Точка опоры

Юри проснулась через пять часов полёта, когда стюардессы разносили еду. Чан убирал ноутбук со стола, чтобы освободить место для еды, и случайно задел её голову проводом от наушников. — Ой, прости-прости, — шёпотом сказал Чан, когда увидел, что Юри подняла голову. — Я что, в такой позе спала? — Ну, сначала ты спала сидя в кресле, потом поджала ноги и начала медленно соскальзывать, пока не оказалась головой на столике. — Спасибо, — сказала Юри, убирая подушку, которую заботливо подложил Чан. — А сколько сейчас на часах? — Пять часов по нашему времени и не знаю сколько часов по океанскому, — Крис улыбнулся, кивая подбородком в сторону иллюминатора. За бортом был Тихий океан. Минхо просунул голову между ними. — Во сколько мы прилетим? — В 23.20, но в Сиднее будет уже 1.20. — Я ненавижу джетлаги. Всем приятного аппетита. Юри совсем не подумала о том, что если она выспится сейчас, то ночью не сможет заснуть. Хорошо, что Чан её разбудил. Но плохо, что ей было совсем нечем заняться в оставшиеся пять часов полёта, да и делать ей совсем ничего не хотелось. Когда они прилетели, их встретила охрана на автомобилях: ребят забрали всех вместе, а Юри ехала следом. Как только она села в машину, она вставила в телефон местную симку, чтобы войти в мессенджеры. Сначала приложения не хотели прогружаться, и Юри даже выдохнула: неужели всё прошло хорошо? Но тут же друг за другом начали приходить сообщения из общего чата с другими менеджерами. Рин, 14:05: всё ок, собираем вещи в полёт Рин, 17:43: едем в аэропорт всем составом, всё ок Рин, 18:26: из подтанцовки потерялся один человек Рин, 18:31: нашли его, он задержался где-то, но уже в самолёте Ха-Ру, 21:51: Я в аэропорту. Ха-Ру, 22:17: Техника вылетела, всё ок, Чонин и Хёнджин приедут через час Ха-Ру, 23:05: Чонин и Хенджин со мной Ха-Ру, 23:23: Похоже, наш рейс задержится Бон Хва, 23:24: На сколько? Ха-Ру, 23:24: Узнаю информацию Бон Хва: 23:30: @Ха-Ру, что там? Бон Хва: 23:33: @Ха-Ру ауууу Бон Хва: 23:33: @Ха-Ру возьми трубку Бон Хва: 23:36: Мне выезжать? Ха-Ру, 23:36: Говорят, что на час задержится вылет Бон Хва: 23:36: Фух, ну это не критично, держи меня в курсе Бон Хва, 23:55: @Юри, вы прилетели? Юри быстро написала сообщение: «Да, всё хорошо, едем в отель» и вышла из чата. В ту же минуту ей написал Ха-Ру: — Привет, тут такое дело… Наш рейс задержится не на час, а примерно на шесть. Мне только что сказали, предлагают вылететь сейчас, но с пересадками. — Какие пересадки? — Такие, что мы будет в Сиднее не через 10 часов, а через 18. Это не вариант. — Что планируешь делать? — Лететь на этом рейсе, хоть и позже. Нам предоставят гостиницу рядом с аэропортом. — Будешь говорить Бон Хва? — Я и хотел узнать, стоит ли говорить ему. Как думаешь? — Дай мне пять минут Юри заблокировала экран телефона. Такси уже остановилось у отеля, в то время как машина с мальчиками ещё петляла по улицам. Юри вышла из салона, достала две сумки из багажника: её и Чонина, и встала на крыльце под вывеской. Воздух в Сиднее был совсем другим: дышалось легче. Когда они вылетали из Кореи, на улице начался ливень, и температура была +12 градусов. А теперь хоть и стояла ночь, но было по-летнему тепло. Нужно было решить, что делать с Бон Хва: с одной стороны, обман может вскрыться, а это подорвёт доверие. С другой стороны, если сказать ему всё, как есть, то он не будет спать всю ночь, контролируя процесс, и будет сильно нервничать. Или даже действительно сбежит из больницы — Бон Хва из того типа людей, которые думают, что помогут просто присутствием. — Думай, Юри, думай, — стуча себя по голове, сказала она. — О чём тебе нужно подумать? — неожиданно спросил Феликс. Она обернулась: ребята уже приехали. Феликс вышел из машины и поднялся к отелю первым, Минхо и Чан ещё выходили из машины. К Юри подошёл охранник и попросил её отойти. — Всё хорошо, это наш менеджер, — сказал Феликс. — Понял, извините, — сказал охранник и встал к ним спиной, смотря на улицу. — Давай подождём ребят, зайдем внутрь