрудников из-за обмороков. Юри посмеялась и вышла в подъезд, а Чан тихонько ударил себя рукой по лицу. *** На улице начался дождь. Юри взглянула в зеркало заднего вида, чтобы проверить, следует ли за ними охрана, но никого не увидела. — Можно вас попросить на моём телефоне набрать номер Вана? Это специалист службы безопасности, он должен сопровождать нас в аэропорту. — Да, без проблем, — Минхо полез с заднего сиденья к панели авто, взял телефон Юри, задел абсолютно каждого, пока полз обратно между сидениями и набрал номер. — Только поставь на громкую связь, — попросила Юри, — Крис, передай, пожалуйста, всем маски из бардачка. Как оказалось, охрана уже ждала всех у главного входа. По приезде три человека из охраны быстро забрали вещи и сопроводили ребят под зонтиками в аэропорт. Юри шла впереди со своей сумкой и так, чтобы не попадать под поле зрения прессы и фанатов — таковы правила. И как назло она не взяла свой зонтик, а запасных в машине не было, так что она опять немного промокла. Снова встретились они уже в самолёте. Поскольку в этот раз Юри исполняла обязанности главного менеджера, ей выпала редкая возможность лететь в бизнес-классе, что увеличило её шансы на сон. — О, так мы соседи, — к ней подошёл Чан и положил свою сумку на верхнюю полку прямо над головой Юри. — Не жди от меня приятной беседы, я собираюсь поспать, — смеясь, сказала Юри, устраиваясь поудобнее на своем сиденье. — А я и не жду, — Чан лукаво улыбнулся. — Буду в тишине охранять сон всего самолёта, пока сам не вырублюсь. — Ага, только он так храпит, что поспать у тебя вряд ли получится, — с шутливой усмешкой добавил Феликс. — А где Минхо? — Чан оглядел салон самолета, но не увидел своего друга. — Вы же шли впереди, куда он подевался? — К нему подошла стюардесса и попросила выложить рыбные консервы до приземления, — ответил Феликс, качая головой. — Консервы? — Юри округлила глаза от удивления. — Да, — кивнул Феликс. — На сканере оказалось, что он взял их с собой. — А вот и я, — Минхо, как ловкий кот, перепрыгнул через Феликса на место ближе к окну. Ребята еще немного поболтали перед взлетом. Потом Чан достал свой ноутбук и положил его на столик, который находился между ним и Юри. — Надеюсь, тебе не будет мешать, — сказал он, улыбаясь. — Нет, всё в порядке. Чан улыбнулся и откинулся на спинку кресла, начинался долгий полет, и у него было много времени для работы. Юри с облегчением прочитала сообщение от Ха-Ру, который сообщил, что всё идёт по плану: Рин отправилась с ребятами за вещами, а он обедает с Чонином и Хёнджином. Выдохнув, она написала Ха-Ру, что вещи Чонина для поездки уже в машине. Затем она открыла план дня после приземления, чтобы свериться с адресом отеля. Надев наушники, она постаралась поскорее заснуть — впереди было 10 часов полёта, и ей не хотелось терять ни минуты. Чан тоже был в наушниках и занимался своей работой. Юри повернулась к нему, чтобы задать вопрос, но, решив не отвлекать, погрузилась в сон. Когда Юри наконец заснула, Чан осторожно накрыл её своим пледом. Она выглядела такой уязвимой и усталой, что у него защемило сердце. Он часто думал, что она слишком много на себя берёт. Юри почувствовала, как он осторожно накрыл её пледом. Ткань была тёплой, но её обжигало совсем другое. Её глаза оставались закрытыми, но сердце забилось быстрее. «Ты не должна так думать», — одёрнула себя Юри, но мысли уже побежали дальше. Этот жест был слишком… личным. Это опасно. Слишком опасно. Чан долго смотрел на неё, не в силах отвести взгляд. Вокруг всё утихло, но мысли в его голове гудели. Он понимал, что это не просто привязанность. Но признавать это даже самому себе было страшно. «Ты идёшь по тонкому льду», — подумал он, смотря на её усталое лицо. Она была такой далёкой и такой близкой одновременно. Он знал, что чувства — это то, что не стоит приносить в работу. Но почему-то рядом с Юри всё это переставало иметь значение.