Кровь на мраморе.

      Кровь стекала с клинков, капала на потрескавшийся мраморный пол, словно отсчитывая каждую потерянную жизнь. Запах металла, смешанный с удушающей тленью, висел в воздухе плотной, давящей пеленой, заставляя Питера задерживать дыхание. Локи не обращал внимания на мрачную обстановку — его движения были размеренными, как у хищника, только что завершившего охоту. Он тщательно вытер клинок о клочок ткани, когда-то украшавший убитого, и отбросил его с безразличием, словно отмахиваясь от пылинки.       Зал, освещённый дрожащими, из-за сквозняка, отблесками факелов, больше походил на поле битвы, чем на святилище. Каменные колонны уходили в густую тень под потолком, а надписи на стенах, некогда воспевающие богов, теперь казались словно шёпот из глубины стен. Питер стоял, опершись на колено, и пытался отдышаться. Его пальцы всё ещё цеплялись за рукоять оружия, хотя сознание уже твердило, что опасность миновала. Маска валялась на полу, а волосы были взлахмочены в разные стороны, слегка мокроватые от пота.       — Весёлый у нас вышел вечер, мальчишка, — заметил Локи, с ухмылкой оглядывая разбросанные по залу тела. Его голос звучал насмешливо, будто он только что рассказывал анекдот. Хотя для него это действительно не было больше, чем шутливым вечером.       Питер поднял голову, пытаясь собраться с мыслями, но вместо этого наткнулся на взгляд Локи, полный странного восхищения. Будто он видел в этом усеяном трупами пола что-то большее, чем просто победа. Что-то, от чего внутри становилось ещё холоднее.       — Ты хоть понимаешь, что мы только что сделали? — выдохнул Питер, стараясь не сорваться. Он поднялся на ноги, отряхиваясь.       Локи ответил не сразу. Он склонил голову и на миг задумался, словно выбирая слова, которые не слишком напугают или растроят мальчишку. Потом сделал шаг вперёд, легко, почти грациозно, его ботинки негромко хрустнули ходя поверх чьих-то рук.       — Танцевать умеешь? — спросил он, как будто всё это было совершенно нормальным.       Питер моргнул, не понимая, слышал ли он правильно.       — Что?       — Танцевать, — повторил Локи, его голос стал мягче, но в нём всё ещё звучала насмешка. — Когда-то этот зал напомнил бы мне один дворец в Асгарде. Там, где мы с братом... – он замолчал, сочтя воспоминание слишком личным, – Но ты же, конечно, не танцор.       — Локи... мы только что убили людей, — возразил Питер, голос сорвался, будто он искал подтверждения своему здравому смыслу.       — Людей? — переспросил Локи, его губы скривились в полуулыбке. — Они давно перестали быть людьми, мальчишка. Это были чудовища. Чудовища, что желали истребить человечество для нового "Бога". – Локи весело фыркнул, будто намехаясь, – И мы их победили. Разве это не достойно празднования?       С этими словами он протянул руку, словно приглашая Питера на танец. Тот смотрел на неё, как на что-то невозможное.       — Ты серьёзно? — спросил он, подняв взгляд на Локи.       — Абсолютно, — ответил тот. Его голос звучал легко, весело, как у человека, который не ведает тяжести угрызений совести. — Мир — слишком хрупкая конструкция. Танцуй со мной, мальчишка. Пока кости не переломали нам.       Питер сдался под тяжестью этой настойчивости и позволил Локи схватить его за руку. Их шаги эхом разносились по залу, смешиваясь с призрачным ритмом, который, казалось, существовал только в голове Локи.       — Ты ведь понимаешь, как это странно? — пробормотал Питер, глядя на Локи, который, вопреки всему, выглядел абсолютно довольным.       — Разумеется, — ответил Локи, его тон был шутливым. — И именно поэтому это прекрасно.       В ту секунду зал будто растворился вокруг них. Только хруст стекла и костей под ногами напоминал о произошедшем, но Питер внезапно понял, что всё остальное не имеет значения. Только это странное, призрачное мгновение. Мы с тобой танцевали В темном и пустом зале...

Иван Курочкин – Танцевали.