и я всё расскажу, у нас проблема. Ребята разместились в своих номерах и пришли в номер к Юри. — Рассказывай, что случилось, — сказал Минхо, деловито плюхнувшись на кровать. Чан и Феликс сели рядом. Сама Юри стояла в дверях в спальню, нервно теребя брелок с ключами от номера. — В общем, рейс Чонина, Хёнджина и Ха-Ру задерживается. Сначала сказали, что задержка на час, но теперь говорят, что на шесть часов. — Шесть?! — Феликс ахнул. — У нас завтра репетиция в концертном зале в шесть вечера! — Не паникуй, — Минхо попытался успокоить друга. — Мы можем перенести репетицию на другое время. Ночью потанцуем, плохо что ли? — Но тогда парни после такого долгого перелёта сразу же попадут на репу, — Феликс заметно нервничал. — Послезавтра концерт, им нужна будет хотя бы пара часов на отдых! — А ты что скажешь? — Минхо обратился к Чану. — Я правильно понимаю, что техника на одном борту с ними? — Чан смотрел на Юри. — Нет, техника на другом рейсе, раньше, — ответила Юри. — Но без Ха-Ру я не знаю, как мы её подключим. Я даже не знаю, кто сможет забрать её, кроме Ха-Ру, все документы у него. — С техникой мы разберёмся, — спокойно сказал Чан. — Главное, чтобы мы слышали музыку. В профессионализме Чонина и Хёнджина я уверен: от них нам нужно только присутствие и умение ходить на завтрашней репетиции, они справятся. — Да, ты прав, — Феликс кивнул, поддерживая лидера. — У меня ещё одна проблема: сообщать ли Бон Хва об этом? Он думает, что рейс задержали всего на час… — Юри подошла к окну и открыла его. В комнату ворвался свежий воздух и тишина. Через минуту её нарушил Чан. — Ничего ему говорить не нужно. Скажите, что рейс вылетел с задержкой в час. С Джинни и Чонином я договорюсь, чтобы они не проболтались. Остальной стафф живёт не в этом отеле, никто ничего не узнает. — Спасибо, Чан, — Юри облегчённо вздохнула. Иногда он задумывался: а если бы всё было иначе? Если бы она не была частью их команды? Юри была частью их мира, и любая ошибка могла разрушить всё. Чан тряхнул головой, пытаясь избавиться от этих мыслей. Телефон Юри молчал всё это время. Прошло 12 минут с того момента, как она попросила паузу. Она открыла переписку с Ха-Ру и написала: «Через час скажи, что вы вылетели. Это останется между нами и мемберами». Ха-Ру в ответ прислал стикер с котёнком и подписью «ладно». — Хоть бы не пришлось пожалеть об этом решении, — Юри села на кровать рядом с Минхо, он немного подвинулся в сторону. Она опустила голову и начала перебирать пальцами нитки на пледе. — Да не сцы, боец. Нам не впервой скрывать что-либо от стаффа или кого-нибудь ещё, — подбодрил Минхо, — Ты даже не представляешь, сколько всего вы не знаете. — Ты даже не представляешь, о скольких вещах вы думаете, что мы не знаем, — хихикнула Юри. — Кто-нибудь что-то хочет? — Чан развернулся к Юри и Минхо, сел, скрестил ноги и похлопал себя по коленям. — Так-так, рассказывай, — Феликс тоже повернулся и внимательно смотрел на Юри, — Раскрывай ваши секретики, раз проговорилась. — В таком случае, вы первые проговорились, с вас и начнём. — Кхе-кхе, — Чан покашлял в кулак, — Закрываем тему. Кто-нибудь что-нибудь хочет? — Я бы хотел выпить пива, — сказал Минхо, переворачиваясь на бок и подкладывая руку под голову. — Поддерживаю, — хором ответили Феликс и Юри. Юри подняла глаза на Чана, который уже листал что-то на своём планшете. — Давай пока трезвые уточним график на завтрашний день, — сказала она, перебирая страницы в своём документе. — Если мы не успеем загрузить реквизит к трём, весь процесс слетит. — Я уже отправил сообщение водителю, — спокойно добавил Чан, не отрываясь от планшета. Юри моргнула, остановив взгляд на нём. — Ты серьёзно? — Ты бы сделала это через пять минут, — он чуть заметно улыбнулся. — Я просто немного опередил. Минхо, сидящий рядом, фыркнул и поставил на тумбочку бутылку с остатками пива. — Слушайте, вы как будто телепаты. Такое ощущение, что вы всё время читаете мысли друг друга. — Это называется хорошая команда, — спокойно ответил Чан, даже не поднимая головы. — Хорошая команда? — Минхо усмехнулся, переведя взгляд на Феликса. — Да ладно вам, признайтесь, что тренируетесь тайно в телепатии. Ну или… когда свадьба? — Минхо! — Юри чуть не уронила планшет, её лицо залила краска. Чан, пряча улыбку, сделал вид, что занят. — Всё-всё, я ничего не говорил, — отмахнулся Минхо, снова развалившись на диване. — Просто, знаете, наблюдать за вами очень забавно. Юри вернулась к планшету, сделав вид, что ничего не слышала, а Минхо и Феликс с довольными ухмылками переглянулись. Спустя три часа все мини-бары в их номерах были опустошены. В воздухе витал легкий одурманивающий аромат алкоголя, смешанный с запахом парфюмов, и весело щебетали голоса, говорящие о музыке, жизни и планах на будущее. Это был их маленький мир, наполненный творчеством и искренней радостью жить и быть вместе. — Ого, уже почти шесть утра! Пора на боковую, — потягиваясь, сказал Феликс. — Да ладно тебе, весь день впереди, чтобы выспаться, — возразил Минхо. — Нет, он прав, пора спать, — зевая, сказал Чан, — Как минимум, мы смущаем Юри. — Нет-нет, всё хорошо, мне с вами хорошо, — сказала Юри и немного покраснела. Чан посмотрел на ребят строгим взглядом. — Всё-всё, уходим, начальник! — с поднятыми руками, будто пойманный преступник, сказал Минхо, и вышел из комнаты боком, не отводя взгляд от Чана. Хохочущий Феликс пошёл за ним. Дверь в номер захлопнулась. Юри в тот момент сидела на подоконнике, а Чан напротив нее, в другом конце комнаты. Ей совсем не хотелось оставаться одной. — Ты не спал в самолёте? — Я не могу спать в самолётах, тем более днём. — Проблемы со сном продолжаются? Чан допил пиво и поставил баночку на стол. — Да. Я пил таблетки какое-то время, но от них я чувствую себя паршиво весь день и совсем не соображаю, поэтому я бросил их пить. — Но всем говоришь, что продолжаешь приём? — наклонив голову вбок и щурясь, спросила Юри. — Это один из моих секретиков. Теперь уже нет. — Я никому не скажу. Будет наш общий секрет. — А что насчёт тебя? — В этом мы с тобой похожи. Когда большая загруженность и много нервов, мне тяжело заснуть и я часто просыпаюсь по ночам. А на утро жалею, что поздно легла, будто это от меня зависит, — Юри улыбнулась. — Тебе снятся страшные сны? — Чаще всего мне ничего не снится, доктор Фрейд. — А сейчас ты хочешь спать? — Нет, — Юри наклонила голову вниз и начала смотреть в пол, — Я не могу уснуть, пока не прочитаю хорошие новости от Ха-Ру… Чан молча смотрел на неё и о чём-то думал. Затем он встал и выключил свет — на улице уже светало, в комнате наступил легкий полумрак. — Думаю, так лучше. Ты не против? Юри промолчала. Чан включил музыку. Они так и сидели почти час — в разных углах комнаты, слушая музыку и ни о чём не разговаривая. Им и не нужно разговаривать, чтобы чувствовать присутствие друг друга. Постепенно наступало утро: солнце поднялось над горизонтом и первые солнечные зайчики проникли в комнату, бегая по стене и Крису. Вслед за восходом солнца просыпаются птицы, наполняя воздух радостными трелями в честь нового дня. Тишину нарушил звук уведомления на телефоне Чана. Он взял телефон в руки, прочитал сообщение и заблокировал экран. Затем подбросил телефон в воздух, и тот упал на кровать. Чан просидел так несколько минут, прежде чем решился сказать: — Мне написал Джинни. Они всё ещё не вылетели. Никто не говорит, когда точно состоится вылет. Самолёт сломался. — Это невыносимо… — Юри наклонила голову и запустила руки в свои волосы, — Я не знаю, как мы будем выкручиваться, если… — Посмотри на меня, — перебил её Чан. Юри подняла глаза, — Все будет хорошо. Он сказал это так спокойно и уверенно, будто он знает наверняка, что всё действительно будет хорошо. Как бы то ни было, Юри поверила ему. Они просидели так ещё примерно полчаса. Город постепенно просыпался: поток машин, проезжающих мимо, стал более частым, а с улицы доносились голоса прохожих. — Я хочу пить, — сказала Юри, слезая с подоконника. — Сиди, я принесу. Чан встал, вышел из номера, но вскоре вернулся и принес Юри бутылку зелёного чая. Он молча поставил её рядом с Юри, а сам оперся на подоконник двумя руками и смотрел в окно. Она посмотрела на упаковку: все надписи были на родном языке. Он привез этот чай с собой. — Я люблю этот чай, — улыбаясь, сказала она. — Я знаю, — спокойно ответил он. Юри посмотрела на его руку. Кожу согревало утреннее солнце. Вздувшиеся вены предали своего хозяина — по ним было видно, что Чан напряжен. — За чем наблюдаешь? — спросила Юри, подняв взгляд на лицо Чана. — А ты? — За тобой, — хмыкнув, ответила она. Он слегка надавил пальцами на внутренние уголки глаз. Юри не ожидала такой реакции — Прости. — Тебе не за что извиняться. Всё хорошо. К отелю приехало две машины и встали у входа. Хан, Сынмин и Чанбин вышли из машин и отправились внутрь отеля. Они смеялись и воодушевленно разговаривали между собой. Рин шла за ними следом, что-то печатая в телефоне. — Вторая партия приехала, — с улыбкой сказал Чан. На телефон Юри пришло уведомление. Рин отписалась в чат о прибытии. Через три минуты на этаже послышался шум от ребят. Ещё через минуту захлопнулись две двери. В соседний номер кто-то постучал, но, не дождавшись ответа, ушёл и хлопнул дверью в другом конце коридора. — Это ко мне, — шёпотом сказал Чан. Ещё через минуту послышался голос Рин. Она увлеченно о чем-то рассказывала. Голос приближался к номеру Юри, она даже замерла — если Чан не закрыл дверь и их увидят вдвоём в такое время, то жди беды. Рин не из тех, кто хранит секреты. Она из касты тех, для кого правила — это святое. К счастью, вскоре голос начал отдаляться, а после и вовсе перестал быть слышным, спрятался за дверью. Телефон Юри пиликнул. Она увидела на экране сообщение от Ха-Ру, но не торопилась его читать. — Если хочешь, я прочитаю, — вызвался Чан. Юри молча протянула ему телефон. «Мы сели в этот чёртов самолёт. Скоро взлетаем» Юри легко спрыгнула с подоконника, подпрыгнула несколько раз, как маленькая девочка, и, подойдя к Чану, обняла его за талию. «Ура!» — прошептала она, уткнувшись щекой в его плечо. Чан, смущенно улыбаясь, ответил на её объятие. В этом простом объятии, лишенном слов, было всё — их нежная радость, их тихая близость и их ещё не названное чувство. На мгновение, нарушая все правила, они просто были, растворяясь в этом моменте счастья. Но вскоре смущённо отстранились друг от друга. — Тебе нужно поспать, — смотря на Юри, сказал Крис, — Теперь можно спать спокойно. — Тебе тоже нужен сон. Чан смотрел за Юри, на город, а затем, словно защищая их обоих от наблюдающих глаз, задвинул шторы. В комнате снова стало темно. Оба понимали, что Чан не может вернуться в свой номер. Слишком тонкие стены отеля, слишком непредсказуемые соседи. Он не хотел подвергать Юри опасности, а она его. В тишине они легли на спину, не расстилая постель и не снимая одежды. Юри нащупала телефон Чана, переложила его в другую руку и протянула ему. — Возьми, — прошептала она, голос едва слышен в тишине. Крис протянул руку, но в темноте вместо телефона обхватил её ладонь. Они замерли. Время словно замедлило свой бег, превратившись в ощущение нежности. Чан погладил пальцами её руку, и она разжала кисть, позволив телефону упасть между ними. Их пальцы переплелись. Глаза Юри начинали привыкать к темноте. Она повернулась к Чану, хотя и так чувствовала его тепло рядом. Он смотрел в потолок, словно задумчивый звездный путешественник. — Сладких снов, Чан, — прошептала она, её голос звучал тихо и мягко. — Сладких снов, Юри, — ответил он, и в его голосе звучала та же нежность. Юри легла на спину, прислушиваясь к ритму дыхания Чана. Она думала о том, как 2 часа полной тишины привели к этому моменту, когда они спят в одной кровати. О том, как всем нам иногда нужна поддержка и тепло руки рядом. И теплоте руки Чана. Он тоже не спал. Просто гладил её руку, и в этом простом жесте была вся их нежность, вся их невысказанная близость. В этой тишине, в полумраке отеля, было что-то глубокое и трогательное. Через некоторое время они заснули.